Ты - немецкая гегемония!

Этот вечер был совершенно неинтересным, как и большинство вечеров в жизни молодого эспера восемнадцати лет - Накахары Чуи. Изо дня в день работа в порту, морской бриз, а после блаженный отдых дома в постели. И, в принципе, его устраивала эта обыденность, потому что она была предсказуема и хорошо оплачиваема, а выходные по-прежнему принадлежали лишь ему. Ещё одной особенностью в жизни Чуи было то, что, будучи Исполнителем, одним из главных людей организации, он ещё ни разу не занимался офисной работой. Возможно потому, что ранее всю его работу Коё брала на себя, прикрывая "совсем ещё ребёнка" перед Огаем. Однако, к несчастью Чуи, спустя семь лет работы на мафию почти без выходных, наставница отправилась на горячие источники - отдохнуть от рутинных убийств, перестрелок, поджогов и прочих скучных вещей. В первый же день Чуя озадачился тем, что не знает как составлять эту муть, а потому решил просто отксерокопировать прошлые документы, изменив даты. Мори не заметит, так как, по сути, это лишь ненужная формальность, а их Чуя терпеть не мог. И вот, в этот наискучнейший день он отправился в глубь секретных архивов Портовой мафии, и, едва подошёл он к заставленной листками в файлах полке, как его окликнули. - Юноша, выйдите, иначе я позову охрану. У вас нет доступа сюда. - Обернувшись Накахара увидел перед собой человека в строгом костюме, поправляющего свои очки. Сначала Чуя даже не понял, с ним ли говорят, так как такого обращения не слышал даже от самого наглого существа на планете - Осаму Дазая. Глядя на незнакомца Накахара просто отвернулся обратно к книгам, не желая спорить и надеясь, что укоризненного взгляда собеседнику хватило. - Я к вам обращаюсь. - Чуя вновь развернулся лицом к собеседнику, уже гневно и готовясь спорить. Мужчина напротив лишь в очередной раз поправил очки. - Я Накахара Чуя. А ты кто, и почему разговариваешь так?! - Чую можно было вывести из себя довольно быстро, однако, обычно, люди избегали этого (кроме Дазая), потому что подобное каралось переломами всех четырёх конечностей. Видя, как в очередной раз человек напротив поправил очки, Чуя, полностью поддавшись ярости, сорвал их и бросил в стену, отчего те разбились. Незнакомец оставался спокоен, однако его глаз задёргался. - Я здешний.. Библиотекарь, Анго Сакагучи. А, насколько знаю, Чуя Накахара - член исполкома. Не думаю, что детей берут туда, иначе бы я знал. Вам лет 15, да и одеты, не как мафиози, а как участник сомнительной компании подростков. Скажу, как человек человеку, без формальностей: уходи из мафии, не порть себе жизнь, застрелят на первой же перестрелке тебя, желторотик, - Анго менторски похлопал Чую по плечу. "Да он сумасшедший, - Пронеслось у Чуи в голове, - Я заставлю себя уважать." Помня уроки Коё, рыжий эспер моментально схватил руку противника и использовал приём, усиливая его гравитацией. По расчетам, Анго должен был быть уже без сознания от удара головой о стену, однако, вопреки ожиданиям, Чуя сам оказался у противоположной стены, стоя вертикально по отношению к полу. - Как ты!.. - Управление гравитации спасло Чую от падения. - Я охраняю это место не просто так. Удар любой силы, направленный на тебя, можно несколькими движениями обратить против противника. Техника из айкидо. К слову, спешу обрадовать, твоя способность действительно похожа на силу того, кем ты себя зовёшь. Напрасно, не пытайся обмануть меня. Я читал "Инцидент Арахабакки," Накахара-сана описывают как "рассудительного молодого человека, внушающего страх одним свои видом," - "Накахара-сан" проклял себя в эту минуту за излишнее преувеличение в отчете. Нет, он, конечно, сам просил Коё писать именно так, но всё-таки прошлый максимализм играет ему не на руку. - Да я убью тебя! - Чуя был по-настоящему зол. Конечно, он мог бы показательно начать объясняться, поднимая свою шляпу и прекрепояя её к потолку, но чувствовал желание проучить наглеца, а не оправдываться перед ним. - Не сыпь угрозами по-напрасну, - Анго чуть отошёл от своей исходной позиции, однако, ненароком, обнажил собственную слабость. К несчастью, дальше двух метров без очков он не видел ничего, потому споткнулся и грохнулся точно на пол, а, попытавшись встать, уже чувствовал, будто вдруг превратился в чугун. Именно в ту секунду он стал сомневаться, не Чуя ли перед ним действительно. Однако, чтобы в восемнадцать лет выглядеть на двенадцать? Нет, он не мог в это поверить. Едва сумев противостоять гравитации, он нажал на кнопку безопасности, и, спустя секунду, в помещение ворвался усыпляющий газ. Чуя сначала не понял, что происходит, а когда всё же догадался, в лёгких было слишком много снотворного. Желая выдать что-то максимально оскорбительное, он, уже опускаясь на колени и отпуская гравитацию стал вглядываться в названия документов на полках. Одно из них врезалось в память особенно четко. - Ты... Немецкая гегемония!

