Аукцион

После ужина Юджин послушно вышел в круглосуточную аптеку за таблеткой, которую Орландо довольно принял перед сном и свернулся в клубочек на кровати. Как и ночью до этого, он разрешил альфе остаться с ним, но обошлось без распускания рук с обоих сторон, они были слишком утомлены насыщенным днём до этого. Примерно шесть часов спустя Орландо не сразу понял, что разбудило его. Сначала ему показалось, что это был сон — тревожный, смазанный, наполненный голосами, которые он не узнавал. Но затем он услышал снова: где-то внизу хлопнула дверь, раздались приглушённые шаги. Он приподнялся на локтях, прислушиваясь. Всё стихло. Он оглянулся. Юджина рядом не было. Простыня ещё хранила тепло его тела, и это почему-то заставило сердце сжаться. Одеяло сползло с плеч, Орландо подтянул его обратно, пряча обнажённую кожу. Он чувствовал себя странно — неуверенно, слишком открыто. Словно кто-то заглянул внутрь него, и теперь ему нужно было срочно спрятаться. Он прислушался вновь. Где-то на кухне заурчал кофейник. "Ты сам вытребовал таблетку. Сам этого хотел. Так почему теперь настолько противно?" Настойчиво твердил внутренний голос. Как будто Орландо пошел против самой природы, нарушил какой-то неписанный закон, и теперь должен был поплатился. Он сполз с кровати, натянул на себя шорты и рубашку, не застёгивая, и тихо вышел из спальни. На кухне стоял полумрак. Сквозь жалюзи проникал блеклый свет раннего утра. Юджин стоял у плиты спиной к нему, в футболке и с чашкой в руке. Он не обернулся, когда Орландо вошёл. — Ты рано, — сказал он негромко. Голос у него был ровный, почти усталый. — А ты не спал? Юджин покачал головой, всё ещё не глядя на него. Орландо подошёл ближе, остановился у кухонного стола. Пальцы его сжались на краю поверхности — хотелось сказать что-то важное, нужное, но слова упорно не приходили. — Не мог уснуть, — добавил Юджин наконец. — Голова кипела. Столько всего… Он повернулся, и на его лице Орландо заметил усталость, которую раньше будто не замечал. — Я думал, ты жалеешь, — тихо сказал Орландо. Юджин посмотрел на него долго и пристально. Потом поставил чашку на стол и подошёл ближе. Он остановился в полушаге. Глаза его были серьёзны. — А ты? Орландо не отвёл взгляда. — Нет. Я не жалею, — упрямо сказал он, ощущая как лицо начинает гореть. — Хорошо. Это единственное мнение, которое имеет значение в этой ситуации. Они молчали несколько секунд. Потом Юджин легко коснулся его плеча. Орландо медленно выдохнул. Внутри стало чуть тише. Не совсем спокойно, нет. Но будто бы теперь этот день мог начаться. Они сидели на террасе небольшого кафе, спрятавшегося в тени оливковых деревьев. Орландо машинально прокручивал стакан с водой, и был совершенно не рад здесь находится. Будь его воля, он бы остался дома и почитал что-нибудь, но Юджин намеревался устроить воссоединение семьи, якобы это пойдет всем на пользу. Поэтому пришлось переодеваться, расчёсываться, и садиться в такси. До выхода омега почти устроил скандал на почве того, что его волосы выглядят ужасно и тёмные корни отрасли слишком сильно, что Юджину пришлось терпеливо выслушать, перед тем как заявить что это не повод отсиживаться дома, и вытащил его в люди. Рик и Сантьяго появились спустя пятнадцать минут. Омега выглядел великолепно, высокий, с идеальной осанкой, в искусно подобранной одежде. Орландо мог бы выглядеть так же, если бы пожелал. Рик держался рядом с ним с таким видом, будто сопровождал знаменитость. Он отодвинул Сантьяго кресло и тот сел, закинув ногу на ногу. Сам альфа пожал руку Юджина, перед тем как так же сесть. — Теперь у нас будет шанс поговорить по настоящему, — улыбнулся Юджин. Орландо играл с трубочкой в стакане, сгибая и разгибая её, будто это было самое важное в жизни занятие. — Что, добился своего? — поинтересовался Сантьяго, как