idfc

      Ванда вошла в зал для совещаний, опоздав на пятнадцать минут. Пролитый на джинсы сладкий чай вынудил её задержаться, чтобы ополоснуться и сменить одежду, потому что появляться перед командой в таком виде ей вовсе не хотелось. Но, ощутив на себе такое количество недовольных взглядов, она тут же пожалела о своём решении. А уже через секунду уловила состояние окружающих, получая порцию негатива. И больше всего этого негатива шло от Наташи, она буквально прожигала её взглядом, пытаясь испепелить на месте. Ей сложно было поверить, что какое-то банальное опоздание заставило их так разозлиться. – Наконец-то, – раздражённо буркнула Наташа, сдвинув стул немного в сторону от единственного свободного.       Ванде хотелось провалиться на месте. Мало того, что по какой-то причине её задержка довела всех, так ещё и Наташа демонстративно отодвигала стул дальше, лишь бы не сидеть близко с ней. Ванда вздохнула, извинилась, и заняла место, покосившись на Нат с непониманием. Конечно, они не были близки. Сказать точнее, они вообще друг с другом не общались дольше двух минут. Но Романофф никогда до этого не показывала ничего подобного по отношению к девушке. – Ну, и кто из вас скажет ей, умники? – внезапно снова подала голос Наташа, откидываясь на стуле и скрещивая руки на груди. – Скажет что? – Ванда нахмурилась, неосознанно повторяя жест Наташи и впиваясь взглядом в первого попавшегося человека.       К его несчастью, этим человеком оказался Стив, который теперь должен был сообщить ей о том, из-за чего Наташа такая злая. Он совершенно не понимал, какой реакции ждать от Ванды, раз уж даже Нат, всегда безоговорочно выполняющая требования и берущаяся за все миссии, так остро отреагировала на, как ему казалось, совершенно безобидное дело. – Жги, Роджерс, – Нат как-то истерично хихикнула, всем видом давая понять, что то, что он сейчас скажет, не нравится ей нисколечко.       И Стив вновь озвучил то, что уже прозвучало в помещении десятью минутами ранее. Ванда внимательно слушала его подводку, а когда дело дошло до главного, ошарашенно посмотрела на Наташу. Та усмехнулась такой реакции, ожидая чего-то более впечатляющего. – То есть вы хотите сказать, что нам, – она показала пальцем сначала на себя, а затем на Нат. – Предстоит притворяться семейной парой месяц в чужой стране под прицелами видеонаблюдения со стороны тех, кто является потенциальной угрозой?       Она проговорила это с расстановкой, будто пытаясь выяснить, действительно ли она поняла верно всё то, что услышала. По кивку Стива стало ясно, что так и было. Она обречённо вздохнула, откидываясь на спинку кресла. Конечно, восторг эта затея не вызывала, но и так сильно злиться, как злилась Нат… Ванда не могла спокойно дышать, пока не «выключила» своё восприятие, которое почему-то всегда работало исключительно на негативные эмоции. Теперь она не чувствовала злости Нат и напряжения окружающих, но и понять реакцию её не могла. Конечно, им придётся внедриться во что-то вроде секты, притворяться парой и, возможно, рисковать жизнями, но Ванда не могла относиться к этому так, как относилась Наташа. Всё это наводило на мысль, что Нат злится не из-за задания, а из-за того, с кем ей предстоит его выполнять, и от этого становилось неприятно. Не то чтобы её сильно волновало отношение Романофф к ней, но и для такой реакции повода явно не было. А возможно, Нат просто была гомофобом. Об этом Ванда подумала не сразу, но, когда мысль пришла в голову, всё встало на свои места. За своими размышлениями, она не заметила пристальный взгляд Наташи. – Ты слышала, что я сейчас сказала? – спросила она. – Эм… нет, прости, я задумалась, – Ванда напряглась, было неудобно, потому что она упустила что-то во время своего мозгового штурма. – И вы до сих пор думаете, что это хорошая идея? – Нат обратилась к команде, обводя всех взглядом. – Стоп, – внезапно Ванда осознала что-то и нахмурилась. – Почему именно мы должны делать это? – Чем ты слушала, милая? – от такого обращения Ванда съежилась и бросила соответствующий взгляд на Нат. – Потому что туда не попасть так просто, только по приглашениям, а приглашение было получено на имя пары девушек. Одна из них оказалась знакомой Фьюри и обратилась к нему. Ещё вопросы? – Стив не дал ей возможности ответить, поясняя ситуацию. – И через сколько мы приступаем? – Ванда покосилась на Наташу, ожидая снова получить колкую фразу о её невнимательности, однако та и сама не знала ответа, поэтому промолчала. – У вас неделя, – Стив бросил взгляд на девушек и вздохнул. – Чтобы привыкнуть к друг другу и выучить легенду. – Привыкнуть? – Максимофф изумлённо выгнула бровь. – Да, – вмешался Тони. – Какой бы хорошей актрисой не была наша мисс Двойной агент, на тебя надежды немного. А выглядеть всё должно естественно.       