Нафиг мне сдался этот служебный роман

            KimTae3012: ты мне тоже нравишься, Чонгук.       Прочитав сообщение от куратора, Чонгук не мог поверить своим глазам. Он раз пять перечитывал его, пока не убедился в том, что правильно понял напечатанные слова. Вне себя от счастья, он бросился на кровать и принялся кричать в подушку, прямо как влюблённая школьница.       Он и не заметил, что общался с Кимом целый день — время для него пролетело как пять минут. Ему было и стыдно за свои признания, и радостно от того, что он получил в ответ взаимность. Хотелось, конечно, поделиться с кем-то такой радостью, но на работе никому рассказывать об этом нельзя — не поймут и не одобрят. Оставалось радоваться в одиночку. Лёжа на кровати он вспоминал Кима, его ключицы и руки. А ещё его улыбку.       Так он и провалялся на кровати, пока не уснул. Утром он отправился в душ. Сквозь шум воды он услышал из комнаты оповещение о звонке скайпа. Выскочив из душа, он подлетел к компьютеру и ответил на видео звонок.       — Доброе у… — начал Ким и увидел мокрого Чонгука с голым торсом. — Хм, доброе утро, Чонгук, я не вовремя?       — Доброе, я просто принимал душ, уже освободился, правда, когда бежал сюда, забыл захватить полотенце.       Тэхён посмотрел на каплю, свисающую с чёлки Чонгука, а она упала, и Ким проследил за её движением — ударившись о ключицу, она утекла тонкой струйкой куда-то вниз, за пределы, доступные экрану компьютера. Куратор тяжело вздохнул и почувствовал напряжение в пижамных штанах.       — Не отключайся, Чонгук, — тихо проговорил он, — давай поговорим. О чём угодно, я просто хочу видеть… тебя.       От такого низкого голоса у Чонгука мурашки пронеслись по позвоночнику. Ким, ещё немного сонный, в пижаме и с небрежно лежащими волосами, выглядел так по-домашнему, что обстановка казалась очень интимной. Тэхён закусил губу, и Чонгука сорвало с тормозов.       Оттолкнувшись ногой от пола, он отъехал на кресле чуть дальше от стола, предоставив Киму больший обзор. Увидев, что тот сидит перед ним абсолютно голый, Тэхён расширил глаза и открыл рот. Медленно опуская глаза с лица Чона всё ниже и ниже, куратор остановил свой взгляд на его достоинстве и рвано выдохнул.       — Что, нравится… видеть меня? — хмыкнул Чонгук, следивший за его реакцией.       — И-извини, что оторвал тебя от водных процедур, я не хотел, — пробормотал тот.       — Не хотели? А что бы вы хотели… сделать? Например, вот это? — спросил Чон и провёл рукой по ключицам, затем слегка погладил соски и повёл пальцы ниже.       — Остановись, не нужно.       — Так отключитесь, господин Ким.       Тэхён потянулся к кнопке завершения вызова, но тут увидел, как Чонгук ухмыльнулся, подмигнул и обхватил рукой свой член.       — Боже, — не в силах сопротивляться, Ким откинулся на спинку кресла и уставился в экран, как заворожённый. Рука сама потянулась расстегнуть пуговицы на пижамной рубашке, а вторая скользнула под резинку штанов. — Что ты со мной делаешь, Гуки?

***

      Если бы Чонгуку сказали несколько месяцев назад, что он будет заниматься с господином Аполлоном виртом на постоянной основе, он бы ни за что не поверил. Тем не менее, каждые выходные они связывались в скайпе и после обсуждения всяких простых житейских мелочей, неизменно заканчивали общение совместным самоудовлетворением.       Чонгуку это нравилось, Тэхёну, судя по всему, тоже.       Но в конце декабря Чона ждало разочарование.       — Я беру отпуск, — сообщил ему Ким. — На Рождество мы с семьёй улетаем в Европу, потом отметим там же мой день рождения и Новый Год, и в первых числах января вернёмся.       — Но это уже через два дня, — разочарованно проговорил Чонгук. — Почему ты раньше не сказал?       — Мы каждый год так ездим, я совсем забыл тебе сказать.       — Каждый год… ну да, — расстроился парень. — У вас старые семейные традиции…       — Ну не расстраивайся, время быстро пролетит, — успокаивал его куратор.       — Да, время пролетит, — качал головой Чон. — Праздники, выходные пролетят… без тебя.       — Ну, зависните где-нибудь с Чимином.       — Ты шутишь? — удивился парень. — Хорошо, мы зависнем, напьёмся и зацелуемся вусмерть. Тебя устроит?       — Ну не злись, Чонгук-и, — улыбнулся Ким. — Прости. По-другому не получится. У нас с тобой сегодня «последний раз» до большого перерыва, давай не будем ссориться.

