не ломай меня

      Последняя встреча с Минхо выжала все соки из Джисона. В нем, кажется, не оставалось ничего кроме пустоты и отчаяния. Он должен радоваться, что его не побили и не изнасиловали, снова. Ещё одна проблема свалилась на голову - Минхёк. Хоть Минхо и выдал что-то наподобие «он тебя больше не побеспокоит», но Джисон ему не верит. Он никому не верит. Иногда даже себе.       Придя вчера вечером в общагу, он первым делом запирает дверь в комнату, а затем заваливается на кровать. Он пролежал без движения часа два, даже плакать не хотелось.       «Вот бы заснуть навсегда»       Но его желанию не суждено было сбыться. Он просыпается в ночи, нехотя разлепляя глаза, хоть это и не помогает обозреть обстановку, ведь уже давно темно за окном. Джисон переворачивается на спину и зевает. Экран телефона показывает два часа ночи. Он устало вздыхает, но, на удивление, чувствует себя немного лучше. Голова как будто очистилась от плохих мыслей, а тело хоть и неприятно ноет от неудобной позы во время продолжительного сна, но все же ощущается некая легкость в конечностях.       Безумно хочется пить. Кажется, он не ел и не пил с утра прошлого дня. Так и до истощения недалеко. Джисон поднимается с кровати, чтобы найти бутылку воды где-то в бардаке комнаты. Но спустя пару минут поисков он понимает, что ничего не осталось. Его мини-холодильник абсолютно пуст, как и его желудок, а в горле вот-вот образуется пустыня.       Решение сходить до кулера, находящегося на другом конце этажа, дается ему с трудом. Из комнаты выходить совсем нет желания. Вдруг кто-то еще не спит и случайно наткнется на него. Передернувшись от собственных мыслей, Джисон думает, что лучше он умрет здесь от жажды. Но двадцатью минутами позже, инстинкт самосохранения все же заставляет его выйти на поиски воды.       Быстро и на цыпочках в мягких тапках он пробирается по коридору, забывая, как дышать. На этаже везде темно и не слышно никаких признаков жизни. Иногда кто-то устраивает посиделки с друзьями, которые мешают всем соседям спать, но сегодня приятно тихая ночь      .       Добравшись до заветного источника жизни, он наливает полную бутылку воды и бежит обратно в комнату. Но, к несчастью Джисона, все не может пройти так гладко, как он хочет. Из противоположного конца коридора слышится скрип двери. Пролеты здесь длинные, поэтому вышедшие из комнат студенты сразу могут увидеть всех присутствующих в коридоре. Джисон добегает до первого поворота и прижимается к стене, сдерживая порывы нервного дыхания и пытаясь успокоить бешеное биение сердца. Он прислушивается, но все, что слышит — это пульсацию крови в собственных ушах. Со стороны коридора не доносится никаких звуков. Джисон стоит неподвижно с минуту, невольно представляя себя героем хоррор-фильма. Ему всегда казалось, что он будет тем самым персонажем, которого убивают первым. Но это просто общага, Джисон. Соберись.       Он выскакивает из своего укрытия и бесшумно на полусогнутых ногах двигается к своей комнате. В коридоре никого не оказалось. Джисон, уже держа ручку от двери, оглядывается вокруг и затем проскальзывает в комнату также бесшумно, как и выходил из нее.       Он облегченно выдыхает и, наконец, делает глоток спасительной жидкости. Желание снова завалиться в кровать и проспать до следующего вечера не заставляет себя долго ждать, и вот Джисон уже укутывается теплым одеялом, прикрывая им даже нос. Однако через мгновение его глаза распахиваются от зараждающейся тревоги.       Ручку его двери кто-то провернул.       Джисон понимает, что забыл запереть ее.       Он подпрыгивает на кровати, устремляя взгляд на вход. Ручка проворачивается на 180 градусов и дверь бесшумно, до ужаса медленно, открывается. Джисон затаил дыхание и даже непонятно, кого он боится больше: Минхёка и его дружков или серийного убийцу-насильника. В дверном проеме показалась темная макушка. — Ты чего дверь не запираешь? Бесстрашный такой?       Когда Джисон слышит знакомый почти безобидный голос, паника отходит на второй план, а на смену ей приходит недоумение и мгновенное раздражение. — Минхо? — А кто еще? — Ли плавно закрывает дверь и проходит вглубь комнаты, подходя к кровати, где Джисон до сих пор сидит укутанный в одеяло. — Ты ненормальный? — Хан пытается совладать с эмоциями, но все же он чувствует приятное облегчение от того, что это всего лишь Минхо. — Я же сказал, что зайду попозже к тебе, — он самодовольно лыбится, будто совершил подвиг. — А днем меня сюда хер кто пропустит.       