***

- Почему я связан? - Только пришедший в себя Анго попытался пошевелить руками, однако те были прикованы к спинке стула. - Потому что ты подрался с Чуей, и, будь я боссом, то отпустил бы тебя, зная вспыльчивый характер нашей чухвахва, но Огай любит формальности, потому буду тебя допрашивать. Да мне и самому интересно, - Дазай ходил от стены к стене, говоря это, и вертел в руках телефон, рискуя отправить его в полёт на пол. - Это действительно был Чуя? - Анго смотрел непонимающе, а Дазай лишь усмехнулся, случайно нарушив атмосферу серьёзности, - Я представлял его иначе... - Немного выше? - Не выдержав, Дазай захохотал в голос. - Да нет же! Ну, это тоже, но меня больше смутило... - Что он похож на девочку лет четырнадцати? - Дазай! Да, это тоже, но я думал, что он выглядит иначе. В отчете написано "Молодой человек, вызывающий страх и дрожь одним взглядом, а словом способный повергнуть в шок. Среднего роста по Мадагаскарским стандартам и невероятно остроумный, в какой-то мере - гениальный." А на деле.. - Ха-ха, а на деле тебя поверг в шок не огромный словарный запас, а полное его отсутствие, как и прочих перечисленных качеств? - Здесь я бы не согласился. К примеру, проведя пол жизни в библиотеке я до сих пор ни сном ни духом, что такое "немецкая гегемония." - А? Гномы или гомо-что? - Дазай снова засмеялся под пристальным взглядом Анго. - Не-мец-ка-я ге-ге-мо-ния. Он так меня назвал. - Гм. Я тоже не в курсе, - Дазай почесал затылок и слегка нахмурился, - Впрочем мне и его допрашивать нужно, узнаю. При мне такими интересными словами он не выражался, ограничиваясь "дебилом," "дауном стометровым" и "жирафом." Ну, простым людям всегда сложно понять гениальную мысль. - Анго прикрыл рот, скрывая засиявшую на губах улыбку.

