Внезапные связи

      Он - студент, который подрабатывает курьером. Это должна была быть обычная доставка. Он не должен был промокнуть под дождем, не должен был опоздать на автобус, у него не должен был сломаться мопед. «Ваша доставка, сэр» и все, это все, что было нужно. Никаких ответов на вопросы, никакого согласия на сушку его одежды. Никакого чая для снятия боли. И никаких случайных встреч с родным дядей! Как он так быстро согласился на секс с незнакомым мужчиной? Дело же не только в деньгах… Полное отсутствие друзей, родители всегда на работе, Майкл всегда был один и поэтому он так полюбил музыку. Музыка это все, что у него есть. Мысли о ней греют мальчику душу. Как он перебирает струны, извлекая из инструмента восхитительные звуки, сливается с мелодией, покидая реальный мир и уносясь в мир грез. Майкл хотел, чтобы его приласкали, обняли и погладили. Хотя бы иногда. Изредка. Хотя бы раз позаботились о нем. Он хотел быть нужным. Видимо, он так сильно этого хотел, что желание сбылось, правда достаточно специфично и эффект был сугубо временный. Парень решил довериться случаю, все же мистер Крэй понравился ему с самого порога своими прямолинейностью и грубостью. И своим ароматом. Черт, один его запах заставлял Майкла сдерживаться, чтобы не впиться в его губы… И сейчас он нисколько не жалеет. Каждый поцелуй Джеймса и Стива стоит того, чтобы потерпеть предстоящую пытку. Майкл не дурак, он понимал, что ему внутри был чувствителен даже один палец, а про два члена и говорить было нечего. Ему страшно и волнительно… Расслабиться и надеяться на смазку, расслабиться и надеяться на смазку… Особое внимание мужчин к его ушам выветривали какие-либо мысли, а россыпь поцелуев и покусываний убаюкивала страх. Не было чувства, что его собираются оттрахать как шлюху. Было эйфорийное ощущение нужности и значимости, хотя бы на ночь. Неповторимую ночь, которую Майкл никогда не забудет. Трение было так сильно, что Джеймс снова едва не кончил, будто секса не имел всю свою жизнь. Для него это было впервые, и речь шла не только о двух почти идентичных красавцах. Майкл на нем подрагивал, готовясь принять в себя такой объём. От представления того, сколько семени будет излито в мальца, лёгкие сжимались в удушье. — Мы будем должны ему не только пару треков за это, — бросил на выдохе, проталкиваясь плавно, ведь мало того, что сам Майкл был узок, так ещё и член Стива создавал дополнительное давление, — не знаю, как твой пидорский дядюшка, но я готов быть твоим папочкой вечность, мелкий. Блять… Похоть поволокой затянула разум. Больше не задумываясь о комфорте своей новой игрушки, Крэй обвёл его массивными вспотевшими руками, украшенными татуировками, сильно прижав за шею и грудь к своему торсу, дабы тело мальчишки не скользило от толчков, оставаясь на месте. Приподняв таз, Джеймс ускорил движения. Раз за разом он становился всё беспощаднее, будто желая выбить весь дух из лёгких паренька. Хрипел, сопел, сдерживая сквозь сжатые челюсть рвущиеся стоны блаженного наслаждения. Под ним должны кричать сучки, а не он — железное правило. Боль. Никакие смазки и обезболивающие не могли сейчас помочь Майклу. Он чувствовал, что его вот-вот разорвет, когда Джеймс вошел в него одной только головкой. В надежде на то, что ему дадут привыкнуть, он громко охнул, но жалеть его никто не собирался - следом сразу же начал входить Стив и лицо парня исказилось дикой гримасой. В глазах потемнело, весь его мир сузился до одной точки, которая приносила только боль. Он пытался отпрянуть, слезть, руками отодвинуться повыше, ему было больно настолько, что он заскрежетал зубами и зажмурился. Но это был не конец, в него входили глубже и быстрее, от чего перехватило дыхание и его поразил спазм. Он уже старался не шевелиться, чтобы молнии боли не повторялись. Бесполезно. Майклу скрутило мышцы и он напрягся всем телом, он задыхался от боли, голова взрывалась от одного слова БОЛЬНО!!!! В него входили еще глубже, каждый миллиметр нес с собой тупую и острую боль одновременно. У парня встал ком в горле, он сжимал и разжимал кулаки, выкручивал свои ступни в попытке избавиться от пульсирующих ударов в мозг. СТОП СТОП СТОП!!! В ушах звенело, спину заломило, каждая пора выла от неизбежной боли. Член стал выходить из него, принося новую боль. Нервные окончания орали так, что чай с печеньем готов был попроситься наружу. Воздух, хоть каплю… Лицо, грудь, руки - все тело было словно протаскано по горячему асфальту с битым стеклом. Его зафиксировали, чтобы он никуда не делся. Он сам готов был покинуть тело, лишь сбежать от мучительной боли. Он не мог говорить, он не мог стонать. Он не мог дышать. Еще немного и он отключится от шока. Несколько поступательных движений и Стив чувствует, что уже готов кончить. Узкая дырочка, сжимающаяся с каждым его движением, скользящий рядом и трущийся член – это сводило с ума буквально. У него был секс с мужчиной, несомненно; тогда он впервые ощутил, как мышцы сокращаются вокруг органа, обволакивая полностью, заставляя тело пускать электрические импульсы. Это был в принципе его первый секс и ему показалось - это вершина блаженства. Но то, что было тогда –ничто, по сравнению с тем, что он испытывал сейчас. Стив был готов умолять вселённую, чтобы этот момент длился вечно, настолько ему все нравилось. Джеймс продолжал что-то лепетать сквозь сжатые зубы, заставляя этим Стива ухмыляться сквозь удовольствие. О да, друг отчаянно сдерживал стоны, пытаясь доказать всем троим, что он чёртов хозяин ситуации. Это не было действительностью. Каждый из них –раб случая, не способный управлять им. Каждый из них –шлюшка, подстелившаяся под другого. Вот только Стив и Майкл позволяют себе это показать стонами, закатыванием глаз, прогибами в спине до самого хруста позвонков. А Джеймс отчаянно пытается держаться, позиционируя себя, как херову альфу. Стив не слышал ни криков, ни стонов Майкла, что спустя несколько толчков это начало его напрягать. Он замер, прекращая поступательные движения, приложился ухом к лицу мальчишки. Смог почувствовать лишь едва уловимое дыхание. Глаза племянника были закрыты. В будто бы трезвеющую голову начало просачиваться беспокойство. Стив оставил на лице мальчика несколько нежных поцелуев, проверяя его. Увидев, что мальчик никак не реагирует, Стив остановил Крэя, кладя свою руку тому на шею, слегка сдавливая, заставляя поднять взгляд. Серые глаза Стива встретились с голубизной глаз друга. Дыхание обоих было сбито. Наверное, не будь сейчас подобной проблемы, Стив с удовольствием припал к губам напротив, терзая их так же, как несколько минут назад губы Майкла. –Мать твою, Он без сознания. Джеймс двигался самозабвенно и едва ли смог бы тотчас отреагировать на слова Стива. Вокруг он видел лишь туман, и никакие слова не могли проникнуть сквозь. Пусть хоть всё вокруг горит синим пламенем — Крэю поебать, пока он внутри этого дрожащего тела. Приложив указательный и средний палец к шее, он нащупал пульс. Юноша дышал, артерия билась резво, как и должна была в стрессовой ситуации. — Я должен остановиться? — вопрос риторический, ведь Джеймс этого делать не собирался. Он сбавил темп, губами прижавшись к уху впавшего в бессознательное состояние. — Щенок ссыкливый, ты от этого не уйдёшь, как ни старайся. Резким выпадом вперёд его пальцы впились в шевелюру Стива, сжимая достаточно сильно, чтобы слова звучали ещё более убедительно: — Продолжай. Или займи его место. Дьявольская улыбка во все зубы и Крэй снова отвлекается на влажную от поцелуев шею, лишь слегка прикусывая. Ещё немного и он достигнет своего пика. Майкл все отчетливо слышал. Тяжелое дыхание, тихие стоны, шепот дяди, рычание Джеймса, шлепки вбивающихся в него тел. Он чувствовал крепкие руки на своем теле, чувствовал, как о него бьются бедра, как в него вбиваются в разном ритме двое крепких взрослых мужчин. Сознание прояснялось, ощущение боли стало привычным и постепенно уходило на второй план. На смену ему приходило и нарастало наслаждение. Очень тесно, парню казалось, что он насел на раскалённый толстый лом. Еще немного, потерпи еще совсем… -АААХХ…. Рука сзади отдернула голову Майкла назад, шею обжигало дыхание разгоряченного хозяина дома. Его уверенные резкие толчки и твердый член Стива вернули парня в сознание, чтобы снова унести отсюда к чертовой матери. В мир превосходных ощущений. Майкл тонул в ярких красках, слезы проступили на глазах. В голове была одна каша, он лишь хотел, чтобы это продолжалось. Он стал дышать глубоко, насколько это возможно, каждый его короткий громкий стон сводил с ума его самого. Осознание того, что дядя и Крэй отдаются полностью, безжалостно трахают его, вбиваются самозабвенно - от этого легко было сойти с ума. Парень ни за что не держался, он расслабился и принимал в себя больше, глубже, его член стал набухать и уже стучал по животу при каждом толчке. После