В чаще леса

      Лес замер, не слышно ничего кроме тихого шепота, шепота травы и листьев. Все будто вымерло, оставив постепенно затихающий ветер тем последним, что уйдет без шума.       На опушке тихо, единственное место, на котором остались частицы жизни, порывы ветра, колышущие траву. Одинокое место, залитое теплым солнечным светом. Вечное спокойствие и вечная смерть. От прошедших времен не осталось ничего кроме грибов и истлевших углей. Ничего нет, никого нет, остались лишь пустота и одиночество.       Ветер тонкой струйкой стелится вдоль опушки, шорох трав разносится шепчущим эхом, отдаваясь в глубины леса. Беспробудный сон жизни тревожит тихий звон колокольчиков, перезванивающихся на ветру между собой. Лишь опушка осталась скорбить по былому времени. Ничто в этом лесу не расскажет о тех друзьях, что некогда здесь были. Лишь красные грибы в центре и черные угли хранят воспоминания, не смея их терять. ***       Зеленым плащом задевая невысокие цветки, юноша движется сквозь травяное море, уже видя перед собой ту опушку и мальчика в грибной шляпе. На губах невольно появляется улыбка, тогда юноша в плаще скрывает ее под маской. — Дрим? — тихо спрашивает, звук недолго дрожит в воздухе, после бесследно растворяясь в воздухе.       В ответ молчание и только тихое шуршание травы. Человек в маске садится рядом, кладя голову на плечо мальчику-грибу и наслаждаясь тишиной. Сегодня за границей леса осень и дождь, а тут теплое летнее солнце и лазурно-голубое небо без единого облака. Сегодня в городе очередная казнь и смерть, а здесь домашние тепло и уют.       Грибной мальчик тихо смеется, на душе тепло, солнце пригревает чуть сильнее, появляются еще несколько грибов вокруг, трава становится чуть зеленее. Сегодня у Хозяина Грибного Леса хорошее настроение. — Джордж, а ты никогда не думал, что будет после нас? — шепот, едва тревожащий тишину. — А что будет после нас? — Не знаю, — разговор закончен, больше тишину не нарушал никто из них до самого заката. *** — Дрим! — юношу дергают за плащ, заставляя обернуться назад, снизу вверх на него смотрели янтарно-карие глаза, где-то на их дне плескался огонек задора, ой не к добру это… — Да, что-то случилось? — нехотя разворачивается и бубнит под нос, закатывая глаза. — Куда ты постоянно уходишь? Да еще и меня не берешь с собой! Наверняка ведь в Грибной Лес ходишь! — мальчишка лет тринадцати запрыгивает на Дрима, заставляя второго слегка пошатнуться и отступить назад. — А ведь я, может, с тобой хочу, — настроение резко меняется, и вот мальчик уже обиженно бормочет под нос, крепче стискивая юношу в объятиях.       Дрим не отвечает, молчит и ждет, когда Сапнапу надоест, и он побежит опять играть с другими ребятами. А Сапнап не отпускает, ждет ответа и хмурится. Ему одиноко без старшего друга, он чувствует себя брошенным, ненужным.       Дрим хмурится, стягивая с лица маску, слегка потрескавшуюся по краями. Ему надо спешить, опушка не пустит его после полудня, тогда Грибной-Мальчик может начать грустить и ему станет одиноко. Дрим не хочет этого допускать, поэтому старается отвязаться от друга как можно скорее, обещая, что завтра они смогут поиграть вместе. Но Сапнап не верит, и как только Дрим уходит, тут же следует за ним, желая узнать куда каждый день он сбегает. — Ты сегодня не один, — тут же озвучивает факт Джордж, как только Дрим и преследующий его Сапнап переступают границу опушки, осока начинает оплетать ноги преследователя, слегка царапая и заставляя жмуриться от боли. Дрим оборачивается и застывает. — Сапнап! — вскрикивает, разрушая устоявшиеся покой и тишину, русые волосы начинают бесноваться, на опушке поднимается сильный ветер. — Успокойся, — холод в голосе отрезвляет, порывы ветра успокаиваются, Дрим глубоко вдыхает и выдыхает. Сапнап, опасаясь, пятится назад, такого друга он видит впервые. — Не бойся, уверен, он не сделает тебе ничего плохого, подойди, — вновь теплый сонный тон голоса. — Представься, — не просит, приказывает. — Меня зовут Ник, но друзья чаще всего зовут Сапнап, — отвечает на выдохе, тараторя и запинаясь, страх не отпускает. — Меня зовут Джордж, я, можно сказать, хранитель этого места, — мальчик-гриб чуть разворачивается в сторону нового приятеля и устало улыбается, на большее сил не хватает. Глаза Сапнапа тут же загораются любопытством, боязнь неизвестности отступает. — Так это ты Хозяин Грибного Леса? — Этот лес называют грибным? — Джордж вновь отворачивается от юношей. — Мама говорила, что отвечать вопросом на вопрос невежливо, — Сапнапа тут же передразнивает Дрим, снимая маску и корча лицо. В ответ Ник показывает ему язык. Джордж смеется. На опушке становится светлее, рядом с друзьями распускаются пируанские лилии. ***       Ник бежит в лес. Колени и локти сбиты, вся одежда изодрана и в местах подпалена, на щеках следы от недавних слез, сзади раздаётся крик, слышится лай собак. Сапнап старается бежать быстрее. Впереди виднеется опушка. Спасение уже близко. Позади кричат охотники, и раздаются выстрелы. Кажется его почти догнали. Сердце вот-вот выскочит из груди, опушка все ближе.       