Большое путешествие: Третья сила

(Несколько часов спустя. Логово банды отморозков. Курьер.)       Ну вот и беглянки нашлись. Сидят, слушают, на всё соглашаются. Перспектива жить и работать с нами их радует. Меня же радует внешний вид и потрясающий запах Иви. А вот разгорячённые Барби и Меган немного напрягают, потому как шлют друг другу очень похабные картинки. Ну и Шайера, она же Орлица, немного смущает своей задумчивостью. Зато Канарейке на всё пофигу. Свободно общается с Рэй и Кори и ржёт как ненормальная. Ладно, с этим пока хватит. — Ну, дамочки, добро пожаловать в наши ряды. Располагайтесь… — Мистер Ку! — поднимая руку, кричит Харли. — А я могу забрать из зоопарка своих гиен? Они воспитанные и пакостить не будут. Можно? — Можно… Кхем… Теперь о… — Мистер Ку! Ещё кое-что. А можно мы с Иви будем жить в одной комнате? — Можно… Так! Меган, Барби, ну-ка перестаньте. Я тут… — Если на этом всё, то давайте расходиться, — вставая, бурчит Шайера. — Хочу отдохнуть, а вечером выйду в патруль. Кто со мной? — Я пойду, — кивает Канарейка. — Мы с тобой будем работать вместе. — Нет. Так не пойдёт. Силы неравны. Шайера, ты с Рейчел и на тебе прикрытие. Вперёд не лезешь. Дина, ты работаешь с Кори. Всё то же самое. Кори впереди, ты прикрываешь. Всё понятно? — Ох, — слишком знакомым жестом потерев переносицу вздыхает Канарейка. — А почему так?       Жест… Перед глазами тут же появляется Шепард. Она всегда так делала. Она…       Левую сторону груди пронзает болью. В висках стучит, руки мелко дрожат. Девочки чувствуют мою боль и бросаются ко мне. — Всё хорошо. Всё… Ух… — останавливаю их жестом и, глядя на Дину, продолжаю: — Так, потому что я главный в нашей команде. И я очень не хочу, чтобы кто-нибудь из вас пострадал. Поэтому, вот такое распределение. Сильный боец и прикрытие. Понятно вам? Ну что молчите? Да поймите, я командир и несу ответственность за каждого из вас. Да я сам под пули брошусь, но вас прикрою. РЕПУТАЦИЯ: Шайера Холл: +150 Дина Лаурель Ленс: +170 Рэйчел Рот: +400 Корианд’р: +550 Барбара Гордон: +700 Затанна: +200 Памела Айсли: +230 Харли Квинн: +450 М’еганн М’орзз: +900 Харви Дент: +50 Артур Карри: +60       Ого… Вот это… — Супермен так никогда не говорил, — качает головой Шайера. — Спасибо.       Кивнув, она разворачивается и уходит. Напоследок, когда уже почти вышла, оглядывается и дарит мне тёплую улыбку. После чего дёргает крыльями и скрывается за дверью. — Ты бы с ней поговорил, — отлипнув от стены негромко говорит Затанна. — Ей по прежнему плохо, но теперь она хотя бы улыбается. В твоём присутствии. — Поговорю. Позже. Итак, за работу. Харви, есть у тебя что-нибудь? — Пока тишина. Но мы работаем. — Ладно. ****       Через час, нащупав ниточки, ведущие к очередной банде, составляем план действий. А если точнее, то наведаться по предоставленному сетью осведомителей адресу и показательно оторвать всем головы. Но это ночью. Днём в Готэме чудить не стоит. Пока же Харви продумывает, остальные готовятся. Иви и Харли тоже идут.       Ну вот, небольшое, но всё же дело. Пока Лига зализывает раны друг другу, мы наворотим ещё больше. Надо снять третью серию по Супергероям. А пока…       Выхожу из гостиной, иду на кухню. Захожу и вижу там девушек. Орлицу в одном халате и Канарейку, готовящую перекусить. За мной входят Барби и Меган. — Шайера? А ты чего не спишь? — Воды попить зашла, — бормочет какая-то нервная Орлица. — Да и спать уже не хочется. Так, поваляюсь… — Ага, хорошо, — подходя к столу улыбаюсь и замечаю, что Орлица как-то странно на меня смотрит.       