Она не успела отойти от шока, когда Тони следом заявил, что их спектакль начинается с этого момента. Потому что, чтобы убедить врага, нужно заставить верить союзника. Ванда не видела в этом смысла, но спорить не стала. Лишь гулко сглотнула, когда Нат придвинула стул ближе к ней, что совершенно противоречило тому, что было сделано в момент её входа в комнату. А затем вздрогнула, когда Наташа провела рукой по её предплечью и переплела податливые от шока пальцы со своими. – Чего и требовалось ожидать, – Тони хмыкнул, наблюдая за напряжённой Вандой. – Вам бы даже самый глупый человек в мире не поверил, а вы идёте прямо в логово того, кого глупым даже с натяжкой не назовёшь. – Расслабься, неженка, – раздражённо бросила Нат, сжав ладонь Ванды.       Всё собрание они просидели, держась за руки. Каждый раз видя их переплетённые пальцы, Ванда мысленно вздыхала. Только сейчас она стала понимать, что все её первые впечатления об отношениях она получит не от любимого человека, а от кого-то, кто, судя по всему, терпеть её не мог. До этого она держалась за руки лишь с Пьетро, и ощущалось это совсем по-другому. Рука брата была намного больше её, и он всегда обхватывал её и мягко поглаживал большим пальцем тыльную сторону, стараясь успокоить. Наташина же рука была такая же по размеру, как и её, разве что куда сильнее.       Остаток дня для неё тянулся невероятно долго, потому что она точно знала, что вечером ей придётся лечь в одну кровать с абсолютно чужим для неё человеком. И она всячески старалась подготовить себя к этому, однако, когда Нат появилась на пороге её комнаты с подушкой в руках, она поняла, что совершенно не готова. Молча девушка сдвинула её подушку с центра в сторону, уложила на другую часть кровати свою и ушла куда-то. Ванда облегчённо вздохнула, оставшись одна, быстро переоделась и ушла в ванную умываться перед сном. По возвращении в комнату она застала Наташу в своей кровати, где она сидела, облокотившись о стену, и делала что-то в ноутбуке. Ванда старалась как можно дальше оттянуть момент, когда ей придётся лечь рядом, поэтому бесцельно бродила по комнате, создавая вид бурной деятельности. – И долго ты будешь разыгрывать драму? – строгий голос Нат вывел её из некоего транса, заставляя замереть и обернуться.       Хотелось бросить что-то вроде «кто бы говорил», учитывая показательное поведение Наташи в начале собрания, но она промолчала, отложила в сторону аккуратно сложенную стопку книг и поплелась к кровати. Нат в это время положила на прикроватную тумбу ноутбук и встала, чтобы открыть окно. – Я люблю, чтобы снаружи было холодно, – пояснила она свои действия непонятно зачем.       Ванда кивнула, понимая, что этой ночью скорее всего превратится в ледышку. Да и не только этой, играть в счастливую пару им достаточно долго, чтобы Ванда могла посоперничать с айсбергом. Ей казалось, к концу миссии так и будет. Устроившись поудобнее, она повернулась к Наташе спиной, укрываясь одеялом как можно выше. Внезапно на талию легла напряжённая рука, заставляя вздрогнуть. – Хватит шарахаться от меня, – вздохнув, пробурчала она ей куда-то в шею. – У них камеры в том числе и в спальне, тебе придётся смириться. – Спокойной ночи, – Ванда сглотнула, стараясь игнорировать лежащее достаточно близко тело. – Спокойной ночи, – повторила Нат.       Ванда мысленно поблагодарила её за то, что не прижалась совсем вплотную, давая возможность привыкнуть хотя бы к тёплой руке, перекинутой через талию, и мягкому дыханию сзади. Она не чувствовала неприязни к Нат, всё что она ощущала, – непривычное волнение от чьей-то близости, но не больше. Утром она проснулась от холода, обнаружив, что в кровати одна. Как и в комнате в целом. Ванда была благодарна за то, что та ушла раньше, избавив их обеих от утренней неловкости. Пока она принимала душ и приводила себя в порядок, успела как следует всё обдумать и, кажется, наконец приняла. Если от неё требуется сыграть в любовь, она в неё сыграет. Да и опыт, какой-никакой, получит.       Наташа нашлась на кухне, сидящей за барной стойкой с ноутбуком и что-то сосредоточено в нём печатающей. Не то чтобы она её искала, просто шла завтракать, но упускать возможность показать их «любовь» Ванда не собиралась. Поэтому тихо подошла сзади и обвила руками талию девушки, положив голову ей на плечо. Наташа не вздрогнула, но заметно напряглась, будто совсем не ожидала этого. А Ванда решила идти дальше: мягко коснулась губами где-то в районе её скулы и втянула воздух. Ей было некомфортно, потому что напряжённая Нат ещё вчера дала понять, НАСКОЛЬКО вся эта история ей не нравится. По всей видимости, от Ванды она не ожидала таких скорых действий в её сторону, но той было плевать. Раз уж в их импровизированном театре играют двое, она не упустит возможности проявить себя. – Чем занимаешься? – тихо спросила Ванда, обратив внимание на экран ноутбука.       