Сзади резко раздается скулеж собак, Ник не оборачивается. Ему страшно. Но теплый ветер и нежные объятия, аккуратно оплетающая ноги трава и сонный, чуть подрагивающий от волнения, голос слегка успокаивают, приводя в чувства. Сапнап валится на траву, задыхаясь от кашля. Вой собак где-то за пределами заставляет напрячься, затаив дыхание. Трава под руками начинает обугливаться. Со стороны раздается шипение. — Сапнап, — Дрим шепчет, стараясь помочь другу подняться, не опираясь дымящимися руками о землю.       Ник вздрагивает, когда на его плечи опускаются теплые руки, приобнимая. Дрим что-то шепчет ему, но Сапнап не слышит, стук сердца заглушает все звуки, рой мыслей и воспоминаний затуманивает все. Сложно. Плохо. Отвратительно.       Никто не смеет говорить, никто не смеет сдвинуться и подойти.       Мальчик-гриб не слышно плачет, мальчик-ветер сидит в тени. Лишь огонь трещит внутри.       Никто не знает сколько прошло, солнце уже давно зашло за верхушки сосен, истлевшую траву давно унес ветер, воя собак и крика людей уже не слышно, только теплые объятия остались такими же теплыми. Дрим вздрагивает, чувствуя, как постепенно ладони Ника вновь нагреваются. В районе груди чувствуется дрожь, Дрим сильнее прижимает к себе мальчика, желая успокоить, помочь, спасти. Но получается плохо. Кофта намокает от слез, сердце снова начинает биться как загнанная в клетку вольнолюбивая птица. Страшно.       Наконец начинает постепенно светать, холод ночи и ужас прошедшего дня исчезают, смываемые кистью утренней зари. Треск костра исчезает, ветер успокаивается, зелень перестает бушевать. Спокойствие вновь овладевает этим проблеском в лесном море.       Сапнап отстраняется и оглядывается. Глаза болят от слез, в голове гудит. — Сапнап, — шелестом разносится голос Джорджа.       Мальчик привстает, опираясь на Дрима, и ступает по мягкой траве к юноше. Ноги подгибаются и дрожат, идти неприятно, хочется упасть на траву. Больше ничего не хочется, даже умирать нет желания. Просто лежать и смотреть как день сменяет ночь, а после ночь сменяет день, как на небе чередуются луна и солнце, как облака постепенно проносятся над головой.       Тишина захлестывает волной, сбивая с ног все переживания, оставляя греющие душу тепло и уют, Сапнап успокаивается, садится рядом с Джорджем и обнимает его, рядом садится Дрим, нежно охватывая друзей. Теперь они остались втроем на этой опушке. Теперь это их общий дом. — Дрим, ты собрал ягоды? — темноволосый юноша бежит к другу с ладонями, полными сочных ягод. Дрим стягивает маску, заходя на поляну. Сегодня солнечнее, подмечает про себя, щурясь. — Немного, — он достает из кармана горстку черники, Сапнап хмурится, смотря на ягоды. — Ты ходил по лесу целый день и нашел только горсть черники? — Зато я нашел это, — из-за пазухи доставая маленький букетик нивяника. Ник завороженно смотрит на белоснежные цветки, после снова хмурится и ворчит. — Это обычная ромашка, — Дрим посмеивается на ворчание друга, но все равно отдает ему цветы, рассказывая об отличиях между ромашкой и нивяником.       К цветам в руке Ника тянется колос, оплетая стебель одного из цветков. Друзья оборачиваются назад, видя заинтересованного Джорджа, он рукой машет им, подзывая. Кричать не хотелось совсем.       Юноши, переглянувшись, шелестя опавшими листьями, идут к сидящему мальчику, протягивая один из цветков. Мальчишка, нежно касаясь кончиками пальцев, берет растение и, выкопав маленькую ямку, кладет в нее цветок, чуть присыпая землей. — Дрим, Сапнап, — шепчет, рассматривая хрупкие лепестки, пальцем поглаживая стебель, — вы знаете что значит этот цветок? — в ответ отрицательный кивок от Ника, Клэй не движется, он знает. — Это нивяник, когда-то давно, когда я еще был жив, родители говорили, что этот цветок рассказывает о чувствах, которые не хотят оставлять незамеченными, — Джордж убирает руку от цветка, переводя взгляд на Дрима. — Я думаю, что у него есть что сказать тебе, Сапнап.       Тишина затягивается, Клэй молчит, не желая раскрывать секрета, Джордж уже сказал слишком много, большего Нику знать не обязательно. Но юношу тут же одергивают за зеленый плащ, заставляя обратить на себя внимание. Нехотя, но он смотрит на того, кто его одернул. — Дрим? — Ник вопросительно смотрит, сжимая в руке цветы и все еще держа за плащ.       На небе сгущаются облака, начинает дуть ветер. Где-то в чаще слышится затихающий крик птицы, первые капли дождя стучат о листьям деревьев. Начинается ливень.