дикой боли пришла волна страстного наслаждения и Майкл не хотел, чтобы мужчины прекращали. -да, еще... пожалуйста… глубже! Стив ощущает резкую боль на голове от сжатия волос. Он стискивает зубы, от чего те чуть ли не ломаются друг о друга, готовые раскрошиться. Он не сдержанно стонет от узости очнувшегося Майкла. Он сжимает сильнее глотку Крэя, чуть ли не полностью перекрывая тому воздух. Покрытый испариной клерк смотрит сверху вниз на обоих мужчин, слышит их сладкие стоны, видит сведенные от удовольствия брови. Он осознает, что мальчишка полностью пришёл в себя и сейчас получает огромное удовольствие. Громкие стоны ласкают уши Стива, а он вновь начинает двигаться, совершая жёсткие толчки почти каждый раз касаясь маленького комочка внутри, от чего Майкл срывается на ещё большие стоны. Входит в племянника глубоко, не позволяя тому нормально дышать, вызывая у самого себя пот, что стекает градом по спине. Он переводит взгляд на Крэя, который уже мучился в предоргазменной агонии. Сильнее трется о его член своим, прижимая к узким стенкам внутри. Стив закатывает глаза, касаясь второй рукой шеи Майкла. Несколько секунд рука нежно обводит укусы на шее, как бы успокаивая, но потом словно сменяет милость на гнев и сдавливает юношескую шею идентично тому, как сжал шею Крэя. Его затуманенные глаза вновь смотрят на Джеймса, не позволяя отвести от себя глаз, продолжая рукой сдавливать его шею. – Надеюсь, ты подавишься этими минутами. Всё глубже и сильнее. Давление с трением настолько сильные, что ни одна шлюшка не сравнилась бы с этой узостью, как бы ни старалась впихивать в себя тренажёр Кегеля. Джеймс чувствует, как чужие пальцы сжимаются на его шее и инстинктивно напрягает ту, но хватка Стива мощнее. Удушение — его слабое место. Слишком уязвимое. И этот гаденыш отыскал его. Главное не выдать себя, чтобы не поддаться манипуляциям. До достижения оргазма ему хватает ещё несколько сотрясающих одновременно два тела толчков, и огромный медведь рычит под ухом истязаемого двойными фрикциями Майкла, сжимая его так сильно, что у самого руки сводит. Поток спермы буйно выплёскивается внутрь, настолько глубоко, насколько позволила Джеймсу войти поза. Раскаленное горячим телом вязкое семя наполняет собой всё пространство внутри, пачкая вместе с тем и член Стива. Крэя потряхивает от удовольствия. Он больше не бросает колких фраз, ведь ему воздух перекрывает цепкая ручонка Смитта, доводя до белых бликов перед глазами. Мужчина обессилено расцепляет медвежьи объятия, раскидывая руки в стороны. Стив чувствует, как под его рукой толстая шея Крэя начала подрагивать ещё сильнее. Его глаза закатываются от удовольствия, и Стив чувствует, как Майкла изнутри наполняет вязкая жидкость. Джеймс расцепляет свои медвежьи лапы и обессиленно прикрывает глаза, на что Стив ухмыляется и убирает руку. Он ещё не закончил. Он чувствует, как молодое тело Майкла дрожит под ним, а рот испускает соблазнительные стоны. Стив так же держит руку на его горле и начинает толкаться ещё быстрее и резче. Бешенный темп заставляет мальчишку елозить по мощной груди друга Стива, из-за чего его не дядя должен его придерживать второй рукой, что недавно была на шее Джеймса. Нестерпимая узость, вновь образовавшаяся вокруг члена, вынуждает скулить сквозь сомкнутые зубы. Боже, как ему хорошо. Он один-единственный раз пробовал наркоту и она - ничто по сравнению с узкой задницей племянника, что сейчас так радостно принимала Смитта. Стив продолжает втрахивать мальчишку в тело, лежащее под ними. Язык скользит от скулы к уху паренька. Он оглаживает ушную раковину, оставляя за собой сырость, опускается к мочке, сильно кусая. Майкл несдержанно стонет, а Стив лишь шепчет ему. – Маленький проказник, тебе ведь понравилось. Понравилось, как два члена входили в тебя? И вот, Стив толкается максимально глубоко, упираясь в маленький комок мышц, от чего племянник выгибается до хруста в спине. Мышцы жадно втягивают в себя член, будто упрашивая остаться. Стив кончает от невыносимой пытки и напряжения внизу живота. Горячая сперма выплескивается внутрь Майкла, перемешиваясь со спермой Джеймса. Стив выходит из мальчишки и обессиленно падает рядом с Джеймсом на спину, прикрывая глаза. Майкл с жадностью принимал оба члена, которые входили в разных темпах. Он водил рукой по своему органу так активно, что добавил к дуэту третий темп. Восхитительно. Еще немного и он почувствовал, что переполняется спермой, последний толчок был особенно приятным и парень с сожалением выпустил член Джеймса из себя. Рука дяди на его шее будоражила настолько, что через пару движений Майкл успел кончить. Слишком хорошо, лишь бы… черт… Стив кончает в него и оставляет без внимания. Парень без сил лег спиной на Джеймса. Улыбка Джеймса так просится на уста, и он не сдерживает её. Она выглядит настолько ехидной, словно под шкурой Крэя сам чёрт сидит. Почувствовав тепло на груди, он по-отечески кладёт ладонь на взъерошенные длинные волосы Майкла. — Ебать мой хуй… — бросил себе под нос, приводя дыхание в норму. Тело дрожит после излияния. У него все болит, но это уже не та боль, что была в начале. Слишком приятная сладкая боль разлилась по всему телу. Парню хотелось, чтобы его крепко обняли и не отпускали. Но понимал, что дело сделано и здесь он не ради розовых соплей. Он столько раз за ночь услышал в свой адрес слово «шлюха», что больше не тешил себя надеждой быть нужным. Он дал что мог. Поэтому, как бы Майклу не хотелось, он не стал ластиться. Нет, он отодвинулся в низ кровати ближе к ногам мужчин. Чтобы они не смотрели на него. Если бы ему позволяло его физическое состояние, то он просто убежал бы — Куда сполз, щеночек? У Джеймса не было сил после марафона, но он смог подтащить паренька к себе поближе, убирая волосы со лба. — Проси у меня что хочешь, маленькая сучка. Не рассчитывая на то, что Джеймс проявит себя таким образом, Майкл покраснел и ткнулся лицом ему в грудь. Он водил пальцем по груди и унимал остаточное волнение в своём теле. - мистер Крэй… Сэр… Ответ нужно дать прямо сейчас? — Когда хочешь. Перевози свои манатки, я хочу видеть твою задницу каждый день. Эй, Стив, — почёсывая макушку, повернул голову, — может ты тоже переедешь ко мне? Пресса с ума сойдёт, хуй на отрез даю! Стив старался отдышаться от крышесносящего оргазма, когда его, ещё затуманенный, мозг настигли слова Джеймса. Мужчина крепко прижимал к себе его племянника и могло бы показаться, что это далеко не у них три минуты назад закончился групповой секс. Это было похоже не более, чем на обычный мальчишник, где они могли попить пиво, заедая сухой рыбой, смотря ящик. Но нет. Они были теми, кто ещё семь минут назад стонали наперебой, пытаясь продержаться как можно дольше, выжимая друг из друга все соки. –Что ты несёшь, Крэй? На кой черт мне жить у тебя. У меня свой дом имеется. Мне нужна твоя подпись и ты это знаешь. Парень поднялся и сел на кровати в поисках своих боксеров, что оказались недалеко от кровати. — Гондон, — Крэй насупился, ведь Стив разбил его маленькую гейскую мечту о скалы своего эгоистичного мудачества, — Ладно, неси, я же обещал. Поводил ладонью в воздухе, рисуя волнистые линии, параллельно с тем поглаживая мальчишку. — Но ты ещё ко мне прискачешь, Стив. Как бы странно ни было, но Майкл мысленно ликовал. Он вжался в Джеймса и непроизвольно заурчал - вы... ты... тёплый… Майкл не мог смотреть на дядю. После всего, что случилось, ему стало страшно стыдно. Мальчику слишком нравились поцелуи и покусывания Стива, а этот бархатный голос... Стыдно, это страшно неправильно. Майкл зажмурился и обвил тело Джеймса своими руками Стив поднялся с кровати и натянул боксерки. Он развернулся и натянул на лицо хитрую ухмылку. Он знал, что даже сейчас Джеймс был готов отдать все лишь бы продлить эти моменты. – Не обольщайся, я ухожу лишь за бумагами, а потом отнести их в компанию. Он подошёл ближе к кровати, где до сих пор лежал Крэй. Стив оперся руками в кровать и наклонился над лицом друга. Он коснулся горячих губ, быстро проведя по ним языком, уводя его к скуле, а оттуда к уху. –И в следующий раз член будет в тебе. Он поднялся так же быстро, как и опустился. Мимолетный взгляд на Майкла и губы Стива уже целуют макушку мальца. Не давая обоим опомниться Стив отходит от кровати и уходит в гостиную, где была оставлена папка с документами. Майкл не помнил, как провалился в сон. Ему снились яркие софиты, деревянный помост, огромные пыльные динамики. Он проходит по коридору, то и дело переступая через провода, огибая раскладные стулья, проводя рукой по висевшим канатам и грузикам, явно ощущая поверхность каждого материала. Под его бегущими пальцами шуршал плотный черный занавес. Он шел на свет. Сделав уверенный шаг, он оказался на большой сцене перед пустым залом. Лишь его любимая гитара стояла на подставке прямо по центру. Он подошел к ней