Отодвигаю стул и замечаю… — Это от чего? — взяв со стула небольшой чёрный пульт, спрашиваю у них. — Это чей? Девчонки, не разбрасывайте вещи. Наступит кто-нибудь, придётся новый покупать. Или потеряете. Так чей это?       Все молчат. Барби и Меган переглядываются. Дина пожимает плечами и возвращается к приготовлению огромного бутерброда. Шайера делает вид что её тут нет и потихоньку отступает к выходу.       Так, а от чего это? Чёрный, антенна, две кнопки вкл/выкл и ползунок. Наверное громкость. Интересно.       Нажимаю кнопку, на пульте загорается маленькая лампочка, но больше ничего не происходит. Ничего не меняется, музыки не слышно.       Надавливаю на ползунок и двигаю его вверх. Слышится едва различимое жужжание, почти выбежавшая Шайера резко замирает, сгибается и… — Э-э-э-эх, — вывалив язык и скосив глаза, стонет Орлица.       Прижимает руки к животу и сгибается ещё сильнее. — Да охренеть, — выдыхаю и жму на вторую кнопку.       Орлица приходит в себя. Выпрямляется и хмурясь прыгает ко мне. Тянет руки…       Включаю устройство и Шайера замирает. Стоит и, вздрагивая, кусает губы. — Холл, да ты оказывается… — Отдай! — выхватывает она пульт, выключает и, краснея, уносится из кухни. — Вот те раз… — Ага, — кивают Барби и Меган. — А она… — Не вздумайте смеяться, — хмурится Канарейка. — Не надо. — Да мы и не собирались. Дина, ты с чего взяла, что мы смеяться будем? — Эм… Ну, а вдруг? Вы же… То есть мы… — Ясно. Вы сидите, я пойду поговорю с ней. Пока чего нибудь лишнего не напридумывала. (Там же. Шайера Холл.)       Лежу на кровати, уткнувшись лицом в подушку и сгораю от стыда. Надо же было так опозориться. Ведь лежала же спокойно, игралась с новым устройством. Так нет же, пошла воды попить. Взяла пульт и за каким-то хреном забыла его на стуле. Вот кем он меня сейчас считает? Поехавшей? Эх, какой же облом. Я же почти решилась, послушала рассказы Рей и Кори. Присмотрелась к фотографиям… Начала мечтать. Сколько я здесь? Всего ничего, но это самые спокойные дни. Да, все «Не спящие», даже те, кто пришёл из Лиги, безумны. Но с ними… С Курьером я спокойна. Меня не тревожат воспоминания, призрачные картинки и непонятные ощущения. Мне тут хорошо! И я сама всё испортила. — Дура ты, Шайера. Конченная извращенка. — Ай-яй-яй! — К тебе можно? — стоя за дверью, спрашивает Курьер.       Ах! Он пришёл! Но… Я же… Нет, не надо. После такого… — Уходи, я сплю.       Что я творю? Он же уйдёт! А как быть? Стыдно…       Вопреки моим опасениям, Курьер не уходит. Вламывается в комнату, подходит и садится на край кровати. — Шайера… — Уйди. — Эх, ладно. Как придёшь в себя, подойди, поговорим. — Стой! Я… — Слушаю? — вспыхнув зелёным, улыбается Курьер, взлетает в воздух и зависает надо мной. — Я… Ну, как тебе сказать. Я давно одна… И… Я здоровая женщина, мне надо! — Ты про это. Ничего страшного. Мои жёны в прошлом мире тоже любили забавляться с игрушками. Особенно Тали. Там у неё чего только не было. Пробки наборами, разных размеров шарики на ниточке. Вибраторы и другие хитрые устройства. А ещё она мазохистка. Ну и это их дьявольская штуковина… Тяни-толкай называется. Смотрится красиво. — Эм… Ты так спокойно об этом