***

- Какого черта именно тебя направили сюда, и почему я связан?! - Потому что ты обвиняешься в нападении на ни в чем невиновного библиотекаря. А, если тебя не устраивает моя персона, то могу вырвать Коё с отдыха и пригласить сюда. - Это шантаж? - Чуя скептично приподнял бровь. - Он самый, - Дазай театрально улыбнулся, расставив руки, - И вы выйграли аааавтомобиль! - Чего? - Несмотрящий телевизор и неумеющий ломать четвёртую стену Чуя не понял, о чем говорит Дазай. Впрочем, не впервые. Не понимать о чем и для чего говорит печальноизвестный суицидальными привычками мафиози вошло у всех в порту в привычку. Чуя лишь тяжело вздохнул, пересилив волю и поддавшись распросам. - Ну и что же господин Суицид Де Имбецил-Дазай желает у меня выведать? - Дазай повторил скептичный жест Чуи, слыша такое интересное к себе обращение, однако проигнорировал его, не желая уходить от темы. - Две вещи: Во-первых, в чем суть вашего с Анго конфликта? - Чуя отвернулся и устремил взгляд в бетонный пол. - Так он тебе уже рассказал наверняка, да ты и сам знаешь, чепушило. - Лицо Чуи исказилось такой детской ухмылкой, когда сломал кулич в песочнице или кинул камень за забор к соседям, а потом убежал, слыша не совсем цензурные фразы в догонку. - Ты - подсудимый, я - обвинитель, если не хочешь провести здесь месяц, то, великодушно прошу, - Дазай одернул плащ, лежащий на плечах, - Не называть меня чепушилой, а... Обращайся - ваше величество. - Ох, не передать словами какая ненависть пылала в глазах Чуи и как гаденько лыбился Осаму. - Да, ввашше.. бинтованное величество. - Пойдёт. Тогда, мой маленький друг, раз мы договорились, то перейдём ко второму: что такое немецкая гегемония? - Чуя попытался вспомнить - как эта фраза связана с ситуацией в архивах, однако память оставалась за глухой стеной, сквозь которую было совершенно невозможно пробиться, благо, Дазай, понимая, что происходит, невольно помог Чуе: - Ты так Анго назвал, помнишь? - Да-да.. конееечно помню.. - Накахара пытался отвертеться, надеясь, что Дазай отстанет от него со своими глупыми расспросами. - Ну так подчинись своему хозяину, чухвахва, и поведай, что же это за шифр такой, - Чуя весь засветился алым светом, услышав это. Нет, ну это верх наглости! Накахара стал шептать что-то про смутную печаль под нос, однако Дазай положил руку ему на плечо прежде, чем взорвалась первая гравитационная дыра, - Ай-яй, - Он пригрозил Чуе пальцем, - Мы в подземелье и, обрушив стены, ты заставишь меня совершить суицид не с прекрасной девушкой, а с рыжим гномом, вот уж, чего не желаю. - Делайте, что хотите, ваше великотупичество. Ваша честь или как там.. М, немецкая гегемония - это.. Такая порода ут.. - Чуя запнулся, думая, что сказать дальше. - Утки? - Утконоса! Стыдно не знать, ваше... А, к черту, это выше моих сил. Будешь двужопой обезьяной и ни слова больше. - Оу, крошка-Чу, но я же просил не грубить, - Дазай обиженно состроил глазки и глядел в упор на Чую, как кошка, которой наступили на хвост. Продержав такое выражение лица секунд десять, Дазай мгновенно покончил с актёрским мастерством и вновь заговорил: - Значит, в этот день ты особенно остроумен на оскорбления. - А что - можешь лучше? - Дазай усмехнулся и щелкнул пальцами. В комнаты ввели Анго, уже без наручников. Он выражал высшую степепь спокойствия, скрывая дёрганье глаза. - Сейчас Анго будет учить тебя остроумно разговаривать. - Анго посмотрел на Дазая растерянно, мол, с ума сошел, однако второй не отреагировал, прожигая взглядом в Чуе дырку. - Анго, скажи что-нибудь. - Я не хотел бы.. - Ну пожалуйста, - Дазай сложил руки в умоляющем жесте. - Ладно... Чуя, вы апоплексический аржанец. - Рыжий не понял. Просто не понял и всё, потому что с апоплексическими аржанцами ранее он не сталкивался. Дазай захлопал в ладоши, что окончательно вывело Чую из себя. - Сам ты, - мысленно Чуя вспомнил медицинские термины, которыми когда-то ругался Мори в случае неудачных многоходовок, а после и что-то из истории, - распятый интерорецептор! - Обоих в комнате поразил достойный ответ, а, Анго, похоже, почувствовал азарт. - Археографичная мигрень! - Дефенестрация* параллелепипеда! - Уверенно ответил Чуя, вспоминая, а, может, и придумывая что-то. Дефенестрация была как-то связана с Дазаем, но как он не помнил. - О, что-то из геометрии, - Дазай вмешался, однако чувствовал себя невидимым. - Лемниската астрономической гиперболы, - Парировал Анго, не обращая внимания на попытки Дазая их остановить. Сакагучи по привычке собирался поправить очки, однако с досадой не обнаружил их. - Пучеглазый идеолокатор конусообразной параболической верификации! - Анго невольно напрягся, чувствуя, что соперник действительно не так прост. - Индонезийский семиугольный зонд, ручающийся в законности интерробанга, склеротомической амфибрахийной зоологии..! - Анго произнёс это как скороговорку. Сложно сказать, сколько времени они говорили этими ясными им одним шифрами. Зазевавшийся Дазай в конец заскучал, а во время оживленной беседы никто не услышал, как хлопнула дверь. Они ещё долго обсуждали территориальность анастезиологической таблицы мухоморов и допотопные сооружения ураганных метеорологов. Так они и просидели всю ночь, а к утру, сами стали походить на допотопные сооружения с синяками под глазами и охрипшими от ярого спора голосами. Встречаясь во все следующие разы каждый упоминал что-нибудь о гермофродитных каракатицах и медузоподобных змеях - прохожие смотрели на них, как на сумасшедших. И, всё-таки, оказалось, что немецкая гегемония звучит не так уж плохо, особенно если обозначает превосходство над чем-либо, а не породу утконоса.