и перекинул ремешок через плечо. Струны были расстроены. Он проверял звучание и подкручивал постепенно. Звук последней струны совсем ему не нравился, и он подтягивал и подтягивал ее, пока она внезапно не лопнула, полетев прямо в лицо. Майкл не хотел открывать глаза. Воспоминания о последних часах в этом доме ворвались и накрыли парня яркими эмоциями. Он плавно провел рукой по своей груди и ниже и в полудреме гладил себя, улыбающийся воспоминаниям. Стив уставший, едва понимающий ноги, вернулся в комнату с папкой бумаг, что сыграла ключевую роль в его появлении дома у Крэя. И сейчас, он был благодарен этим херовым документам, упертости Джеймса и своим принципам. Ведь если бы не вся эта ересь - Джеймс просто подписал эти бумаги и Стив бы уехал восвояси. Папка легла на тумбу, стоящую рядом с кроватью. Оба парня спали, и взглянув на них, Стив невольно улыбнулся. Кто бы мог подумать, что встреча с племянником произойдёт вот так? Не типичной чашкой кофе за семейным застольем, а у абсолютно постороннего человека дома с дальнейшим сексом. Что будет дальше? Стив не знал. Впервые незнание радовало его, как никогда. Черт знает, что взбредет в голову этим двоим, но парень был уверен - он поддержит, даже не особо задумываясь. Смитт поднял с пола свои брюки, а поверх накинул рубашку, в которой появился на пороге этого дома. Он не стал застегивать пуговицы, ибо зачем? Наверное, этот дом он покинет через несколько суток, если представится возможность. Он накрыл одеялом спящих мужчин, а сам отошёл от кровати. Благо, после того, как он вышел в коридор ему в мозг пришло попросить у горничной книгу. Милая женщина улыбнулась и снисходительно принесла ему книгу, которую сейчас Смитт вновь взял в руки. Отойдя от кровати, он прошёл к алому дивану и разместился там, открывая первую страницу, полностью погружаясь в книгу Крэю снилась курица. Мясистая, сочная и с золотой корочкой. Опустошённые яйца — дело великолепное, но пустой желудок во сне — та ещё херня. Джеймс водил ладонью по торсу, причмокивая в полудрёме. Эта чертовка, набитая лимоном с яблоками, танцевала перед ним на шесте гриля, потряхивая своей великолепной задницей и расплескивая вокруг стекающий по столу крупными каплями соус барбекю. Крэй улыбнулся во сне. — Дай оторвать от тебя кусочек, мелкая дрянь… — заскрежетал зубами, громко засопев; собственное хрюканье и пробудило его ото сна. Мужчина поднял обе руки, обнаружив рядом Майкла. Малец дремал, и нарушить его сон Джеймс не хотел. Осторожно покинув спальню, насколько ему вообще позволяли быть бесшумным его же габариты, гангстер почесал в сторону столовой. Довольно фырча во сне, парень все еще находился под властью воспоминаний. Ему снились руки, губы и крепкие мышцы. Это был поверхностный сон, из которого его вытащило пробуждение Джеймса. Тело восстановилось и остались только приятные ощущения. До тех пор, пока он не решил сесть - и как другие после такого ходят? Майкл увидел читающего дядю и покраснел. - Стив! Я все объясню. Не сдавай меня отцу! Джеймсу в данный момент времени было поебать, что там происходит в спальне, пока он воплощает свой грязный сон в реальность. Грязным он стал как раз-таки в прямом смысле, ведь вернулся Крэй в комнату с тарелкой мяса и жирными от масла пальцами и губами. — Пускай твой папаша радуется, что ты так здорово пристроил свою упругую задницу, — причмокивал, обсасывая пальцы, — а если Стив взболтнёт лишнего, то завтра проснётся без языка. - Ты правда хочешь, чтобы я остался? Щеки никогда еще так сильно не пылали у Майкла. Ему было так хорошо и комфортно, что даже стыдно. До последнего он думал, что хозяин дома говорит несерьезно и передумает приглашать Майкла к себе жить. Мало ли какой бред можно нести в порыве страсти. Парню остается наблюдать за своим новым знакомым и никуда не вылезать из кровати, она слишком теплая, мягкая и уютная! Майкл закутался в одеяло, подмяв под себя больше, чтобы Джеймс не запачкал его. Он хотел поделиться со взрослыми, что ему очень понравилось их совместное «приключение», но момент был не подходящий. О том, чтобы это повторить, парень даже и не мечтал, ведь характер дяди не позволит кому-либо пристроиться к нему еще хоть раз. Из комнаты вышел, а спустя несколько минут вернулся Джеймс, довольно причмокивая. Должно быть эта огромная туша только что посетила кухню и навернула половину холодильника. Стив поглядывал на племянника, но отвлекся на хозяина дома. Джеймс уже что-то громыхал своим голосом, пытаясь вновь донести до Стива свое влияние в этом городе. Как жаль, что это было пустой тратой времени. Стив не собирался болтать. Ему самому было не на руку, чтобы мир узнал о том, что Стив Смитт переспал с собственным племянником и партнёром по бизнесу. Сейчас это казалось таким фатальным кретинизмом, что Стив был готов отмотать время назад и ни за что не приезжать. Нет, его не грызла совесть за то, что его член был в Майкле. Ему было просто-напросто некомфортно ощущать, что его родственник был настолько близко. Они так давно не виделись. Разумеется, Стив видел его фотографии. Раньше ему прислал их брат Стива, а позже Майкл завёл свой собственный инстаграм. С Джеймсом было все куда проще. Стив был готов дать голову на отсечение, ручаясь, что не только он фантазировал о близости с Джеймсом. Это было взаимно. Но в целом, парень пришёл к выводу, что всем было хорошо, поэтому нет смысла сожалеть или, боже упаси, говорить, что это была ошибка и пытаться сбежать от этого, как жалкий щенок. Они могут продолжать свои забавы, и все будут счастливы, разве это не великолепно? На фразу Джеймса Смитт, не отвлекаясь от книги, показал ему средний палец, тихо усмехаясь. Ох уж это извечное желание повлиять на чужую натуру. – Я откушу тебе член. Угроза? Нет, просто глупая забава, которая была всем в радость. Естественно, друг сейчас просто прыснет в до сих пор масляные руки и будет дальше отпускать свои глупые шуточки. Читая книгу, Стив вспомнил о бумагах, которые до сих пор лежали в папке на тумбе. Их необходимо было подписать, ибо уже днём Стив должен появиться в компании. От этих бумаг сейчас зависит будет ли встреча с инвесторами или же нет. Глаза продолжали бегать по странице, что уже через минуту была прочитана, а тонкие пальцы держали в руках книгу, иногда перелистывая страницы. – Крэй, вымой свои чёртовы руки и подпиши мне херовы бумажки. Мне нужно будет скоро идти. Майкл залез под одеяло и вынырнул головой туда, где только что были его ноги. Он положил голову на свои руки и теперь пристально смотрел на дядю. – А ты не можешь не уходить?.. Сейчас он не выглядел как поджарый восемнадцатилетний юноша, он включил ребенка, которого сводили на аттракционы и выдали сахарную вату. Довольный-довольный большой ребенок. Он хлопал своими большими глазками-хамелеонами и разглядывал Стива с ног до головы с интересом. Дяде чертовски шел костюм, и Майкл задумался приобрести себе такой же, непонятно куда носить, но выглядело сексуально. Режим ребенка позволил ему хоть как-то говорить с дядей без стеснения. - Мне понравилось, это было здорово, – Он опустил взгляд на кровать и с дутыми губками стал выводить пальцем круги по простыне. Дядя слегка улыбнулся, услышав слова Майкла. Сейчас он был бы рад никуда не уходить и остаться с этими двумя ещё в доме. Но он знал, что скорее всего это обернётся в очередной секс с кучей БДСМ и на ближайшие часы они будут просто недоступны для внешнего мира. Да, это просто отлично, но не это нужно было Стиву. Секс – лишь приятное приложение, несомненно, важное, но все равно непостоянное. В книгу положилась закладка, что представляла собой какой-то фантик дорогих конфет того времени, и книга тут же закрылась. Стив поднялся с кресла и подошёл к кровати, положив толстый переплёт на край. Он присел рядом с Майклом и лишь нежно провел по волосам. Такой контраст с тем, что было ночью. Ведь тогда он был готов натянуть эти волосы так, чтобы волосяные луковицы жалобно выли под давлением. А сейчас - наоборот, он едва касается волос. – Прости, Майкл, но нет. У меня есть обязанности и я должен уйти, но ты ведь остаёшься с Джеймсом - он не даст тебе скучать. На секунду на лице парня появилась ухмылка, что тут же превратилась в улыбку. Разумеется, Крэй не будет смотреть с Майклом Никелодион или "Утиные истории", но Стив наделся, что трах, как минимум, до ночи, закончен. Хотя, тут нельзя угадать, когда будет стояк у Крэя. Стив принялся застегивать пуговицы на своей рубашке, убирая руку с головы Майкла и выжидая, когда наконец огромный медведь в лице Джеймса Крэя соизволит пойти и вымыть руки. От касания до волос Майкл чуть ли не расплылся лужицей от удовольствия. Он обожал, когда трогали его волосы, особенно когда проходились ногтями по коже, от этого появлялись мурашки и тепло разливалось по телу. Парень завертелся под одеялом и наконец улегся на