Сдавшийся

Прекасный даочжан, давно привыкший к ласковым поглаживаниям Сюэ Яна, а ныне разморенный теплой водой, не сразу заметил, что его соблазняют, а когда заметил, было уже слишком поздно. Результат действий Сюэ Яна гордо и твердо возвышался в теплой воде, заметный им обоим. Довольный проделанной работой Сюэ Ян тут же скинул нижние одежды и забрался в бочку для купания, бесстыдно усаживаясь на колени к Сяо Синчэню, скрещивая руки за шеей любимого человека. Даочжан опустил взгляд, на его щеках пылал восхитительный румянец от тепла и смущения. Сюэ Ян и не думал давать ему время прийти в себя, бесстыдно ерзая на бедрах даочжана, позволяя тому, что возвышалось в воде, упираться в свое сокровенное отверствие. - Да, ты все верно понял... - искусительно прошептал ему на ухо Сюэ Ян. - Нам пока одного ребенка хватит, так что не быть тебе в паре ведомым. Возьми меня, господин Сяо Синчэнь. И вновь, не давая прийти в себя от кружащего голову Синчэня возбуждения и смущения, Сюэ Ян его нежно поцеловал, поймал в воде рукой одну твердую, упругую и разгоряченную ласками часть тела даочжана, направил и сам насадился бедрами. Они одновременно застонали в поцелуй. Сяо Синчэнь - удивленно; похоже, тот его хладнокровный монашек только брать в постели умел, но не ласкать, не отдавать, не отдаваться так искренне и жарко. Сюэ Ян стонал от наслаждения; он столько месяцев заботился о Сяо Синчэне, нежил его в постели, а после появления у них ребенка нежил еще больше, ухаживал, оберегал и ждал-ждал-ждал, как нечисть одержимая, подходящего момента, того самого, когда Сяо Синчэнь будет готов, не испугается его инициативы, не будет терпеливо сносить их близость, как пытку. Сяо Синчэнь не раз уж в этом месяце просыпался в постели с Сюэ Яном возбужденным и требовал уединения. Сюэ Ян всегда уступал, выметался из комнаты; закусывая клычками губу, сам неистово ласкал себя в соседней, слушая тихие ахи даочжана и в красках представляя, как там справляется с утренней проблемой его возлюбленный супруг. Даочжан не терпел, о нет. Зажмурившись от смущения, робея от собственной смелости, он сам положил руки ему на бедра и начал движение навстречу, когда Сюэ Ян вдруг коварно прекратил всякие движения, замерев приятной тяжестью на бедрах. - Да, бери мое тело. - демоном похоти, подначивая, шептал ему на ухо Сюэ Ян, утопая в сладости их близости. - Я весь твой. Душу мою ты давно забрал, Сяо Синчэнь. Это я для тебя... отдам "все, что угодно".