***

      Чонгук злился. Чонгук скучал. Чонгук настолько привык к Киму, что ходил по квартире, как тигр в клетке, не зная, чем себя занять. В один из выходных Чимин пригласил его к себе в гости. Вспомнив слова Тэхёна, Чон тут же согласился.       — А давай-ка мы с тобой перед твоим красивым домом сфотографируемся, — предложил с порога Чон. — Мне он ещё в прошлый раз понравился, хочу на Фэйсбук запулить.       — Да без проблем, — пожал плечами хозяин. — Давай, я твоих пару фото сделаю, а потом вдвоём можно.       «Да, а потом я подпишу под фото что-то типа «нам очень хорошо вместе», — прогнал у себя в голове злобную мысль Чонгук.       Сделав несколько снимков, парни вошли в дом.       — Дай мне только сначала посмотреть, что получилось, — протянул руку к телефону Чимин. — Я, кажется, там моргнул где-то.       Отдав другу телефон, Чонгук прошёл в дом и удобно устроился на мягком диване в гостиной. Взяв со стола пиво, он начал расслабленно потягивать напиток. Без гостей и громкой музыки здесь было гораздо уютнее. Чона окружала аура спокойствия и умиротворения, до тех пор, пока…       — А не охренел ли ты, часом, Чон Чонгук?!       Подскочив с дивана, чуть не пролив пиво, названный помчался на голос. Увидев Чимина, смотрящего в его, Чонгука, телефон с широко распахнутыми глазами, он прогнал миллион мыслей в секунду, чтобы хоть примерно иметь представление, в чём он виноват. И одна из мыслей обухом ударила его по голове — скорее всего, друг пролистал галерею чуть дальше и наткнулся на одну из фотографий Кима.       Когда Чонгук узнал, что их прошлый разговор должен стать последним перед долгой разлукой, он сделал несколько скриншотов Тэхёна. Пару самых любимых он перекинул на телефон, чтобы иметь возможность наслаждаться видом и сильно не скучать.       Сделав последние шаги к Чимину уже на ватных ногах и забрав у него из рук телефон, парень понял, что его догадка была верной. На экране он увидел лучшую фотографию Кима — тот сидел с закрытыми глазами, откинувшись на спинку кресла и закусив губу.       — Блять, — только и мог сказать Чон.       Когда Пак отошёл от первого шока, парни вернулись в гостиную и молча сели пить пиво. Чуть ли не залпом выпив первую бутылку, Чимин взял вторую и, наконец, спросил:       — Как давно вы ТАК общаетесь?       — Не очень давно, — уходя от конкретного ответа сказал Чон.       — Блять, я тебе сто раз говорил, что он женат, — до сих пор не веря в то, что узнал, продолжал хозяин дома. — Ты совсем с головой не дружишь?       — Он не любит свою жену, — опустив голову пытался оправдаться Чон.       — Да хрен с ним, Чонгук-и! Вот вообще мне похуй на него! — перешёл на крик Пак. — Ты-то, блять, теперь кто?       Чонгук сидел и молчал, потому что ответить ему было нечего. А тот, сделав очередной большой глоток пива, с возмущением продолжал:       — Ему на тебя плевать, Чонгук-и, как ты не понимаешь? Он укатил с семьёй в отпуск, как и каждый год до этого. Ты в его жизни ничего не поменял. А вот он в твоей может изменить многое. Тебе это надо? Ты уже зациклился на нём и не смотришь по сторонам. Ты молодой, красивый парень, не порти себе жизнь.       — Я, кажется, в него влюбился, — тихо проговорил тот.       — Да чем он тебя так зацепил? — схватился за голову Чимин.       — Не говори никому, Чимин-щи, — схватил его руку Чонгук в умоляющем жесте. — Мне очень нравится эта работа, я не хочу, чтобы меня уволили.       — Расскажи, что вы делали, — неожиданно попросил Пак.       — Чего? — не понял ошарашенный гость.       — Ты трогал себя, он трогал себя, — проговорил Чимин, подвигаясь ближе к парню, — но разве этого достаточно?       — Не понимаю, о чём ты, — отстраняясь от него пробормотал Чон, но упёрся в подлокотник дивана.       — Посмотри… на мои губы, — прошептал блондин, убирая волосы назад, — Они гораздо ближе, чем Сеул.       Чонгук закрыл глаза и ощутил горячее дыхание на своём лице, и через секунду его губы почувствовали лёгкое касание губ напротив. Чувствуя руку, скользящую вверх по его бедру, парень открыл глаза и вскочил с дивана. Мотая головой и не в силах подобрать слова, он выбежал из дома Чимина.