будто видел младшего брата насквозь. Тот потупился и забрался на своё кресло с ногами, притягивая их к груди. Манеры? Не слышали о таких. Юджин не стал обращать на это внимания, его больше интересовало поговорить с Риком, поэтому вскоре их светская болтовня стала фоновым шумом подпитывая дискомфорт Орландо. Благо достаточно скоро Рик решил отойти покурить, Сантьяго не выносил запах табака, но никак не мог добиться того, чтобы Рик завязал. Юджин отошёл с ним попробовать импортные сигареты и омеги наконец остались одни. — Он не причиняет тебе боли? — сразу же потребовал Сантьяго. Его было не обмануть милой и вежливой обложкой, глубоко внутри он был очень опекающим и втайне ненавидел себя за то, что не смог помочь Орландо раньше, хоть и пытался найти информацию о его местоположении и хозяевах. — Не лезь, — огрызнулся Орландо. Его трубочка теперь выглядела крайне потрёпанно. Сантьяго чуть ли не зарычал, привычка, которую он перенял от Рика, частенько ругающегося по рабочим вопросам в своём офисе. — Не хочешь разговаривать, я не буду тебя заставлять. Но ты должен знать, если что я могу вытащить тебя оттуда. Ты не один. — Если бы хотел, сам бы уже сбежал. — Как скажешь. Но сделай мне огро-о-омное одолжение и возьми это. И я больше не буду тебя доставать, — Сантьяго протянул ему новенький мобильный телефон. — Ты всегда сможешь связаться со мной, в любое время. Идёт? Орландо скривился, но телефон всё таки взял, пряча его в карман. Вскоре альфы вернулись. Сантьяго демонстративно отсел, а Рик виновато усмехнулся. — Ну, вы тут как, помирились? — с усмешкой спросил Рик, возвращаясь на своё место и бросая быстрый взгляд на омегу. — Мы и не ссорились, — буркнул Сантьяго, потянувшись за бокалом. Юджин окинул взглядом всех за столом. Он явно что-то чувствовал — напряжение, которое витало в воздухе. Но не стал вмешиваться. Он был из тех, кто знал: некоторые мосты надо дать достроить самим. Орландо вновь уставился на свой стакан. Телефон тяжело оттягивал карман, как будто был не просто подарком — якорем, который напоминал, что у него теперь есть выход. Или, по крайней мере, иллюзия выхода. — Мы собирались на выставку после кофе, — вдруг сказал Юджин, словно предлагая всем шанс отмотать разговор на новую дорожку. — Старая галерея у реки, вы наверняка там бывали. Рик кивнул, потягивая эспрессо: — Помню. Там раньше были хорошие фотографии, сейчас, говорят, делают упор на современные инсталляции. Довольно… спорные. Сантьяго скользнул взглядом по Орландо, потом встал, не дожидаясь окончания разговора. — Мы, пожалуй, пропустим. Но спасибо за приглашение. Он не стал прощаться — просто кивнул Юджину, и, задержавшись на мгновение рядом с братом, сдержанно коснулся его плеча. Потом направился прочь. Рик лишь устало покачал головой. — Я поговорю с ним, — и так же направился на выход. Когда они ушли, стало заметно тише. Даже улица за пределами кафе казалась менее шумной. — В любом случае, было неплохо, — сказал Юджин, глядя на Орландо. — Я рад, что вы поговорили. Орландо не ответил. Он смотрел на свою чашку, где таяли остатки льда. Сантьяго почти дошёл до машины, когда Рик легко, но настойчиво поймал его за запястье. — Тьяго, подожди. — Голос у него был тихий, без нажима, но с той интонацией, которую Сантьяго знал слишком хорошо: это была не просьба. — Я не хочу туда ехать, — буркнул он, не оборачиваясь. — Ты сам видел — он не хочет со мной говорить. Рик придвинулся ближе, чуть подняв голову, стараясь поймать его взгляд. — Это не про то, чтобы всё сразу стало нормально. Это про то, чтобы показать, что ты рядом. Что ты не исчез из его жизни. Что ты не собираешься. Сантьяго стиснул челюсть. — Он принял от меня телефон — и только потому, что я обещал отстать. Не думаю, что он хочет, чтобы я продолжал лезть в его жизнь. Рик мягко коснулся