Человек, покоривший время

Дворик академии Бикона, как всегда был полон студентов, которые закончили свои дневные занятия и теперь либо просто прогуливались, разговаривая о минувшем дне, либо готовились к отправке в город, стоя у буллхедов. Второй вариант был гораздо предпочтительней для многих. Но не для меня, как и для моей спутницы. Я столько раз облазил каждый уголок этого мира, что можно было бы составить полноценную карту, со всеми островками и небольшими клочками суши. Я знал лично каждого человека, знал их проблемы, знал их жизнь. Побочный эффект после многих тысяч циклов, через которые я прошёл. Правда, многое из памяти потерялось среди тысячи пустых воспоминаний, которые мне уже не пригодятся. Я устал жить, но продолжаю, я хочу всё закончить, но каждый раз останавливаю себя. Зачем нужна сила времени, если ничего нельзя изменить? Если всё действия бессмысленны, а всё попытки пусты? Чтобы сломать меня? Или преподать урок? Может, кому-то свыше весело смотреть на мои страдания? Лишь я помню всё, лишь я продолжаю из цикла в цикл переживать всё заново. И с каждым разом я становлюсь всё более и более чёрствым, грубым и монотонным. Уже давно пропала та моя наивность, непосредственность и простота, осталось лишь куча сожалений. И в этом мире, вне времени остался лишь один лучик света в моей жизни, чья голова сейчас покоится на моих коленях, а её владелица тихо похрапывает и шепчет о шоколадных печеньях. Это всегда вызывало у меня настоящую улыбку. Ту самую улыбку, что была со мной первые циклы, а не та, которые я сейчас показываю остальным. Безчувственную, сухую и ненужную. Я уже давно перестал притворяться радостным или наивным, в основном я показываю лишь безразличие ко всему. Когда мы с Руби сошлись после трёх месяцев учёбы в Беконе в очередном цикле и остальные узнали об этом, всё подумали, что она сможет меня растормошить, но Руби этого не сделает, ведь наедине с ней я не могу быть безразличным и она это отлично знает. Она моя единственная слабость, единственная причина жить. — М-м-м… — недовольно промычала девушка, как только моя рука остановилась и перестала гладить её мягкие и шелковистые волосы, когда мы устроились на скамейке после дневных занятий и Руби принялась за свой привычный дневной сон. — Почему остановился? — спросила та спросонья, слегка потерев глазки и состроив обиженную мордашку. — Задумался, — прошептал я в ответ с закрытыми глазами, даже не взглянув на девушку. Я знаю всё её привычки и все мордашки, меня этим уже не взять. — Уже почти вечер, — девушка посмотрела на меня в ожидании продолжения. — Надо подготовиться к тестам, помнишь? — с небольшой улыбкой, которая выглядела скорее небольшим поднятием губ, спросил я у своей возлюбленной. — Давай полежим ещё немного, — начала тихонько хныкать и капризничать девушка, отрицательно качая головой на моих коленях, как недовольная маленькая девочка, которой не дают печенье. — Пожалуйста, — я бы поверил этим глазам многим циклам назад, но сейчас я даже не вздрогнул, когда тихо вздохнул в ответ. — Иначе тебя заставит Вайсс. И ты прекрасно знаешь, что она сделает это наиболее мозговыносящим способом, — усмехнувшись, сказал я, взъерошив ей волосы. — Ммм… Ты прав. Ладно, — с тяжёлым вздохом, Руби подняла голову с моих колен и встала со скамейки, выгнув руки назад, после чего послышался еле слышимый звук того, как её позвонки встают на место тихим хрустом. — Тогда пойдём, я уверена, что тебе тоже стоит помочь твоей команде. Ну ты знаешь… Нора, — она неопределённо махнула рукой, будто одно имя Норы говорит обо всём. — Хах, Нора намного умнее, чем ты думаешь, — я усмехнулся, ведь знал достаточно о будущем и о том, что Нора бы там делала. — Угу, на том же уровне, что и мои мысли о том, что молоко сделает меня взрослее? — в её глаза появился тот самый необъяснимый блеск о котором я всегда думал. Будто она всё знает и понимает, но НИЧЕГО сделать не может. Словно она застряла здесь из-за меня, насильно переживая каждый цикл заново, как только я его перезапускаю. В её глаза нет боли, гнева или ненависти. Нет… в них просто ужасающая скука. Но как и всегда, продлилось это лишь на мгновение, чтобы только я мог это увидеть и понять. — Ладно, а теперь пойдём! Это последний тест перед танцами! — и вновь, Руби показывает свою ребячью сторону, начиная бегать вокруг тебя, как капризный ребёнок. — Я знаю, — я тепло улыбнулся ей. — Да… последний тест, — прошептал я про себя. Успокойся, Жон. Я уже принял решение. Сколько можно себя мучить этими циклами? Сколько можно держать её и всех остальных в заперти? Любовь — это проклятие, особенно для такого, как я. У меня есть сила времени, но я не могу насладиться временем, временем с ней, со своими друзьями. Мир отверг меня. Значит я оставлю его. Не хочу испытывать подобные мучения. С меня хватит. Все будут свободны, а я исчезну, словно меня никогда и не было в этой истории. Не уверен, как всё сработает… Если быть честным, я уже мало в чём уверен, память начинает рассеиваться, теряю некоторые части себя, которые казалось были со мной с рождения. Но я помню план. Помню все действия, я вбил их в себе в голову с максимальной точностью. И его нужно осуществить. — Ты чего там встал?! Пошли, Жон! Сам меня разбудил, а теперь стоит и ворон считает, — недовольно пробурчал главный смысл моей жизни, взяв меня за руку и начиная тянуть меня ко входу в общежитие. — Хах, прости, задумался, — легкомысленно сказал я, беря её руку в свою и мы уже пошли вместе. До конца временной петли осталось: два месяца.