***

      Слова друга больно царапнули по гордости Чонгука, он даже не мог злиться на его неожиданную выходку, потому что понимал, что тот был просто возмущён и ошарашен, узнав о Киме. Чего уж скрывать, он и сам был бы шокирован, узнав о чём-то подобном.       Чимин был абсолютно прав — ничего в жизни куратора не поменялось с приходом Чонгука. Значит жизнь его вполне устраивает, и менять он её не планирует. Что в таком случае остаётся Чонгуку — быть развлечением выходного дня? Так себе перспектива, откровенно говоря.       Новый Год он встретил с родителями, стараясь не забивать себе ничем голову, а в январе вернулся к работе. Чимин как и прежде обедал вместе с ним и Хосоком, но к теме Тэхёна они не возвращались, как и к теме их неожиданного поцелуя. Время шло, настроение Чонгука болталось где-то между отметками «мне всё равно» и «мама, роди меня обратно».       После обеда в пятницу руководитель пусанского филиала вызвал Чонгука к себе в кабинет. Проходя мимо Пака, он увидел на его лице разочарованную улыбку и озадаченно вошёл в кабинет.       Ни в одном из альтернативных сценариев своей жизни он не был готов увидеть то, что видел сейчас. В кресле напротив руководителя сидел Ким Тэхён.       — З-здравствуйте, — поздоровался Чон.       — Здравствуйте, Чонгук, — официально ответил Ким.       — Чонгук, — обратился к нему руководитель, — господин Ким приехал к нам с инспекцией. Будь добр, проводи его к себе в кабинет и покажи все документы и компьютерные файлы.       — Конечно, пройдёмте за мной, господин Ким.       Войдя в свой кабинет, Чонгук увидел Чимина, сидящего на краю стола Хосока. Они о чём-то разговаривали, а когда увидели столичного инспектора, молча посмотрели на него.       — Добрый день, господин Ким, — оглядел гостя Чимин и скрестил руки на груди. — Надолго к нам?       — Здравствуйте, Чимин, — ответил тот с улыбкой. — Надеюсь успеть управиться до вечера. Мне нужно довольно много чего просмотреть.       — Ооо, не сомневайтесь, — хмыкнул Пак. — Чонгук вам всё покажет. Вот прямо всё-всё, да Чонгук-и?       — Чимин, нам нужно работать, не мог бы ты уйти в свой кабинет? — бросив злой взгляд, оборвал его Чонгук.       — Хосока с собой забрать? — презрительно бросил тот, выходя.       «Был друг — и нету друга», — подумал про себя Чонгук и взялся за документы.       Инспектор просмотрел все нужные бумаги, сел к рабочему компьютеру Чонгука и приступил к изучению рабочих файлов. Чонгук всё это время сидел на соседнем стуле, нервно перебирая бумажки и разглядывая свои записи в блокноте. Вдыхая ненавязчивый запах цветов, исходящий от Тэхёна, он представлял, что лежит на тёплой травке где-то на цветочном лугу. Ловя на себе взгляды Хосока, он лишь молился о том, чтобы Чимин не наговорил тому лишнего.       К окончанию рабочего дня инспекция была успешно завершена, что Ким и сказал руководителю филиала после того, как отпустил Чонгука домой. Отказавшись от совместного ужина, он вышел из офиса компании, достал телефон и набрал номер.       — Диктуй адрес, Чонгук-и, я сажусь в такси, — сказал он, когда дождался голоса с того конца.       — Какой адрес? — удивился тот.       — Твой домашний, конечно.       После секундного замешательства Чонгук назвал свой адрес и отключился. За полдня инспекции он успел накрутить себя практически до состояния истерики и сейчас его голова безумно сильно желала взорваться, чтобы прекратить эти мучения.       — Не думал, что ты действительно живёшь так близко к работе, — улыбнувшись сказал Тэхён, входя в его квартиру через пятнадцать минут.       — Возьми тапочки для гостей, — не посчитав нужным отвечать, предложил хозяин. — До тебя здесь не было гостей, так что, они новые. Почему ты не предупредил меня об инспекции?       — Ну… — не переставая улыбаться ответил куратор, проходя в гостиную. — Наверное, потому что она внезапная внеплановая? В понедельник поеду в Сеул и напишу отчёт, что в Пусане у нас лучший филиал.       — И как часто эти проверки у вас проходят?       — Если честно, то эта — первая, — сказал Ким и закусил щёки изнутри. — Я её придумал и предложил нашему директору. В начале этого года по всем филиалам пройдут проверки, первый раз за всё время. Вот как-то так… Я очень старался придумать повод приехать к тебе.       — Зачем? — строго спросил парень.       — Я хотел тебя увидеть.       — Зачем? — повторил хозяин.       — Я соскучился и мне мало того, что между нами есть.       — А что между нами есть? — не унимался Чон.       — Возможно, что-то романтическое? — неуверенно сказал гость.       — И ты приехал сюда зачем? — высказал главный интересующий его вопрос Чонгук.       — Я ехал сюда к тебе, но ты ведёшь себя так, как будто ты мне не рад.       — А жена? — продолжал парень. — Жена знала о твоей поездке?       — Знала.       — А обо мне знала?       — Знала.       — Жена знала, что ты едешь ко мне и будешь делать что? — настойчиво требовал ответа Чон.       — Не заставляй меня произносить это вслух, — покачал головой Тэхён. — Она дала разрешение на всё. Сначала она, конечно, была в шоке, когда я ей совершенно спокойно сказал, что еду в Пусан к парню. Но она не стала устраивать скандал. Так что, она в курсе, что у нас… как бы это сказать, служебный роман.       — Нафиг мне сдался этот служебный роман, — подойдя к нему вплотную процедил сквозь зубы Чонгук, решив вылить на него всё, что накопилось, а Тэхён никак не ожидал такой реакции и уголки его губ опускались вниз, пока он слушал, не зная, что ответить. — Через два дня ты вернёшься к жене и будешь трахать её как ни в чём не бывало. Но я не твоя жена, которая отпустила тебя сюда, зная обо мне. Мне противно даже думать, что после меня ты захочешь присунуть свой член в её дырку, имея на это полное право. А я буду сидеть здесь и думать о том, что с понедельника по пятницу ты исполняешь свой супружеский долг.       — Чонгук… мне… неприятно это слышать, — тихо проговорил Ким.       — А мне неприятно это чувствовать, — высказавшись, хозяин пошёл на кухню готовить ужин, оставив гостя в одиночестве в гостиной.       — Послушай, — начал Тэхён заканчивая с ужином, — если ты против того, чтобы я был здесь, я поеду в гостиницу.       — Я не против, оставайся, — тихо проговорил успокоившийся парень. — Я просто хотел, чтобы ты знал, КАК наши отношения выглядят с моей стороны. Это неприятно, это очень мерзко давит мне на мозг, но я ничего не могу с этим поделать.       — Чонгук, — куратор поднялся из-за стола, подошёл к парню и положил руку ему на плечо. — Отключи голову и не думай об этом, я всё решу, но позже, а сейчас я бы очень хотел просто побыть с тобой.       Чон послушно «отключил голову». Пусть семейная жизнь Тэхёна остаётся чем-то далёким и неизбежным, кровожадно маячащим столичными огнями. А в эти выходные он будет полностью принадлежать Чонгуку. Разве не об этом он мечтал ещё со своего первого официального рабочего дня?       — Душ — там, — сказал он спокойно куратору и пошёл в спальню готовить постель.       Когда Ким вышел из душа в одном нижнем белье с полотенцем на плечах, Чонгук проскользнул мимо него и закрылся в ванной. На него вдруг напал такой мандраж, что он кое-как привёл себя в порядок. Одно дело — дрочить перед камерой, и совсем другое — иметь возможность прикоснуться к прекрасному. Ему бы не помереть от счастья. Аутотренинг — наше всё, когда Чон вернулся в спальню, он был уже более-менее спокоен.       — Ну ты чего? — спросил Ким, увидев остаточный тремор пальцев младшего. — Иди сюда.       Чонгук осторожно, диким зверьком, подошёл к куратору и сел рядом, не зная, чего ожидать, а тот его просто обнял и положил голову ему на плечо. Так они и сидели, пока Тэхён не убедился в том, что Чон дышит спокойно и расслабленно. Тогда он чуть поднял свою голову и едва заметно прикоснулся губами к плечу младшего, а тот вздрогнул, почувствовав, как мурашки разбегаются в разные стороны.       — Ох, Чонгук-и, кого ты хотел обмануть своим дерзким поведением в скайпе? — улыбнулся он, пощекотав носом ухо напрягшегося парня. — Ты всё тот же малыш, который мне так понравился.       — А вот и нет, — проворчал Чонгук и попытался с вызовом посмотреть Киму прямо в глаза, но, увидев его расширившиеся зрачки, гулко сглотнул, вызвав смех куратора.       И вот этот смех сорвал крышу у милого пусанского мальчика, он зарылся пальцами в длинные волосы куратора и впился губами в его губы. Он посасывал и прикусывал, терзал бедные губы Кима, но тот лишь слегка посмеивался нетерпеливости младшего.       — Что я… — еле оторвавшись прошептал Чонгук, — что я должен сейчас сделать?       — Странный вопрос, малыш, — удивился Ким, глядя на его расфокусированные глаза. — Ты ничего не должен, делай только то, что тебе хочется сделать. Сегодня я полностью в твоём распоряжении и не трогаю тебя.       — А завтра? — с подозрительной для предъявляемых ранее претензий надеждой в голосе уточнил Чон и получил искреннюю улыбку в ответ.       — Посмотрим на твоё поведение, — по-доброму посмеялся куратор и откинулся на подушку.       Чонгук навис над Тэхёном, нервно облизывая губы, а тот дёрнул пальцами, желая вдавить в себя этого малыша, но сжал кулаки, вспомнив об обещании. Сегодня без лишних движений. Дай, боженька, ему сил.       Парень медленно пожирал взглядом своего Аполлона, не зная, с чего начать, дорвавшись до столь желанного приза. Наконец, он медленно склонился к нему, чтобы прошептать на ухо:       — Прямо всё-всё можно?       — Боже, ты меня с ума сведёшь, — не выдержал Тэхён, обхватил его голову руками и на этот раз сам начал целовать его, лишая возможности вдохнуть хоть немного кислорода.       Вдоволь насытившись сладкими губами парня, куратор снова попытался взять себя в руки и отстранился, улыбаясь, глядя на разомлевшее от поцелуев лицо напротив. Поняв, что Чонгук чересчур волнуется, он мягко перевернул его, чтобы они оказались оба лежащими на кровати, лицом друг к другу, взял его руку и сам положил её на свою щёку.       Чонгук обжигал Тэхёна едва заметными прикосновениями кончиками пальцев, двигаясь по бархатному телу, стараясь не пропустить ни сантиметра. Немного осмелев, он придвинулся ближе и начал догонять свои пальцы лёгкими поцелуями.       — Господи боже, какой же ты красивый, — повысил Чонгук в ранге Тэхёна с Ангела до Божества, уткнувшись лбом в его грудь.       Счастливо улыбающийся Ким запустил пальцы в его волосы и поцеловал в макушку, расслабившись от такой нежности, но дёрнулся от неожиданности, почувствовав пальцы Чона, обхватившие его достоинство через тонкую ткань белья. Тяжело выдыхая через нос, он прикрыл глаза, ощущая, как парень «перебегает» пальцами чуть выше и, зацепив резинку боксеров, немного их приспускает, освобождая возбудившийся член.       Тэхён зажмурился и крепче сжал волосы Чонгука, закусив губу, чтобы не спугнуть младшего своими стонами удовольствия, но когда он почувствовал, как этот скромный парень обхватил оба их члена своей ладонью и начал двигать рукой с бешеной скоростью, то не сдержался. Подавив стон в горячем и почти болезненном поцелуе, он уткнулся младшему в плечо и старался не переходить грань, обнимая и поглаживая Чонгука не ниже поясницы.       — Ёптвоюмать, Гуки, прости за мой французский! — процедил он сквозь зубы, глядя слезящимися глазами в потолок, когда тот задел его чересчур чувствительный член ногтем.       — Давай свой французский, — ответил ему со сбившимся дыханием Чон и поднял голову, выпрашивая очередной поцелуй, но Ким уже был на грани и не отражал действительности, зажмурив глаза и закусив губу.       От такого возбуждающего зрелища Чонгука тут же унесло, и они, почувствовав предоргазменную дрожь друг друга, кончили с синхронным выдохом удовлетворённого облегчения.       Обтёршись салфетками, парни залезли под одеяло и расслабленно обнялись.       — Ты мой, — сказал Чонгук, проваливаясь в сон.       — Твой, — задумчиво ответил куратор, целуя его в макушку.       Днём в субботу и воскресенье они смотрели фильмы, сидя в обнимку на диване, ели заказанную еду и болтали ни о чём. Ночью Тэхён шептал Чонгуку на ухо милые нежности и аккуратно исследовал его тело, бережно ласкал его и заботился о своём маленьком пусанском мальчике так, как уже давно хотел, наслаждаясь его несдержанными стонами. Чон получал ни с чем не сравнимое удовольствие и старался запомнить каждую проведённую с мужчиной своих мечтаний секунду.       Отпуская Тэхёна в понедельник рано утром в Сеул, Чонгук чувствовал, что теряет что-то очень важное, близкое и родное. Голова его снова включилась и в ней тихо забилась мысль о том, что эти выходные всё слишком усложнили. Как теперь Чон будет справляться с одиночеством, он не знал.

