Незамеченная симпатия

Медина – молодая писательница, ставшая популярной в шестнадцать лет. Однако даже добившись успехов и хороших продаж, она всё равно не была уверена в своём будущем и в том, чем она хотела бы заниматься спустя года. Однако после публичной критики от Энтони, девушка стала уверена, что будет продолжать, стараться и писать настолько упорно, что он ни на денёк не мог отдохнуть, чтобы думал только о ней и её произведениях. Однако время шло, а Энтони не желал замечать Медину, сколько бы не делала намеков у себя в соцсетях, она не видела отдачи от её объекта симпатии. Да, она невзлюбила его с первого видео, но со временем Мирай все чаще пересматривала его. Девушке с длинными кудрявыми волосами и лицом, которое выглядит постоянно грустно, доставляло удовольствие внимание Энтони, который так горячо и эмоционально критиковал её творение. Медину это настолько привлекало, что та начала создавать все больше и больше, наплевав на качество работ. «Чем больше напишу, тем больше шансов. Неважно, что получится в итоге», - думала Мирай. Из-за этого она сильно уставала и винила его за все свои страдания, ведь жертвы на самом деле были только ради одного единственного. Энтони зарекся, что больше не будет читать её книги, но та никогда не теряла надежды, хотя иногда хотелось всё бросить. И вот, одним осенним вечером, когда та вернулась домой с учёбы, Мирай заметила уведомление от ютюба. Юлай все таки заметил её многочисленные попытки привлечь к себе его внимание. Однако просмотрев видео, Медина была слегка огорчена, это не то, чего она ожидала. Разочарование, неоправданные ожидания и надежды – то, что она чувствовала сейчас. А все потому что Энтони был спокоен, такой же усталый, как она сейчас. Той агрессивной атмосферы и нервного смеха не было, либо та уже не чувствовала того, что ощущала раньше. Ни единой вырванной страницы, Юлай будто стал более дружелюбным и терпеливым. Даже все ее проделки он уместил в пару минут. Мирай не желала слышать критики, она нуждалась в эмоциях, ярких, кричащих эмоциях, что стали такими неуловимыми. По щеке потекла слеза, затем вторая, тихий плачь никак не отражался в атмосфере комнаты, будто его и не было вовсе. Девушка чувствовала, что он относится к ней, как к остальным, чего она не желала, хотела быть кем-то особенным, кем-то, о ком он вспоминал. Медина хотела написать Энтони все, что у неё таилось в душе, но гордость не давала сделать это, потому она лишь сделала пост об Юлае у себя в инстаграме. Агрессия и обида лились рекой и все это прямо на общее обозрение. Возможно, завтра или этим же вечером ей станет стыдно из-за своих слов, как и всегда, но удалять не будет смысла. Всё уже сделано и назад дороги больше нет, она никогда не сможет признаться Энтони.