Джисон притягивает ноги ближе к себе, обнимая их под коленями, так как Минхо нагло расселся на его кровати. В комнате темно, и лишь слабый свет от фонаря где-то далеко на улице проникает внутрь, оставляя дорожку света на полу. Хан смотрит на парня, который трет глаза, чтобы привыкнуть к темноте. Минхо опирается спиной на стену около кровати, практически полностью забираясь на пуховое одеяло, не забыв скинуть кроссовки на пол. — Что тебе от меня надо? — устало спрашивает Джисон, ведь он всего лишь хочет поспать и уж точно не болтать с незваным гостем. — Хотел убедиться, что ты еще жив, — Минхо говорит несерьезно. Его ухмылку видно даже сквозь мрак. — У тебя явно беды с башкой.       Джисон откровенно не понимает мотивов Ли. Он явно что-то не договаривает. Какой адекватный человек припрется в студенческую общагу посреди ночи просто так? — Как видишь, все в порядке. Уходи.       Минхо разворачивается вполоборота, чтобы видеть лицо, выглядывающее из-под одеяла. Он тяжело выдыхает и опускает голову, притягивая колени к себе, копируя позу Джисона. На душе, как ни странно, очень спокойно. Тишина комнаты не давит, а наоборот расслабляет. Но есть то, что не позволяет Минхо до конца расслабиться. — Прости, я не думал, что тебе будет так плохо, — произносит четко Минхо, устремив взгляд на вторую пустующую кровать. Джисон задержал дыхание на пару секунд. — За что ты просишь прощение? — Хан стягивает край одеяла вниз, освобождая руки. Он бесспорно удивлен словами старшего, но старается не подавать виду. — Я сам не понимаю. Наверно, за то, что надавил на тебя, чтобы переспать, — от сухой правды у Джисона ёкает где-то внутри. Больно. Зато честно. — Я не думал, что эти придурки начнут донимать тебя из-за этого. Обычно никому нет дела до того, с кем я сплю. — Думаешь, все дело в том, что ко мне прицепился Минхёк? — спрашивает Джисон, на что получает лишь вопросительный взгляд. Глаза уже привыкли к темноте, отчего можно хорошо разглядеть выражение лица. — Ты воспользовался моим телом, Минхо. Как я должен себя чувствовать после этого?       Минхо приоткрывает рот, чтобы что-то сказать, но тут же сжимает губы, не найдя правильных слов. Оправдываться было бессмысленно и глупо. Да, он воспользовался им. Наверно, первый раз ему стыдно за свой поступок. По-хорошему нужно было прямо сказать Джисону, что его интересует лишь секс без обязательств, но тогда была высока вероятность, что тот не согласился бы, а Минхо такой исход не устраивал. — Да, это так. Я просто хотел трахнуть тебя, — выдает Ли, смотря в растерянные глаза. — Я даже в какой-то мере понимал, что потом ты будешь злиться на меня, обижаться и ненавидеть, но мне было наплевать, так как обычно это ничем плохим не заканчивалось. — Ты ужасный человек, - перебивает его Джисон. Глаза уже на мокром месте. — Я не хочу тебя слушать, уходи. — Нет, дослушай, — Минхо приподнимается и разворачивается корпусом к Хану, усаживаясь напротив него. — Я не горжусь собой и, как видишь, пришел извиниться. Мои слова не вернут девственность и не загладят вину перед тобой, но я не такая мразь, как ты думаешь. Я не хочу, чтобы у тебя были проблемы из-за меня в будущем. Если тебя кто-то будет травить или даже распускать руки, можешь смело обращаться ко мне, я решу этот вопрос.       Джисон внимательно слушает смутное раскаяние Минхо и думает, что хочет врезать ему, но насилие порождает насилие. Хан сомневается в искренности его слов, ведь то, что он пытается донести и то, как он поступает абсолютно, не вяжется друг с другом. Джисон молча смотрит на него. Минхо выглядит не менее уставшим, чем он сам. Или так кажется из-за тусклого освещения и пелены слез, застывшей на слизистой. — Ты очень наивный маленький мальчик, который лично мне ничего плохого не сделал, но довелось же тебе попасться мне на глаза однажды. Да, я падок на милые личики вроде твоего, да, у меня высокое либидо и да, я могу не самыми нравственными способами затащить кого-то в постель. За это я не прошу прощения. Я извиняюсь за то, что не сказал сразу, что это секс без обязательств.       