One snowy day

- Встретимся завтра перед уроками, я хочу кое о чем поговорить, ладно? - Прости, Ликси, завтра не получится, - бросает Чан и быстро удаляется за поворотом. Феликс сдвигается с места лишь через какое-то время. Они снова не смогут поговорить с Чаном, перенося разговор на потом. Потом, которое может и не наступить. Снежинки падают на ресницы, сразу же превращаяся в кристаллики воды. Раньше Ли души не чаял в зиме, радовался первому снегу как ребёнок, сейчас же первый снег лишь раздражает слякотью и обветренными губами. Злясь на себя и на весь мир, Феликс разворачивается и быстрым шагом направляется в сторону дома. С каждой секундой ускоряясь и переходя на отчаянный бег. Ветер бьёт в лицо, слезы катятся из глаз, разлетаясь в стороны. До невозможности хочется кричать, срывая голос. Распахнув дверь подъезда, Феликс вбегает на лестницу, бежит вверх, вскоре выбегая на крышу девятиэтажного дома. С одной стороны тёмный лес, покрывающийся белым полотном, с обратной загорающиеся огни города и уходящее солнце. Ли кричит, кричит срываясь, кричит переходя на истерику. Он ненавидит себя, ненавидит Чана, ненавидит весь этот мир. Феликс падает на колени. Ноги становятся ватными, кажется, что их и вовсе уже нет, красные пальцы держат не менее красные щеки, собирая оставшиеся капли с лица. Сидя на холодной крыше Феликс теряет счёт времени. Всё как в тумане. Как вдруг, какой-то далёкий голос слышится то ли в голове, то ли на яву. - Эй, ледышка, подай признаки жизни, не хочется стать свидетелем смерти такой прелести. Голос слышится все ближе и ближе. Чья-то рука стряхивает упавшие на голову Ликса снежинки, тянет за воротник, заставляя на ватных ногах подняться. Феликс чувствует, что ноги и правда как вата, и тут же падает вперёд. Высокий парень подхватывает его, с беспокойством заглядывая в лицо. - Кто ты такой? - спрашивает Феликс, все ещё находясь в тумане. - Хван Хёнджин, - представляется незнакомец. Эти два слова не дают Феликсу абсолютно ничего. Разве что понять, что этот человек реален. Беря ситуацию в свои руки, Хван придерживает Феликса под руку и заводит обратно в подъезд. Снимая свой огромный шарф, Хёнджин укутывает в него белоснежного незнакомца с горящими щеками. - Полагаю, где-то здесь твоя квартира? - задаёт вполне логичный вопрос Хван, в ответ получая неразборчивое бормотание. Укутанный в пропитанный запахом Хёнджина шарф, Ликс теряет дар речи, полностью отдаваясь чувствам, наслаждаясь приходом тепла и заботы. Хван даёт парню время отойти от этой ситуации, успокоиться и через время повторятет вопрос. - Да, я живу на четвёртом этаже, - наконец-то подаёт голос Феликс. - Было бы здорово, если бы я узнал твоё имя, снежок, - смеётся Хёнджин, снова смотря в лицо. Маленькие белые пятнышки среди голубых глаз очень напоминают снежинки в огромном океане. Хван никогда не видел таких прекрасных глаз, которые не дают оторваться от них ни на секунду. - Феликс, меня зовут Ли Феликс, можно просто Ликс, - Хёнджин наконец отрывается от глаз, переводя взгляд на губы, что становится огромной ошибкой. Обветренные малиновые губы сводят парня с ума, пропуская заряд тока по всему телу. - Приятно познакомиться, Феликс. Я провожу тебя до квартиры, мало ли захочешь вернуться обратно, на этот раз точно превратишься в ледышку. Хван берет парня за руку, утягивая за собой. Ладонь Ликса настолько маленькая, что кажется ручкой девятилетнего ребёнка. Спустившись на 4 этаж наступает неловкое молчание. Феликс судорожно ищет ключи от квартиры, не находя их нигде. Ужасное осознание того, что он забыл их у Чана дома, что ему снова придётся выйти на холодную улицу, и самое страшное, что придётся отдать Хвану шарф и навсегда разойтись заставляет Феликса закрыть глаза ладонями. - Что-то не так? - спрашивает Хёнджин, кладя свои ладони поверх рук Феликса, опуская их на уровень подбородка, открывая прекрасный вид на завораживающие глаза парня, получая, возможно, последнюю возможность утонуть в них. - Я забыл ключи у друга дома. Спасибо, что помог, - Феликс нехотя отстраняется, максимально оттягивая время, прежде чем снять шарф Хвана. Жадно вдыхает приятный аромат, запоминая каждую его нотку. В воздухе снова повисает молчание. Ли тянет руки, чтобы снять шарф, как вдруг Хёнджин все таки подаёт голос. - Не хочешь тогда пойти пока ко мне, на улице такая метель... Переждешь хоть немного и вернёшься. Этих слов Феликс никак не ожидал услышать, но был рад им больше всего на свете. Дома его все равно никто не ждёт, смысла отказываться от предложения Хвана у Ли нет. - Если ты не против, конечно... - неуверенно, максимально тихо отвечает Ликс. - Я живу в соседнем подъезде, пойдём. Не говоря ни слова больше, Хван вновь берет Феликса за руку и выводит на улицу. Ужасный ветер пробирает насквозь. Парни быстро перебегают из подъезда в подъезд. Все ещё молча поднимаются к квартире Хвана, заходя внутрь. - Дома есть кто-то? - шёпотом спрашивает Феликс, приближаясь к уху Хвана. От такого резкого движения Хёнджин вздрагивает. - Нет, я живу один. В темноте снимая обувь Хван проходит в коридор, нажимая