Оставь мне надежду

***

Послышался тихий и хриплый голос профессора за её спиной. Возможно Дамблдор немного приболел, ведь обычно его голос был не настолько хриплым. Но в любом случае, его просьба задержаться была очень неожиданной.       — Конечно, сэр. — Мило улыбаясь сообщила Элизабет. Дамблдор был очень мудрым и организованным профессором, он преподавал трансфигурацию. И честно говоря, то учителем он был невероятным. Он практически никогда не повышал голос, доступно объяснял и умел шутить. Не странно, что потом он стал директором Хогвартса. Он и вправду заслужил это место.       — Это прекрасно. Знаете, мисс Льюиз. Мне всё не даёт покоя один важный вопрос, — Он поправил свои очки и комфортно разместился на стуле. — Присаживайтесь! Он жестом указал на стул рядом со столом, за которым он и сидел. При этом концентрируя всё внимание на Элизабет, он начал перебирать стопку бумаг на своем столе.       — Спасибо, — Она приподняла уголки губ в нескромной улыбке, садясь на мягкий стул, поправляя чёрные пряди волос. — Неужели что-то случилось? Удивлённый взгляд изображать и не пришлось. Элизабет и вправду было интересно с чего такая спешка и дикий интерес спросить у неё что-то.       — Мисс Льюиз, с того момента когда вы впервые появились здесь, — Дамблдор запнулся на несколько мгновений, явно раздумывая, что сказать дальше. — Я постоянно задавался вопросом…       — Каким, сэр…? — Не дождавшись продолжения, перебила его девушка. Дамблдор не торопясь протёр свои очки, которые напоминали толи полукруги, толи полумесяцы.       — Видите ли, в тот же день мне сообщили о вашем прибытии сюда. И…довольно своеобразной ситуации, когда вы сказали, что не помните где ваш отец. Ступор. Страх. Неизвестность. Это всё было забурлило в Элизабет, как зелье в котелке. Она ждала всё, что угодно, но…не это. Она и сама осознавала, что её версия о пропаже отца вылезет боком, но не настолько ведь… В голове крутились сотни, даже тысячи вариантов, что можно сказать. Но её язык даже не дрогнул что-то сказать. Для Дамблдора эта буря эмоций м раздумий была не видна, с виду Элизабет сохраняла полное спокойствие, а взгляд, который часто выдавал эмоции умела преображать, но к сожалению не всегда. Она спокойно захлопала ресницами, пытаясь ничего не делать с руками, чтобы не показать своё нервное состояние. Элизабет посмотрела прямо в глаза профессора, а потом начала речь:       — Сэр, возможно вы не совсем правильно поняли ситуацию, — С безопасной ноты начала Элизабет, пытаясь придумать самую легкую и полезную для себя ложь. — На тот момент я и вправду утратила связь с отцом из-за его разъездов.       — Возможно и так, — Задумчиво протянул Дамблдор и взял лимонную дольку с глубокой, на краях оформленной серебряными орнаментами пиалы. — Можете угощаться лимонными дольками, мисс Льюиз. Элизабет монотонно закивала головой в лёгком отказе. Сейчас и кусок в горло не лезет, а тут ещё и эти лимонные дольки! Ещё на первом курсе Дамблдор угостил Элизабет дольками, когда она впервые беседовала с ним. Вот именно в тот момент она и возненавидела лимонные дольки; она никогда не была любителям лимонов и тем более засахаренного лимона. Ничего более отвратительного из еды для неё нет, она никогда не откусит и кусочек этой дольки!       — Я не вправе судить или обвинять вас в том, что вы можете лгать, — Слово ложь. Оно слишком острое на слух, но сладкое на вкус. Особенно когда ты видишь, как человек начинает лгать тебе прямо в глаза, но ты то знаешь правду… «Он и вправду начал догадываться, а может быть и уже догадался», это было первое о чём подумала Элизабет, от чего её тело слегка вздрогнуло, а зрачки значительно уменьшились. — Я вижу, что вы мне не доверяете, и на это у вас могут быть свои причины. Но вы чего-то не договариваете, и это меня очень тревожит. Видите ли, увы вас всё равно допросят о ваших родителях, рано или поздно.       — Конечно, я понимаю это, профессор. Возможно это будет рассказать именно вам. — Жалостливым тоном проговорила Элизабет, чтобы её история казалась наиболее реалистичной.       — Я весь во внимании. — Проговорил профессор Дамблдор опираясь на спинку мягкого стула, при этом дожевывая лимонную дольку. «Элизабет, сейчас от этого зависит буквально всё!» — Мотивировала себя она, уже начиная накручивать прядки волос на палец, чтобы показать своё волнение, которое сделает её историю ещё более драматичной.       — Я Элизабет Льюиз. Родилась 21 марта, сейчас мне 16 лет. Около 7 лет мы с родителями жили на западе Франции, а позже перебрались в Британию. К сожалению тогда мы не числились как жители Магической Британии и скорее всего именно поэтому я не была зачислена в Хогвартс. — Тараторила Элизабет практически на одном дыхании. — Магию я изучала дома с отцом. Но несколько лет назад, моя мать пропала и это поставило жирную кляксу в моей жизни… Её последние слоги были чистой, как бриллиант правдой. Когда она вспомнила маму, то сразу же в голове появились тёплые воспоминания. Элизабет и её мама готовят пирог на кухне; её мама удивляется от каждого заклинания, которые изучила Элизабет, хотя после стольких лет совместной жизни со своим мужем — магом, она уже вполне привыкла к магии; они вместе сажают цветы, которые вскоре станут произведением искусства… Горячая и горькая слеза не удержалась на её реснице, начиная медленно спускаться по её щекам, обжигая их. «Мама…» — Прошептала Элизабет вытирая слезу. Она никогда не позволяла себе плакать. Никогда. Но эти воспоминания были настолько болезненными, что ни один круциатус не сравнился бы с ними. Отступать уже было некуда, она должна вернуться в своё время и попытаться вернуть её.       — Несколько дней назад я была с отцом дома, он как раз отправлялся в рабочий отъезд. Тогда случился этот…магический выброс, и я очутилась здесь. Но сейчас… — Элизабет закусила губу, ведь она не знала, что сказать сейчас. Все те тысячи вариантов исчерпали себя, а на ум ничего хорошего не приходило. — Я узнала, что он…       — Прошу прощения, так вы узнали, что? — Перебил мимолётную тишину профессор Дамблдор. Который сидел с не менее бледным лицом, чем у Элизабет. Похоже, что он и вправду потрясен её историей.       — Что он мёртв. — Сама того не осознавая произнесла Элизабет. Это первое, что пришло ей на ум. Если бы она продавила паузу, то возможно Дамблдор догадался бы, что она снова врёт.       — Я приношу свои извинения, Элизабет. Я не представляю, что вам пришлось пережить узнав об этом. Могу ли я вам чем-то помочь? — С сожалением протянул Дамблдор, пытаясь обратить внимание Элизабет на себя, которая опустила голову и на мгновения прикрыла глаза.       — Вам не за что извиняться, сэр, — Приподняв голову поговорила Элизабет, монотонно, но с нотками грусти. Ей нужно сделать всё, чтобы он в это поверил. — Единственное, что вы можете сделать, то это оставить меня здесь, я хочу закончить все 7 курсов Хогвартса. Дамблдор был умён, он видел людей насквозь, поэтому провести его была ещё тем испытанием.       — К сожалению Хогвартс и так будет вашим единственным вариантом. Но вы ведь понимаете, что мне придется доложить об этом директору? Вам всё равно придется куда-то отправиться на летних каникулах, а так как вы несовершеннолетняя, то жилье вы снять никак не сможете. Мерлин побери семь раз! Неужели её могут отправить в какой-то приют? Лучше бы она придумала что-то лучше… Любой другой ответ был бы лучше этого. Не такого она ожидала, точно не такого. «Надеюсь я выберусь с этого времени до окончания лета» — Цитировала у себя в голове девушка.       — Профессор, без этого никак не обойтись? — Сделав щенячий взгляд произнесла Элизабет, крепко сжав бортики кресла.       — Увы никак. И вы прекрасно осознаёте почему.       — Я могу уже идти? — Сквозь зубы ответила Элизабет. Он даже не пытался ей помочь, хотя мог сделать хоть что-то.       — Конечно, мисс Льюиз! Я и так вас задержал. — Похотливо дал комментарий Дамблдор, жестом указывая, что Элизабет может идти. Элизабет спокойно поднялась со стула, её ноги ужасно затекли, ведь от волнения она даже не обратила внимание на то, что ноги были не в самом удобном положении. Но всё-таки снова двигаться было невероятно, отек прошёл моментально, как только Элизабет поднялась и попыталась сделать несколько шагов. Пожелав хорошего вечера, она вышла с кабинета и направилась по коридорам в комнату, чтобы как-то подытожить всё. Как странно, то дошла она к комнате без приключений. Хотя учитывая её везучесть находить приключения на собственную голову, то по дороге должно было хоть что-то произойти. Сразу после её неудачного перемещения во времени, Элизабет стала магнитом для неудач. Сначала появление в этом времени, потом она стала нежеланной свидетельницей, позже уже успела нажить себе врага, кроме этого ещё и непонятная пропажа Медели и появление крови в комнате, а теперь ещё и этот разговор! Ну не такого она ожидала, буквально не такого. «Ещё и этот урок с Реддлом по рунам! Какого Мерлина именно с ним? В Хогвартсе есть ещё много учеников, которые могут разбираться в рунах не намного хуже Реддла.» — Вела сама с собой разговор Элизабет, с громким шумом плюхаясь на кровать. Сегодня она проснулась слишком рано, поэтому почти на всех уроках её уже клонило в сон, но отвлекаться на сон было нельзя, поэтому уснуть прямиком на одном из уроков она не могла. Лежа на кровати Элизабет думала обо всём, что может её ожидать от решения директора Диппета и профессора Дамблдора, который наверняка будет тоже решать этот вопрос. Чёрные прядки её волос удобно лежали на её лице, согревая их от неизвестного сквозняка холодного воздуха, который шёл с открытой в спальню двери. Мягкая кровать, тёплое одеяло и тишина. Такая обстановка слишком быстро вызывала усталость, а сон укутал её в свои объятия.