Минхо пару раз ободряюще хлопает Джисона по коленке, торчащей из под одеяла, хоть это и было не совсем уместно сейчас. Произнеся вслух весь этот импровизированный текст, он понимает, насколько наигранно и чсв-шно звучит. Все-таки хочется, чтобы Джисон правильно его понял. Есть что-то в нем такое, что заставило Ли, кажется, впервые в жизни извиняться за секс. Джисон лишь кидает быстрый взгляд на руку, которая потрепала его за коленку. До боли смешной жест сейчас, что-то вроде «мне просто нужно было твое тело, но ты не расстраивайся». — Я не знаю, что тебе ответить, честно говоря, — выдыхает Джисон, немного отодвигаясь назад. — Наверно, потому что я вообще не понимаю, зачем ты мне все это сказал. Ты хотел, чтобы мне стало легче от твоих извинений, но по факту ты таким образом просто пытаешься сгладить свою карму.       Минхо опешил от такого заявления. — Если бы это было так, то мне приходилось бы извиняться после каждого полового акта, — подытожил Минхо. Джисон оказывается не так прост, как он предполагал. — Зачем ты пришел ко мне? Опять трахаться хочешь? Думаешь, строя из себя виноватого, я прощу и снова дам тебе? — Джисон выпрямляет ноги под одеялом, толкая Минхо в бок, отчего тот прошипел себе под нос. — Вот стараешься не быть последним козлом, говорить искренне, а в итоге все равно обвиняют в домогательстве, — потирая бедро, произносит Ли. Джисон сидит весь взъерошенный и нахмуренный. — Тебе невозможно верить. — Ладно, я хотя бы пытался, — Минхо неспешно поднимается с кровати под пристальным взглядом забившегося в углу парня. — Спокойной ночи.       Джисон ничего не отвечает, наблюдая, как ночной гость покидает комнату, придерживая дверь, чтобы не создавать лишнего шума. Хан выдыхает, отметив, что задержал дыхание на несколько секунд. Прикрывает глаза и скатывается вниз на подушку. В ушах гудит, а в висках пульсирует кровь. Он не ожидал, что Минхо откажется таким спокойным и уравновешенным человеком. Все, что он ожидал, когда тот зашел в комнату — это очередные домогательства или поток пассивной агрессии, а может и не только пассивной. Джисон в какой-то степени рад, что смог отстоят свою точку зрения, а не прогибаться из-за неуверенности в себе.       Честно говоря, он даже почти поверил в искренность его слов, ведь других резонных мотивов приходить сюда и извиняться не находилось. Разве что в который раз потешить свое эго. Стало ли Джисону легче от их разговора? К его собственному удивлению, да. Ведь даже мнение Минхо его хоть и чуть-чуть, но волновало. Он зависим от чужого мнения.       Джисон собирается перевернуться на бок и, наконец, заснуть, но резко вспоминает про незапертую дверь. Доковыляв до нее, он тянется к ручке, но она магическим образом проворачивается в другую сторону и через секунду распахивается. Минхо едва не налетает на Джисона, заталкивая того внутрь и захлопывая дверь ногой. — Что происходит?! — Джисон негодует пуще прежнего. Его комната не проходной двор! — Тихо, — Минхо прикладывает указательный палец к губам и прислушивается к звукам снаружи. — Там охранник ходит. Я не знаю, увидел ли он меня, но я не хочу проблем в колледже, коих у меня и так достаточно.       Джисон закатывает глаза и плетется обратно на кровать. Спорить нет сил. Ему совсем побоку, что там задумал этот странный Минхо. Ночь уже близится к утру, а значит, что спать осталось всего пару часов, чему Джисон крайне недоволен, так как утром кровь из носа нужно пойти на пары. Отвернувшись к стенке, он слышит скрип соседней кровати, и резко оборачивается. Минхо как ни в чем ни бывало устраивается на койке, поправляя подушку. — Иди домой, — твердо произносит Джисон, смотря на то, как по-хозяйски Ли заглядывает в рядом стоящую тумбочку. — Меня не выпустят. Не волнуйся, я уйду утром. Дай просто поспать до открытия общаги, — Минхо тянется к краю толстовки, одним движением стаскивая ее с себя, оставаясь в одной футболке. Джисон на секунду залип. Воспоминания нахлынули, когда их не ждали. Он отвернулся, что-то еле слышно пробормотав. — Ты что-то сказал? — Говорю, чтоб утром тебя здесь не было, — чуть громче выдал Джисон, как назло срываясь на последнем слоге, выдавая свою неуверенность. — Ух, какой грозный, — Минхо усмехается, устраиваясь поудобнее так, чтобы видеть клубок, свернувшийся в другом конце комнаты. — Будешь дерзить, я не дам тебе спать ночью.       Джисон даже думать не хочет, какой смысл Ли закладывает в эту фразу. Он устало вздыхает и закрывает глаза, принимая реальность такой, какая она есть.