на выключатель. Яркий свет заставляет обоих парней зажмуриться. Феликс заминается на пороге. - Снимай обувь и проходи, не бойся, я не кусаюсь, - улыбается Хёнджин. Феликс снимает кеды, и только тогда Хван понимает в чем дело. Голыми, всё ещё красными ногами Ликс ступает по паркету. Хёнджин убегает в спальню, тут же возвращаясь с пушистым тапочками-зайцами. Щеки Ликса краснеют от смущения. Его ножки оказываются такими же миниатюрными, как и руки, и он буквально тонет в тапочках, смешно шагая с пятки, дабы не потерять их по дороге, в итоге запинаясь и вновь падая прямо на Хвана, чем вызывая у того смех. Ли смущается ещё сильнее и снова прячет глаза за ладонями. - Такой крохотный, что ж мне с тобой делать, - думает Хван. - Точно! Он подбегает к тумбе, перерывая обувь, вытаскивая из глубины маленькие розовые тапочки. - Их носила моя сестра, надеюсь ты не против. - Спасибо большое, - надевая обувь по размеру, облегчённо выдыхвет Ликс. Парни проходят на большую кухню. Феликс садиться на кресло, и дабы сгладить неловкое молчание Хван протягивает Ли пульт. - Посмотри пока что-нибудь, я сбегаю в ближайший магазин, а то в холодильнике совсем пусто. - Нет, не оставляй меня одного, - вскрикивает Ликс, словно испугавшийся ребёнок. Хёнджин не ожидавший такой реакции, сам включает первый попавшийся фильм, ещё сто раз утверждает, что вернётся через 10 минут, и уходит. Сбегая по лестнице, Хван снова сталкивается лицом к лицу с ледяным ветром, бежит в соседний магазин. Чуть-чуть смвхивая на сумасшедшего, он кидает в корзину все от шоколадного печенья, до нагетсов. Расплатившись Хёнджин быстро возвращается домой. В очередной раз преодолевая лестницу, он открывает дверь в квартиру. Звуки фильма так же доносятся с кухни. Хван радостно проходит, и перед ним открывается слишком умиляющая картина: Ликс, уснувший на кресле, подогнул ноги к груди, а маленькие руки спрятал в рукава свитера, но что больше всего удивило Хвана - Ликс был укутан в шарф, который Хёнджин повесил сушиться на батарею в ванной. И тот факт, что все это время на спинке кресла висел тёплый плед служил поводом для ещё одного десятка вопросов. Зато это дало Хвану понять, что Ликс успел изучить квартиру, но так же и ввело в огромнейшее заблуждение. Оставив это, Хёнджин выключил телевизор, разложил продукты, налил себе чашку чая и сел за стол, напротив спящего Ликса. Хван долго молча сидел, думая над тем, кто вообще такой Ли Феликс, и почему он прямо сейчас спит в его квартире, укутавшись в его любимый шарф. Когда он взглянул на часы, увидев, что короткая стрелка уже достигла трех часов, Хёнджин тяжело поднимаясь ушёл в свою спальню, с так и крутившимися в голове вопросами, не нашедшими ответов. *** Тёплое одеяло, по утрам кажущееся в сто раз приятнее чем когда-либо, согревает ноги Хвана. Он перекатывается с одного бока на другой, открывая телефон. Время близится к десяти часам утра. Достаточно позднее пробуждение для Хёнджина, обычно встающего в восемь. Каждое утро, проснувшись, Хван лежит, смотря в окно. И сегодня не исключение. Вот только шум с кухни заставляет Хёнджина не на шутку перепугаться. Он живёт один, животных тоже нет. И только сейчас он вспоминает, про Ликса, оставшегося спать на кресле. Хёнджин подскакивает и прямо в пижаме, с растрепанными волосами бежит на кухню. - Доброе утро, ты что такое делаешь?! - глаза Хвана тут же раскрываются, а в нос бьёт приятный аромат выпечки. - Прости, я немного порылся у тебя. Не думал, что найду все нужные ингредиенты, но ты, кажется, тоже готовишь себе вкусняшки. Не зря ночью Хван скупил пол магазина, точно не зря. Аппетитные брауни остывали на столе. - Ты что волшебник? - удивлённо выдал Хван, не скрывая желания попробовать выпечку. - Вовсе нет, - усмехнулся Ли, останавливая тянущуюся к брауни руку Хёнджина. - Нужно совсем немного подождать! Хван посмотрел на Ликса, который продолжал держать его за руку. Они сталкнулись взглядами и стали ждать, кто же первый уберёт руку. Щеки Ликса выдали его смущение, и руки вновь потянулись к лицу, но на этот раз Хёнджин остановил их, ставя Ли в максимально неловкое положение. - Не прячься от меня, ты такой прекрасный, когда смущаешься. - Отпусти! - засмеялся Феликс, стараясь вызволить свои руки, но в силу своего маленького роста и хрупкого телосложения не мог противодействовать двухметровому, как ему казалось, Хёнджину. Тот же обхватил Феликса, обнимая, продолжая крепко сжимать маленькие запястья. - Ладно, ладно, я сдаюсь! Хван наконец отпустил Ли, и пока тот переводил дыхание от смеха, стащил одно брауни, положив в рот. Когда Феликс заметил это, Хван уже закрыл глаза, с блаженством глотая последний кусочек. - Это безумно вкусно! Никогда не пробовал подобного, - восклицал Хёнджин. Ликс лишь смотрел и широко улыбался. - Думаю, за такой вкусный завтрак ты заслужил ещё одну порцию тёплых объятий Хвана Хёнджина. Феликс смеясь, побежал прочь с кухни, забегая в спальню Хвана и прыгая в незаправленную кровать. Хёнджин, догнав его, так же прыгнул на кровать, и они продолжили, громко смеясь, дурачиться, как дети.