его спины, как делал это раньше, когда Сантьяго слишком упрямился. — Он просто не готов. Но это не значит, что ты должен отступиться. Не сейчас. Не тогда, когда у тебя впервые за долгое время появился шанс быть рядом по-настоящему. Сантьяго вздохнул. Глаза его метнулись к столику, где Юджин о чём-то тихо говорил с Орландо. Омега всё ещё выглядел напряжённым, но уже не прятался в себя так, как раньше. — Ты думаешь, это что-то изменит? — спросил он устало. — Не знаю, — признался Рик. — Но я знаю, что если ты уйдёшь сейчас, тебе потом будет хуже. Сантьяго помолчал, потом коротко кивнул. — Ладно. Пошли смотреть твою идиотскую галерею. Рик улыбнулся, обнял его за плечи, и они вернулись к столику. Юджин поднял брови. — Изменили планы? — Немного, — усмехнулся Рик. — Мы пойдём с вами. Надеюсь, там есть что-то на уровне. — На твоём уровне или на уровне Сантьяго? — уточнил Юджин. — На уровне терпимости Орландо, — спокойно вставил Сантьяго, усаживаясь обратно. — Вопрос в том, согласен ли он нас терпеть. Орландо взглянул на него, и на миг в его глазах промелькнуло что-то — не то раздражение, не то скрытая благодарность. — До конца дня — возможно, — сказал он и сделал глоток воды. Галерея располагалась в старом особняке, пахнущем камнем, краской и полированным деревом. Стены были уставлены картинами — абстракциями, портретами, экспериментами с текстурой и светом. В воздухе висел приглушённый шёпот посетителей и лёгкий звон бокалов — где-то в другом зале явно наливали шампанское. Рик и Сантьяго сразу зацепились в обсуждение одной из инсталляций: нечто, напоминающее перевёрнутый лодочный корпус, обтянутый холстом с резкими мазками красного. Юджин вежливо кивал, но его внимание всё время скользило к Орландо. Омега шёл чуть позади, с явно скучающим выражением лица. Он остановился у крупного холста в тёмно-синих тонах, уставился на него, потом скосил глаза на Юджина. — Это же всё чушь, — пробормотал он, даже не стараясь быть слишком тихим. — Это не чушь, — возразил Юджин, подходя ближе. — Просто... концептуально. — Концептуально скучно. — Орландо чуть склонил голову, и его волосы заскользили по щеке. — Пойдём отсюда. — Мы только что пришли. — И уже достаточно. — Он поймал его за руку и повёл куда-то вдоль стены, в сторону служебной двери. Юджин удивлённо, но без сопротивления последовал за ним. Через пару поворотов и коридоров они оказались у двери с надписью «служебное помещение». Орландо открыл её, выглянул внутрь — тишина, никого — и втянул Юджина за собой. Комната была узкой, с металлическими стеллажами вдоль стен, на которых громоздились коробки и упаковочный материал. Запах краски и клея висел в воздухе. Единственное окно было плотно закрыто. Юджин приподнял брови. — Ты привёл меня сюда, чтобы обсудить искусство в более интимной обстановке? — Если ты сейчас начнёшь лекцию, я уйду, — предупредил Орландо и, прежде чем тот успел ответить, шагнул ближе и прижался губами к его губам. Поцелуй вышел быстрым, чуть поспешным, но от этого только более живым. Юджин на мгновение застыл, а потом с шумом выдохнул и притянул Орландо ближе за талию. — Это тоже концептуально? — пробормотал он, когда они немного отстранились. — Это — хоть что-то настоящее, — отозвался Орландо, глядя в его глаза. Снаружи послышались шаги — кто-то проходил мимо. Орландо отступил, прислушался. Потом хмыкнул и повернулся к полке, будто что-то искал. — У нас есть ещё пять минут. Потом я снова превращаюсь в скучающего молодого человека, терпящего искусство ради приличия. — Учту. — Юджин подошёл ближе и коснулся его руки. — Но ты знаешь, тебе не обязательно притворяться. Мне важнее, чтобы ты был собой. — Быть собой — роскошь, — тихо сказал Орландо. — Так что не мешай, пока получается. Юджин едва успел выдохнуть, как Орландо снова оказался рядом, на этот раз