спину, вплотную к дядиной ноге. Он наблюдал за застегивающимися пуговицами снизу и, пока рубашка не была заправлена, скользнул под нее рукой. Кожа была бархатная, как у Майкла. Тело почти как у него, только мускулистее, крепче… – А ты вернешься? Стив не стал застегивать всю рубашку полностью. Ему хватило этих привычек в детстве, поэтому сейчас мужчина ходил всегда в расстёгнутой на две пуговицы сверху рубашке. Тёплая рука скользила по торсу, и Стив едва заметно закатил глаза. Майкл гладил его тело, словно благоволил, трогал его пресс, что под руками мгновенно напрягался. Все это нравилось Смитту, но он понимал, что ещё несколько минут — вот так вот проведённых и он никуда не пойдёт, а более того, возьмёт Майкла снова. Их снова будет ожидать секс и тогда Стив не появится в компании, потеряет удачную сделку. Хотя эта кипа бумаг навряд ли сравнится с тем, что он чувствовал этой ночью. –Не знаю, Майкл, у меня слишком много работы. Эта неопределённость разочаровывала и его самого. Он не знал, сколько бумажек скопилось ему на подпись в его кабинете и сколько ещё на полное заполнение. Наверняка, слишком много и ему придётся работать до ночи. Стив перевёл взгляд на Майкла, что ластился к нему словно кошка, требующая внимания. Он очень хотел дать это внимание: прижать к себе, провести время с ним и своим другом, но не только в постели - но все это давало ему понять, что где-то там в городе у него копится ещё больше и больше неотвеченных писем и непроверенных бумажек. Джеймс успел сходить в одну из ванных комнат, чтобы обмыть руки и лицо, отругать опоздавшую на работу бездельницу гувернантку и вернуться обратно в спальню. Шагал он к Стиву, наблюдая развернувшуюся перед ним картину с зашкаливающей дозой телячьих нежностей. Не сказать, что ему это не нравилось, скорее он был слишком загрубелым сухарем для подобного, но ничего говорить колкого не стал. — Давай свои писульки, — нетерпимо потряс рукой над папкой, от чего браслет с часами на его руке звякнул, — выслужился перед хозяином. Почесал щетину, бросив взгляд на Майкла. — У меня не будет времени тобой сегодня заниматься, поэтому посидишь с нянькой. - С… С кем? Майкл оторвался от дядиной груди и перекатился на центр кровати. Еще няньки ему не хватало. Ему нужно было сдать сегодня отчет по работе и забежать в универ за конспектом. - Я лучше пойду, мистер Крэй, мне тоже пора. Парень откинул одеяло и слез с кровати. Он был голый и не очень понимал где ему искать вещи. Он нагнулся и посмотрел под кроватью - вроде бы они. Стив поднялся с кровати, заправив рубашку, он посмотрел на Джеймса. Тот вновь словно вошёл в оболочку бесчувственности и грубости. Только вот за прошедшую ночь Стив понял, что даже это лицо может быть искажено негой удовольствия, почти что детской радости. Должно быть в этом парне тоже жили позитивные чувства, нечто иное нежели сарказм и грубость. Но он не хотел это показывать, либо же вообще забыл, как это. Стив взял со стола папку и протянул Джеймсу. Ему нужна лишь одна подпись, и он удалиться восвояси. Тем временем Майкл тоже засобирался, натягивая свои вещи. Стив был без понятия, где живёт племянник, чем занимается. Они слишком давно не виделись и, если честно сказать, то Стив никогда не интересовался жизнью мальчишки. Было ли стыдно? Нет. Было ли некомфортно видеть перед собой свою точную копию? Вероятно. – Куда ты, Майкл? Куда собираешься уйти? Как же не хотелось отсюда уходить, но с нянькой сидеть тоже не хотелось. Ему что, пять лет? Он взрослый самостоятельный и самодостаточный парень! Майкл начал немного злиться на слова Крэя. – Я поеду домой, затем на работу и в универ. Если я правильно понял, то на работу поеду увольняться! Ему в любом случае не нравилось быть курьером, он просто возьмет перерыв. Стипендия не даст ему остаться голодным, а если мистер Крэй не голословен, то вообще прекрасно. Хотя, как он может доверять словам человека, которого знаешь всего несколько часов? Майкл надел трусы, но потом их снял и двинулся к выходу голым. – Но сначала душ. Стив, я вижу, как ты смотришь, пожалуйста… Я смущен до чёртиков. Или не смотри на меня или оставайся. Джеймс взял папку, вынул необходимые бумаги, и шаркнув ручкой о край стола, поставил три своих подписи, и, как и требовал того документ. В этот момент он был сосредоточен, серьёзен и совсем не похож на того Крэя, которого до этого видели Майкл и Стив. — Хуй с работой, в университет может съездить поручитель или курьер. Твои вещи перевезут в соседнее крыло дома, где будешь жить. — отмахнулся от тараторства мальчишки, как от назойливой мухи. Аккуратно вложив бумаги обратно в папку, гангстер передал ту Стиву. — Удачи. — Сэр, — послышался за дверью тихий голосок Барбары. Входить ей было запрещено под любым предлогом, — к вам гостья. — Пускай проходит в гостиную. Он опустил голову, разглядывая свой торс. Стоило бы принять душ что ли. — Майкл, сидеть. Стив — уебывай. Я в душ, меня ждут. Голос Джеймса был авторитетным, Майкл остановился в дверях, сглотнул и с настороженностью развернулся. Еще немного и парень действительно начнет называть его папочкой. С одной стороны, было неловко позволять решать за Майкла его дела, но раз предлагают, зачем отказываться? Это было похоже на какую-то игру. Ничего плохого еще не успело произойти в этой комнате, так что студент решил подыграть хозяину дома. Он вернулся к постели и забрался на нее с ногами, усевшись в позу лотоса. – Ого, в соседнее крыло? Этот дом действительно большой…. — Ахуеть насколько, сам иногда теряюсь. — Джеймс накинул вчерашний халат на плечи и направился в сторону ванной комнаты, в этот раз для того, чтобы искупаться целиком. — Можешь погулять по апартаментам. Скоро научу тебя всем командам, щеночек. – Командам? Командам?! Майкл жалостно взвыл, закатывая глаза. Он плюхнулся на кровать и обратился к потолку. – А по-человечески нельзя? Черт, мистер Крэй, ну что ты за человек! Но дом изучить он обязан, он никогда в таких не бывал. Клерк получил что хотел. В руках Стива папка с бумагами, подписанными другом, и он полностью свободен. Он взглянул на Крэя, что только что передал документы и сухо пожелал удачи. Увы, но Смитт не смог удержаться и хмыкнул. Это был тот самый Джеймс Крэй, с которым они встретились очень давно и общались первые минуты чуть ли не на "вы". В конце концов, Стив взглянул на время и понял, что ему действительно уходить. Он прошёл к выходу, оглядываясь через плечо на мужчин. –Да ладно тебе, Джеймс. Начни уже вести себя нормально, я же знаю. После своих слов, Стив удалился в гостиную, а через минуту ничего не говорило о приезде Смитта. Казалось, дом вообще не помнил, что совсем недавно здесь по паркету ходила такая личность, как Стив. За дверью послышался цокот каблуков, уверенно приближающихся к спальне. Прислуга такой обуви не носила по понятным причинам, и можно было интуитивно сделать вывод, что это кто-то из гостей. Гость будто точно знал, куда ему необходимо идти, хорошо ориентируясь в доме Крэя. Дверь распахнулась так резко, словно ее пнул сам Джеймс. В дверном проёме показался изящный женский силуэт, за которым сразу же последовал кто помельче. — Мисс Микаэлла, вы же знаете, как Джеймс не любит, когда… — Барбара смотрела умоляюще, но пришедшая не собиралась её выслушивать. — Не волнуйся, Барбс. Ему нравится, когда смотрят. На юношу, развалившегося на кровати звёздочкой, смотрела высокая брюнетка в обтягивающем точеную фигуру коктейльном платье. — Так он что ли серьезно говорил про няньку? Бог ты мой… Барбара поспешно удалилась, закрыв дверь спальни. — С каких пор Джеймс трахает детей? Майкл не мог не слышать этих громких шагов, он точно понял, что идет девушка. В мыслях промелькнуло, что эту дверь просто снесут, настолько уверенным было цоканье. – Мне нужно сесть… Не буду! Нет, надо сесть. Сесть он так и не успел, дверь распахнулась, внося суету. Барбара щебетала, а девушка… Девушка была роковая красотка. Высокая, подтянутая, элегантная. От нее исходило столько уверенности, что Майкл сглотнул. Принять позу сидя пришлось быстро. Вот она. Нянька. Услышав про трахание детей, Майклу стало неловко и он выпрямил спину и вытащил язык из задницы, переключаясь на культурного, дружелюбного воспитанного юношу. – Привет! Как дела? Меня зовут Майкл, а тебя? Прости, но я здесь голый, поэтому мне лучше не вставать с постели, если тебя конечно не затруднит подать мне одежду. Блестящая широкая улыбка Майкла во все тридцать два должна была сработать так, как работала на всех – сногсшибательно. Микаэлла, покачивая бёдрами и продолжая выстукивать массивными каблуками, подошла ближе к кровати. Её хищный взгляд не мог не заостриться на поджаром юношеском теле с выделяющимися ключицами. Она была не так падка на внешний вид, как Джеймс, но улыбка заставила молодую женщину внутреннее вздрогнуть. Её пронзил электрический импульс до самого