Обратный отсчёт или любовь на всю жизнь

Первое сентября тысяча девятьсот семьдесят первого года в поместье Бёрков проходит шумно, пожалуй впервые так шумно в истории этого здания. В этот раз все наследники рода уезжают на учёбу в Хогвартс. Перед тем как блондинка скрылась наверху родители давали Сиерре наставления, с кем общаться, кого презирать, в какой факультет поступать, а в какой ни в коем случае. После долгой лекции первокурсница поднялась на этаж, где находились комнаты близнецов, Кастора и Кристофера. Те скорее всего уже забрали чемоданы сестры, чем безусловно облегчили ей задачу. Стоило Сиерре зайти в комнату как Кристофер начал пугать ее историей о том, что письмо пришло по ошибке и на распределении девчушка никуда не попадет, это значит что малышке прийдется отправиться домой, после чего ее обязательно переселят на чердак к домовикам, а то чего хуже вообще отдадут сквибам на растерзание. Кастор на это раздраженно начал махать руками приказывая близнецу заткнуться и не пугать сестру. Младшая Бёрк благодарно, но все еще испуганно улыбнулась брату после этого показав язык второму. С громким хлопком присущим аппарации рядом с юными наследниками появился домовик, Густав старый эльф который нянчил еще пра-пра-много раз пра дедушку Сиерры. Схватив багаж детей домовик важно заявил что им стоит поторопиться ведь мистер и миссис Бёрк желают их видеть сию минуту рядом с собой. Переглянувшись близнецы пожали плечами и взяв сестру за руки в быстром темпе выдвинулись вниз, ведь если Маршалл и его супруга говорят что не желают ждать, значит это правда и тянуть не стоит, иначе простым круцио не отделаешься. Вырвавшись из хватки братьев девочка остановилась у зеркала, в срочном порядке ей нужно было поправить одежду и причёску ведь Эрида Бёрк до жути не любила когда её дети выглядели как помятые беженцы, а именно так называла их мать в моменты дурачеств. Затянув хвост блондинистых волос потуже Сиерра критично осмотрела новенькую мантию, невыносимый Кристофер измазал рукав непонятной розовой субстанцией, пока они спускались. — Сиерра, сейчас же выходи сюда. Послышался недовольный голос отца. В панике завернув краюшек мантии внутрь девчонка вышла к семье не забыв извиниться за ожидание, так полагал этикет да и острые углы нужно было сгладить, чтобы не получить наказание. Взяв мать за руку первокурсница была сразу же втянута в аппарационную воронку, спустя несколько секунд Бёрк открыла глаза почувствовав землю под ногами, они были практически около станции одиннадцать на вокзале Кингс-Кросс, удачно. Утро в доме Треверсов началось поздно родители и их чада до поздней ночи праздновали грядущую поездку Юджина в Хогвартс. Так что сейчас, утром мальчик в спешке скидывал вещи в чемодан так же стараясь внимательно слушать веселый щебет сестёр по поводу грядущего осеннего бала у Розье. Шатен благодарил всевышних что он не пойдет на этот праздник лицемерия, даже он в одиннадцать лет знал что Розье устраивают балы исключительно чтобы хоть как-то оставаться на хорошем счету и оправдывать свое нахождение в списке 28. Те же Блэки подходили к балам с задоринкой и душой, если можно так сказать в их случае, ведь для многих аристократов такие вот рауты были некой отдушиной от происходящего в мире или семье. Несмотря на то, что род Треверсов был чистокровен их фамилии в книге Нотта не было, ходили слухи что Кантанкерус взъелся на Малькома Треверса из-за того, что тот отказался связать браком своего сына и мисс Нотт, отдавая предпочтение какой-то француженке. Не то чтобы семья Юджина жалела, их и без этого звали на балы, свадьбы и званые ужины, в прочем, как и многих других чистокровных. По правде говоря, многие семьи хотят сосватать свое чадо с любым из Треверсов, мало того что они красивы, богаты так еще и имели чистую репутацию испокон веков поддерживая нейтралитет в любых ситуациях. Пока члены семьи одевались Одри Треверс упаковывала уже шестой по счету сэндвич для своего сына, ведь в конце концов мальчику ехать в поезде целый день. Когда с упаковкой еды было покончено женщина крикнула домочадцам о том, что до отхода поезда остаётся всего-то десять минут! Первыми спустились Ханна и Корни, брюнетки до ужаса похожие на мать. Дальше спустились Томас и Юджин весело о чем-то переговариваясь и при этом не забывая играючи толкаться. Когда все были готовы кубарем с лестницы скатилась и малышка Ирма, шатенка одновременно похожая на всю свою семью и не похожая ни на кого. Ханне было десять лет, Корни восемь, ну а малышке Ирме пять лет. Облегчённо вздохнув миссис Треверс отряхнула дочку, взяв ее и Юджина за руки она быстро аппарировала. За ней повторил и ее муж подхватив за руки Ханну и Корни. Когда все дети были на своих местах, и часы пробили ровно в одиннадцать поезд тронулся. Неудачливый Юджин Треверс до сих пор искал купе с приятными попутчиками, а вот Сиерра Бёрк мало того что нашла свое местечко так теперь еще и решила побаловать себя сладким, пока мадам Бёрк не видит. Шатен бежал и не заметил такой неприятности как распустившийся шнурок, поэтому в ту же секунду упал в ноги выходящей из купе первокурснице, оглядев девчонку с ног до головы Юджин неприязненно поморщился, перед ним стояла мисс Бёрк, ближайшая родственница Кастора и Кристофера. Сильнее этих двоих мальчик ненавидел разве что надоедливую миссис Селвин которой явно перевалило за сто, хотя это не мешало ей флиртовать с детьми. Ненависть к близнецам перешла по наследству к их сестре, Треверс был уверен на сотню процентов, что она такая же глупая и надоедливая. — Си, салют! Слышал Бёрки родители предпочли тебе уродину Эйвери? Это правда? Бедняжка, мне так жаль… С усмешкой выдал шатен наблюдая за реакцией оппонентки. Не обратив на сокращение имени внимания блондинка хмыкнула осматривая мальчишку, что до сих пор лежал в её ногах, на грязном как его язык полу. Недовольно сморщившись Сиерра подняла ногу и каблучком наступила на ладонь шатена пожав плечами, в лучших традициях её братьев. А потом поспешила начать монолог, пока засранец не отошёл от шока. Слава Моргане Крис научил сестрёнку как постоять за себя, пусть даже словесно. — Тре-е-еверс! А я слышала что Томас до сих пор изменяет твоей жирной нерадивой мамаше, грустно наверное жить и осознавать что родной отец такой урод? Бедняжка. Беззаботно выдала первокурсница не прекращая зажимать руку Юджина каблуком. Так девочка старалась вернуть боль, которую причинили его слова в полной мере, ведь однокурсник сказал абсолютную правду, а верить в неё не хотелось. Этим летом Кристоферу подобрали партию в лице Аманды Эйвери, мерзкой Когтевранки. Оттолкнув руку покрасневшего то ли от злости, то ли от боли мальчика Бёрк поспешила удалиться в лучших традициях Индийских боевиков: быстро и незаметно. Треверс медленно поднявшись с пола смотрел на пульсирующую руку и в этот момент осознавал лишь одно: все Бёрки мерзки как один огромный слизень, хотя и тот будет приятнее ежели эти…