***

Проснулась Элизабет практически под самый вечер. До ужина оставалось полчаса, а урок с Реддлом и вовсе будет в часов восемь. Поэтому никуда не спеша Элизабет постаралась прийти в себя после сна. «Вот это меня на сон склонило» — Заспанным голосом сказала Элизабет. Она быстро поправила свою мантию с помощью заклинания, ведь та уже успела помяться, и заплела волосы в небрежный хвостик. Ни Медели, ни Нейриты, ни Аннет в комнате не было. Взяв свою палочку с края кровати, Элизабет направилась на ужин. Шум с Большого Зала было слышно практически с самых отдалённых коридоров. Перед тем как зайти в зал, она ещё раз поправила галстук и лишь тогда сделала первый шаг. Ученики шумели за столами, что-то бурно обсуждая, а профессора тоже просто не сидели, а вели переговоры друг с другом. Стол слизеринцев был полностью переполнен, а на её обычном месте сидел какой-то парень. Она не хотела спорить за место, ведь это просто место, поэтому взглядом прошлась по всему периметру, и заметила лишь одно свободное место. «Чёрт побери!» — Строки сами сплыли в голове девушки, а губы сжались. Единственным свободным местом, оказалась место возле слизеринского старосты — Реддла, и его компании. Она со всех боков была окружена его свитой. Присев рядом, Элизабет мило улыбнулась и не стала показывать растерянность. Долохов сидел напротив её, Малфой и Лестрейндж сидел рядом с ним. Слева сидел Розье, а справа Реддл. Не хватало буквально нескольких человек, и вся его шайка в сборе. Это напомнило Элизабет какой-то клуб высших лиц, которые обо всём знали и всех знали.       — Приятного аппетита, мистер Реддл. — Повернувшись лицом к нему сказала Элизабет, при этом едко, но мило улыбаясь. Впервые в её устах и звучало «Мистер Реддл». Она играла с огнём, с опасным огнём. В этот момент вся его компания начала смотреть на него, чтобы увидеть его реакцию на это. Элизабет же ожидала его ответа на это пожелание.       — Взаимно, мисс Льюиз. — Но не одна мышца на его лице не дрогнула. Он со спокойным и безвинным тоном ответил ей, так же едко выговаривая «Мисс Льюиз». А после приступил к еде. Элизабет сделала тоже самое, она ужасно проголодалась и была готова съесть всё, что было на столе. Сегодня эльфы приготовили сытный ужин. Тараканьи гроздья, тыквенные пирожки, пирог с патокой, сдобные котелки, жареные цыплята, свиные и телячьи отбивные, сосиски, бекон, стейки, жареная картошка, вареная картошка, картофель фри, йоркширский пудинг, горошек и морковка. Такой ужин был для студентов на сегодня. Поэтому Элизабет выбрала вареную картошку, горошек, бекон и пирог с патокой. Ещё до окончания ужина её тарелка быстро опустела, а желудок радовался приёму пищи за столь долгое время, ведь обед она проспала. После еды само-собой хочется пить, а особенно после бекона. Сегодня в бокалах был тыквенный сок, пожалуй самый вкусный напиток, который подают в Хогвартсе. Взяв бокал, Элизабет заметила, что Реддл впервые кинул взгляд на неё за весь ужин. Будто ожидал когда она сделает глоток. «Что-то тут не так…» — Смотря в содержимое бокала говорила себе Элизабет. Незаметно понюхав тыквенный сок, она выяснила, что содержимое ничем кроме запаха тыквенного сока не пахнет. Никакого отблеска нет, значит должен быть не отравленным. Элизабет медленно поднесла бокал к малиновым губам, и осознавая, что возможно это будет её ошибкой, сделала глоток. Холодная жидкость мигом разлилась по её горлу, давая большую прохладу. На вкус это был тыквенный сок, лишь тыквенный сок и ничего более. Реддл приподнял уголки губ в злорадствующей улыбке, при этом опустошая содержимое своего бокала. «Не спроста всё это было, точно не спроста» — Заметив это всё, проанализировала Элизабет.