***

      Этой же ночью Чонгука разбудил неожиданный звонок в скайпе. Удивившись ночному звонку в будний день, он встал с кровати, подошёл к компьютеру и принял видеозвонок. По ту сторону экрана сидел Тэхён, нервно покусывая ноготь большого пальца.       — Что-то случилось? — спросил сонный Чон, посмотрев на часы. — Два часа ночи.       — Прости, Чонгук-и, — начал Ким, опустив глаза. — Я не хочу тебя обманывать или что-то скрывать от тебя. Ты мне, правда, очень дорог, поверь мне. После этих выходных с тобой я многое понял и решил, что не буду больше спать с женой в одной кровати.       — Это же хорошо? — неуверенно спросил Чонгук. — Почему ты так нервничаешь?       — Сегодня я лёг спать на кровати в комнате для гостей… но… ко мне пришла жена и… она сказала, что много читала и общалась с подругами по поводу нашей семьи. То ли в какой-то статье она вычитала, то ли подруги подсказали ей, что надо возвращать страсть в наши отношения, и она…       — Стой, не надо больше ничего говорить, я не хочу этого знать, — прервал его Чонгук. — Блять, я знал, что так будет. Ну а что? Это же жена, не какая-нибудь там любовница, или глупый пусанский мальчик Чон Чонгук — имеет право. А вот я не имею никакого права даже предъявить тебе своё «фи», потому что я тебе — никто. Ты — не мой, никогда им не был и никогда не будешь. Я предупреждал тебя, Тэхён.       — Чонгук-и…       — Давай вернёмся к тому, с чего начали — ты мой куратор и точка, — и после этих слов Чонгук отключил скайп.       Сидя там же за столом, он уронил голову на руки и, не в силах дойти до кровати, провалился в спасительный сон.

***

      Жизнь Чонгука состояла из определённых моментов — ежедневный отчёт — еженедельный отчёт — ежемесячный отчёт. Где-то между ними были выходные с дорамами, обеды с Хосоком и Чимином, с которым они, всё же, остались друзьями, и звонки маме.       Тэхёна в его жизни не было, был только господин Ким.       Наступила весна, в туристической компании «Глоток свободы» готовились полным ходом к новому сезону. В пусанском филиале Чимин уже был в предвкушении очередного ознакомительного тура — один его знакомый из столицы по секрету сказал ему, что в этот раз они поедут во Францию.       — Франция, парни, прикиньте? — пищал он. — Обожаю. Замки, парки, музеи — ммм. А Париж — город влюблённых — вообще шик. Что вам привезти?       — Любовь, — мрачно пошутил Чонгук.       — Ну, любви тебе и так хватает, — проворчал Хосок, который, как оказалось, всё же был проинформирован Чимином о господине Киме. — Только вот нет от неё никакого толка. Так что, соглашайся на брелок с Эйфелевой башней.       — Пойдёт, — равнодушно согласился Чон.       Чимин на это лишь хмыкнул.       За два дня до тура руководитель филиала вызвал Чонгука к себе в кабинет.       — Чонгук, у нас ЧП, — начал он. — Чимин сломал ногу.       — Да вы что? — охнул Чон.       — Да, — продолжил руководитель. — Нам срочно нужно заменить его в туре. Мы с ним уже всё обсудили по телефону. Самая подходящая кандидатура — это ты. Во-первых, ты уже имеешь опыт ознакомительных туров; во-вторых, у тебя образование соответствующее; в-третьих, ты знаешь иностранные языки. Ну и с визой у тебя проблем нет, ещё предыдущая действительна.       — Но…       — Это не обсуждается, Чимина уже во всех списках заменили на тебя.       — Я понял.

