рашн кантри

Намджун подремал пару часов и, наконец, проснулся. Первым делом он решил проверить, что с дядей. Дядя сидел за столом и пил чай. — Дядя, как вы? — поинтересовался Намджун. — Жив пока, и на том спасибо. Намджун счёл это за положительный ответ. — Про вас вчера эта старуха говорила всякое… — Ай, да не слушай её. Ей сто лет в обед. Несёт чепуху всякую, — нервно хихикнул дядя. Намджуну это показалось подозрительным, но он не подал виду. Дядя попросил племянника наколоть дров из поленницы на заднем дворе. Мужчина не заметил их, когда обходил дом впервые. Занявшись разной работой по дому, которой его загрузил дядя по причине плохого самочувствия, Намджун не заметил, как наступил вечер. Впервые он почувствовал, что занялся чем-то полезным, и даже немного устал. Он присел за стол, поужинал, и решил немного отдохнуть, как вдруг услышал непривычный шум со стороны окна. Он выглянул и увидел столпившихся людей. «Собрание что-ли…» — подумал Намджун. И тут в дверь резко постучали. Дядя, уже улёгшийся на печку, возмутился, — в чём дело? Шум подняли какой-то на ночь глядя. Намджун впустил в дом Джина, который сразу не смог сказать ни слова из-за сбитого дыхания. — Джун… с-слушай, у нас опять происшествие… Намджун вздохнул, и подумал о том, что уже ни дня спокойно не проживёшь. — Что случилось? — У нас парень пропал куда-то. По словам его друга, он ушёл в лес ещё днём, но так и не вернулся. Вот мы собираем поисковый отряд, ты идёшь? Намджун немедленно согласился, — конечно иду. Он не мог оставить человека в беде, да и к тому же, раз он теперь живёт здесь — то тоже должен принимать участие в подобных мероприятиях. Мужчины вышли из дома и присоединились к группе людей. На улице уже стемнело, и народ стоял с факелами и керосиновыми фонарями. У кого-то были вилы, у кого-то грабли. Намджун заметил поникшего Тэхёна, который отрешённо смотрел вдаль и кусал губы, Хосока, который рассказывал всем, как правильно нужно искать, и Юнги, который, кажется, вообще не понял, что происходит. Что самое примечательное, так это татуированный парень, который держал на поводке… Не то, что все подумали. Волка. Собравшиеся люди не особо обращали на это внимание, но Чонгук всё-таки стоял один. Не сказать, что Намджуна это не удивило, но сейчас были дела поважнее. По разговорам стало ясно, что пропал Чимин. Намджун вспомнил, что это тот парень, который дал ему яблоки. Хосок закончил инструктаж, все начали расходиться. Намджун взял факел у какого-то мужика и двинулся на поиски. Джин подошёл к Юнги, который не особо интересовался происходящим и протянул ему керосиновый фонарь. — Давай, Юнги, не будем терять время. — Да-да… — Я понимаю, что ты не особо любишь такое, но сейчас нужна любая помощь. — Ладно-о, — протянул Юнги и пошёл за остальными. Группа людей вошла в лес. Многие стали звать Чимина по имени, Чонгук вырвался вперёд, потому что ему нужно было успевать за животным. Юнги шёл не так быстро, он стал замечать, что люди начали делиться на группы. Он не особо хотел с кем-то контактировать, да и лес он знал, потому что часто ходил за грибами, поэтому решил, что пойдёт один. Все разошлись, между деревьями стали мелькать огни факелов и фонарей, были слышны голоса, зовущие Чимина. Юнги решил, что он проверит самые труднопроходимые места. Первым делом, он решить обойти валежник, заглядывая под сваленные деревья. Под ногами было сыро, громко шуршала листва и сухие ветки. Юнги быстро окидывал взглядом кустарники. Не было даже намёка на следы человека. Тут Юнги решил проверить болото, дорогу туда он знал не очень