паха и вдруг стало ясно, почему этот мальчик в кровати Крэя. — Майкл… — промурлыкала бархатным голосом, бросая взгляд на пол в поисках одежды; первым она нашла белье, ощупывая пропитавшуюся влагой ткань своими тонкими пальцами с длинным маникюром. — О, раз мне присвоили роль няни, я с радостью её исполню. Давай-ка помогу одеться. – Не надо! П-правда, я справлюсь сам. Майкл попятился назад, упираясь руками о кровать. Что она хочет? Он же не инвалид в конце концов, ну что за странные игры?! Парень тряхнул головой и протянул руку в ожидании трусов. – Так я не расслышал, как тебя зовут? Не буду же я тебя звать нянькой. Он вел себя, как напуганный мышонок, не знающий, что с ним собирается сделать большая кошка. Микаэллу это забавляло, ведь ничего кроме мельчайших следов от коготков и парочки укусов она бы ему не оставила. Упираясь коленом в матрас, она нагнулась к юноше как можно ближе, бросив белье прям тому в руку. Волосы цвета чёрного шоколада пали на лицо, закрывая его часть. Пухлые губы, накрашенные темно-бордовой помадой разлепились, в следующий миг растягиваясь в улыбке. — Трусишка. Я Микаэлла. Застегивая рубашку, Джеймс вышел из своей комнаты, тяжёлым медвежьи шагом ступая к спальне. «Няньку» в гостиной он не застал, что его порядком разозлило. — Я сказал тебе ждать там, — хлопнул дверью, закрывая ту за собой, — а ты уже трясёшь жопой здесь. Крэй склонил голову к плечу, присматриваясь к явно растерявшему Майклу. — Майкл, это твоя нянька. Делай с ней всё, что захочешь, пока папочка работает. Усёк? Он провёл над её спиной ладонью, но так и не тронул. С Микаэллой они были знакомы тесно слишком давно, и Джеймс знал, что может быть изодран за несанкционированное касание к этой стерве. Один из самых глубоких шрамов на его спине как раз её когтей дело. – Джеймс! Зачем? Я не понимаю, я взрослый парень! Как стыдно... Он потер переносицу. Майки дико хотел есть и в душ. Хотя бы просто душ. – Ладно, ЛАДНО. Значит, все, что захочу? Отлично. Парень не хотел смотреть на Крэя, он был на него зол и поэтому решил игнорировать, пока не успокоится и не разберется с… нянькой? – Микаэлла, очень красивое имя. Оно что-то значит? Я прошу меня простить, но мне нужно помыться. Я скоро вернусь. Прикрывая трусами самое сокровенное, он слез с кровати и двинул свои стопы в сторону ванной комнаты. Майкл стиснул зубы и злющий тихо шипел себе под нос все гадкие слова, что знал. Джеймс блять! – Боже, наконец-то! Парень простонал от удовольствия. Вода постепенно смывала с него засохшую сперму, она была скользкая и без мочалки смываться отказывалась. Он выдавил гель для душа и сразу понял, чем пах Крэй. Член налился кровью, запах был невероятный и остро ассоциировался с горячим крепким телом мужчины. Девушка сердито надула губы, когда лакомый кусочек выскользнул прямо из-под носа, полным возмущения взглядом сверля Джеймса. — Ты своим неумением быть гибким отпугиваешь всё вокруг! Туфли с грохотом спали на пол, когда Микаэлла переместилась на кровать всем телом. От простыней веяло знакомым запахом спущенного удовольствия, пота и мускусных ноток смазки. — Я вообще-то не одна из твоих шлюшек по вызову и приехала только из-за двух симпатичных котят, которых ты обещал показать. Одного вижу, где второй? — обвела кончиком ноготка нижнюю губу, укладываясь поудобнее на кровати. Крэй расправил воротник рубашки, по-деловому усаживаясь в кресло, где ещё остался едва уловимый шлейф духов Стива. Слишком сентиментально, как для такого, как Джеймс, но хорошо отпечаталось в памяти гангстера. — Ну, — почесал щетину, смотря на гостью, что бесстыже разлеглась на грязных после бурной ночи простынях, — второй… Помнишь Смитта? По выражению броско накрашенных глаз Крэй просек, что помнит, поэтому продолжил. — Сам пришёл, на своих двух, и почти умолял об этом, ага. — Откинулся на спинку кресла, расслабляя работавшее на износ тело. — Скоро вернётся, им тоже надо будет заняться, пока папочка решает важные дела по устранению ебучих макаронников. Дошло? Умница. Голова была помыта, парень был умыт, свеж и весел. Он не стал бриться, ему было нечем, а чужие бритвы он трогать не собирался. Майки использовал дезодорант и надел тонкий белый халат. Он искренне надеялся поесть в этом доме. Вернувшись в спальню, юноша понял, что его лежбище занято. – Я поищу Барбару, мне бы хотя бы яблоком перекусить, – он все еще был зол на Джеймса Джеймс отмахнулся, указывая на дверь. — Иди, поешь. Не видишь взрослые разговаривают? — взглянул на мальца, после повернув голову. — Барбара! Тащи сюда зад, Барбара! Майкл фыркнул так громко, что тупой не понял бы, что он недоволен. Он вышел из комнаты и направился на поиски кухни. Он шел на шум моющейся посуды и приятный запах выпечки. Заглянув в одно из помещений, Смитт зашел и похлопал глазками. Кухня была огромная, под потолком висела дюжина разных приспособлений – от сковородок до половников. Казалось, здесь была больничная чистота, а аромат заставлял захлёбываться слюной. Повар посмотрел на парня и что-то сказал на непонятном языке - Черт, а просто печенье перехватить нельзя что ли? В это время его нашла Барбара – А ты уже тут? Отлично, мой мальчик, проходи и садись. Ты не против поесть прямо здесь или тебе накрыть в столовой? Тут? Прекрасно! Сегодня рыбный день, так что я принесу красную рыбку на пару и спаржу. Что ты пьешь? Ничего не говори, сейчас все будет! Она щебетала, щебетала и щебетала, но перед Майклом уже постепенно появлялись приборы, салфетка, бокал с водой, хлебные палочки с кунжутом и тапасы с морепродуктами, овощами и фруктами. Майкл присвистнул и тут же начал есть. — Ты полный идиот… — разочарованно протянула Микаэлла, подметив тон и манеру общения Джеймса со столь хорошеньким экземпляром для удовлетворения его зверского аппетита. — Интересно, Смитт успел вставить тебе по самую глотку? Надеюсь, что да, ведь только это смогло бы заткнуть твоё раздутое самомнение. — Завали. — цыкнул языком, поднимаясь с места. Джеймса раздражало, когда ему пыталась указать, как себя вести, что не единожды делали Стив и Микаэлла, только вот вместо послушания получали в ответ лишь больше дерьма. — Я работать, а ты посиди с ним. Вышел, слышно захлопнув за собой дверь Майкл и не думал, что голоден настолько - он доел до конца целый кусок рыбы и закончил трапезу тапасом с авокадо. Плоский живот вот-вот даст трещину, а Барбара уже подает вишневый пирог. - Мэм, спасибо, но я боюсь, что в меня больше не влезет! - Ох, ну что за вежливый ребенок, ничего ты потом приходи, я Палермо предупредила, ДА, ПАЛЕРМО?? Ты не обращай внимания, он может что-то говорить на своем родном языке, но вообще он добряк. И готовит вкусно, верно? Вот твой сок, свежевыжатый. Майкл с благодарностью принял сок и выпил его залпом. Очень вкусный, с сельдереем и огурцом. Парень поблагодарил Барбару и Палермо за то, что они не оставили его голодным и вернулся в спальню. - Микаэлла, – Майкл заулыбался и залез на кровать. Он подпер голову руками и смотрел на нее – Значит, ты моя няня. Странно звучит, правда? Женщина перевернулась на бок, не отрывая глаз от юноши, который возник в комнате после очевидно неплохой трапезы. Да, она точно знала, как хорош повар Джеймса. — Ещё как, — поднесла руку к его щеке, кончиками касаясь ямочки, рядом с которой находилось несколько родинок, — но ты не бойся, все бывает впервые. – Ммм… Что ты делаешь? Он свел брови, изображая сомнение и только сейчас до него стало доходить – Погоди! Так ты… Я… Ты и я. Мы можем... Вот черт! Какой же я тормоз! Майкл больно ударил себя по лицу и завалился на спину. – Как можно быть таким тупыыыым. Микаэлла, ты здесь для того, чтобы заняться со мной сексом? Когда он перевернулся на спину, гостья не упустила возможности подползти поближе к лицу юноши. — Твоё искренне непонимание очень милое, — ноготки рисовали белёсые едва ощутимые полосы на коже шеи, изучая, — только если ты захочешь. Я не Джеймс, чтобы брать своё нахрапом… «Только если ты захочешь, ведь я для этого сделаю всё» — именно эта формулировка звучала бы верно, но Микаэлле захотелось увидеть реакцию Майкла. — Ты уже побывал с мужчиной, а был ли ты с женщиной? Девушкой? — мелко пробежалась пальцами вдоль грудной клетки. У парня складывалось впечатление, что мистер Крэй напрямую связан с порно индустрией. Кто его знает, может, он в тайне умудряется сниматься в фильмах для взрослых. Может быть, в этой комнате есть скрытые камеры. Ну, на один фильм с участием Майкла уже снято, так что можно позориться дальше. Тем не менее, злоба на Джеймса постепенно проходила, ведь девушка была невероятно красивая и здесь она только с одной целью – делать все, что хочет Майкл. Ему только осталось понять, чего он хочет? Он хочет Микаэллу, однозначно, он хочет ее. От касаний девушки по коже побежали мурашки, а от ее сексуального голоса сразу вскочил член. Майкл не