По нему бегали какие-то цифры, непонятные символы, и… шёл обратный отсчёт. Это напугало её, а Нат же выглядела абсолютно спокойной, вставляла где-то какие-то знаки, что-то стирала, быстро щёлкая по клавишам. – Не твоё де… – начала было Нат, но вовремя осеклась. – Взламываю систему безопасности оружейного склада. – А что за обратный отсчёт? – любопытство Ванды настойчиво игнорировало раздражённый тон девушки. – Время до активации сигнальной системы, – пояснила она. – И что будет… – Если я не успею, они узнают, что кто-то пытался взломать их защиту, и задание полетит коту под хвост, так что будь добра, не отвлекай! – разразилась тирадой Наташа в ответ на незаданный вопрос. – Кому под хвост? – Ванда будто специально испытывала её терпение, но на самом деле, ей просто было действительно интересно. – Коту, Ванда, коту! – Нат дёрнулась, а Ванда, поняв, что исчерпала всё её спокойствие, убрала руки и отошла в сторону, про себя рассуждая, при чём тут бедный кот и его хвост.       Пока Наташа продолжала заниматься делом, она решила заняться завтраком. Не будучи уверенной на сто процентов, ела ли Нат, она сделала сэндвичей с запасом. Заварив себе чай и бросив туда пару кубиков сахара, она вдруг подумала о том, что надо бы узнать, что пьёт обычно её «девушка». – Я пью кофе, чёрный, без сахара, – будто прочитав её мысли, Нат опередила вопрос своим ответом.       Не оборачиваясь, она запустила кофемашину, а затем налила во вторую кружку кофе и отнесла обе на стойку, после вернувшись за сэндвичами. Но Нат не дала ей залезть на стул, вместо этого перехватила руку и потянула к себе. Ванда изо всех сил старалась держать лицо, но получалось плохо. Когда Наташа поставила её так, что она находилась прямо между ног, а сама Нат смотрела сверху вниз, она не удержалась от нервного вздоха. Наташа усмехнулась, заправила прядь волос ей за ухо и задержала руку на скуле. Ванда знала, что сейчас покраснеет, как рак, но всё ещё пыталась сохранить самообладание. – Что, уже не такая смелая, когда я не занята? – насмешливо и как-то по-кошачьи хитро протянула Нат, откидывая второй рукой её волосы с другой стороны назад. – Может, мы всё-таки позавтракаем? – проговорила Ванда, но в противовес своим словам положила руки ей на бёдра. – Боюсь, такими темпами до завтрака у вас не дойдёт, – они не заметили вошедшего Тони, который с довольным выражением лица наблюдал за ними. – Вечно всё портишь, – насмешливо бросила Нат, а Ванда воспользовалась моментом и отстранилась, после быстро забравшись на стул. – Уже лучше, но всё ещё не слишком убедительно, хотя, может, так даже и лучше, – внезапно Тони пришла какая-то мысль. – По легенде вы вроде как долго скрывали свои чувства, а отношения начали месяц назад. – По тому, как она краснеет, складывается впечатление, что мы не месяц, а две минуты встречаемся, – пожаловалась Наташа, отпив кофе, а Ванда нахмурилась, она и так делает всё, что в её силах. – Ничего, у вас ещё почти целая неделя, – Тони усмехнулся, взял сэндвич и ушёл. – Надо было треснуть ему, чтобы не воровал твою еду, – заметила Наташа, посмотрев с каким-то укором на Ванду. – Я сделала с запасом, в этом нет проблемы, – Ванда пожала плечами и пододвинула тарелку в её сторону. – Ты взломала систему? – Да, – Нат вопросительно посмотрела на неё, затем на сэндвичи, и, когда получила кивок, взяла один и откусила.       Остаток их мини-завтрака прошёл в тишине. Вскоре пришёл Стив и напомнил, что у них с Вандой тренировка. Нат убедила её, что сама помоет посуду, поэтому она сразу же ушла с Роджерсом. На тренировке всё шло гладко, она сосредоточенно выполняла все команды Стива и даже получала удовольствие от процесса. Ближе к концу он восхищённо посмотрел на неё и подал руку, помогая подняться. Та же ловко подлетела сама, а затем мягко приземлилась на землю. Стив посмеялся, а Ванда улыбнулась и отряхнула штаны. – Отлично справляешься, – он явно был доволен её успехами. – Как там с Наташей?       Ванда вздохнула, не жаловаться же ей, что Нат ведёт себя ровно так, как и должна. Поэтому она лишь неоднозначно улыбнулась и сказала, что всё хорошо. Когда она вернулась в свою комнату, Наташа была там и пересматривала вещи в её шкафу. – Что происходит? – девушка нахмурилась, останавливаясь в дверях. – Пытаюсь понять, насколько всё печально, – хмыкнула Нат, не отрываясь от занятия. – Что, прости? – она была в шоке от такой наглости. – Не в том смысле, милая, – Ванда не привыкла к такому обращению. – Боюсь, похода по магазинам нам не избежать. – Что не так с моей одеждой? – С ней всё так, – Нат начинала раздражаться. – Мне нравится твоя одежда, но не подходит под легенду. И моя не подходит. Согласно ней мы студентки, а не сутенёрша и косплеерша.       