говоришь? — переворачиваюсь на спину и смотрю на висящего надо мной Курьера. — А почему я должен нервничать? Девочки развлекаются, им приятно. Почему я должен им мешать? — Ну… Измена? — С игрушками? Орлица, ты серьёзно? Да и потом, мы все демоны. У нас немного другие понятия о верности. — Это какие? — Хм-м-м… Измен у нас нет. Ни одна из девушек на другого мужика не посмотрят. На девушек же… Мы живём семьями. То есть, я и мои жёны. И чем нас больше, тем лучше. Нас связывают невидимые для обычных людей нити. Наши чувства, желания и даже мысли — одно целое. Мы практически единый организм. У нас нет ревности, нет зависти. Есть только любовь и полное взаимопонимание. Связь, так называются эти нити, даёт потрясающие возможности. Но есть и минусы. Например, боль. Чувствует один, больно всем остальным. Я же всегда выступаю центром связи. Для меня всё воспринимается намного сильнее. — Интересно. А я всё думала, как вы уживаетесь. А оно вон как… А против новеньких… Ну, те, кто уже связан с тобой, они не против вступления других? — Они только за. С каждой новой привязанной к нам ощущения и чувства только усиливаются. Поэтому девушки сами пытаются затащить к нам кого-нибудь. Понимаешь? — Не совсем. Это значит, на фотографиях не всё? Если так происходит, то их должны быть… — Миллионы? — снижаясь улыбается Саске. — Нет, в конечном счёте, связь крепнет настолько, что мы перестаём обращать внимание на других. Не знаю как это работает, но это уже проверено. — А я тебе нравлюсь? — Очень. Правда, после того удара булавой в табло, очень болезненного, кстати, я успел подумать, что между нами всё кончено. Но…       Наши взгляды встречаются, время снова останавливается. Курьер сглатывает, опускается ниже и целует меня в нос.       Распахиваю халат, вспоминаю, что во мне игрушка и стыдливо закрываю лицо руками. Но Курьер берёт инициативу в свои руки. Чему я не могу сопротивляться. Он проводит обжигающе горячими пальцами по животу, гладит груди и сжимает их. От чего я таю и пытаюсь освободиться от халата. Ложусь на бок и тут же оказываюсь перевёрнутой на живот. Курьер ловко приподнимает меня и подкладывает под живот подушку. Опаляя кожу дыханием целует в плечи, шею и спину. Отрывается… — Пульт дай, — шепчет он мне на ухо. — В тумбочке. Ой… — Ага, — выдвинув ящик, качает он головой. — Да у тебя тут целый набор. С чего начнём? — На твой выбор. — Тогда, вот с этого. Гель, пробочка, пульт. Вибрация на максимум! — А-а-а-а-а… Да!       На попу льётся гель. От предвкушения чего-то особенного в глазах темнеет. Шире развожу ноги, приподнимаю зад… — Аха-ха-ха! — доносится из коридора смех Гарруса.       Вернулись… Только бы не помешали… Я уже на грани, но хочу ещё. Хочу по настоящему!       Ноги начинают вздрагивать… — Э нет, не так быстро, — усмехается Курьер и вытаскивает из меня вибратор. — Мы только начали. — Ну…       Возразить не получается. Ещё одна порция геля, в попу упирается игрушка и медленно входит. Закрыв глаза и стиснув зубы, рычу, подаюсь назад…       Курьер останавливается, спрыгивает с кровати. Стоит посередине комнаты и крутит головой. Скалится…       Убежище сотрясает страшный удар. Глаза Курьера вспыхивают красным. Всего его окутывает синяя с красными всполохами энергия, превращается в рёбра… — Сиди здесь, — рычит он и, снося стену, вылетает из комнаты.       Накидываю халат, хватаю булаву и бегу за ним.       