Война без особых причин.

Первая наша встреча была смазанной, как картины Йенса Гессе: я робкой пташкой стояла у входа в новый класс, ты пронёсся мимо, громко переговариваясь со своим кудрявым другом. Он задел меня плечом, но не прервал спор. Пару дней спустя ты облил меня соком в кафетерии и принялся извиняться, но что-то выдавало неискренность. Может быть лёгкая усмешка на твоем лице или же громкий смех кудрявого. Мне кажется, что я и сейчас слышу его в своей голове. Позже коротко стриженный Марк сказал, что это не объявление войны мне, а просто твоя традиция-встречать новичков, и виновато улыбнулся. Марк всегда был самым совестливым из твоих друзей. Как бы хорошо он ни знал твои замашки, все равно оказался не прав. Тебе непременно хотелось войны со мной, верно? Тычки, шутки, иногда грубые, чаще просто пошлые, стали моей обыденностью. Ну и конечно фоновый смех кудрявого. Куда же без него? От всего этого хотелось выть и лезть на стену. Однако, с уверенностью могу сказать что я держалась молодцом. Я знала, что ты просто мразь, которому занятые родители не объяснили, что задирать девочек-плохо. Как жаль, что твоя ангельская внешность не соответствовала дьявольским поступкам. Лишь позже я узнала, что местные традиции и устои позволяли парню ударить девушку и не испытывать при этом угрызения совести. К середине года в нашей войне появились твои союзники. Кажется, Марго в этой жизни любила только три вещи: встряхивать своими коротко стриженными волосами, виснуть у тебя на шее и цеплять меня. Отлично, понимая что мы с ней в одной весовой категории, я не гнушалась отвечать на выпады. Однажды мы даже подрались, клянусь я не помню кто кинулся первым рвать на сопернице волосы, но не удивлюсь, если окажется, что это была я. Тебя, казалось, все это лишь забавляло, фирменная усмешка и холод в глазах доказывал, что ни целость твоей подружки, ни тем более моя тебя не волнует. В итоге нас разнимали Марк и кудрявый, который в кои-то веки не нашёл в происходящем ничего смешного. Наверное сильнее меня ты ненавидел только Брюса, мечущего на роль главного принца школы. Возможно оттого ты его и не любил. Ведь этот "титул" принадлежал тебе. А может для вражды не было особых причин, как у нас. Так уж вышло, что и Брюс имел на меня зуб. В феврале его девушка Шанталь часто зависала в кабинете директора, а затем её принудили посещать школьного психолога. Точных причин никто не знал, но ходили слухи, что в её шкафчике нашли наркотики. Это поражало меня, но еще поразительнее стало то, что Брюс обвинил меня в распространение этих слухов. Не знаю кто внушил ему такую мысль, да и важно ли это, когда верзила с замашками убийцы желает отстоять честь своей дамы. С тех пор количество подколов и крыс, подброшенных в мой шкафчик увеличилось. Брюс и его компания действовала практически в открытую, тебя это весьма забавляло. Задорный блеск ледяных глаз давал понять, что в кои-то веки ты доволен действиями Брюса. Казалось, что вы поймали общую волну и даже меньше цепляли друг друга. Меньше чем через месяц слухи о пристрастии Шанталь дошли до её родителей. Наверное бедняжке сильно досталось, не знаю как еще объяснить полнейшее бешенство Брюса. Теперь не осталось сомнений в том, что крысами в шкафчике я не отделаюсь. Единственным решением для меня было как можно реже мозолить глаза моего потенциального убийцы. Я справлялась с этим успешно до поры до времени, но прятаться вечно все равно не вышло бы.