Ванда рассмеялась, находя забавным сравнение Наташи. И она не могла с ним не согласиться, поэтому они приняли решение не терять время, а поехать за новой одеждой сразу, предварительно позаимствова у Тони кредитку. К тому же поход по магазинам был отличной возможностью потренировать свои актёрские способности на публике. Как только они вышли из одной из машин Старка, не было больше Ванды и Наташи, теперь вместо них были Шерил и Андреа, студентки из Бостона. – Шерил, милая, прекрати вздрагивать каждый раз, когда я беру тебя за руку, – Наташа проворковала это так тихо, что Ванда с трудом услышала.       Слышать в свой адрес чужое имя было ещё сложнее, чем воспринимать «милая», но Нат решила добить её, используя всё вместе. Ванда вздохнула и постаралась максимально расслабиться, сосредотачиваясь на поиске нужного магазина. К вечеру она уже сама находила руку Нат каждый раз, когда это было необходимо, за что получала одобрительные полуулыбки, впервые она получала их от Наташи. Возможно, шоппинг поднял ей настроение, потому что по дороге обратно она выглядела куда более спокойной. Зайдя в комнату Ванды, которая временно стала их общей, девушки рухнули на кровати, оставляя неразобранные пакеты где-то у входа. По очереди сходив в душ, они расправили постель и потушили свет. Перед этим Наташа открыла окно, на что Ванда даже не обратила внимания. Той ночью ей было тепло, а значит в открытом окне не было никакой проблемы. Она отвернулась, ожидая, что Нат, как и вчера, обнимет её, но этого не произошло. Подождав немного, она повернулась к ней лицом и заметила, что та спит. Что ж, для Ванды это было идеальной возможностью сделать это самой, раз уж они в «отношениях», она не может всегда ждать действий со стороны Нат. Подвинувшись ближе, она съехала немного пониже и обняла её где-то в районе живота. Почти тут же её руку сверху накрыла чужая, а волосы начали перебирать. Ванда смутилась, но не шевельнулась. – Я думала, ты спишь, – прошептала она, чуть приподняв голову, чтобы заглянуть ей в лицо. – Не сплю, – тихо ответила она. – Не ожидала, что ты решишься.       Ей не стоило пояснять, на что она должна была решиться. Всё было понятно. Улыбнувшись, она сама прижалась ближе, укладывая голову где-то в районе груди Наташи. А Нат в это время продолжала перебирать её пряди, прочёсывая длинные волосы пальцами. Ванда не любила, когда кто-то трогал их, но сейчас это казалось невероятно успокаивающим, поэтому она не стала ничего говорить. Слушая размеренный стук Наташиного сердца, она думала, что в сравнении с ним её бьётся слишком быстро. Возможно, для Нат всё это было обыденностью, она ведь не знала о её личной жизни ровным счётом ничего. Для неё же это было слишком новым и неожиданно безумно комфортным, но ровно до того момента, пока она не вспоминала, что Наташа не очень была рада всему этому и, вероятно, в этот самый момент думала о том, чтобы поскорее покончить с этим. Из-за этих мыслей Ванда напряглась, что не осталось незамеченным. – Ты чего? – аккуратно спросила Нат, опустив недавно перебиравшую волосы руку ей на спину. – Непривычно, – сказала лишь отчасти правду она. – Привыкнешь, – как-то слишком спокойно бросила Наташа, при этом напрягаясь.       От былого комфорта не осталось и следа. Теперь Ванда чувствовала себя ещё больше неудобно, но не физически. В этом плане ей сейчас казалось, что сложно было бы придумать более удобную позу. Но мозг отчётливо понимал, что они делают и зачем. И от этого на душе становилось холодно. Хотелось оттолкнуть Наташу, прокричав, что всё это слишком неправильно. Отказаться от этого задания и вовсе покинуть команду Мстителей, чтобы им даже в голову больше не приходило подобное. Но вместо этого она лишь глубоко вздохнула, поудобнее уложила руку и пожелала Наташе спокойной ночи. – Спи, милая, – прошептала она, проведя рукой от головы до низа спины и оставляя её там, посылая кучу мурашек и понимание, что к такому будет несложно привыкнуть.       