Прыгай

      Сердце отбивало чечётку о рёбра, руки подрагивали, а голова была набита перистыми облаками. Ощущение эйфории утопило Лайю, заставляя захлёбываться в еле сдерживаемых эмоциях. Стараясь отдышаться и не чуя под собой ног, она опустилась на одиноко стоящую скамью под раскидистым дубом, прикоснулась пальцами к припухшим губам, глупо улыбнулась.       «Просто дай себе время побыть с этим…»       Фраза на репите звучала в голове. Лайя прокручивала сказанное бесом снова и снова. Возвращаясь в сладкое мгновение, цепляясь за него. Наблюдая за тем, как совершенное зло на глазах эволюционировало, превращаясь в совершенную нежность. Ей бы сделать стоп-кадр, принт-скрин и сохранить в избранном этот миг. Глубоко-глубоко в потаённом кармашке души.       Воспоминания кружили вальс по извилинам, а вкус его поцелуя ещё тлел на губах. Прикрыв веки, Бёрнелл судорожно вздохнула, стараясь удержаться на краю бездны, что сейчас разверзлась в сознании. И почувствовала, как кто-то, тихо хихикая за спиной, подталкивал её к обрыву и шептал на ухо: «Прыгай…»       Демоны искали тепла и участья. Она занесла ногу над пропастью, почти готовая. Попавшаяся во все ловушки, умело расставленные на её пути. А затем снова вернулась в настоящее.       Блаженство быстро сменилось замешательством. Ноэ, ни слова не сказав, весело подмигнул Бёрнелл и скрылся в толпе, оставив её в одиночестве и смятении после того, как они вернулись из его «капсулы». Просто сбежал. Как ни в чем не бывало. Даже не попрощался.       Лайя обиженно скрестила руки на груди и откинулась на спинку лавки. Как это понимать? Действительно ли Локид хотел дать ей возможность обдумать произошедшее? Или же сам был не уверен в правильности того, что между ними случилось? Потому так спешно покинул её, бросив напоследок глупые слова о времени… О времени, которое с его уходом словно растянулось втрое…       Хотя чего Бёрнелл ожидала? Это ведь была полностью ее инициатива — поцеловать его. Тогда она даже не думала, не пыталась себе запретить этой вольности. Просто сделала то, чего в тот момент хотела больше всего. Но вот хотел ли Ноэ того же? Наверняка. Иначе не стал бы с таким напором отвечать ей…       Или же ей показалось, и всё это лишь её пустые домыслы и допущения? Чужая душа – потёмки. А душа беса?…       «Пусть все будет легко».       Да, сложностей Локид явно не любил. Для него, должно быть, и правда всё было просто. Просто привлечь такую, как она. Просто поиграть с ней. Просто заморочить ей голову, а затем удрать…       Она раздраженно закатила глаза. Собственные мысли заставили её злиться. Или же дело было не в них? И как долго теперь Бёрнелл предстоит мучить себя сомнениями и ожиданием? Ожиданием чего? Новой возможности?       Да. Но она отказывалась признаваться себе в этом.       Сейчас Лайя искренне желала, чтобы всё действительно было легко. Как он сказал. Чтобы ей было всё равно. Чтобы её не влекло к Ноэ. Чтобы ей не хотелось большего.       Но ведь хотелось. Наперекор себе. Пугающе честное осознание, пронзившее её мозг — она бы пошла дальше, не жалея. А он нажал на тормоз. Остановил её порыв. Растерялся? Не ожидал? И дело было точно не в том, что Ноэ переживал за её достоинство. Потому что в его галантность она не верила ни разу…       «И, скорее всего, теперь Локид сильно о себе возомнил», — с досадой подумала Бёрнелл, ругая себя за собственную опрометчивость и распутные мысли, что она допустила в своей голове на его счёт.       — Что ты сделал со мной? Вокруг же полно других… нормальных… людей. Почему меня вечно тянет на…       — На тёмную сторону силы?       Ей показалось, что она взвизгнула. И оставалось лишь надеяться на то, что всё-таки правда показалось. Стыд, негодование и растерянность заставили Бёрнелл сжаться в комочек и молиться о том, чтобы провалиться сквозь землю. Здесь и сейчас… Но земная твердь оставалась незыблема.       Смирившись со своим унизительным положением, Лайя медленно обернулась, уже прекрасно понимая, кто стоял у неё за спиной, и тут же наткнулась на хитрый прищур разномастных глаз. Ноэ, опершись плечом о ствол дуба, довольно разглядывал зардевшуюся девушку. Давно ли он тут прятался? Или же был здесь всё это время?       — Копаешься у меня в голове, Локид? Не стыдно? — Её голос звенел обидой. — Это, как минимум, неприлично и, как максимум, жутко!       — Что за обвинения? Да и к чему мне это, если ты сама всё озвучила? — Он удивлённо вскинул брови, придавая лицу самое честное выражение из возможных. — А с твоей привычкой разговаривать с самой собой вслух нужно что-то делать. Вот уж что действительно жутко. — Ноэ состроил рожицу, передразнивая Бёрнелл.       Злиться на него безумно хотелось, но не выходило. Губы непроизвольно растянулись в улыбке, которую она попыталась спрятать за неловким жестом, поправляя каштановый локон, выпавший из прически.       — И много ты слышал?       — Достаточно, чтобы сделать выводы. — Локид, от которого определенно не укрылась её реакция, обогнул скамейку и уселся рядом с Лайей. Его глаза изучали её лицо, которое сейчас полыхало румянцем. И несмотря на всю свою деланую браваду, что Бёрнелл пыталась демонстрировать Ноэ, чувствовала она себя ужасно неловко.       — Выводы? Какие? — Небрежного тона не получилось. Волнение в голосе выдавало её с потрохами. И словно учуяв эту нервозность, Локид оскалился и придвинулся ближе.       — Что ты успела заскучать без меня.       — Вот ещё! — воскликнула Лайя, пораженная наглостью собеседника. — Уж что-что, а в свете последних событий скучать я точно не успеваю… К тому же, ты сам сбежал. И сам вернулся. Стало быть, соскучился именно ты…       — Какая завидная наблюдательность. — Пёстрые глаза, казалось, вскрывали ей черепную коробку. — Допустим, что так. Я ведь не из тех мужчин, что выжидают два дня после свидания, прежде чем дать о себе знать.       Нервный смех вырвался из её груди.       — Локид, ты что несёшь? Какое свидание?       — Ах, это было не оно? — нарочито обиженно скривился бес. — Значит, всё это имело смысл лишь для меня?       — Ты серьезно?       — Сама строгость. Придётся реабилитироваться.       — Каким же образом? — кокетливо спросила Лайя, наконец решившись подыграть. Интерес и сопутствующее ему желание узнать Ноэ лучше дразнили её.       — Вижу, что ты – та ещё Алиса. Любопытная. Сама выбрала опасную тропку.       — А ты тогда кто? Белый кролик? — прыснула Бёрнелл, прикрывая смех ладонью.       — Ну, положим, не белый, — задумчиво протянул Локид и дернул уголком губ. — Да и не совсем кролик. Но Страну Чудес показать могу… Если хочешь, конечно.       — Как тебя понимать? — В изумлении, она уставилась на беса, не до конца осознавая, шутка это или же предложение. Предложение чего?… Прогулки?       — Понимать меня необязательно. Обязательно любить и кормить вовремя, — самодовольно отозвался Локид, закинув руки за голову и по-чеширски улыбаясь. — Здесь стало ужасно тоскливо. И людей слишком много. Уверен, ты тоже не против сбежать отсюда. Если я всё правильно понял…       Он снова играл с ней. Знал её мысли, видел их, как на ладони. В отражении зрачков, в румянце на щеках, в поджатых губах, которые она хотела спрятать от его глаз. И не могла.       — Да?... А вот мне показалось, что ты настроен иначе. Время… Ты же сказал, что даёшь мне его? — Лайя растерялась. Он отчетливо намекнул ей, что торопиться не стоит. Так ведь? А теперь же, не прошло и получаса, как бес вдруг настойчиво стал искать её общества вновь. Зачем? Если он решил, что ему с ней будет легко – так, как ему хочется, – он ошибся. Не будет. Пусть помучается. Око за око.       Локид непривычно сконфуженно отвёл глаза в сторону, точно понял, что вертелось сейчас у Лайи на языке, и загадочно ухмыльнулся:       — Время – понятие относительное. Кому-то и тысячи лет мало. А мне было много этих десяти минут, что я провёл, не видя твоего сурового личика, бонита.       Он поднял на неё глаза, и под этим взглядом – серьёзным и выжидающим, – ей решительно захотелось забрать все сказанные ею слова и неозвученные гневные мысли обратно. Ведь Локиду уже не надо было стараться, он обезоружил её одной лишь этой фразой. Лайя у него на крючке. Встала на тропинку, украшенную разноцветными стрелочками и ведущую во тьму к ртутным цветам.       — Поэтому я снова здесь. Хочу узнать тебя. И показать кое-что, раз мы теперь уже немного больше, чем коллеги. — Бес протянул ей раскрытую ладонь. — Ну же. Следуй за белым кроликом, Алиса. Прыгай.