Слышатся выстрелы, ругань Гарруса. Взрыв! В ушах свистит, стены ходят ходуном. С потолка сыпется пыль.       Только подбегаю к пробоине в стене… Ослепительно яркая вспышка. Злобное шипение Курьера, ещё взрывы, которыми меня откидывает назад.       От удара о стену в глазах всё плывёт. С трудом встаю и вижу, как в коридоре вспыхивает пламя. Стена идёт трещинами, слышатся оглушительные выстрелы. В стене одно за другим появляются огромные отверстия. Крик Марсиан, стрельба, взрывы, всё смешивается в один ужасающий звук.       Встаю, перехватываю булаву и… Ещё выстрел. В глазах мигает, становится холодно. Шагаю вперёд… — Откуда льётся вода? Поч…       Опускаю голову, смотрю на зияющую в животе огромную дыру выдыхаю и падаю.       Стена окончательно рушится, открывая вид на полыхающий коридор. В этот же момент в комнату залетает дымящаяся и как будто-то бы обожжённая кислотой Рейвен. Катится по полу, врезается в стену и, судорожно хватая ртом воздух, пытается встать.       Сознание гаснет, время снова замедляется. Сквозь пелену в глазах вижу Саске, который бросает на меня безучастный взгляд, поднимает руку… — Чидори! — выкрикивает он и срывается с места.       Размазывается в светящуюся синим линию. Врезается в Лобо и пробивает искрящейся молниями рукой его грудь. Вырывает сердце, раздавливает его и отбросив остатки в сторону, быстро взмахивает мечом, чем шинкует голову Лобо на мелкие ломтики. Отходит назад, пинает в грудь безголовое тело и перемещается ко мне.       Смотрит своими чёрными глазами, улыбаясь берёт мою окровавленную руку и прижимает к своей щеке.       А как всё хорошо начиналось. Только подумала, что всё хорошо, как смерть разлучила нас. — Я… — Я знаю, — улыбается Саске. — И я тебя. Спи, Шайера. Скоро мы увидимся. Спи…       Последний вдох, темнота и странное чувство покоя. Жаль… Мне бы ещё день. Я бы хоть нормально призналась ему. А так… А так даже попрощались как-то странно. Как будто и не прощались вовсе, а так, расстались ненадолго.       А вокруг холодная и спокойная темнота. Приятная и успокаивающая. Смерть, вот ты какая. Я… Я ухожу. Но мне почему-то кажется, что я это уже видела. Интересно… (То же время. Мисс Марсианка.)       Убежищу хана! Нас застали в врасплох и чуть не натянули. Практически все ранены. Саске сидит на полу и не обращая внимания на свои раны, держит Орлицу за руку. Рэй сидит у стены, шипя от боли, трогает пальцами обожжённое лицо и тихо матерится. — Брат! — подбегает к ним Гаррус. — Мы… — Собирай раненых и уводи отсюда. Орлицу в свиток. Потом поможем. — Но… — Ты что, запаниковал? — хватает его за воротник Курьер. — Бывали случаи и хуже. Соберись! Сюда уже летят остальные. Рэй, ты как? — Нормально… — Не подставляйся так больше. — Пойдём, — запечатав Орлицу и помогая Рэйчел встать, ворчит Вакариан и уводит из комнаты.       Саске… Он, кажется, ничего и никого не замечает. Сжимает зубами сигарету, прикуривает от пальца, закрывает глаза, выдыхает… — Ар-р-р-р! — непомерно широко улыбаясь, рычит он, щёлкает острыми зубами и разнося остатки убежища напрямую несётся к выходу.       Я стояла рядом, но на меня он внимания не обратил. Страшно… Но… Мне надо за ним. Я смогу помочь.       