***

      Погрузив свой небольшой чемодан в багажное отделение корпоративного автобуса, Чонгук занял своё место у окна и прикрыл глаза, так как во время долгого перелёта в Европу ему не удалось поспать. Поскольку его билет покупался отдельно от всей группы, он сидел в хвосте самолёта, а сзади него сидели два ужасно непоседливых ребёнка.       Незаметно для себя парень провалился в сон, ему снилось, что он лежит на мягкой травке красивейшего цветочного луга. Чонгук тонул в этих прекрасных ощущениях. Через какое-то время автобус отправился в путь, а сон начал постепенно перебиваться звуками дороги и тихими голосами переговаривающихся пассажиров.       Странное подозрение охватило Чонгука — луг и мягкая трава из сна совсем исчезли, а запах цветов он продолжал ясно чувствовать. В замешательстве открыв глаза, он посмотрел на источник аромата.       — С добрым утром, Чонгук, — сказал ему, совсем как его будильник когда-то, такой любимый, такой родной человек, который сидел на соседнем кресле и улыбался.       — С добрым утром, господин Ким. Почему вы здесь?       Улыбка исчезла с лица Тэхёна и он сжал губы в тонкую полоску. Постучав себе по губе ногтем большого пальца, он начал рассказывать.       — Пару дней назад я краем глаза увидел, что в отделе подготовки ознакомительного тура произошёл небольшой переполох. Поинтересовавшись, в чём дело, я узнал, что пусанский сотрудник не сможет поехать в тур по причине травмы, и его в срочном порядке заменяют во всех списках на другого сотрудника… тебя.       — Да, — подтвердил Чонгук, — Чимин сломал ногу.       — Бедняга, — посочувствовал Ким и продолжил, понизив голос до полушёпота. — Я так по тебе соскучился, Гуки. Я минут двадцать умолял Намджуна дать мне место в этом туре. Обсудив этот вопрос, в отделе подготовки тура решили, что раз уж они меняют списки, то могут внести туда и меня. Правда, лететь мне пришлось другим самолётом, я прилетел в Европу раньше и ждал остальных здесь. И, так получилось, что поскольку нас последних вносили в списки, сидим в автобусе мы рядом… и номер в отеле тоже будем делить на двоих…       — И номер в отеле? — возмущённо прошипел Чонгук.       — Угу, — не очень успешно скрывая улыбку подтвердил Тэхён.       Отвернувшись к окну, Чонгук закрыл глаза и так и просидел до самого отеля, игнорируя соседа. Рой беспорядочных мыслей кружился у него в голове, но разум настойчиво посылал сигнал о том, что не желает в этом участвовать и спешно покидает черепушку.       Залетев в номер гостиницы, Чонгук первым принял душ и залез в кровать, укрывшись одеялом до самого носа. Тэхён, приняв душ следом, сел на свою кровать и заговорил.       — Я ушёл из семьи, — и заметив, что Чонгук перевёл на него взгляд, продолжил. — На следующий же день после нашего разговора я собрал свои вещи и уехал в съёмную квартиру.       — Почему ты не сказал мне? — нахмурил брови Чон.       — Подожди, дай мне закончить и потом будешь спрашивать, — остановил его Ким. — Её родители были в гневе. Они ругали меня, отчитывали, как ребёнка, угрожали, а потом стыдили, взывали к совести и упрашивали. Говорили, что я не имею права оставлять их дочь разведённой, а их внука без отца. Это подорвёт их идеальный образ.       — Ну, они по-своему правы, — покачал головой Чон, севший на кровати.       — Чонгук-и, — мягко перебил его Тэхён. — В итоге, буквально неделю назад они сдались, и я подал на развод и днк тест на отцовство, чтобы платить алименты.       — Ты — что? — не верил своим ушам парень.       — Подал на развод, — с улыбкой.       Чонгук закрыл глаза и закусил губу, глубоко и тяжело вздохнул, до боли зажмурил глаза, и по щекам его потекли слёзы.       — Это значит… — тихо, боясь разбить звенящую тишину, уточнил он, — теперь ты — мой?       — Официально — только через месяц, — поправил Тэхён, садясь к нему на кровать, — но сердце моё давно твоё. Не отталкивай меня, Чонгук-и, я так скучал.       — И я скучал, Тэхён-щи, — Чонгук потянулся за поцелуем и растаял в любимых руках своего Ангела — Аполлона.       Засыпая на одной кровати, парни пообещали друг другу, что они будут вместе несмотря ни на что. Но сначала развод. А прямо сейчас ничего не должно отвлекать Чонгука от рабочего тура. По крайней мере, днём…       Добросовестно выполняя свою задачу по замене Чимина, Чонгук внимательно слушал всё, что говорил руководитель тура и записывал важную информацию, делал много фотографий отелей и достопримечательностей, а также, других важных мест. Тэхён же, неотрывно следуя везде за ним, наслаждался совместным времяпровождением.       Приехав в Париж, парни особо не ощутили в воздухе никакого «аромата любви», ведь он и так был всё время при них. Но, всё же, поднявшись на Эйфелеву башню, они не смогли отказать себе в удовольствии сделать совместное сэлфи.       — Раз, два, три, — сказал Чонгук и сделал фото, но тут же смущённо засмеялся, потому что на слове «три» Тэхён резко повернулся и поцеловал его в щёку.       — Красивое вышло фото, правда? — улыбнулся тот, смотря в галерею телефона, а когда отвёл взгляд, заметил, что руководитель тура внимательно смотрел в их сторону. — Кажется, нас спалили, Гуки.       — Вот чёрт.