***

      Смущение Бёрнелл чувствовалось так ярко. Оно дрожало вокруг её тела в воздухе, точно мираж над раскаленным дорожным полотном. Ноэ терпеливо ждал, держа руку на весу.       «Интересно, согласится?»       Он же за этим вернулся. Чтобы узнать. Но любопытство было не единственным чувством, послужившим катализатором к происходящему. Не только оно. Конечно, не только.       Сперва он растерялся и хотел побыть один, но это быстро прошло. Вопреки собственным словам, сказанным ей в саду под цветущим каштаном, Ноэ понял, что не желает, чтобы Лайя думала слишком долго, а лучше – чтобы не думала вовсе, а просто последовала за ним. Не желает терять той ниточки, что сейчас свилась между ними. Не желает оставлять её.       Однако, чтобы убедиться в правильности своих действий, ему нужно было понаблюдать за Бёрнелл.       Проверка. Безопасный способ сблизиться. Дернуть девочку за косичку и посмотреть на реакцию. И он смотрел, притаившись в тени дуба, изучая её мысли, клубящиеся в голове девушки подобно мареву из благовоний. Как она мучилась, кусая губы. Как винила свою опрометчивость и злилась. Как хотела вернуться, как вспоминала его, а затем надумывала лишнего и злилась ещё сильнее.       «Смешная… Зачем всё так усложнять?»       Ощущая растущее напряжение Лайи, что продолжала молча пялиться на его ладонь, Локид медленно произнес:       — Не позволяй своим глазам говорить мозгу, что тебе должно быть стыдно за то, чего ты хочешь…       — Откуда тебе известно, чего именно я хочу? — недовольно поморщившись, спросила Бёрнелл, поднимая на него карий взгляд. — Или скажешь, что свои желания я вновь озвучила вслух?       — Поверь, я просто знаю.       — Как я могу тебе верить? Твоих мыслей я прочесть не в состоянии, в отличие от тебя.       — В этом и нет необходимости. Я говорю правду.       «Ну же… Кто не мечтал в этой жизни хоть раз всё отправить к чертям? Плюнуть на всё и сделать то, чего так жаждет душа? Соглашайся…»       Тонкая ладошка накрыла его руку. Неуверенно, едва касаясь кожи.       — Хорошо. Но я делаю это исключительно из любопытства. Не зарывайся. И если твоей Страной Чудес окажется пресловутый Диснейленд, ты меня сильно разочаруешь.       — Забавно, — хохотнул бес, поглаживая ее длинные пальцы. — Тогда скажи себе то же самое. Не зарываться…       Небрежно притянув Лайю ближе, Локид щелкнул пальцами.       «Страна Чудес, значит? Что ж, охотно…»       Ему до безумства хотелось впечатлить её. Азарт захватил Ноэ от этого процесса, и он, листая в голове каталог вариантов, наконец остановился на нужном.

***

      — Боже мой… — восторженно выдохнула Лайя, как только открыла глаза.       Они оказались на каменном выступе высокой скалы, а взору предстал живописнейший вид на протекающую между огромных гор лазурную реку. От этой красоты перехватывало дыхание, а голова шла кругом из-за насыщенного кислородом воздуха.       — Я бы сейчас пошутил, но не стану, — ухмыляясь её реакции, съехидничал Ноэ, не сводя глаз с замершей девушки.       Лайя, не отреагировав на его выпад, продолжала созерцать окружающее великолепие. Впитывая его каждой порой, запоминая. Но налетевший порыв холодного ветра заставил её вздрогнуть. Не долго думая, Локид стянул с себя бежевый пиджак и аккуратно накинул его Бёрнелл на плечи. Удивленная этим заботливым жестом, она благодарно кивнула Ноэ, плотнее укутываясь в мягкую ткань, источающую аромат ирисов и апельсина.       — Где это мы?       — Не похоже на Диснейленд, верно? — хихикнул Локид, шагнул ближе к краю уступа и уселся на самом его кончике, свесив ноги над пропастью. — Пойдем, расскажу тебе сказочку. — Он обернулся и поманил её пальцем.       Опасливо приблизившись, Лайя аккуратно опустилась рядом, стараясь не смотреть вниз. Сколько здесь было метров? Двести? Триста?       Под ложечкой засосало от опьяняющего чувства адреналина.       Бес по-свойски притянул её ближе к своему боку и закинул руку Лайе на плечо.       — Сейчас мы с тобой находимся в Норвегии и сидим на языке тролля, можешь себе представить? — Свободной ладонью Ноэ похлопал по камню под ними. — Это место называется Троллтунга.       — Почему язык? И почему тролля? — Лайя, опустив голову ему на плечо, изучала горизонт.       — Как гласит скандинавская легенда, — Локид, совершенно не смущённый её жестом, продолжал рассказ, — тут жил тролль, любивший испытывать судьбу. Нырял в реку со скалы, скакал через здешние бездонные ущелья, в общем – жил свою лучшую жизнь и брал от нее всё. Не боялся, не сдерживал себя. И однажды не осталось такого, чего бы он не совершил. Кроме одного… — Бес таинственно замолчал, покосившись на притихшую в его объятиях Бёрнелл.       — Чего же? — Она нетерпеливо потёрлась щекой о его рубашку.       — Да будет тебе известно, бонита, что тролли не выносят солнечного света, — важно ответил ей Ноэ.       — Это ни для кого не секрет! И я читала «Хоббита», умник, — фыркнула Лайя, гордо вздёрнув подбородок. Бес усмехнулся в ответ и легонько щелкнул её по покрасневшему от холода носику.       — Ох уж это вечное: «Я читала»! Не перебивай! Так вот, тролль решил проверить, действительно ли солнце так смертоносно. И, дождавшись первых рассветных лучей, высунул язык из своей пещеры, чтобы посмеяться над светилом. Но на этот раз судьба была к нему не столь благосклонна, и заносчивый тролль обратился в камень. А его язык – вот он. Местная достопримечательность. Люди со всего мира приезжают сюда за экстремальными фото, чтобы постоять на краю на руках или сделать сальто. И хоть тролль давно уж почил, а дело его живёт! — закончил свою историю Локид и повернулся к Бёрнелл, ожидая её реакции.       — И какова же мораль этой сказки? — Она улыбалась, разглядывая его довольное лицо.       — А мораль, милая Алиса, в том, что нужно делать то, что хочется. Но не переусердствовать с гедонизмом. Чтобы впоследствии не окаменеть.       Они оба замолчали, глядя друг на друга. Но тишина не была давящей, скорее наоборот.       Лайя размышляла над словами Ноэ и неприкрыто любовалась солнечными бликами заходящего солнца, играющими в волосах беса, его острыми скулами с еле заметно проступающей щетиной на гладкой коже. Хитрыми глазами, в которых видела своё отражение.       Делать то, что хочется. Чтобы потом не было мучительно обидно за собственную инертность. Жить сегодняшним днём и брать от него всё, что только возможно взять. Это он хотел ей донести? Если так, у него получилось.       Резко выдохнув, как перед прыжком в глубокий омут, Лайя уверенно подалась вперед и коснулась губ беса поцелуем. А он ответил ей без колебаний, жадно притягивая её ближе. Как и в первый раз. Словно знал.       Нет. Знал совершенно точно.       Тепло разлилось по всему телу, помогая забыть о холоде, что ещё несколько минут назад заставлял её зябко поёживаться. Сейчас, в руках этого мужчины, Лайя горела факелом из еле контролируемого желания. Но убеждала себя держаться на плаву, не давать слабины. Пока что. Время будет. Она сама его определит.       Ещё несколько сладких секунд, и Бёрнелл первая отстранилась от беса, судорожно хватая ртом воздух. И не жалела. Ни мгновения не жалела. Потому что стало легко. Легко и удивительно хорошо.       — Этот момент ты бы тоже сохранила в избранное? — хищно облизнувшись, спросил Локид, продолжая ласкать заднюю поверхность её шеи обжигающе-щекочущими прикосновениями пальцев.       — Ты негодяй… Так и знала, что ты залез ко мне в голову! — Она игриво ударила его кулаком в плечо не в состоянии злиться на беса по-настоящему, и вызывая этим у Ноэ улыбку.       — А ты, будучи на моем месте, не поддалась бы искушению заглянуть в мою? Не было бы любопытно? Только честно.       Лайя задумалась лишь на секунду, а затем смело ответила:       — Поддалась бы.       — Как славно, что мы понимаем друг друга, бонита. Тёмная сторона всегда привлекательнее, скажи?       — Зачем? Прочти мои мысли и сам ответь на свой вопрос.       — Вслух интереснее. — Обхватив ладонью её подбородок, Локид точно питон, держал девушку крепко, гипнотизируя бездной зрачков.       — Будешь продолжать играть со мной, и тогда кто-то немного полетает со скалы, — прошептала она, ощущая, как её вновь утягивает на самое дно омута.       — И почему мне не страшно сделать это?       — Потому что меня ты уже заставил прыгнуть.       Ноэ потянулся к ней, не позволяя увернуться. А она и не пыталась.       Закатное солнце застенчиво потупило взор в облака, пока Лайя, не отрываясь от его губ, медленно расстёгивала пуговицы белой рубашки, вычерчивая пальцами сердца́ на обнаженной груди беса.