Детство карт.

Клоны, как всегда, страдали фигнёй, когда портал открылся вновь. Но, вместо того, чтобы выйти, Вару затеял драку с Ромео — тот хотел выйти вперёд него. В конце концов Пику пришлось разнять их и напомнить Ромео — он идёт седьмым! — Мы договаривались! Сегодня очередь Зелёного! — Счастливо оставаться, лохи! — крикнул тот, убегая в портал. — Несправедливо! — возмутился Ромео. Пик приобнял Зонтика, который счёл поведение Вару грубым. — Не обращай внимания, Зонтик. Ты ведь знаешь, каким он стал. Вару же очутился в комнате, которую знал по описаниям других, и заметил парня. Шатен с карими глазами — как и говорили ребята. — Привет, Создатель! — преувеличенно дружелюбно проговорил Вару, прикалываясь, после чего посмотрел в зеркало. Зелёные кудри и очки со спиралями. Неплохо. Он зачем-то показал отражению язык… И замер. Его язык был раздвоёным, с длинным шрамом, словно его кто-то разрезал. Фёдор тоже поразился. — Пятый, что с твоим языком? — А хер знает, я хз. Похоже, мне его резали. Кто, как и зачем — в душе не ебу. — Тогда ты его в школе шибко не свети. Подожди немного, сейчас я дам тебе сумку и куртку, пойдёшь в школу. Надеюсь, хоть ты не налажаешь. Главное, не переигрывай! По пути в школу Вару зачем-то натянул на лицо маску, а так же заметил, что он начал просто отвратительно говорить — перестал чётко проговаривать звуки, зато слова коверкал очень креативно! Разумеется, Вару не мог не учинить какой-нибудь шутки. Например, перед биологией он провернул следующее. Попросив (с помощью блокнотика) у Димы тетрадный лист, чтобы писать, он щёлкнул невесть откуда взявшимся нейро-анализатором, стерев парню память об этом и попросил листик снова. И так до тех пор, пока от совсем новой тетради в 90 листов не осталась одна обложка. На следующем уроке Вару спёр весь мел из класса. А когда его спросили, зачем, он просто промолчал. Весь день Вару молчал, как партизан, пользуясь для общения блокнотом. Также он не отвечал на вопрос, почему он молчит. Одноклассники сочли, что у него просто отчего-то болит язык, что, кстати, отчасти было правдой — после столовой у Вару сильно начал болеть шрам на языке. «Чёрт, почему же так болит язык! Он же давно зажил! По крайней мере, на вид. Хотя плевать, не в больницу же идти! Похрен, пройдёт.» По итогу парень махнул на эту боль рукой. В принципе, насколько Вару помнил, это уже не первый раз, так как проигнорировать боль было легко, даже привычно. Как будто ему не впервой. На очередном уроке, быстро закончив задание, Вару достал зелёную ручку и принялся рисовать спирали в блокноте. Неизвестно почему, но ему нравилось это занятие — рисовать спирали, тем более зелёные. Будь его воля, он бы и в тетради писал зеленой ручкой, да только это запрещалось. Одноклассники, конечно, заметили, что сегодня их друг словно одержим зелёным цветом, но почему, ответа не получили. Вернувшись домой, Вару ничего не ответил на вопрос Создателя о том, как прошёл день, спокойно ожидая возвращения. — О, Зелёный, ты пришёл, — заметил Куромаку. Парень в ответ промычал что-то, показав руку с пятью растопыренными пальцами. — Ты теперь не Зелёный, а Пятый? — верно понял его умник. Вару кивнул и сел на пустоту. Пик и Зонтик переглянулись. — Зонт, могу я… — Иди, — ответил голубоволосый парнишка, не дослушав вопрос. — Ему сейчас нужнее. Пик приобнял друга, после чего сел рядом с Вару, положив руку ему на плечо. Кончилось это тем, что тот заснул, а колени Пика служили ему подушкой.