Утром она снова проснулась одна, в этот раз не от холода, а от будильника, который она, к слову, не заводила. Окно было закрыто, и она сделала себе мысленную пометку поблагодарить Наташу за это. Выключив надоедливый телефон, Ванда привела себя в порядок и отправилась на кухню, надеясь встретить там Нат. Но её там не было, поэтому Ванда быстро сделала себе завтрак, поела, и отправилась на пробежку. Конечно, обладая суперспособностями, она не так уж нуждалась в занятиях спортом, но ей нравилось это. Да и поддерживать фигуру красивой тоже хотелось. Особенно сейчас, когда она была в такой непосредственной близости от Наташи с еë нереальным телом. Закончив бегать и сходив после этого в душ, она заплела небрежную косу, невольно вспоминая ощущение чужих рук в волосах, которое на удивление ей так понравилось. В этот раз на собрание она не опаздывала, хоть и было оно внеплановым. Одного опоздания ей хватило, приходится теперь играть в счастливую пару с агентом Романофф. Хоть она и понимала, что опоздание никак в этом не виновато, теперь ассоциации у неё были именно такие. Заняв свободное место рядом с Наташей, она оглядела всех присутствующих, которые в свою очередь старались не смотреть в их сторону. Ванда посмотрела на задумчивую Нат, а затем придвинула к ней стул максимально близко и опустила голову на плечо, переплетая их руки. – Вы хорошо смотритесь, – ехидно бросил Тони, войдя в зал, за что получил неприличный жест от вдовы, но это его не остановило. – Не думали действительно начать отношения? – Наши отношения не твоего ума дело, Карк, – исковеркала его фамилию Нат, заметно напрягаясь.       Ванда чувствовала себя крайне неловко и порывалась отстраниться, но Наташа предупреждающе сжала её руку, давая понять, что сейчас не лучшее время идти на попятную. Остаток собрания прошёл более-менее спокойно, во всяком случае, шуточек от Старка больше не было. Ванда же никак не могла сосредоточиться на том, что он пытался донести, потому что не могла перестать думать о том, сколько усилий приходится прикладывать Наташе, просто чтобы не показывать своего истинного отношения к ней. А ведь она хорошо справлялась, не знай Ванда ситуации, с лёгкостью поверила бы ей. Но она знала, и от этого становилось очень неприятно. Потому что самой ей было хорошо с Нат, она не чувствовала никакого внутреннего отторжения, в отличие от вдовы, которая периодически напоминала ей своими реакциями о том, что всё это просто очередная не самая приятная для неё миссия. Она старалась относиться к этому с безразличием, но почему-то выходило плохо. Иногда даже становилось обидно, что все эти прикосновения вынужденные, что не будь это их заданием, они бы и дальше поддерживали отстранённые отношения. – Вы выучили легенду? – спросил Старк, обращая собрание в сторону их дела. – Да, – ответила за двоих Наташа, хотя Ванда ещё даже не прочла её до конца. – Отлично, тогда завтра расскажете мне её, проверю на несостыковки, а пока все свободны.       Ванда встала первой, отпустив руку Наташи и ушла к себе в комнату, мысленно молясь, чтобы у Нат были какие-то дела. Потому что сейчас ей хотелось побыть одной, отвлечься от всего этого сумасшествия, с которым оказалось не так просто справиться. Шёл всего третий день их фейковых отношений, а она уже понимала, что за целый месяц с лёгкостью сойдёт с ума, если не от раздвоения личности, то от непонимания происходящего точно. Однако её надежды не оправдались, потому что спустя пару минут после того, как она вошла в комнату, за ней последовала озадаченная Наташа. – Ты так вылетела оттуда. Что произошло? – она села на кровать рядом с Вандой, заглядывая той в глаза. – Всё в порядке. – И кого ты обманываешь? – вдова снисходительно улыбнулась и придвинулась, беря ладони Ванды в свои. – Слушай, я понимаю, что эта миссия одинаково не нравится нам обеим, но ситуацию изменить не получится, поэтому остаётся только поменять своё отношение к ней.       Ванда вздохнула. Нат не понимала, что относятся к этой миссии они очень по-разному. – Я поцелую тебя? – вкрадчиво спросила Наташа, заставляя Ванду едва ли не задрожать. – Нам придётся рано или поздно, милая.       Ванда качнула головой и прикусила губу, пытаясь сдержать рвущиеся слёзы. Она всю жизнь надеялась, что хотя бы в личном плане у неё все будет хорошо, а сейчас сидела напротив девушки, которая собиралась поцеловать её, не имея при этом никакого желания. – Ванда, – она подняла её опущенную голову. – Я понимаю, что целоваться с девушкой, а уж тем более со мной, не предел твоих мечтаний, но потом мы забудем это и всё.       Ей хотелось выть. Она совершенно не понимала, о чём говорила. Наташа вздохнула и отпустила её руку и голову, поднимаясь на ноги. Настроение её переменилось, а голос стал привычно твёрдым и строгим. – Они не поверят, если мы будем просто держаться за ручки, как второклассницы. Сообщи, как будешь готова перестать устраивать трагедию на ровном месте.       