решался начать действовать. – Нет, у меня никогда не было девушки, – черные брови и бордовые губы гипнотизировали парня. Микаэлла выводила подушечками пальцев узоры на широкой, но ещё не такой крепкой груди, как у того же Джеймса. Майкл был худощав, но что-то в нем неуклонно манило к себе, энергия, а может просто симпатичная мордашка. Разбираться в этом брюнетке не хотелось, только вдоволь наиграться, чтобы удовольствие получили оба. А может быть и не только они. — Удивительно. Нежности Микаэлле было не занимать: она могла приласкать так, что после едва отделывалась от внимания назойливых поклонников, которые готовы были весь мир бросить к её ногам, лишь бы снова упасть в объятия роковой бестии. А здесь и сейчас она хотела отдать частицу себя этому незнакомому юноше, чьи губы так и манили впиться в них поцелуем. Достигнув штанов, пальцы протиснулись под резинку на поясе. Гостья остановилась, убирая руку. — Так что, включим Никелодион? – Нет! Пожалуйста… Майкл положил руку на ее. Боже, что за нежная кожа! Облака были грубее, чем рука этой девушки. - Если… Если ты не против, то продолжай. — Ты, — губами потянулась к мочке уха, лизнув ту самим кончиком языка, без спешки опускаясь ниже по ободку к чувствительному участку под ухом, — уверен в этом, Майкл? От неё веяло жасмином, который лихо сочетался с тяжёлым ароматом свежемолотого кофе. Всю её в своём воображении можно было представить, как сладкую карамель насыщенно ванильного вкуса с мизерной щепоткой горечи от перца. Стоит только облизнуть и захочется ещё, но при ближайшем рассмотрении окажется, что не так уж блаженно послевкусие. Однако этот факт не оттолкнёт, а только пуще прежнего утянет в дьявольский омут очей цвета шоколадного ликёра. По умильно наивной просьбе Микаэлла продолжила, не прерывая зрительный контакт с юношей. Её рука повелительно легла на его пах, массирующими движениями подогревая уже окаменевшую плоть. — Какой ты на вкус, Майкл? Нянечка мастерски располагала к себе, она знала все рычажки на теле, чтобы механизм работал так, как ей надо. Виртуозно она справилась с шеей, вытянув из Майкла беззвучный стон. Желанная, манящая, полная сил и уверенности и опасная, Няня здесь, над Майклом и она готова выполнить любую его нездоровую фантазию. Печалит то, что фантазия у Майкла все это время была отключена и просто не успеет сообразить, чего же ему хочется. Почувствовав массирование члена сквозь ткань, парень сдержался, чтобы не застонать на всю комнату. В этот раз он будет сдерживаться от всхлипов и вздохов. Но говорить было уже тяжело, Майкл покраснел и судорожно сминал простыни. – Я со вкусом ломающегося печенья… Он усмехнулся от такой шутки, но внутри он без правил приличия ухохотался вдоволь. – Микаэлла, я тебе нравлюсь? Тихий смешок прозвучал у его уха от этой милой шутки. Микаэлле хотелось бы больше подробностей, ведь она жаждала раскрошить это печенье в своих тонких тёплых пальцах и слизать остатки догола. Она всё мяла и натирала твёрдый стояк, свидетельствующий о том, что Майклу явно по вкусу происходящее. — Ещё как нравишься, печенька, — оставив тактильные заигрывания, она перенесла обе руки на его шиворот и с силой потянула на себя, намекая, чтобы юнец лёг на неё сверху, — Крэю ты тоже очень нравишься, и он обязательно заглянет к нам в разгар действа. Но пока мы только вдвоём. Он оказался в аккурат между её бёдер, прижатый торсом к небольшой, но упругой груди. Платье задралось, оголяя ягодицы и чёрное кружевное белье, которое было надето специально для него. — У-уф, — сделала губы бантиком, прищурившись, — ты настолько горячий там. Действия девушки раскрепостили Майкла, слишком приятно она говорила. Его еще влажные после душа волосы щекотно лезли ему в глаза, он то и дело пытался сдуть тот или иной локон. Когда Микаэлла заикнулась о мистере Крэе, член чуть не завернулся узлом от изнывающего желания. Кажется, за один день он резко стал зависим от человека. Это очень плохо, это отвратительно. Но блять, как же это приятно! Майкл не стал спешить, он понял, что времени у них достаточно и нужно выдохнуть и плавно, нежно, с толком отдаваться похоти. Он отнял себя от ее тела и навис сверху. Пах вжимался в ее трусики и терся, дразня. Майкл положил свободную ладонь на ее личико и слабо погладил, выводя кончики пальцев к корням волос. Он шептал в ее умопомрачительное лицо. - Научи меня быть хорошим любовником. По телу побежали мурашки. О да, ее подопечный хочет стать послушным мальчиком. Это сильно подзадоривало и без того явный, горячий интерес Микаэллы к этому лакомому кусочку. Захотелось немедленно лизнуть эту сладость, как сливки на утреннем кофе; дотянуться до лица в таком положении было проблематично, поэтому гостья прошлась своим длинным мокрым языком по запястью Майкла, не забывая при этом пронзительно смотреть ему в глаза, выражая своё бесстрашие перед любой его прихотью. — Твоё желание – закон, прелесть, — разжав пальцы на воротнике нырнула ими в густые каштановые волосы, поглаживая и массажируя. — прижимайся сильнее. Будь напорист, представь, что ты за обеденным столом. Тянись к тому, что вызывает аппетит. Он мог похвастаться увесистым достоинством, что чувствовалось через боксёры и её белье. Головка усиленно прорывалась сквозь препятствие, напитывая ткань влагой. Ассоциация со столом была ярко спроецирована в его голове, и юноша вспомнил свой завтрак. Не раздумывая он выбрал среди всех тапасов именно тот, что был с любимой начинкой. Сейчас же Майкла привлекала вся девушка, стоило уже просто начать познавать ее. Смитт сильнее прислонился пахом к промежности Микаэллы, сквозь штаны и трусики чувствуя мягкие маленькие половые губы, готовые раскрыться как роза на рассвете. Первый поцелуй обжег скулу, он был нежный, а дыхание было как из печи. Волосы падали на лицо девушки, но она то и дело их поправляла, играя с ними, собирая в свои руки. Прикрыв глаза, парень постепенно перешел от лица шее, где решил повторить за девушкой и лизнул нежную кожу, затем очень слабо прикусил шею и так и продолжил легонечко покусывать упиваясь распаляющим страсть жасминовым ароматом с кофейными нотками. Рука скользнула ниже и потянула платье так, чтобы открыть правую грудь. Белье было тонкое, кружевное, оно совершенно не препятствовало ласкам, а наоборот, напрашивалось быть порванным. Но Майкл был ласков, как и она девушка была ласкова со своими любовниками. Едва ли не впервые за долгие годы Микаэлла ощутила себя принимающей, а не отдающей. Расслабленно улыбнувшись, она одобрила этим действия юноши. — Да, вот так, — холодок пробежался вдоль живота, когда он поднял ей платье, — схватываешь налету. Скрестив ноги за его спиной, она надавила на него ещё немного, сильнее вжимая в себя, не скрывая томного возбуждения. — Представь, что Джеймс уже сзади и готов войти в тебя, — мурлыкнула вдобавок, поняв, что мысли об этом грязном мужлане будоражат мальчишку. Образ Джеймса был отчетливым, стоило Майклу закрыть глаза и просто представить себе эти крепкие руки и член, который входит в него, как кожа моментально покрылась мурашками, тихое гортанное рычание было слышно по всей комнате. Он подался вперед и прикусил Микаэлле ключицу. Она была похожа на забавляющуюся демонессу. Девушка чувствовала настроение парня и его это удивляло, но в тоже время очень нравилось. С легким напором его рука легла на аккуратную грудь и зажала ее крепко и нетерпеливо. Роскошные ноги девушки прижимали его все плотнее, Майкла стала бесить одежда на нем. – Думаю одежда здесь лишняя, - парень посмотрел в ее глаза и улыбнулся той улыбкой, которой часто пользовался его дядя – полной похоти и самоуверенности. — В верном направлении мыслишь. — она растекается в слащавой улыбке, такой приторной, что отчётливо чуется подвох. Ноготки ползут вниз по изгибу тонкой шеи к плечам, не оставляя никаких следов. Микаэлла не желает увечить царапинами бархатистую загорелую кожу без весомого повода. До встречи с Джеймсом она работала в элитном эскорт-агентстве, не испытывая потребности в деньгах или сексе, которого ей требовалось много. В первую же встречу она преподала Крэю урок, изодрав ему спину и щеку, что за деньги свободу другого не купишь. Тогда он был ещё свеж и крайне напорист, не сравниться с тем, кого она знает сейчас. Молодого гангстера такой подход к делу не просто завёл, он взбурлил в нём всю кровь. С тех пор Микаэлла стала его периодической любовницей и партнершей в отельном бизнесе; одаривать тех, с кем делит ложе, Джеймс всегда умел, и она не сомневалась, что такой прелестный мальчишка получит всё, чего только пожелает, стоит ему лишь немного поднапрячься, чтобы приручить большого хмурого медведя. Гостья точно знала что делать дальше. Выбраться из платья не составило труда; она никогда не носила на персональные встречи то, с чем пришлось бы долго возиться. — Меньше возни, теряешь