***

      Вернувшись в Пусан через два дня, Чонгук предоставил подробный отчёт о поездке и получил на него положительный отзыв руководителя филиала и огромную благодарность от Чимина.       Всего одна неделя в Европе изменила его до неузнаваемости — глаза его светились счастьем, а с лица не сходила улыбка.       — О, вернулся! — улыбнулся ему в ответ Хосок, сидя за своим рабочим столом, закинув ноги на соседний стул.       — Как ты тут без меня неделю? Говорил, что ни за что больше не будешь меня замещать.       — Ну… — хитро посмотрел на него рыжий, — учитывая то, что господин Аполлон был там с тобой, всё было не так ужасно, как в прошлый раз. Намджун удивил меня, честно говоря, когда сказал, что я должен посылать отчёты ему, а не Киму, который зачем-то спешно попросился в ознакомительный тур.       — Оу, — опустил глаза Чонгук. — Значит, ты в курсе. Осуждаешь?       — Да нужен ты мне больно, — махнул на него рукой Хосок. — Это ваши дела, я в них лезть не собираюсь. Ты мне лучше скажи, где моя башня?       Улыбнувшись, Чон протянул Хосоку брелок с Эйфелевой башней, кружку I love Paris и тонкий чёрный берет.       — Вааау, — протянул парень. — Ты решил меня сегодня осчастливить? Надо бы сходить в бар в честь твоего приезда.       — Поехали лучше к Чимину, — предложил Чонгук. — Ему, наверное, очень скучно дома со сломанной ногой.       — Идея — супер, — одобрил сосед, примеряя берет.       Еле дождавшись окончания рабочего дня, парни выскочили из офиса и поехали к дому Чимина. Тот открыл им дверь, стоя на костылях. Строго сдвинув брови, он посмотрел на вернувшегося из Европы парня и сказал:       — Я знаю, с кем ты спал в одном номере, Чон Чонгук, — но через секунду не выдержал и засмеялся. — У меня везде свои люди. Да проходите, не стойте, я заказал пиццу.       — Лучше бы ты заказал сыр, — ответил с улыбкой Чон. — У меня здесь в рюкзаке бутылка вина. Красного. Из Франции.       — Вааау, — в голос воскликнули парни, восхищённо глядя на него и не теряя времени направились в гостиную.       — А если серьёзно, — выпив второй бокал вина спросил Чонгук. — Хосок знает, с кем я ездил в тур, ты знаешь — кто ещё?       — Кто у нас — не знаю, — пожал плечами Чимин, — а вот в Сеуле, похоже, все в курсе. Сегодня мне звонил знакомый, сказал, что руководитель тура сообщил начальству о «неподобающем поведении». Что вы, блять, там делали у него на глазах?       Чонгук молча вытащил телефон и показал парням фотографию с башни.       — И всего-то? — разочарованно воскликнул Хосок. — А я уж тут себе надумал…       — Не смотри на меня так, Чимин-щи, — заметил он строгий взгляд друга. — Ничего там не было у нас. А вообще, он подал на развод две недели назад.       — Ты сейчас серьёзно? — искренне удивился хозяин дома. — Правда подал на развод? Ради тебя?       — Не ради меня, — отвёл взгляд Чон. — Я же тебе уже говорил, он никогда её не любил.       — Но это не мешало ему жить с ней… сколько, четыре года?       — Наверное, ему просто некуда было уходить, и он привык, — предположил Хосок. — Точнее, не к кому. А сейчас появился Гуки и он, наконец, решился.       — Ну это смешно, честное слово, — проворчал Чимин, который воспринял всю эту ситуацию слишком близко к сердцу. — Чонгук, ну зачем тебе мужик с ребёнком?       — Про любовь слышал когда-нибудь? — не унимался рыжий.       — Блять, — только и мог выругаться Пак, залпом выпивая очередной бокал красного.       Конечно, он слышал про любовь, он и сам мог бы много о ней рассказать, если что. Он не понимал, как этот чересчур милый парень пробрался к его сердцу, не прилагая к этому и малейших усилий. А главное, он видел, каким счастьем наполняются его глаза, когда он говорит о Киме, и понимал, что сердце парня для него, Чимина, закрыто.       Не возвращаясь больше к этой теме, парни закончили вечер в приятной обстановке, слушая рассказы о европейской поездке друга. Прощаясь, они крепко обнялись и условились повторять дружеские посиделки почаще.       Вернувшись домой, Чонгук прилёг на кровать и долго не мог собрать мысли в кучу. Он думал о том, будут ли какие-то негативные последствия у того «неподобающего поведения», за которым их с Тэхёном застал руководитель тура. Думал он и о том, что ему делать, если эти разговоры дойдут до его филиала. Хотел бы он повернуть время вспять, чтобы предотвратить эту ситуацию? Определённо, нет. Среди всех пугающих мыслей одиноко блуждала одна очень эгоистичная мыслишка о том, что ему хотелось бы, чтобы все знали, что Тэхён — его.       А ещё, он думал о том, что уже соскучился. Ему было так приятно целую неделю засыпать и просыпаться рядом с любимым господином Аполлоном. Всё его нутро очень быстро пропиталось необходимостью находиться рядом с ним. Он чувствовал, что между ними образовалась и прочно связалась красная нить взаимной зависимости, и словно в подтверждение этого факта, послышалась любимая мелодия видео звонка скайпа.       Подскочив с кровати, парень ответил на звонок. Появившийся на экране Тэхён просто молча улыбался. Его подбородок упирался в сложенные в замок руки, а на голове были поднятые с носа очки для чтения. В глазах его сверкали неуловимые огоньки то ли озорства, то ли хитрецы, то ли скрываемого секрета — Чонгук не мог разобрать.       — Привет, — первым заговорил младший. — Так и будешь молчать?       — Не отключайся от звонка и открой файл, который я тебе прислал, — наконец был ему ответ.       Парень увидел прикрепленную ссылку и с интересом навёл на неё компьютерную мышку. Бегая глазами по буквам и цифрам в документе, он не мог поверить своим глазам. Прочитав всё на три раза, он поднял свои ошарашенные глаза на экран.       — Это что? — решил уточнить он, хотя уже знал ответ.       — Гуки… — улыбнулся Тэхён, — я уже соскучился. Я хочу, чтобы ты прилетел ко мне на все выходные… поэтому, чтобы ты не смог отказаться, я купил тебе билеты. Вечером в пятницу ты прилетаешь сюда, а рано утром в понедельник вернёшься в Пусан и успеешь на работу. Надеюсь, ты не против?       — Конечно, я не против, ещё спрашиваешь! — запищал радостный Чонгук и Ким с умилением смотрел на то, как парень начал пританцовывать на кресле.       — Ты говорил, что не был в столице, поэтому я решил, что тебе будет интересно погулять здесь со мной, — с улыбкой говорил Тэхён, не прекращая любоваться счастливыми глазами младшего.       — Это, конечно, здорово, — почти пропел Чон, — но я бы не отказался и просто просидеть всё это время в четырёх стенах, главное с тобой. Потому что я тоже очень скучаю.       — И всё-таки, ты такой милый, — покачал головой Ким. — Никак не могу к этому привыкнуть. А ещё… — он прищурил глаза и наклонил голову в сторону, — мне кажется, что ты немного выпил.       Откинув голову и звонко рассмеявшись, Чонгук рассказал любимому Аполлону о том, что буквально только что вернулся от Чимина, где они распили бутылку красного на троих. Поболтав ещё немного, они разошлись спать, каждый в своём городе.