Договорив, она резко вышла из комнаты, а Ванда упала головой в подушку. В Наташину подушку, напрочь пропитанную её собственным запахом. Она не хотела признавать правоту Нат, но и засовывать свои принципы куда подальше тоже не хотела. Решив всё же сдаться, она поняла, что представления не имеет, что нужно делать. Глубоко вздохнув, Ванда взяла телефон и через режим инкогнито нашла пару сайтов, где подробно описан весь процесс. Она и понятия не имела, что существует столько видов поцелуев. На всякий случай посмотрев видео с примером, Ванда закрыла все вкладки и решила, что непременно применит полученные знания на практике. Искусственный интеллект подсказал ей, что Наташа на стрельбище, куда она и отправилась. По взгляду Нат было понятно, что увидеть её там после такого разговора она не ожидала. Однако она продолжила стрелять, стараясь не обращать внимания на мнущуюся вдали Ванду. Но когда та подошла прямо к ней, это получалось не очень хорошо. Сняв защитные наушники и отложив пистолет, она выжидающе уставилась на девушку. – Я вела себя как идиотка, прости, – проговорила Ванда. – Мне стоит поучиться твоему хладнокровию.       Наташа хотела переубедить её, заверить, что это не то, что ей нужно. Да и она вовсе не такая хладнокровная, как может показаться на первый взгляд. Вместо этого она кивнула, собираясь вернуться к стрельбе. – Нат, поцелуй меня, пока мне ещё хватает решимости стоять здесь, – на одном дыхании выпалила Ванда, ожидая чего угодно, но не смеха.       Хотелось провалиться под землю, а лучше закопать Наташу, чтобы она не стояла здесь и не смеялась над… выходит, над ней. Это было до жути обидно, ведь ей действительно пришлось приложить немало усилий, чтобы решиться на это. А Нат простым действием перечеркнула всё. Она хотела уйти, убежать, запереть комнату и никогда больше не видеть эту девушку. И как только план начал приводиться в действие, Наташа перехватила её руку и остановила. – Такая глупая, – Нат улыбнулась, потянула её на себя и заглянула в глаза. – Но чертовски милая.       Аккуратно и спокойно она коснулась губами чужих губ и замерла на секунду, давая ей возможность привыкнуть. Ванда не могла описать своих чувств в тот момент, ещё секунду назад она хотела сбежать и спрятаться, а сейчас стояла и не могла совладать с дрожью от столь приятного прикосновения. Их поцелуй продлился недолго, а когда прервался, Ванда стыдливо опустила глаза. И не потому, что ей было стыдно из-за поцелуя. Ей было стыдно за то, что он ей слишком понравился. Пожалуй, за этот месяц она постарается делать это почаще. Нат внимательно наблюдала за ней, пытаясь уловить истинные эмоции, но кажется, поняла всё снова не так. – Я надеюсь, тебя потряхивает не от отвращения ко мне? – шутливо спросила Нат, но в голосе чётко читалось, что именно так она и думает. – Что? – Ванда аж опешила от такого заявления.       Отвращения к ней? Этот вопрос показался ей настолько странным, что на какое-то время она просто выпала из реальности. Ванда была уверена, что смогла бы чувствовать к Наташе всё что угодно, но отвращение уж точно не входило в этот спектр. Пока она пыталась осмыслить вопрос, Наташа вернулась к стрельбе. И больше отвлекаться, судя по всему, не планировала, поэтому Ванда решила оставить её, но непременно вернуться к этому разговору вечером. Однако Нат не появлялась до полуночи, а когда наконец пришла, была явно не в состоянии разговаривать. – Я хотела спать у себя, но противная старковская Пятница не давала уснуть, мать её за ногу, – она стояла на пороге, держась за косяк, Ванда недоумённо смотрела на неё, не понимая, чью мать и за какую ногу. – Я всё слышу, мисс Романофф, это приказ Тони, – отозвалась Пятница.       Ванда тяжело вздохнула и пыталась разглядеть в Наташе хоть что-то, что могло бы объяснить её поведение. Не может же она так напиться из-за поцелуя, который сама же и организовала и который к тому же был всего лишь частью миссии. – Что произошло? – она подошла к девушке и подхватила под руку, чтобы помочь добраться до постели без происшествий. – Ты произошла, – буркнула Нат, оступившись и едва не свалившись на пол.       Но Ванда удержала её и всё же довела до кровати, оставив её сидеть на краю, подошла и открыла окно, а затем вернулась и помогла улечься. Что она имела в виду этой фразой, понять было сложно. – Тебе так не нравится быть рядом со мной, что ты напилась? – девушка интерпретировала всё по-своему, заставляя Наташу нахмуриться. – С чего ты взяла? – бросила Нат, потянув на себя одеяло. – Да с того, – разозлилась Ванда. – С первого дня ты дала понять, насколько тебя эта ситуация раздражает! – Идиотка, это не из-за тебя! – А почему тогда?       В ответ Нат промолчала, поэтому Ванда восприняла это так, как восприняла. Не в самом положительном ключе. А Наташа, даже будучи далеко не трезвой, не смогла раскрыть истинной причины, хотя головой понимала, что им обеим будет проще, если она поделится. – И раз уж ты хотела знать, – прервала воцарившуюся тишину ведьма. – Меня потряхивало не от отвращения к тебе, а от того, что всё это происходит впервые.       