Прислушиваюсь к мыслям, убеждаюсь в том, что все, кроме Орлицы живы и относительно здоровы. Становлюсь бесплотной и прямо через стены лечу за Курьером. Вылетаю… — Вы всё никак не успокоитесь? — увеличиваясь в размерах, оглушительно рычит он на зависшего в воздухе Супермена. — Один на один, — кивает в ответ он. — Мы с тобой. — Идёт, но если ты проиграешь… Сегодня ваше чучело по глупости убило мою женщину. Настроение у меня очень испортилось. Если ты продуешь, я убью всех, кто сейчас с тобой. А потом… Нет, я не убью тебя. Искалечу и заставлю тебя смотреть, как потрошу Лоис. А потом и твоих приёмных родителей, криптонец. — Вот оно, твоё истинное лицо. Ну давай!       Зарычав, Курьер мотает головой, щёлкает зубами, светится синим и размазывается в линию. Супермен отступать даже не думает, выставив руку летит вперёд…       В небе над портом встречаются две линии. Светящаяся синяя и красная. От чего происходит ужасный по своей силе взрыв. Ударная волна раскидывает контейнеры, валит огромный кран и относит от берега корабли.       Курьер и Супс разлетаются в стороны, поднимаются выше и снова сшибаются. Громом гремят удары и Супс, явно проигрывает. Правая рука висит. Кожа на большей части лица отсутствует. Но, получая чудовищные удары, он не отступает и с каким-то маниакальным упорством прёт на Курьера. Сам же Курьер, испуская волны ярости, меняется. Уже стал в два раза больше. Отрастил на спине огромные крылья. На голове появились рога, между которыми вспыхивает пламя. От этого зрелища Бэтмен и все остальные замирают. — Да надоел ты мне! — жутким двойным голосом кричит Саске.       Кувыркается в воздухе и ударом ноги приземляет его. Подлетает к кораблю, отрывает здоровенный якорь и запускает его в Супермена. Попадает, от чего вверх поднимается облако пыли. Падает на супермена и якорем хреначит его по башке. От ударов дрожит земля, контейнеры подпрыгивают.       Курьер отбрасывает изогнутый и помятый якорь. Поднимает Супса и буквально ломает его через колено. В его руке появляется огромный светящийся красным меч. Курьер замахивается и вдруг замечает меня. Опускает оружие, наступает на голову Супса, фыркает и идёт к остальным. — Что встали, уроды? — подходя к остаткам Лиги и продолжая излучать ярость спрашивает он.       Хватает за горло замершего Шторма, сжимает… — Ты, спичка! Что-то хотел от меня? — Н-нет… Мы… — Почему стоите, герои? Бэтси? Я жду. Давай, начинай и шмару свою пригласи. Нет? — Чудовище, — отшатываясь назад, бормочет Бэтмен.       Курьер перемещается к нему и резким движением ломает вторую руку. Обводит их взглядом и, громко топая, идёт к девушке. Которая испуганно пятясь назад, вспыхивает зелёным, выставляет щит… — Смешно, — взмахом руки разбивая защиту, усмехается Курьер, подходит ближе и внимательно разглядывает девушку. — Кто такая? — Арисия Рраб, корпус Зелёных Фонарей. Прибыла на Землю расследовать пропажу кольца… — Вот этого? — показывая ей руку, спрашивает Саске. — Н-н-незнаю… Оно не зелёное и символ другой. Я ничего плохого не хотела… Мне…       Не договорив, девушка разворачивается и шустро драпает. Вспыхивает, взлетает, цепляется ногой за торчащую арматуру и неуклюже падает. Ворочается, кряхтя встаёт… С треском на ней рвётся юбка, она замирает и, оглядываясь, расстроенно вздыхает: — Да чтоб тебя… Только не снова. — Хм-м-м, а попка не плохая, — смотря на неё прикладывает руку к подбородку Курьер. — И стринги зелёные хорошо смотрятся. — Правда? — мгновенно успокаивается Арисия. — Да, конечно. Слушай, — уменьшаясь, говорит Курьер. — Никакой личной вражды у нас нет. Так что, если не против, приглашаю тебя на свидание. Посидим в спокойной обстановке, выпьем, я расскажу тебе о кольце и не только. В понедельник свободна? — Да! — Эх, жаль, я буду занят. В общем… — Мой телефон, — создавая в воздухе цифры, улыбается она. — Запомнишь? — Запомню. Красивая блондинка. Звать Фонарик. Нам пора. Я позвоню. Меган, уходим. Бэтси, парня своего подбери. Я бы ему якорь в задницу вставил. Да боюсь ему понравится.       