***

      Утро наступает неожиданно и нерадостно. Звонок будильника рушит идеальную тишину. Джисон, не открывая глаз, переворачивается на спину, шаря рукой по тумбочке в поисках телефона. Когда комната снова погружается в блаженное безмолвие, где слышен только треск старого холодильника, Джисон расслабляется и потягивается всем телом.       А затем возвращается в реальность.       Он резко подскакивает и кидает взгляд на противоположную кровать.Всё еще тут.       Кокон из одеяла и скомканная простынь создают иллюзию будто там никого нет, но разбросанные вещи незнакомого гардероба говорят об обратном. Джисон поднимается, пошатнувшись от того, что еще толком не проснулся, тихо подходит к неопознанному объекту и пытается найти голову или хоть какую-нибудь часть тела.       Еще всего лишь семь утра, но нечего Минхо здесь дрыхнуть. Он еще помнит их ночной разговор. Хотя привычной утренней тревоги, которая одолевает его ежедневно, не наблюдается. Возможно, ему нужен сосед, чтобы не топить себя в своих же мыслях. — Эй, — Джисон тыкает куда-то в одеяло, но ответа не следует. — Просыпайся, я скоро уйду.       Опять тишина, но хотя бы появилось копошение в районе предполагаемого местоположения ног. Джисон не собирается сюсюкаться, поэтому просто дергает одеяло на себя со всей силой, отшатнувшись назад. Наконец, перед глазами предстал свернувшийся в калачик Минхо. Выглядит даже очень невинно и безобидно. Вот бы он всегда спал. — Мне не надо на первую пару, — бормочет в подушку Ли, стараясь найти кончик одеяла, желая скорее укрыться от холода и раздражающего солнечного света. — А мне надо! — Джисон крепко держит покрывало, не давая проворным рукам схватить его. — Мне нужно запереть комнату снаружи. — Запирай, я посплю до обеда, — Минхо неохотно перевернулся и приоткрыл один глаз, пытаясь сфокусироваться на парне. Волосы Джисона взлохмаченные, а щеки и губы опухли пуще прежнего. На руках, кажется, скоро вены выступят от того, как сильно он сжимает одеяло. А еще и хмурится при этом.       Минхо улыбается. Почему-то ему даже нравится это утро. Но его можно сделать еще лучше. Он резко поднимает корпус и левой рукой хватает запястье Джисона, потянув на себя. Хан успел только пискнуть перед тем, как его захватывают в кокон из рук и ног. Одеяло остается между ними, но Минхо ловким движением вытаскивает его наверх, накрывая их двоих. Джисон мгновенно начинает брыкаться и пинаться. — Хватит драться! Я просто хочу тебя обнять. — Отвали, придурок!       Джисон лягается конечностями во все стороны, но Минхо только крепче сжимает его, блокируя руки и ноги. А у Джисона, немного не рассчитавшего силы, заканчивается кислород, а вдохнуть заветного воздуха ему не дают сильные руки, прижимающие его носом к груди. — Я задыхаюсь! — Я отпущу, если полежишь со мной десять минут, — умение вовремя шантажировать всегда помогает Минхо по жизни. — И даже уйду вместе с тобой на пары.       Джисон на секунду затихает. Чужая рука проходится по макушке, поглаживая. Он, наконец, вдыхает полной грудью. В нос тут же пробирается запах Минхо вперемешку с затхлым запахом старого постельного белья. Он снова сдается.