Нат вдруг будто забыла, как дышать. Конечно, ей следовало догадаться или хотя бы узнать, был ли кто-то у Ванды, но она не сделала этого. И теперь чувствовала себя настоящей негодяйкой, портящей что-то невинное. – Это важно для тебя? – сглотнув, спросила Нат. – Уже нет, – Ванда вздохнула и придвинулась к ней. – Мне важно, почему тот вопрос был первым?       Нат усмехнулась и, подумав, стоит ли говорить ей правду, призналась: – Потому что мне противно от самой себя.       Ванда не хотела и не могла в это поверить. Наташа была прекрасной, она видела её именно такой. Невероятно красивой, умной, сильной, уверенной в себе, местами резкой, но очень преданной. – Нат… – Ты же была в моей голове, – горький смешок. – Видела, сколько всего я натворила.       Теперь паззл сложился. Ванда покачала головой и обняла Нат, как в ту ночь, уложив голову ей на грудь. – Твоё прошлое не менее тёмное, чем моё; то, что я увидела там, никак не повлияло на отношение к тебе. – Ты слишком наивная, Ванда, – прошептала она, стягивая с волос девушки забытую резинку и принимаясь прочесывать их пальцами. – А у тебя слишком много предрассудков, – не осталась в долгу Ванда, едва не тая от приятных ощущений. – А ещё мне безумно нравится, когда ты трогаешь мои волосы. – Я могу трогать не только их, – отметила Нат, а Ванда рассмеялась, да, алкоголь однозначно забавная вещь. – Не пей больше, ладно? – она нашла свободную руку Наташи и переплела их пальцы. – Только ради тебя, – сонно пробормотала Нат, а Ванда готова была поклясться, что от этих брошенных не всерьёз слов все её внутренности сжались, а сердце забилось быстрее обычного. – Спокойной ночи, – только и смогла ответить она. – Спокойной, милая.       Это было первое утро, когда они проснулись вдвоём. Вернее, Ванда проснулась чуть раньше, но не спешила выбираться из тёплых объятий в холодную комнату, поэтому просто лежала рядом, слушая размеренное дыхание. Когда Нат открыла глаза, застала Ванду за рассматриванием шрамов на её руке. – Откуда так много? – почему-то шёпотом спросила она, проводя пальцем по одному из них, самому широкому. – Я не помню каждый, – Наташа хмыкнула, борясь с желанием вырвать у неё руку и запретить делать то, что не было позволено никому. – Можно? – Ванда повернулась к ней лицом, оставляя своё занятие. – О чём ты? – не совсем поняла Нат. – Поцелую тебя, – она смотрела своими большими глазами прямо в глаза Наташи, всерьёз спрашивая разрешения. – Глупо спрашивать, лёжа после совместного сна в моих объятиях, не находишь? – усмехнулась Нат и сама поцеловала её, с грустью отмечая, что поцелуи с Вандой лучшие из тех, что у неё были.       Ванда думала примерно о том же. Это было слишком приятно, но также и слишком страшно. Потому что её пугало то, как тело реагирует на Наташу, стремясь прижаться к ней как можно сильнее. И пугало то, что она действительно хотела её целовать. Не потому, что так нужно было для миссии, а потому что ей это нравилось.       Этот месяц был сложным во всех планах. Им приходилось быть очень аккуратными, чтобы не выдать себя и выжать столько информации, сколько возможно. И им удалось прикрыть это место, создатель которого был убийцей и фанатиком, и засадить его пожизненно. Теперь им надо было вернуться в реальность, в которой они были просто членами одной команды. После всех прикосновений, объятий, ночных тихих разговоров и страстных поцелуев. Последний день в Дании, где проходила миссия, они должны были провести в номере отеля, а следующим утром отправиться в аэропорт, откуда их заберут обратно. Они больше не держались за руки, как привыкли делать это практически постоянно, и не искали поддержки в объятиях друг друга, словно перерезав державшую их нить. Нат вновь стала холодна и держалась отстранённо, а Ванда изо всех сил пыталась делать вид, что это совершенно её не задевает. Даже в такси до отеля одна ехала сзади, а другая рядом с водителем.       Как только они заселились, Наташа ушла, не сказав ни слова, оставляя Ванду совершенно одну в чужом городе и с безумной болью в душе. Она думала, что сложно будет привыкнуть к Наташе, но теперь понимала, что просто невозможно будет привыкнуть жить по-старому. Неужели они закончат вот так? После стольких ночей, посиделок за фильмами, взглядов, которые казались понятнее слов. Она знала, что Нат хорошая актриса, вот только осознавать это сейчас почему-то было невыносимо больно. Верить в то, что всё было фальшивым, отчаянно не хотелось, но приходилось. Это было просто задание, обычная миссия, которую они успешно выполнили. Успешно, если не считать огромную дыру в сердце, выжженную безразличием. Ванда пыталась поговорить, но…

***

– И что теперь? – спросила Ванда, наблюдая за тем, как их главную цель уводили в наручниках прямо к автозаку. – Вернёмся на базу и притворимся, что всего этого не было.

