9 с половиной недель

- Очнулся? Я словно из тумана слышу голос. Кое-как разлепил тяжёлые веки. В глазах задвоилось, словно после большой попойки накануне. Что вообще произошло? Голова раскалывается…Чувствую, как что-то впивается в мои запястья. Верёвки! У меня связаны руки. И не только… Теперь я осознал, что верёвки впиваются во всё моё тело. Кажется, я привязан к стулу. - Всё-таки в том, чтобы быть грязнокровкой есть и свои плюсы, - её лицо вдруг оказалось напротив моего, она улыбалась, впервые за всё это время. Видит недоумение на моём лице и становится ещё веселее. - Не понимаешь, да? Ну, сейчас я объясню. А знаешь, никогда ещё не держала никого в плену. Забавное ощущение, мне даже нравится. Немного не привычно, правда, но я думаю, что это поправимо. Теперь я, кажется, понимаю, что ты находил в своей работе. Я смотрел на её ухмыляющееся выражение лица и не мог поверить своим глазам. Она видела это, и явно наслаждалась. - Так вот, - продолжала девушка, - я о том, что вы все, маги, всегда недооценивали маггловскую изобретательность. Им же без магии приходится всё делать, ни палочки, ни заклинаний. Всё своими руками. Ну, или с помощью подручных средств, - девушка улыбнулась и повертела перед моими глазами бутылкой огневиски, которая даже не разбилась. – Узнаёшь? Глупец, какой же ты глупец, Скабиор. Как можно было так сглупить? Я недооценил её, вот и поплатился. Я был так зол сейчас, что, кажется, если бы не верёвки, придушил бы эту грязнокровку. Но беспомощность и бессилие лишь раздражали и злили. А она упивалась этим… - Тебе всё равно не сбежать, - парировал я, - Непреложный обет, помнишь, да? – теперь уже была моя очередь победно улыбаться, потому что я знал, что прав, и ей никуда от меня не деться в любом случае. Но Грейнджер, вопреки моим ожиданиям, ни капли не смутилась. -Я помню, не переживай. Но теперь я сама могу диктовать условия, на которых буду находиться в этом клоповнике. - Ещё чего! – выплюнул я, зло глядя в её смеющиеся глаза. - А у тебя просто нет выхода. Положение обязывает не прекословить, - Гермиона удовлетворённо улыбнулась, понимая свою правоту. Я задумался… А ведь она права. Я должен согласиться, по крайней мере, пока. А дальше видно будет. Всё это время Гермиона внимательно разглядывала моё лицо, будто пыталась прочитать мои мысли. - Раз уж планы изменились, - начал я, - чем тогда займёмся? Будем заплетать друг другу косички, пока я буду рассказывать тебе про моё тяжёлое детство? - Ты как всегда в своём репертуаре, - поморщилась Гермиона, - до чего же ты противный и жалкий. Это ведь всё маска, напускное. Весь такой из себя, ничего и никого не боишься. А этот яд, которым пропитано каждое слово. Этот вечный сарказм, наглый взгляд, и ухмылочка, которую так и хочется стереть с твоего лица раз и навсегда. А что за душой? Всё это всего лишь реакция компенсации. Вопрос только, компенсации за что? - Ты уже закончила бесполезно воздух сотрясать? – абсолютно спокойно и расслабленно спросил я, хотя спокойствие моё было только внешним, - ты действительно думаешь, что твои слова меня хоть как-то волнуют? Так ты глубоко ошибаешься, милая. А свою психологическую байду оставь кому другому, тому, кому не плевать. - Я бы с удовольствием, Скабиор, но выбирать мне, к моему великому огорчению, не приходится. Поверь, твоё общество не доставляет мне никакого удовольствия. Но так как кроме тебя здесь больше поговорить не с кем, то изволь слушать. А если не хочешь, есть ещё один отличный вариант – отпусти меня. - Прочитай свою лекцию по психологии креслу, на котором сидишь – и то больше толку будет. Тебе вот самой не смешно? Какая забавная ситуация, не находишь? Связан я, а отпустить нужно тебя. Ну чего ты такая серьёзная вдруг стала? Не грусти, малыш. Я обещаю подумать над твоим предложением, честно, – но мой смех явно её не убедил, - а ещё было бы неплохо, чтобы ты принесла мне воды. Ослабить верёвки я тебя даже и просить не стану, но воды принести ты обязана, малышка. - Ничего я тебе не обязана! – огрызнулась Гермиона, - и я тебе не малышка, понял? - Как скажешь, малышка, - ох, как же мне нравится её злить, когда её щёки становятся пунцовыми от злости, а грудь мерно вздымается. Как же она привлекательна в такие минуты. Гермиона взмахнула палочкой, и в её руках появился стакан с водой. Она медленно подошла ко мне, взяла одной рукой за подбородок и поднесла стакан к моим губам. Но дав мне отпить один небольшой глоток, резко отстранилась и плеснула водой мне в лицо. - Пожалуйста! Ваша вода, господин. Что-нибудь ещё? – спросила она наигранно - заботливо. Я лишь улыбнулся, потому что знал: облить меня водой - большее, на что она была способна. И Гермиона понимала это. Злилась на него, на себя, на всю эту ситуацию в целом. Ну связала его… Дальше –то что с ним делать? Морить его голодом, пока он не согласится её отпустить? Вариант, конечно, но разве она сможет это сделать? Да и он не из тех, кто позволит себе проиграть, тем более женщине. Скорее уж от голода умрёт. - Ты ведь и понятия не имеешь, что тебе со мной делать дальше? – от этих моих слов она вздрогнула, и я понял, что и на этот раз не ошибся. - Я бы подсказал тебе несколько вариантов того, чем мы можем заняться, но боюсь, ты после этого снова обзовёшь меня,- я задумался, пытаясь для большего эффекта дословно вспомнить, что именно она говорила, - цитата «грязный извращенец». - Как здорово, что ты сам начал это осознавать, прогресс явно на лицо, - фыркнула Гермиона, - прямо путь к исправлению. - Могила исправит. Тебе, глупая девчонка, даже и пытаться не стоит. Хотя, глупой тебя не назовёшь, этого нельзя не признать. - Да ты просто мастер комплиментов, - Гермиона злилась, но нотки гордости всё же улавливались в голосе. - Ну, так ты придумала, что будем делать? – я пристально посмотрел на неё и поймал её взгляд. - Кажется, да, - девушка как-то странно улыбнулась. И что-то в этой улыбке заставило меня внутренне вздрогнуть…