хорошо, но всё же пошёл. Спустя около двадцати минут, мужчина наконец добрался до нужного места. Свет фонаря был не очень ярким, вся зона болота не освещалась. Было тихо. Особо не тратя время на осмотр местности, Юнги решил повернуть назад, как вдруг услышал крик. — Подожди! Я здесь! Юнги быстро направил свет фонаря в сторону звука и увидел силуэт парня. — Осторожнее, тут трясина, — снова выкрикнул он. Юнги аккуратно стал пробираться до парня, и увидел, что Чимин с двумя корзинами клюквы по пояс стоял в болоте. — Твою ж мать, что мне делать теперь? Чимин пожал плечами и виновато улыбнулся. Юнги вспомнил, что говорил его дед, в таких ситуациях нужно найти палку покрепче и пытаться вытянуть человека. Мужчина немного отошёл, — подожди секунду, — он нашёл длинную палку, которая казалась подходящей, и протянул её Чимину. Как только парень схватился за неё, Юнги резко вытянул его на землю. Клюква немного рассыпалась, но хотя бы парень был спасён. — Спасибо большое, — Чимин снова улыбнулся, но на этот раз, его улыбка засияла. — Ну… не за что, — уголки губ мужчины тоже невольно поднялись. Вдалеке оба увидели свет, и направились в сторону него. Это была одна из поисковых групп. Самый громкий из мужчин крикнул остальным, и рядом находившиеся группы поняли, что пропавший нашёлся. Все стали постепенно выходить из леса, эхо разносилось по всей чаще. Огней становилось всё больше, Чимин наконец вернулся в деревню. Его сразу стали обнимать родители, только что вышедший Тоха, кажется, заплакал. Намджун вместе со своей группой тоже вернулся. Люди обступили Чимина, и каждый спрашивал, что случилось. — Я собрался за клюквой, — парень указал на свои корзины, — всё было хорошо, пока я не нашёл большие кустарники. Я хотел поскорее всё собрать, но случайно провалился в болото… сам не понял, как это произошло. Вся одежда парня была в грязи. Он слегка дрожал от вечернего холода. Когда с разговорами было покончено, Чимин развернулся к Юнги, и протянул уставшему мужчине целую корзину клюквы, — это единственное, что я могу сделать. Юнги подумал о том, что вытащить этого парня было проще простого, и, наверное, уж любой бы так смог. Щёки у Юнги горели от смущения, хотя он не подавал виду. Он всё же принял подарок, — спасибо. Когда люди стали расходиться, Юнги подмигнул парню и ухмыльнулся, — ещё рассчитаемся. Тут уже щёки Чимина вспыхнули алым цветом, но из-за темноты ночи этого не было видно. Намджун был рад, что всё обошлось. Он попрощался со всеми, и вернулся домой. Дядя, который, по-видимому, проснулся от прихода племянника, спросил, — что произошло? Где ты был? Мужчина рассказал о случившемся и подметил, что наконец-то хочет выспаться за все эти дни. Дядя не стал спорить и оба легли по своим местам. В обед на следующий день, дядя попросил Намджуна слазить в погреб за клубничным компотом, а сам куда-то ушёл. Намджуну не очень хотелось туда лезть. Погреб изначально казался ему жутким. Но раз сказали — значит надо. Вооружившись керосиновой лампой и сломанной лестницей, мужчина приблизился к погребу. Оттуда снова послышался неприятный шорох. Намджун нервно сглотнул. Он не знал, чего ожидать от этого. В итоге он собрался с силами и спустил лестницу вниз. Осторожно держа лампу, он стал медленно спускаться. Осветив помещение, он увидел мешки с крупой, банки с различным содержимым и некоторые огородные приспособления. Вроде ничего страшного, подумал Намджун и спустился до конца. Погреб оказался достаточно большим, а света лампы было недостаточно, чтобы он мог видеть всё пространство. Намджун вытащил нужную банку и