прижимаясь к нему плотнее. Его руки легли на грудь альфы, пробежали вниз по животу, скользнули под край футболки. Губы их снова встретились — жадно, наэлектризованно, без намёка на осторожность. Орландо потянул его за ткань, загоняя глубже в узкое пространство между стеллажами. Воздух стал густым от запаха пыли, металла и их собственной кожи. Орландо сдавленно застонал, когда Юджин заскользил ладонями по его бокам, целуя всё глубже, с напором. Он ухватил омегу за талию, прижал к себе, ощущая тонкое, хрупкое тело сквозь ткань. — Ты... уверен? — прошептал он между поцелуями, уткнувшись в его шею. — Заткнись, — прошипел Орландо, вцепившись в его волосы. Он толкнул его к стене, и Юджин позволил — даже с удовольствием. Спина глухо стукнулась о штукатурку, но альфа не отводил взгляда от приоткрытых губ Орландо, от его глаз, в которых горело странное, упрямое желание — не просто плотское, но ещё и вызывающее. Как будто он проверял, сможет ли удержать контроль. Юджин потянулся, прикусил его нижнюю губу. Орландо вздрогнул, задохнулся и в следующий момент обвил его шею руками, запрокидывая голову назад. Альфа спустился поцелуями вниз по его шее и рухнул на колени, Орландо сфокусировался на нём в замешательстве, когда руки мужчины легли на его ремень. — Просто возвращаю услугу, — Юджин подмигнул, и Орландо с ужасом осознал степень своего смущения. Сердце колотилось и он не мог ничего сделать, кроме как стоять на месте. Юджин спустил его брюки и открыл рот, проводя языком по его члену. Чёрт, он давно не делал ничего подобного, но понадеялся, что не всё позабыл — и принялся за дело. Омега тяжело дышал, его длинные пальцы зарылись в короткие волосы на затылке Юджина и он постепенно начал отвечать на ласку стонами и покачиванием бедер. Вскоре стало немного грязно, слишком много слюны, слишком мало опыта, но это не помешало обоим насладиться процессом. — А как же... Как же ты? — задыхаясь спросил Орландо на грани оргазма. — Не ты ли первый поцеловал? Это только для тебя. Ни о чём не думай, — оторвавшись сказал Юджин, и спустя несколько минут смог довести его до конца. Именно эти слова поразили омегу больше всего, то, что он так же заслуживает внимания и удовольствия, и это не хитрость или обман. Они вышли почти синхронно, молча, будто бы заранее договорились не говорить ни слова, пока не минуют узкий коридор и не вернутся в зал. Юджин провёл рукой по волосам, небрежно пригладил рубашку. Орландо шёл чуть впереди, с видом человека, который ни в чём не виноват — если не считать слегка припухших губ и румянца, который никак не объяснить температурой воздуха. Зал галереи встретил их тишиной, нарушаемой лишь звуками шагов и редкими голосами. Свет казался холоднее, чем прежде, и картины на стенах — отчуждёнными. Но Орландо, несмотря на всё, выглядел почти спокойно. Его взгляд скользнул по экспонатам без настоящего интереса — он искал глазами Рика и Сантьяго. Те стояли у одного из больших полотен, Рик что-то объяснял, жестикулируя, Сантьяго слушал вполуха, периодически посматривая по сторонам. Когда он заметил Орландо, взгляд стал пристальнее, но он ничего не сказал. Только поднял бровь, как будто всё понял. — Долго вас не было, — заметил он, когда они подошли. — Я плохо себя почувствовал, — невозмутимо ответил Юджин, бросив короткий взгляд на Орландо. Тот не поддержал ложь, но и не стал её опровергать. — Всё в порядке? — Рик чуть нахмурился, заботливо взглянув на обоих. — Уже да, — коротко бросил Орландо, пряча руки в карманы. Он чувствовал, как от него всё ещё идёт тепло, как тело предательски помнит каждое прикосновение. Он хотел казаться отстранённым, но сердце стучало слишком громко. Они двинулись дальше, будто ничего не произошло. Но в этом новом молчании между ними чувствовалось что-то другое. Что-то, чего не было до этого.