время, — беззлобно рыкнула ему на ухо, — ещё немного потянешь кота за хвост, и я оседлаю тебя, не успеешь и пикнуть. Поняв девушку, Майкл не стал тратить время и выпрямился, провел по ее ножкам руками и снял их с себя. Он спустил с себя штаны и трусы. Раздеваться сексуально не получилось, да он и никогда этого не практиковал. Вещи полетели на пол и уже голый раскрасневшийся Майкл вернулся к девушке, а именно к ее притягательным бедрам. Парень стоял на коленях между сводящих с ума длинных ног Микаэллы и не мог поверить тому, что это божественное тело вот-вот будет в его власти. Он совершенно не понимал, откуда в нем появилась уверенность, но решил не отдаваться слепым порывам своего желания, а допросить партнершу о ее пристрастиях. Возможно, если бы Майкл оказался сейчас в постели с однокурсницей или девочкой-соседкой, то он не стал бы и штаны снимать, достаточно было бы просто вытащить и вставить. Если верить подростковым фильмам, конечно. Но здесь… Перед ним был произведение искусства, чистый секс в человеческом обличии, да и еще максимально доступное ему. Если тебе нужны уроки секса, то бери их сейчас Поцелуй за поцелуем Майкл изучал ступню сначала одной, потом другой ноги. С прикрытыми от бурлящего трепета глазами он проводил носом между пальчиками, засосал мизинец и отпустил его. Парень разминал прелестные ножки, периодически посасывая тот или иной палец. Возбуждение скручивало ему соски, яички вжались в член, превращаясь в плотный бугор. Он опустился между ног и поцеловал лобок. - Микаэлла, ты прекрасна. Подсказывай мне, чтобы я сделал тебе приятно, – Майкл открыл рот и языком прошелся по раскрытой вагине. Еще немного и он кончит от такого напряжения. Горячая, влажная, ни единого волоска на бархатной коже. Он положил ладонь на пах и слегка потянул вверх, чтобы раскрыть тайную жемчужинку, которую он начал осторожно обводить кончиком языка. Желание было на редкость сильнее, чем ответственность за собственный сидевший уже в печенках бизнес. Стив вновь стоит на пороге этого чертового дома и разговаривает с гувернанткой. Милая женщина встретила его с улыбкой, как родного сына и уже вела его в гостиную, предлагая только что заваренного чаю и свежего печенья. Как бы ему не было некомфортно, он все же отказал приветливой женщине, вежливо интересуясь, где сейчас находится его друг и племянник. С хитрой улыбкой гувернантка сказала, что Майкл сейчас в той же комнате, что и был ранее, а вот, где Мистер Крэй - она понятия не имеет, не было у него привычки говориться. Сам себе на уме. Стив лишь понимающе кивнул на слова Барбары и направился в спальню, где провел прошлые день и ночь. Естественно, никто и малейшего понятия не имел, где сейчас находится Джеймс. Он никогда никому не говорил, где мог отсутствовать. Вряд ли кто-то из домашней прислуги знал хоть когда-то о его местонахождении. Зато, Стив был в этом уверен, гувернантка точно знала о сексуальных замашках Крэя и, уж наверняка, слышала, как они развлекались прошлой ночью. Подходя к двери, Стив услышал тихие стоны и томные вздохи. Неужели даже сейчас Майкл развлекаются с Джеймсом? Но прислушавшись, Смитт понял, что это были женские вздохи и это ещё больше выбило из колеи. Что за черт? Откуда девушка? Дверь неслышно открылась под напором его руки и бесшумным шагом Стив вошёл в комнату. Приглушенный шторами свет создавал ещё более интимную атмосферу. На огромной кровати было двое: Майкл и темноволосая девушка, лицо которой было искажено эмоцией удовольствия. Несмотря на это, её лицо показалось Стиву смутно знакомым, будто они виделись где-то, но очень-очень давно. Стив оперся на ближайший косяк и начал наблюдать, покусывая нижнюю губу, за парой, что, по-видимому, совсем не замечала присутствие зрителя. Юноша был на верном пути. Язык скользил по чувствительным складкам, губы ласкали тонкую кожицу, и пусть движения были неуверенными и чувствовалась неопытность — инициативность и жадность Майкла Микаэллу свалила наповал. Она нежно подталкивала его, держа за копну шелковистых волос, слегка давила пальцами на затылок, когда требовалось чуть больше напористости. Крышу сносило от мысли, что между её ног устроился нетронутый ни одной девицей цветочек, с таким упоением наслаждающийся мнимой властью над женским телом. Микаэлла не скупилась на звуковое сопровождение. Как только Майкл задавал нужный темп или касался сверхчувствительной точки — гостья стонала во весь голос, извиваясь. Лежала бы расслабленная ласками, скинула всю работу на юнца, но хотелось большего: прочувствовать каждой клеточкой весь его размер в себе. Приостановив Смитта ладонью, Микаэлла поманила его указательным пальцем свободной руки. — Ложись на спину, малыш. Распаленный стонами роковой красотки, не желая отрываться от сладких губ и стройных ножек, Майкл все же послушно лег на спину. Фантазия разыгралась настолько, что его член был в полной готовности и дергался от нетерпения. Он смотрел на девушку и смиренно ждал, хотя готов был вылизывать ее хоть весь день - это было слишком приятно, особенно ее пальчики на его затылке, которые подталкивали его. Впервые Майки почувствовал вкус женщины и это было восхитительно. Ловко перекинув ногу через него, Микаэлла устроилась сверху так, как было бы удобно ей и приятно Майклу. Смахнув с плеча водопад из каштановых волос, она повернула голову, краем глаза заметив фигуру в дверном проёме. Кто-то наблюдал. Извращенец. — Джеймс, ты…— нахально насев на твёрдый член, но не позволяя в себя войти, женщина повернулась всем корпусом; на них смотрел старый коллега Крэя — Смитт. — О мой бог, ты? Дьявольская улыбка озарила смуглое лицо, но приятная эмоция от встречи в тотчас сменилась шоком от осознания: да этот юный ковбой под ней точная копия Стива! И как она могла не понять этого сразу!? — А Джеймс тот ещё чёрт… вы близнецы? Вот так подарочек! Не дав договорить девушке, Майкл положил руки на ее бедра и насадил на себя, двинув бедрами навстречу - слишком горело в паху, чтобы разбираться с тем, на что она отвлеклась. Действия были быстрее мыслей и уже после того, как он вошел в горячее тесное лоно, он глухо выдохнул. Только сейчас Майкл понял, что пришел его дядя. Парень растерянно улыбнулся. - Дядя? Смитт продолжал ухмыляться до тех пор, пока его не заметил один из участников сего соития. Две пары растерянных глаз смотрели на него, пытаясь понять, сколько же он уже увидел. А он увидел достаточно. Достаточно для того, чтобы возбудиться и почувствовать, как горячая кровь быстрее побежала по жилам, приливая к паху. Член начал крепнуть, а в рубашке становилось чертовски жарко. Ему пришлось расстегнуть ещё две пуговицы, помимо пары имеющихся, чтобы хоть как-то успокоить себя. Стив должен признать - Майкл среди этих аккуратных тонких ножек выглядел чертовски привлекательно. Прикрыв на мгновение глаза, в голову влезла картинка, как юнец выглядел с членом Стива во рту. Как его губы соблазнительно охватывали крепкий ствол, пытаясь доставить как можно больше удовольствия. И сейчас картина была не менее привлекательна. Смитт взглянул на девушку, которая что-то лепетала хриплым от возбуждения голосом. Разумеется - на лице легкое недоумение. Не каждый день ты сидишь на члене парня, а тут же в дверях комнаты стоит абсолютно идентичный образец, но несколько выше и крепче сложенный. Он сделал несколько шагов вперёд, держа руки в карманах своих рабочих брюк, а ухмылка продолжала оставаться на лице, словно приклеенная. Не смотря на всю картину и на образовывающуюся тесноту в штанах, Стив пытался вспомнить где же он видел эту девушку. –Ох, вы продолжайте, продолжайте, – секунда и дядя уже рядом с ухом Майкла, словно быстрая змея. Он мимолетно прикусывает мочку уха племянника, хитро ухмыляясь. –Ведь Майклу это нравится, правда, малыш? Недолго думая, Майкл притянул Стива за шиворот и вместо ответа поцеловал. Простым шоком её состояние было сложно описать. Два идентичных лица слились в поцелуе прямо под ней, когда она скачет на члене одного из них. Чёрт, это… возбуждает. Слишком сильно. Микаэлла привстает, тут же опускаясь под давлением цепких рук Майкла. Он потерял стеснение — вожделеннее крепко ударило в голову. Женщина поддаётся, даёт понять юноше, что он руководит процессом и она готова слушать малейший его шёпот, начинающийся с «хочу». Стив нагло влезает в их жаркий союз. Мика ненавидит делиться десертом, когда ещё не слизала сливки — моветон в хорошем сексе. Но… симпатичной мордашке Стива позволит. — Я думала, что ты предпочитаешь обычный скучный секс… такой весь дипломатичный и правильный, — замурчала у уха старого знакомого, интенсивно шлепаясь ягодицами о пах его копии, — а тебе нравятся хорошенький мальчики в точности как ты? О! Нет… тебе нравится подставляться Джеймсу? Вот так сюрприз, Стив. Для первого раза с женщиной это было слишком. Майкл готов был взорваться в любой