***

      Она тогда с трудом проглотила подступающие слёзы. Какой надо было быть идиоткой, чтобы в один момент потерять грань между реальностью и их работой. Она была именно такой, а теперь абсолютно не знала, что ей делать. В номере было две односпальные кровати, и только бросив взгляд на них, Ванда потеряла самообладание. Она скатилась по закрытой Наташей двери и уронила лицо в ладони, пряча слёзы, будто их мог кто-то увидеть. Столько лет жизни без Нат были перечёркнуты всего одним месяцем, за который она поняла, как можно ощущать себя рядом с человеком. И осознавать, что всё было обычной актёрской игрой, было чертовски больно. Потому что теперь она не была согласна на меньшее, теперь она не была согласна ни на кого, кроме Наташи Романофф.       К моменту возвращения Наташи Ванда выплакала, как ей казалось, все свои глаза вместе со слезами, потому что всё вокруг казалось очень мутным. И особенно мутной казалась шатающаяся Нат, с бутылкой в руках и красными, как и у неё глазами.

***

– Почему ты всё-таки так не хотела этого задания? – спросила спустя пару недель с начала их миссии Ванда, держа голову вдовы на коленях. – Однажды я уже сыграла в семью, – она сглотнула, пряча вглубь себя не самые приятные воспоминания. – И это плохо кончилось. – Кто-то умер? – обеспокоенная Ванда даже на секунду выпустила руку Нат из своей, но тут же взяла обратно. – Ты действительно считаешь, что плохой финал – это обязательно смерть? – она горько усмехнулась и закрыла тему, не планируя больше говорить об этом когда-либо.

***

– Ты обещала мне не пить, – охрипшим от слёз голосом с упрёком проговорила Ванда, с лёгкостью вырвав из рук девушки злосчастную бутылку.       Зрение постепенно начало фокусироваться, и она смогла заметить, что глаза у Наташи неестественно красные. Пришедшая на ум догадка испугала её. – Ты что, употребляла что-то? – она встряхнула Нат за плечи. – Тебе проще поверить в то, что я употребляла, чем в то, что я могла плакать, да? – вдова усмехнулась, попытавшись забрать бутылку обратно, но Ванда не позволила. – А был повод плакать? – спросила она, не понимая, что попала в точку, в которую попадать не стоило. – Ты права, не было, – Нат окончательно поняла всё для себя.       Прямо в одежде Наташа забралась на одну из кроватей, не расправляя её, и отвернулась к стенке. Ванда какое-то время смотрела на её неравномерное дыхание, а затем закрылась в душевой, включила воду и уселась прямо на кафельную плитку, задерживая дыхание. Для неё это было невыносимо, а Наташа плевать на всё это хотела. Слёзы снова сами полились из глаз, не задерживаясь надолго, смываемые прохладной водой. Хотелось забить на всё, сдвинуть эти чёртовы кровати, встряхнуть Нат как следует и умолять побыть с ней хотя бы ещё немного. Дать ей почувствовать всё, что она чувствовала хотя бы ещё один чёртов раз. А потом сбежать на край света, куда подальше, чтобы только не видеть больше этого безразличия, так разнившегося с тем, что было всего день назад. Нат была отличной актрисой, разбивающей своей игрой чужое сердце.       На базе их встретили бурно, но им было плевать. Обе они чувствовали себя слишком разбитыми, чтобы хоть немного порадоваться успешному финалу миссии. Это не скрылось от всеобщих глаз, но никто не стал комментировать. Девушки просто практически молча разбрелись по своим комнатам, обещая предоставить отчёт к понедельнику, и закрылись там. Ванде хотелось сжечь свою кровать и подушку Наташи, которая так и осталась лежать на её половине кровати. Теперь постель казалась ей слишком большой и пустой. Остаток дня она провела сидя на полу и смотря в одну точку, а к вечеру начала чувствовать, что вот-вот расплачется снова. Ей отчаянно хотелось обнять Наташу, привычно переплести их руки, снова почувствовать, как та перебирает её волосы. И она не выдержала, пускай Нат посмеётся над ней, пошлёт куда подальше, да что угодно. Она готова была вытерпеть всё, чтобы просто побыть рядом.       Нат открыла дверь сразу же, безразлично окинув гостью взглядом. Но внешний вид выдавал её с потрохами. И Ванда не понимала, какого чёрта она делает. – Соври мне, прямо в лицо, соври, что любишь, даже если это не так, – стоя на пороге, Ванда не могла собраться с мыслями и говорила первое, что приходило в голову. – Ванда, – Нат покачала головой. – Пожалуйста, Нат, я не могу больше видеть твоё безразличие, – прохрипела она срывающимся от слёз голосом. Наташа обхватила её лицо руками и стёрла слёзы. – Я веду себя так, будто мне плевать, будто у меня нет чувств, потому что я чертовски сильно влюблена в тебя.       Наташа действительно была потрясающей актрисой, только вот играть ей пришлось не любовь, а безразличие. Она была слишком напугана своими чувствами, слишком сильно боялась, что всё в итоге закончится не в её пользу, и слишком сильно хотела отгородить от себя такую невероятно чистую Ванду. Но всё пошло наперекосяк. И она была этому чертовски рада.