you only live forever in the lights you make

      Му Цин придерживался своего плана по игнорированию Фэн Синя ровно до того момента, как посмотрел на его нахмуренное лицо в тот момент, когда тот возмутился его желанию работать по отдельности. Му Цин в этот момент чувствовал себя так, будто бросает на обочину бездомного котёнка, хотя ясно понимал, что по своей сущности Фэн Синь был очень далёк от котят. Но уже сейчас, сидя дома, парень обдумывал свои действия, всё больше соглашаясь с тем фактом, что он, видимо, где-то ударился головой, раз снова решил идти на поводу у Фэн Синя. Он был настолько вымотан эмоционально, что сил не оставалось даже на то, чтобы закатить глаза.       На самом деле, к себе он позвал Фэн Синя не просто так. В логово этого извращенца он точно идти не собирался, а постоянно видеться с ним на виду у людей у него не было никакого желания. А дома безопасно. Он ему тут ничего не сделает, верно? Не слишком-то успокоенный этой мыслью, парень нервно потёр виски, уже в сотый раз пытаясь сосредоточиться на чтении книги, по которой должен был написать эссе до завтрашнего дня. Но к его стыду, как только он пытался прочитать хоть строчку, в голове у него возникало это ненавистное лицо с этими глупо хлопающими ореховыми глазами и приподнятыми в усмешке уголками губ.       Это ненависть. Точно ненависть. Никак иначе. Он пытался убедить себя в этом вот уже целый час, но как только он отрывал глаза от книги и смотрел на экран телефона, где висело сообщения Фэн Синя, его руки снова начинали предательски подрагивать. «Зря ты не взял маффины :( они оказались очень вкусными. я принесу в следующий раз, ты попробуй. ничего страшного не случится, если люди узнают о том, что ты тоже живой человек и время от времени питаешься нормальной едой. кстати, моё предложение насчёт встретиться у меня ещё в силе ;)».       Сразу после этого сообщения следовала ссылка на гугл карты с точным адресом Фэн Синя. Этот парень… От его наглости у Му Цина перехватывало дыхание и глаза сами по себе поднимались к потолку. Он решил, что выше этого, поэтому оставил сообщение неотвеченным, но всё же время от времени поглядывал в телефон на случай, если Фэн Синь решит выставить себя еще большим идиотом и напишет что-нибудь ещё. Но продолжения так и не последовало.       По итогу Му Цин потратил на написание эссе около пяти часов вместо запланированных двух, поэтому лёг даже позже чем обычно, что на утро несомненно скажется на его внешнем виде.