момент, но продолжал двигаться навстречу упругим бедрам Микаэллы. Рваные стоны сами собой выбивались из него с каждым толчком. Это совершенно отличалось от того, что у него было с Джеймсом и Стивом. Это был вообще первый раз, когда его член был в ком-то. И парню это так нравилось, что он не хотел, чтобы их контакт прекратился. Майкл ревностно вцепился пальцами в соблазнительные бедра и стал заходить жёстче, ускоряя темп. Он видел, как входит и выходит его член - восхитительно. Не сбавляя темп, парень поглядывал на дядю, думая, как бы скорее вовлечь его в процесс. - Стив, может разденешься? Микаэлла наклонилась, неровно дыша прижимаясь аккуратной грудью к лицу мальчишки. Отвердевший от ласк сосок деликатно скользил по щеке, задевая крыло носа и губы. Пошло опустившись всем туловищем, гостья закрыла Майкла собой, издав протяжный, ласкающий слух молодого любовника стон. Стив не хотел трахаться сейчас. Не хотел мешать соитию девушки и Майкла, что были так увлечены друг другом. Он хотел лишь позабавиться, а потом найти Джеймса, который точно бы ему не отказал в предложении повторить прошлую ночь. Но мужчина почувствовал, как мягкая, но сильная рука Майкла легла на затылок Стива, а уже через секунду, губы с привкусом ментола накрыли его. Мальчик был разгорячен, поэтому вполне понятно, почему он пытался взять управление на себя везде. И с девушкой, что сейчас двигается на его члене, и со Стивом. Он пытался затянуть поцелуй на себя, но Стив не мог позволить ещё хоть кому-нибудь подчинить себя. Нежный и трепетный поцелуй под напором Стива превратился в грубый и страстный. Уже через секунду язык Стива уже очертил изгибы губ племянника, забрался дальше в жар, проходя по небу, словно мягко поглаживая; мгновение и Смитт прикусывает губу парня, оставляя там новую, едва заметную, ранку. Одна рука ложится на подбородок мальчишки, надавливая большим пальцем на подбородок, заставляя распахнуть рот сильнее. Юноша чувствует, что в лёгких абсолютно не хватает воздуха и отстраняется. Майкл, пытаясь отдышаться, в то же время старается держать контроль над своей пассией, что сейчас уже с упоением двигалась сама. По нему было видно - мальчишка на вершине экстаза и его волнуют лишь приветливые стеночки женского лона, что сжимали орган в своих крепких тисках. Атмосфера накалялась, а Стив после поцелуя лишь поднялся, давая вдохнуть себе немного воздуха. Двое на кровати блаженно стонали, будто это было последнее, что они испытывают в своей жизни. Стив лишь до конца расстегнул свою рубашку, разглядывая картину напротив. Разгоряченные молодые люди выглядели крайне жарко и крышесносно настолько, что Стив бы не отказался просто понаблюдать. Дикое возбуждение сводило с ума всех троих, и Стив решил, что имеет право отдохнуть после настолько удачной сделки в компании. Мощные руки опустились на кровать, заставляя ту прогнуться под собой. Стив взглянул искаженное сладкой негой лицо Майкла. Он опустил свое лицо к племяннику и провел кончиком носа линию от виска до самого уголка губы, опаляя своим горячим дыханием. Юркий язык уже успел вновь провести по губам и спуститься ниже по подбородку, оставляя мокрую дорожку на теле мальчика. Томный, хриплый шёпот прозвучал где-то между самим Майклом и его барышней, что взбудоражило обоих. —Думаю, твоя дама будет не против, правда? Микаэлла ненавидела красное полусладкое, жадных мужчин и игнорирование такой важной персоны, как она. А Стив как раз-таки пропускал мимо ушей всё, что она говорила. Он не обращал внимания и на её присутствие в целом. Несколько горячих вдохов с поцелуями нежного любовника и взор женщины обращен к Смитту. Сместив весь вес на одну руку, второй она тянется к его запястью, на котором красуются ролексы. Мика слишком падка на роскошь и этого никогда не скрывала; продолжая издавать томные вздохи под ритмичные движения бёдрами, сгорая от перевозбуждения, она притянула к губам ладонь Стива, кончиком языка приласкав подушечки пальцев. Ещё мгновение и она уже берет весь указательный палец в рот, вынуждая молодого мужчину обратить на неё своё драгоценное внимание, пока Майкл, по ее ощущениям, вот-вот достигнет разрядки. Стив был идеальной вишенкой на торте наслаждения. Казалось, что лучше, чем секс с шикарной женщиной быть не может, но потом Майкл почувствовал нежные касания дяди и не выдержав, с громким всхлипом обильно излился прямо в девушку. В голове взрывался фейерверк, ему было очень жарко и нечем дышать, эйфория накрыла с головой и не собиралась отпускать. Но девушка продолжала двигаться, вызывая блаженные конвульсии во всем теле. Парень сжимал в руках воздух, он пытался нащупать то, чего нет - кнопку пауза и отмотка назад, чтобы повторять и повторять их секс снова и снова. – Черт, Стив! – глаза были сощурены, брови сведены, Майкл без остановки стонал как шлюха, – Стив... Он спустил так обильно, что влага вытекала наружу крупными каплями, расплываясь по паховой области Майкла и пачкая бёдра Микаэллы. Липко, хочется слизать, но тогда ей придётся выпустить из себя ещё сокращающийся и твёрдый член, содрогающийся от её плавных движений. Стив. Микаэлла кладёт руку на шею юноши, впивая коготки в кожу. — Ты кончал, думая о своём родственнике? Мерзко, — шипит, выпустив палец изо рта, — противный мальчишка. Горло спирало от переизбытка эмоций, ток пробегал по мышцам чувствительными разрядами. Услышав слова Микаэллы, которая продолжала прыгать на нем, Майклу чуть окончательно не снесло крышу - напряжение было уже снято, но член снова набух, ведь в голове действительно был Стив и то, как он упоенно кусал Майкла до крови, с вожделением брал на этой же кровати, как стонал во время минета, гладил его… Черт! Он посмотрел в глаза партнерше и понял, что ее это возбуждает не меньше его самого. - О да. И я кончу также снова. Юноша крепко обнял девушку обеими руками, выгоняя из нее дух и стал долбиться подобно агрессивному крупному зверю. Сейчас Майклу казалось, что он не меньше тигра, которого дразнили куском сочного мяса. В его глазах потемнело, в ушах стоял звон, а далеко за пределы комнаты разносились шлепки и смачные хлопки соприкасающихся тел и стоны, оповещая всех о безудержном сексе Стив целовался с Майклом и думал о том, что если это произойдет еще раз, то у него просто снесет крышу и трахаться они будут каждый божий день. Он был согласен нагибать собственного племянника всегда, в любое время дня и ночи, когда только тот попросит. Ради этих умоляющих глаз цвета хамелеона, Стив, казалось, мог бросить все на работе и даже глазом не моргнуть. Его внимание отвлекло мокрое касание языка пальцев. Горячая мышца коснулась сначала указательного, а потом и среднего пальцев. Сначала фаланги, а затем и целиком вся длина. Теплый маленький язычок ласкал, обводя по кругу, толкаясь в расстояние между мужских тонких пальцев. Стиву показалось, что девушка представляла, что это далеко не тонкие изгибы костей, а полноценная мышца, что уже требовательно пульсировала в брюках. Девушка явно была обижена тем, что он не обратил на нее внимание сразу, а задержался на своем родственнике. Она выпустила его пальцы из такого тесного ротика полились грязные словечки. Смитт сразу узнал эту манеру разговора. Крэй. Должно быть, это его самая дорогая пассия, а то и единственная любовница. С Джеймсом они были уж очень похожи, должно быть подобной наглости и мнимой пошлости она набралась от него, подчиняя себе все кругом и заставляя всех прогнуться под тонкой шпилькой свое туфли. Стив удовлетворенно улыбнулся. Рубашка спала с его плеч, а сам мужчина умостился рядом со сладкой парочкой. Смитт продолжал насаживать темноволосую на свой член выбивая из нее громкие вздохи. Нежная рука мужчины легла на шею девушки, что совсем недавно требовала его внимания, и откинула темные волосы в сторону. Стив усмехался, глядя на то, как девушку колотят конвульсии блаженства. Чуть шершавые губы коснулись изгиба ее шеи и поползли к самому ушку, жарко выдыхая ей на ухо. – Думаю, барышня будет не против, если я присоединюсь? Это не было вопросом уж точно - чистый факт без возможности оспаривания. Кислорода катастрофически не хватало. Лёгкие заполнялись раскалённым жаром, дышать становилось труднее с каждым новым вдохом. Майкл так старался удовлетворить свою похоть, что выбил из Микаэллы весь дух, сотрясая её тело сильными толчками, как тряпичную куклу. Ей это нравилось. Ни с кем другим так сильно, как с ним. Девственно-нежный цветочек с её легкой руки перевоплотился в ненасытного зверя, жадного до плоти. Шёпот Стива звучит где-то очень близко. Микаэлла смазывает темно-бордовую помаду о его запястье, раскрывает рот, замирая в миге блаженства, что настигает её под резкие фрикции очень скоро. Карие глаза закатываются, пока Смитт всё продолжает толкаться. Ноготки на его шее вжимаются ощутимее, оставляя вмятинки-полумесяцы на загорелой коже.