***

      Приехав в Сеул, Чонгук изо всех сил старался не быть чересчур восторженным, хотя у него это плохо получалось, потому что Тэхён тщательно проработал программу их прогулок, чтобы иметь возможность посетить самые красивые места.       Поздно вечером в субботу, сидя перед телевизором в гостиной съёмной квартиры Кима с огромным бокалом сока в руке, вытянув гудящие от усталости ноги, Чон спросил:       — Слушай, ты мне собрался за эти выходные весь Сеул показать? Не успел я прилететь вчера вечером, ты утащил меня на прогулку по ночному городу. Сегодня поднял ни свет, ни заря и снова в путь. Такое ощущение, что ты меня больше никогда в гости не позовёшь, и это мой последний шанс тебя увидеть.       — Чонгук, — присел рядом с парнем Тэхён и внимательно посмотрел ему в глаза, — раз уж ты затронул эту тему… Ты прав, я больше тебя в гости не позову…       — Что? — пытаясь понять, шутка ли это, или Ким абсолютно серьёзен, Чон вопросительно посмотрел на парня напротив. — Ты не хочешь больше меня видеть?       — Этого я не говорил, не переворачивай слова, — погрозил пальцем старший, продолжая разговор. — Я не позову тебя в гости, потому что мне некуда будет тебя звать. Тут такое дело… Родители жены… они, видимо, всё-таки затаили на меня обиду и надавили на моего директора немного. Да тут ещё и этот небольшой скандал в туре… В общем, я больше не твой куратор, малыш.       — О, Тэхён, — протянул с искренним сожалением Чонгук, положив руку парню на плечо, пытаясь утешить его, — мне так жаль. И что ты будешь теперь делать?       — Ну… — вдруг совершенно весёлым голосом, не соответствующим ситуации, сказал Ким и подмигнул, — я думаю, это знак. Две недели я теперь должен отрабатывать и передавать свои дела до окончательного увольнения. И точно так же, две недели остались до того, как я получу бумаги о разводе. И после этого я абсолютно свободен. Родители жены не дадут мне спокойно жить в Сеуле, поэтому я подумал…       — Переезжай ко мне! — выкрикнул счастливый Чонгук, хватая его за ворот футболки, не дав договорить. — Это же то, о чём я даже и мечтать не мог, Тэ!       — Приглашаешь? — взяв его руки в свои пристально глядя в глаза спросил старший.       — Приглашаю и очень жду, — уверенно подтвердил Чон и крепко обнял Кима с намерением больше никогда не отпускать.       В воскресенье они гуляли по Сеулу уже совсем с другим настроением. В их отношениях появилось не просто довольно размытое «что-то серьёзное», а вполне конкретные планы на совместную дальнейшую жизнь. Чонгук был счастлив, ведь уже совсем скоро начнётся его взрослая, почти семейная, жизнь с любимым человеком. А Тэхён снова чувствовал себя молодым выпускником института, каким он был пять лет назад, которому придётся начинать всё с чистого листа в новом городе.

***

      Тэхён приехал в Пусан на следующий же день после бракоразводного процесса. Встретив его на вокзале, Чонгук сразу же заметил его потерянный вид и неискреннюю улыбку.       — Что случилось, Тэхён? — осторожно спросил он, когда они сели в такси и поехали по направлению к дому.       — Мне сложно говорить об этом, Чонгук, — начал тот. — Я абсолютно раздавлен, если честно. — Ким прикрыл глаза и откинул голову на спинку кресла. Чонгук прогнал в голове с десяток мыслей, и каждая из них его пугала. Сердце бешено колотилось, а разум судорожно готовился выдать варианты решения любых проблем любимого. После продолжительного молчания он всё же услышал, — в суде… были предоставлены документы для определения алиментов. По результатам днк теста ребёнок — не мой.       Сказав это, Тэхён до крови закусил губу, но из глаз всё равно потекли слёзы. Он любил этого ребёнка, но никогда не любил его мать. У него в голове не укладывалось то, что четыре года он прожил бок о бок со лгуньей. Четыре года жизни она отняла у него обманом. У него до сих пор перед глазами стоит ухмыляющееся лицо жены, когда на суде огласили результаты теста и отказали ей в праве получения алиментов. Сквозь мутную пелену он слышал крики её отца и причитания матери, но ему было абсолютно наплевать на их репутацию, они заслужили того, чтобы в полной мере прочувствовать то, какую дочь вырастили.       Две недели Чонгук пытался всевозможными способами вытащить Кима из окутавшей его депрессии и в конце концов он решил пригласить Чимина и Хосока съездить вчетвером в домик у озера.       — Господин Ким, вам нравится в Пусане? — поинтересовался Хосок, когда они сидели на лужайке у домика и ели шашлыки.       — Я не «господин Ким», а обычный пусанский безработный, — мягко улыбнулся тот. — Называйте меня Тэхён или просто хён и на ты. Я здесь пока не очень хорошо освоился, — признался он, — я в основном был дома.       — Ну понятно, что дома, Чонгук так долго грезил о тебе, что теперь никуда не выпустит и никому не отдаст, — скривился по-доброму Чимин.       — Да? — искренне удивился Ким. — Прямо долго?       — О, ты даже не представляешь себе, как долго, — захохотал Хосок, вспомнив кое-что. — Я помню этот день, как будто это было вчера.       — Только не надо меня позорить, Хо, — умоляюще посмотрел на него Чонгук, но сегодня был явно не его день.       — Гуки посмотрел на твоё фото в личной карточке сотрудника и сказал: «Не иначе Аполлон, и где ж вас таких красивых делают?»       — В Тэгу, Чонгук-и, в Тэгу, — ответил, просмеявшись, господин Аполлон. А тот смотрел на него любящими глазами и нисколько не обижался. Он видел, что депрессия, наконец-то, отступила и понимал, что с сегодняшнего дня всё у них будет хорошо. ---