краем глаза посмотрел в тёмный угол погреба. Его прошиб холодный пот, когда он увидел два светящихся глаза, смотрящих на него оттуда. Со скоростью света он схватил банку и понёсся наверх, с силой захлопнув дверцу погреба. Похоже, лестницу уже можно было не чинить. Как не разбилась банка в такой ситуации — осталось загадкой. Намджун подумал о том, что он больше никогда туда не полезет. Только если с ружьём. Вечером заявился дядя, который еле стоял на ногах. Он обтёр все углы дома, пытаясь найти вход. Ввалившись внутрь, он упал на печь и начал петь «Ой, мороз, моро-о-оз». У Намдужна в голове возникли флешбеки о таксисте. Мужчина не стал трогать дядю, ему не понравилось, что тот снова в нетрезвом виде. Но дядя решил, что лежать на печке слишком скучно. — Намджун, знаешь, что? У меня в твои годы столько баб было! За мной бегали табунами! А я полюбил простую, деревенскую доярку… Брат-то в городе обустроился, а я-а, — протянул дядя Ким, — тут остался. Была у меня семья, я да она. А она, такая… в город укатила с каким-то пижоном… всё её манили эти перспективы… развития хотела… а я тут остался… не смог смириться с предательством… но я стал председателем! Я добился своего! А она… я даже не знаю, что с ней случилось… Намджун, послушай меня, не упусти своё счастье! У нас девок много! Увидишь девку — хватай и беги, любви, дорогой мой, не бывает. Намджун сидел в шоке от такого монолога. — Вон та, которая в поле работает, сиськи — во! Или вон та… которая дочка пастуха, хозяйственная баба! Дядю конкретно развезло. Бросив, — ай, да всё равно ты меня не поймёшь. Но подумай о моих словах… ай, похуй, — дядя улёгся спать. Намджун решил последовать его примеру, и, нет, не заснуть. Нажраться. Намджун стал думать, с кем бы совершить это действие. Выбор пал на Сокджина. Вроде бы, с ним Намджун контактировал большего всего. Но он не знал, где живёт Джин. Поэтому, решил спросить у проходившей мимо женщины. Та указала ему точное направление, и через пятнадцать минут, Намджун стоял около его дома. Постучав три раза, дверь перед Намджуном открылась. У Джина был заспанный вид, и, кажется, он не совсем понимал, что происходит. Увидев Намджуна, Джин слегка засмущался, вспомнив слова, которые он сказал ему не так давно. Но, сам Намджун, видимо, этого не помнил. — Привет, Джин. Я себя чувствую не очень. Есть что выпить? Джин с минуту стоял молча, а потом загадочно улыбнулся. — Спрашиваешь. Конечно есть! Заходи. Намджун зашёл в его дом, и первое, что бросилось в глаза, это сушёная рыба, несколько удочек у стены, рыболовные сети и еловые ветки. — Подожди немного, я залезу в погреб. У Намджуна снова возник флешбек и его передёрнуло. Джин вернулся спустя несколько минут с двумя бутылками самогона. Мужчина поинтересовался, — что-то случилось? — Да, с дядей проблемы, а в общем решил отдохнуть. В городе-то некогда было… Джин не стал стал задавать лишних вопросов и достал гранёные стаканы. После двух рюмок всё было нормально. У Намджуна были порывы танцевать на столе, но он им не поддался. После четырёх рюмок танцевать уже не хотелось. — Я в этой деревне почти главный! Я тут самый красивый и пиздатый, — у Джина покраснело лицо. — Не спорю, ты самый крутой! Я так люблю рыбаков, ты б знал! Как только вижу их — думаю, вот это настоящие мужики! — Ты меня любишь?! — Я люблю рыбаков. Но знаешь, твой друг мне нравится меньше, чем ты… Джин истерично засмеялся. — Слушай, а какая у тебя фамилия, Джуни? — Ким. — Да ладно? Идеально… даже фамилию менять не придётся. Спустя ещё несколько рюмок, Джин начал исповедь. — Ты знаешь, что я