***

В один из пятничных дней Брюс и компания поджидали меня на школьной парковке. По яростному взгляду парня и крепко сжатым кулакам я поняла, что пришло время прощаться с жизнью. Брюс надвигался, а я отступала, что еще оставалось? "Садись в машину, надо с этим разобраться, крыса"-голос одного из приспешников противно скрипел. Отрицательно мотая головой, продолжала отступать. Хотелось оправдываться, пытаться образумить их или хотя бы выторговать не слишком жестокое наказание, но слова, рождавшиеся внутри, застревали в горле. Брюсу видимо надоело церемониться и он схватив меня за руку потащил к пикапу своего друга. И тут появился ты. Я честно не помню ни слова из вашего разговора, на тот момент паника уже охватила меня и я осела на землю. В голове был шум. Помню, как ты начал драку с Брюсом, сейчас странно осознавать, что его друзья не стали лезть (видимо их воспитание позволяло нападать толпой на девушку, но вмешиваться в честную драку-нет) , но тогда мне было на это плевать. Паника отпустила меня только когда ты вез меня домой. Помню, как твои руки в крови сжимали руль. Всю дорогу мы молчали, пока я не заметила на заднем сидении шлем и не ляпнула: " Зачем он тебе? ". Ты вздрогнул, будто и вовсе забыл, что не один в машине. На миг мне показалось, что мой вопрос останется без ответа, но ты коротко рассказал про нелегальную гонку на мотоциклах, которая пройдет в следующем месяце. Выходя из машины, я поблагодарила тебя. Ты улыбнулся и эта улыбка казалось была твоим личным способом сказать "прости". Я улыбнулась в ответ, моя улыбка была отпущением грехов. Оставшийся до того дня месяц прошёл спокойно. Ни одна из ненавидящих меня компашек не предпринимала жёстких и опасных диверсий. Возможно, потому что близились экзамены и всем было не до меня, но мне хотелось верить, что это твое влияние. В день гонок черт дёрнул меня подойти к тебе и пожелать удачи, твой холодный равнодушный взгляд и смешок кудрявого друга заставили меня, покрывшись пунцовыми пятнами, развернуться и уйти. Когда на следующий день на первом уроке нам сообщили о том, что ты погиб в ДТП я почти не расстроилась. Лишь появилось странное чувство, будто целиком проглотила мятный леденец и маленькие цветные круги заплясали перед глазами. А еще воображение стало рисовать твое окровавленное тело, но в целом я почти не расстроилась...

***

Три месяца лета пронеслись в одно мгновенье. На это время я сбежала из города и почти забыла холод твоих глаз. Но когда двери школы распахнулись передо мной, все воспоминания ожили и тяжёлым грузом легли на плечи. Стены, помнящие тебя, давили. Я пыталась найти взглядом твою компанию, чтобы почувствовать, что и они разбиты и опустошены, что я не единственная чудачка, таскающая за собой призрак. Первыми в глаза мне бросились Марго, висящая на плечах Ричарда и накручивающая на палец локон, выкрашенных в новый цвет, волос. Рядом с ними стоял твой кудрявый друг и громко смеялся над шуткой нового лидера. Не представляешь как горько мне было от осознания того, что они тебя забыли. Завернув за угол, я столкнулась с Марком. Его волосы заметно отросли, но видимо совесть все также была при нём: он виновато улыбнулся мне и даже спросил как прошло лето. Не иначе как чувствовал вину за прошлый год. Что ж я не держу на него зла. Если мне удалось простить тебя, то его подавно. Проведя всего неделю в школе я осознала, что ты действительно умер. Навсегда. Никто не говорил о тебе, не вспоминал. Все были такими же как и прежде: громкими, нахальными, веселыми. Все смогли оставить тебя в прошлом, и я собиралась честно, слишком уж ты тяжёл, чтоб тащить в одиночку. Пожалуй, я могла бы усадить твой призрак за одну из парт и просто уйти, но внезапно я столкнулась с Брюсом. Он был невероятно задумчив, его не окружали приспешники. Увидев меня, он подошел и по-дружески поддел плечом: -Как поживаешь?-я неопределенно пожала плечами, не хотелось говорить о себе. -Как Шанталь? -Родители перевели ее в частную школу. Видимся лишь по выходным,-Брюс грустно улыбнулся.-Прости за прошлое, глупо получилось. Я снова пожала плечами, мол с кем не бывает. Последнее, что мне хотелось-это копить обиды. Помолчав немного Брюс спросил вдруг осипшим голосом: -А не хватает этого мудака, верно? Как-то все не то без него...Ладно, до встречи. Он зашагал по коридору, кивнув на прощание. И я вдруг поняла, что и Брюс носит с собой твой призрак. Не в кармане у сердцу, как я, а скорее на дне рюкзака. Время от времени он выкладывает его в шкафчик или даже оставляет на пару дней в одном из пустующих классов, но в итоге все равно возвращается. Узнай ты сейчас, кто из оставшихся в этой школе помнит тебя, возможно понял бы, что не с теми вел войну без особых причин. Но теперь это уже не важно...