Это как? Это я его успокоила? Или… Да! Он бы убил Супса. А так, увидев меня, остановился. Не хотел пугать? Или не хотел выглядеть монстром? А… А чего это он на неё пялился… Не об этом сейчас. Орлица погибла, все ранены… — Затанна, забирай нас, — обнимая меня, кивает Курьер.       Тут же появляется помятая и всклокоченная Затанна. Вспышка и мы оказываемся в каком-то старинном доме, где на полу лежат все. Гаррус сидит рядом с Харви и залечивает его раны. Остальные… — Восстаньте! — выкрикивает Курьер.       Рядом появляются десяток его копий, подбегают к нашим и практически мгновенно исцеляют их. Курьер же… — Ну ты как, красавица? Не ранена? Не обожглась? — Н-нет… А ты… Мне очень жаль. Орлица… — А что Орлица? — Она умерла, придурок! — набрасывается на него Канарейка. — Умерла, а ты бросил её там. Ненавижу тебя. Трус! — Гаррус, — кивает Саске. — Давай её сюда. Будем лечить.       Вакариан разворачивает свиток, прикладывает пальцы к символам и на бумаге появляется тело Орлицы. Оттолкнув Канарейку, Курьер садится рядом, в его руке появляется странный шприц, который он тут же вкалывает ей в то, что осталось от живота. Шприц шипит, рассыпается чёрным песком. Песок вспыхивает ослепительно яркими искрами, которые взлетают вверх и кружатся над Орлицей. Садятся на неё, залетают в чудовищную рану в животе, а там… Там… Рана сама по себе очищается. Первым срастается спинной мозг. Восстанавливается позвоночник, огромный кусок которого отсутствует. Сожжённые в уголь края раны медленно затягиваются.       Вот это средство! Оно же… Хм, видимо, Орлица, очень дорога ему, раз он такое средство на неё потратил. Саске, ты… — Хм-м-м, не получается, — растерянно бормочет Саске и тянет к Орлице руки.       Одну прикладывает к её животу, другую к голове. Закрывает глаза, светится и недовольно хмыкает.       Гаррус, Барби, Рэй, Кори и Затанна с ожиданием смотрят на Курьера и не понимают что происходит. Они знают, что лекарство давно уже должно было помочь. Сейчас же Орлица хоть и восстановилась, но не дышит. И это всех пугает. Однако, Саске, кажется, знает что делает. (Мир Смерти. Шайера Холл.)       Вокруг всё резко меняется. Я уже не в холодной темноте, а почему-то в пустыне. Стою на жёлтом песке и понимаю, что здесь даже дюны мне знакомы. Но как и откуда? Да просто видела когда-то, вот и… Мозг, наверное, ещё жив, поэтому я и вижу такие картины. Я не хочу умирать… — Никто не хочет, — подходит ко мне бледная черноволосая девушка. — Но так нужно. Особенно тебе. — А… А ты кто? — Не узнаёшь? Обидно, мы ведь с тобой часто здесь встречаемся. Ты приходишь, я провожаю тебя… — Мне надо вернуться! — Ты вернёшься, переродишься в новом теле. Но воспоминания останутся с тобой. Проклятья — это не по моей части. Пойдём, я отведу тебя. — Ты… Ты… — Смерть, — кивает девушка и подаёт мне руку. — Но я люблю! Мне нельзя сейчас уходить. Дай мне время. Год! Месяц? Хотя бы час. Я хоть попрощаюсь и скажу ему, что люблю. — Прости, но нет, — качает головой Смерть. — Нельзя.       