гей? Намджун резко поднял голову. — Н-не понял? — протянул Намджун, — ты шутишь? Джин вдруг начал плакать. — Нет! Придурок! Я таким родился вообще-то! Ничего ты не понимаешь! Мне всю жизнь нравились парни. Я как тебя увидел, у меня сразу встал! Джин ударил кулаком по столу. Намджун повертел головой, — кто встал? Джин засмеялся и налил ещё. У Намджуна перед глазами всё начало плыть. — Слушай, а я никогда не д-думал… ну… что с парнем… можно так… — А я никогда не пробовал… — Я тоже. Они встретились взглядами, и это было не к добру. Джин встал, и шатающейся походкой уселся к Намджуну на колени. — Джин, разве м-мы можем… этим заняться… — Чем? — Сексом. Джин снова истерично заржал. — Я тебе не н-нравлюсь? — Почему… с чего ты взял? Джин резко двинулся вперёд и поцеловал Намджуна, отчего тот чуть не упал со стула. — Джун, д-давай сделаем это. Пожалуйста. Ты не видишь? Я весь горю. Намджун не совсем соображал, но ему эта затея понравилась. — Не говори никому, ладно, — сказал Намджун и решил, что сегодня он оторвётся по полной. На самом деле сейчас ему было всё равно, даже если бы их кто-то увидел. У него был опыт с девушкой, и по сути, тут всё почти тоже самое. Намджун стал снимать с Джина футболку, хотя получилось не с первого раза. И не со второго. Внутри всё горело от алкоголя. Намджун наконец расправился с футболкой и выкинул её в угол помещения. Это было так странно. Хоть его разум был затуманен, и так сильно хотелось отдаться чувствам и забить на всё, было необычно трогать чужое мужское тело. Джин даже был слегка подкаченным, всяк он занимался делами в огороде, или что-то вроде этого. — Ты… мне так понравился… я влюбился? А ч-что если так… — Джин то закрывал глаза, то хватался за одежду Намджуна и пытался снова поцеловать его. Собрав крупицы здравого смысла, Намджун решил, что стоит заниматься этим уж точно не за обеденным столом. Он заметил кровать, которая, кстати говоря, выглядела больше, чем у Намджуна. — Можешь… встать… — Но у меня уже стоит… Намджун закатил глаза и сам попытался встать, отчего Джин свалился на пол. — Ты такой грубый! В какой-то момент Намджун решил, что либо сейчас — либо никогда. Он схватил Джина за руку и дотащил до этой самой кровати. Спирт ударил в голову ещё сильнее, и на диалоги не осталось ни сил, ни желания. Сначала Намджун снял штаны с мужчины, затем с себя. Джин просто откинулся на кровать и лежал, хлопая глазами и повторяя, — я влюбился… Намджун слишком увлёкся процессом приготовления, что сам не заметил своего возбуждения. Мозг совсем стал отключаться, дальнейшие события были как в тумане. Намджун не подумал о том, что перед тем, как трахать кого-то в анал, надо как-бы растянуть место приложения силы, но его не учили такому. Благо он догадался использовать слюну а качестве смазки. Да и здравый смысл был где-то далеко. Сначала аккуратно, затем всё сильнее Намджун наконец вошёл в него. Эйфория от алкоголя и естественное возбуждение наполняли всё тело. Кажется, что он выпускал все накопившиеся эмоции за такое долгое время. Джин, казалось, был в совершенно бессознательном состоянии. Он лишь постанывал и сжимал руками простынь. Но Намджун совершенно не обращал на него внимания. Войдя во вкус, Намджун начал двигаться всё сильнее и быстрее, отчего по всему помещению раздавались характерные звуки шлепков и сдавленных стонов. Перед глазами всё невероятным образом переворачивалось и плыло. Ощущения узкости было приятно, совсем не так, как при дрочке. В какой-то момент, в глазах будто засияли звёздочки и он наконец кончил. После этого он моментально отключился.