Оставь мне надежду

***

Утро пролетело очень быстро, всё было как и в 1996. С утра Элизабет делала себе причёску «Мальвинка» и приводила себя в порядок, складывала книги и всё так же задумчиво сидела на завтраке. Внимание от парней не снизилось, наоборот очень многие начали наблюдать ещё больше, но вот подойти смогли лишь три парня. Предпоследним уроком было Зельеварение, чему девушка очень обрадовалась, как она узнала, профессор Слизнорт даже в 1943 преподавал этот урок, поэтому это было дня неё приятным бонусом. За весь день Элизабет пыталась не упускать Реддла из поля зрения, на всех уроках он вёл себя будто она не стала свидетелем, который оказался не в том месте, не в то время. Возможности этого юноши Элизабет знатно оценила, он и вправду был умён и амбициозен. На всех уроках он играл роль пай-мальчика и на каждый вопрос каждого профессора он имел ответ, и это поразило девушку. «А Реддл в своё время мог бы посоперничать на уроках вместе с Гермионой» — подумала про себя девушка пока шла по коридору, пытаясь протиснуться через толпу студентов. С профессором Слизнортом у неё в 1996 году были хорошие отношения, он ценил её знания, оценивал их по достоинству и часто беседовал с ней на тему зелья, отваров и прочего. То, что ей снова пришлось бы демонстрировать знания и налаживать отношения, Элизабет не пугало, она была рада, что сможет показать свой ум и даже возможно утереть нос Реддлу. Весь день её сопровождала Аннет, поэтому и сидела Элизабет на уроках тоже с ней. Ну-ну, знала бы Аннет, что на самом деле Элизабет хорошо знала территорию Хогвартса. До начала зельеварения оставалось немного времени, поэтому Элизабет направилась в класс и чтобы не вызывать никакого подозрения, она сделала вид, что в первый раз идет в этот класс.       — …так-так всё верно, сегодня мы всё-таки просто пообщаемся и разберём программу на этот месяц и год, — Уже с кем-то беседовал профессор Слизнорт, который всегда перед началом урока любил рассказывать своим «любимчикам» и отвечать на их вопросы. Кто бы сомневался, что когда зашла Элизабет он беседовал именно с Реддлом.       — Ты не волнуйся, профессор Слизнорт очень добрый, хотя и бывает строгим. — Шепнула Аннет.       — Я не волнуюсь, с Зельеварением я на ты. — С лёгкой ухмылкой сказала Элизабет, садясь за вторую парту вместе со своей соседкой. Этот урок должен был проходить вместе с Когтевранцами, поэтому напряжение было не очень дружелюбным, но в любом случае лучше чем напряжение во время совместных уроков с Гриффиндорцами.       — Здравствуйте-здравствуйте мои юные друзья, — Начал был профессор. — сегодня у нас не будет никаких тестов и приготовлений зельев. После этого студенты начали радоваться как малые дети, особенно хорошо эту новость восприняла слизеринская сторона студентов, а вот многих когтевранцев эта новость явно застала врасплох.       — Так-так, я вижу к Слизерин прибавилась новая ученица, — Свой взгляд он кинул на Элизабет, при этом он был очень дружелюбным, таким же как и в их первую встречу в 90-х. — рад приветствовать вас, мисс…       — Льюиз, спасибо.       — Мисс Льюиз, скажу честно, такое случается впервые за все эти годы моей работы, — Профессор заулыбался как довольный кот, при этом указательно помахивая своим пальцем. — надеюсь мы с вами сработаемся!       — Я тоже на это надеюсь, сэр. — Девушка согнула свои губы в улыбке, сгибая свои пальцы рук в положение «домик».       — Это уж вряд ли. — Прервал мимолётную тишину чей-то голос, голос принадлежал какому-то парню, он был пропитан насмешкой из-за которой пару голосов раздали тихий смешок. Это был кто-то явно из части слизерина, когтевранцы топили за толерантность и в 1943 было также.       — Неужели? И ты так в этом уверен? — Уровень неприязни Элизабет вмиг подскочил вверх. Та кто он такой, чтобы делать такие выводы?! Лучше Элизабет в этом деле в 1996 никого не было, вряд ли это поменялось и в 1943.       — Что же вы так! Я уверен, что мисс Льюиз ничем не хуже вас, мистер Эйвери! — Прервал нарастающую дискуссию профессор, он был явно не рад, что в его классе разыгралась стычка как на ринге. Эйвери. Звучало как что-то знакомое для Элизабет. Возможно она слышала об этой фамилии в свои годы, может быть читала где-то в газете? Возможно и такое. Но сейчас лишь одна фамилия не давала ей покоя. Реддл, Реддл, Реддл. Только это было и в голове. «Кто он? Почему он так поступил? Что задумал?» Эти мысли не давали ей покоя до конца урока, лишь краем уха Элизабет смогла уловить рассказы Слизнорта про планы на новый учебный год. Элизабет не подавала виду, что её что-то тревожило, она понимала, что не стоит притягивать к себе слишком много внимания и уж точно доверять кому-то своё внутреннее состояние…

***

Вечером ужин проходил в том же русле, что и завтрак. Домовые эльфы приготовили очень вкусный ужин, один из любимых ужинов Элизабет в Хогвартсе. Это были блинчики с лесными ягодами, которые как знала Элизабет выращивали в алее Хогвартса. Само собой к блинчикам прибавился чай с бергамотом, который так обожала девушка. Он не плохо успокаивал и снимал напряжение после тяжёлого дня, как уже успела подметить Элизабет, особое значение этот чай имел и для Реддла, который с удовольствием попивал его в окружении Выскочки-Эйвери и ещё одного парня. Но вот…назвать их компанию дружней, было очень сложно. Без напряжения сидел лишь один Реддл, а остальная его часть «компании» то и делала как сидела в дисциплине, будто он их загонял как пикси. По окончанию ужина Элизабет направилась в гостиную своего факультета, планов у неё было больше чем достаточно, но сегодня им явно не судилось исполниться.       — Мисс Льюиз, — С конца коридора до неё донесся тихий голос, кажется это был профессор Баббилинг? — Прошу прощение за то, что отвлекаю. Вы бы не могли уделить мне несколько минут своего времени?       — Конечно, сэр. Она была крайне спокойна, но всё же где-то глубоко внутри она знала, что это ничем хорошим не закончится.       — Я заметил, что вы сегодня были не очень активны на уроке, даже от слова совсем, — Начал был профессор. — Мисс Льюиз, возможно вы не поняли сегодняшнюю тему? Да, верно профессор. Как никак, но отношения с Древними Рунами у неё не сложились ещё на третьем курсе. К сожалению её отец слишком склонен к этому предмету, поэтому посещения были обязательны. Это настолько вошло в привычку Элизабет, что и в 1943 она не стала это менять. А у профессора Баббилинга был глаз-алмаз.       — Профессор, эта тема действительно была для меня…тяжелой. — Девушка сделала подавленный вид, будто это и вправду её как-то волновало.       — Знаете, — Он сделал шаг вперёд, чтобы его лицо вышло на свет. — Я почему-то так и подумал, поэтому я попросил одного из лучших учеников из моего предмета, помочь вам. Ступор. Единственное состояние в которое смогла тогда упасть Элизабет, возможно профессор уловил момент её растерянности, но тогда это было менее важно.       — Вы очень внимательны, профессор. Реддл. Это точно Реддл. Лучше ученика кроме него в этой школе не найти, а особенно по Древним Рунам.       — Вы должно быть уже догадались кто это? — Ответ профессор так и не успел получить ответ, как вмешался третий голос. И Мерлин побери…именно этот голос Элизабет хотела слышать меньше всего.       — Да, профессор. Думаю она уже догадалась, — Выходя из темноты, Реддл направился к Элизабет. Став совсем рядом он кинул на неё холодный взгляд, взгляд в котором несмотря на холод было пламя от которого тряслись даже кости. — Простите, сэр, но нам нужно начать уже сейчас, послезавтра будет урок, а тема не одна из лёгких. Твою же мать, какое обаяние. И не странно, что никто бы не догадался, что Паинька-Реддл на самом деле слишком хороший актёр. «А какие ещё у него могут быть скелеты в чемодане?» — подумала про себя юная студентка, при этом оглядывая Реддла с ног до головы.       — Разумеется, Том, разумеется. — Профессор Баббилинг лишь довольно затряс головой, без каких-либо подозрений, что отправляет Элизабет на растерзание, он пожелал спокойной ночи и скрылся где-то за поворотом коридора. Том конечно провёл профессора щенячий взглядом, а лишь когда тот ушел, Реддл сменил этот взгляд на тёмный и мрачный, в котором время-от-времени переливались красные краски. Это был вулкан, который вот-вот ввергнул бы лаву.       — Ну, что, Реддл. Избавишься от меня как от ненужной свидетельницы прямо сейчас? Уверена, что лучше времени как сейчас не найти. — Первой прервала тишину черноволосая девушка.       — Неужели ты так уверена в том, что я не найду для этого момента лучше чем сейчас, Льюиз? — Пожал плечами Том, он был спокоен, но его глаза так и хотели разорвать девушку на части. Пугало ли это её? Да, но адреналин в её крови от страха начал бурно заставлять её нести вещи, из-за которых ей потом пришлось бы несладко. А Реддл, как хищник впитывал этот страх и набирал силы.       — Возможно тебя не учили манерам, — Он подошел немного ближе, так, чтобы Элизабет всеми клеточками ощущала его власть над её страхом. — Но лезть в чужие дела…очень и очень плохо. Ты ведь не хочешь, чтобы я научил тебя этим манерам не лучшим способом?       — А что, если, я стану дальше лезть в это? Или ты не хочешь грязнить свою репутацию любимчика учителей? «Элизабет, какого ты творишь?!» — кричал внутренний голос, но она будто позабыла о последствиях такой внезапной смелости.       — Тогда мне придется избавиться от тебя быстрым и грязным способом, неужели ты этого хочешь? НЕТ! Не хочу, но показывать настолько слабую позицию Элизабет не хотелось, лучшим вариантом было просто промолчать.       — Думаю мы поняли друг друга. Не опаздывай завтра после завтрака в библиотеку на Древние Руны, которые тебе стоило бы подучить. — Он ещё долго покивал Элизабет оценивающим взглядом, а после удалился. Он был хорош не только в школьной деятельности, но и в психологической. Он будто давил на разум Элизабет, что её очень взбесило. Ещё он несколько раз пытался копошиться в голове Элизабет, найти ответы на свои вопросы или ещё что-то хуже. После такого эмоционального разговора Элизабет направилась в гостиную, а затем в спальню. До конца сделав всё домашнее задание и процедуры. Её соседки уже давным-давно видели десятый сон, когда Стоун закончила с домашним заданием. Время перевалило уже за полночь, поэтому девушка побыстрее попыталась уснуть. В какой раз перевернувшись на бок, Элизабет попыталась уснуть снова, но дрожь по спине от холода не давала этого сделать. «Сколько времени?» — первый вопрос на который она требовала срочный ответ. Ровно три часа ночи, а в комнате стоит невыносимый холод, котором как она помнила не было когда она ложилась спать. Как ещё Аннет, Медели и Нейрина не почувствовали его? Она с сонным видом попыталась найти источник сквозняка. Окно. Окно оказалось открытым. Но как и почему? Когда Элизабет ложилась спать оно точно было закрытым, она в этом уверена на все сто. Закрыв окно, она обнаружила капли, которые были возле окна на холодном полу и деревянном подоконнике. Она без какой-либо боязни потрогала их, а затем понюхала, чтобы узнать что именно это такое. На запах это была кровь, на консистенцию и ещё…она была свежей.       — Возможно кто-то из девочек ранился? — спросила у самой себя Элизабет, оглядев комнату, она обнаружила одну пустую кровать. Медели не было, кровь, открытое окно. Странное сочетание, не так ли? Тут явно что-то неладное…