Неужели и правда всё? Но-но-но… Жаль…       Тепло улыбаясь, девушка тянет ко мне руки. Меня поднимает вверх, подносит к ней и ставит рядом. Смерть нежно обнимает меня, берёт за руки и идёт вперёд. От чего на глазах наворачиваются слёзы обиды. Хочется сопротивляться, но…       Неожиданно с неба спускается светящаяся синим нить. Опутывает меня и тянет вверх. — Так нельзя, — наклоняет голову набок Смерть. — Я не могу отпустить. — Может, договоримся? — с надеждой смотрю на неё и вижу, что не получится.       Она тянет меня к себе, нить светится ярче, вокруг вспыхивают синие искры и садясь, на кожу Смерти, заставляют её вздрагивать. — Никогда такого не видела. Меня, конечно, часто пытаются обмануть, но что бы действовали так нагло и бесцеремонно, это впервые.       Девушка топает ногой, мир темнеет. Огоньки гаснут, нить истончается и начинает мигать. Но тут же меня опутывают ещё две более яркие. Вспыхивают и вырывают из рук Смерти. С огромной скоростью тянут вверх… — Очень интересно, — едва не касаясь моего носа своим, бормочет Смерть. — Очень-очень-очень!       Жутко… За мной летит сама Смерть. Летит рядом, настолько близко… Но поймать или остановить не пытается. С интересом смотрит и улыбается.       Полёт, падение… Сажусь… — Шайера, — всхлипывая, стискивает меня Дина.       Остальные девушки облепляют меня и пытаются задушить. Аквамен, Марсианин, Гаррус и Харви с каким-то облегчением смотрят на меня. Курьер… Он отходит назад, прислоняется к стене и съезжает на пол. Бледный как мел, он трясущимися руками берёт сигарету и прикуривает. Поворачивается, улыбаясь, подмигивает и закрывает глаза.       Помещение озаряет фиолетовая вспышка. Перед нами появляется Сапфир, но тут же поднимает руки. Улыбаясь, смотрит на Курьера и кивает ему. — Фиолетовый Фонарь? — прижимая лезвие меча к её шее, спрашивает Саске. — Больше предпочитаю Звёздный Сапфир. Фаталити. Ну или по имени, Ирра Кинрил. А ты? Курьер, это же прозвище. Как мне к тебе обращаться? — Мой господин, — фыркает Курьер. — Не смешно. Замаронки отправили меня помочь вам. Помочь сохранить настоящую любовь. Я теперь с вами. — Да, — подтверждает Дина. — Она отказалась помогать Супермену. — Ладно… Мне надо отдышаться. Брат, присмотри за ней. Я… Прилягу… Что-то я устал. А вы… Вы тут сами разбирайтесь… Ха! Сапфиры. Э-э-э…       Не договорив, Саске закатывает глаза и падает. Все дружно подскакиваем, но его уже держит на руках Сапфир. Отлетает к большому дивану, осторожно укладывает Курьера и, улыбаясь, смотрит на нас.       Лобо, Смерть, Сапфир… Безумие! Неужели теперь так всегда будет? Будет… Всегда! Да!       Меня только что выдернули из лап смерти и… Я слышу их. Слышу Барби, Рэй, Кори и Затанну. Я знаю, что они рады мне. Я знаю, что Курьер сейчас спокоен. Это странно… Но это здорово! А ещё я всё вспомнила. Теперь мне надо подумать и попытаться понять, что случилось. — Я посторожу, — садясь на диван, кивает Сапфир. — А ну отвали от него! — пищит Меган. — Отвали, говорю. — Ага, вон там в углу постой, — бормочет Рэй.       Сапфир гордо поднимает голову и создаёт над диваном фиолетовый купол. Весело улыбаясь, машет нам рукой и гладит волосы спящего Курьера.       Кажется, сейчас будет мордобой. И я его возглавлю!