***

      Фэн Синь лежал у себя на кровати, положив телефон рядом с подушкой. Он смотрел на потолок, полностью погрузившись в свои мысли. Он с самого начала решил, что не хочет быть убитым этим бездушным хладнокровием Му Цина или его саркастическими насмешками, поэтому решил поступить самым разумным, как он сам решил, способом — он первым начнёт выводить Му Цина, чтобы у того не осталось времени на то, чтобы презирать Фэн Синя. План, откровенно говоря, не блестящий, но как показала практика, Му Цину нечего ответить на его глупые сообщения, поэтому ему остается лишь закатывать глаза и игнорировать его выходки.       Но чего Фэн Синь точно не ожидал, так это того, что Му Цин позовёт его к себе. Может, тот его простил и тоже ищет способы для примирения? Хотя, мы ведь говорим о Му Цине. Если он с кем-то ссорился, то этот человек автоматически включался в его список заклятых врагов, которых он обходил стороной и делал вид, что их не существует. На самом деле, этот список был довольно большим, так как многим людям не по нраву слишком надменный вид Му Цина. В ответ на подколы и злые шутки парень лишь закатывал глаза и мысленно пополнял свой список ненавистных людей. Фэн Синю казалось, что он там занимает первое место и его имя помечено красным.       Парню надо было сделать хотя бы вид, что он пытался разобраться с этим проектом самостоятельно, чтобы уж совсем не казалось, будто он всё это затеял только для того, чтобы побыть с Му Цином наедине. Его уверенность в том, что вся его нервозность связана только с проектом, становилась всё меньше и меньше. В такие моменты он хотел превратиться в какую-нибудь маленькую гусеничку, которой были чужды людские заботы и всё, что её волновало, это выживание и пропитание. Почему Фэн Синь должен был думать о каких-то чувствах и взаимоотношениях? Почему он просто не мог стать гусеницей и отпустить все мирские проблемы, предаваясь блаженству от мысли, что он прожил ещё один день? Он был так занят своими экзистенциальными размышлениями, что всё же не стал сегодня начинать работу над проектом.       С мыслями о беззаботной гусеничной жизни он заснул, но всю ночь ему снились кошмары, где он бежал от огромных птиц, которые норовились проглотить маленькую гусеницу с раскрывшимися в ужасе глазами цвета ореха.       Утром он проснулся по первому же звону будильника и сразу пошёл в душ. Такой быстрый подъём был для него довольно редким, но сегодня он очень спешил в университет, ведь первая пара у него была вместе с Му Цином. Он мысленно подготавливал речь, которой будет бесить однокурсника на протяжении всего занятия.       Однако, от его настроя не осталось и следа, когда, зайдя в аудиторию, он первым делом увидел Му Цина, вокруг которого так и стояла аура жажды смерти. Тот выглядел просто ужасающе: волосы были небрежно убраны в пучок, одежда была чуть помятая, будто собирался он в спешке, а под глазами залегли огромные тёмные круги, в которые, кажется, и попала вся информация, которую, по всей видимости, впитывал в себя Му Цин ночью. Желание как-либо подкалывать его у Фэн Синя отпало сразу же. Но он решил не падать окончательно духом и всё же присел рядом с Му Цином, но не слишком близко, чтобы не пасть жертвой этого невыспавшегося демона.       Му Цин даже не обернулся на него, продолжая буравить взглядом своё эссе. Выглядел он так, будто его сейчас стошнит. На протяжении всей пары парень был очень рассеянным: он пару раз уронил ручку, несколько раз переспросил заданный вопрос у преподавателя, чем, несомненно, вызвал его недовольство, а потом и вовсе не смог на него ответить, на что вся аудитория дружно охнула. Такое состояние Му Цина было довольно редким явлением, но его неподготовленность к занятию и вовсе повергла в шок его однокурсников, которые всегда видели парня с готовыми ответами практически на все вопросы преподавателей.       Видя, что его «заклятый враг» не очень хорошо себя чувствует, Фэн Синь всё же не удержался и ткнул его карандашом в бок. От этого действия Му Цин вздрогнул и посмотрел на однокурсника таким гневным взглядом, что чуть не испепелил его. Однако, Фэн Синь не был бы Фэн Синем, если бы решил сдаться от одного брошенного на него взгляда. — Пст, белоснежка, ты чего? Выглядишь так, будто сейчас сознание потеряешь. Я, если что, не умею оказывать первую помощь. — Фэн Синь, скажи мне, ты идиот? — Му Цин обречённо вздохнул и потёр покрасневшие глаза. — Ещё бы ты умел оказывать первую помощь. Ты даже шнурки свои не завяжешь, о какой помощи ты говоришь? — Да я, блять, серьёзно говорю. Может, в медпункт сходишь? — Фэн Синь протянул руку ко лбу Му Цина, но тот гневно отмахнулся от неё. — Не. Трогай. Меня. И вообще, с каких пор ты решил, будто можешь раздавать мне советы?       Му Цин сегодня был сговорчивее чем обычно, поэтому Фэн Синь пододвинулся к нему чуть ближе. Их беседа не скрылась от ушей преподавателя, поэтому тот то и дело кидал на них неодобрительные взгляды, однако парень будто этого не замечал. — Ладно, если тебе поебать, то мне тем более. Слушай, я приду к тебе сегодня. Я посмотрел ту херню, которую ты мне отправил и нихуя не понял. Во сколько ты освободишься?       Му Цин поджал губы и посмотрел на Фэн Синя взглядом, наполненным презрения. На самом деле, ему даже не надо было читать тираду о том, что Фэн Синь самый глупый человек, которого он знает, а то, что он не понял текст, написанный будто для дошкольников, лишь в очередной раз подтверждает факт слабоумия парня. Всё было вложено в этот взгляд. Фэн Синь неловко постучал пальцем по столу, уже думая о том, что не получит ответа и их ночное рандеву отменяется, как Му Цин всё же соизволил открыть рот. — Я буду дома в десять, — он сказал это и сразу уткнулся в книгу, всем видом показывая, что продолжения у этого диалога не будет.       Удовлетворённый Фэн Синь лишь хмыкнул и уставился на доску, где преподаватель показывал какую-то наискучнейшую презентацию.