failure

      Солнце слепит глаза. «Такое яркое и такое бесполезное» – делает вывод Аой, когда остатки тепла окончательно покидают его, а солнце всё также не находит обязательным выполнять роль отличную от декорации. И даже при всей попытки одеться потеплее, ощущение того, что он вот-вот превратится в ледяную статую, вцепилось отчаянно, не отпуская, словно моля: «Может, всё же вернёмся домой?». Отказать в прогулке Тэру – невозможно, даже сейчас, зимой, что так ненавистна Аканэ за пробирающий до костей холод. Однако то, что ему приходится тут торчать – его вина, он же припёрся пораньше, а не Минамото опаздывает и, как назло, телефон разрядился! Ни попросить прийти пораньше, ни перенести место встречи хотя бы в кафе, что в пяти минутах ходьбы отсюда, ни-че-го. Оставалось только ждать и молиться, чтобы этот придурок пришёл как можно скорее, оставалось в районе десяти минут, потому и смысла изворачиваться ради тепла Аой не видел, ровно, как и Минамото позади себя.       Ощущение ледяных рук без перчаток на своём лице, было именно тем, что могло добить Аканэ окончательно, но тот героически держался, то ли из осознания того факта, что не придётся больше торчать на этой остановке, то ли из соображений о том, что месть можно отложить на тот момент, когда они будут там, где потеплее.       – У-га-дай кто! – довольно тянет знакомый голос, а некогда первая школьная тайна в мечтах так и даёт хороший подзатыльник Минамото. Увы, только в мечтах.       – О, неужели это самый бесстрашный и великий экзорцист семьи Минамото — дивится собственным догадкам, руки с лица убирает, да с нескрываемым смешком к виновнику оборачивается – Собственной персоной – Минамото Коу!       Видеть как изменилось лицо Тэру с последним произнесённым словом – бесценно. Сдержать смех Аой уже не смог, да и надо ли? Шутка удалась и он мог смеяться, отчасти отпустив своё раздражение. Отчасти. Не церемонясь, берёт руки Тэру в свои и ничего не говоря – греет, знает, что смысла отчитывать того – ноль. Минамото же наслаждается этой безмолвной заботой, с досадой подмечая, что у Аканэ руки не намного то и теплее.       – Может, ко мне?       Либо на улице и вправду так холодно, либо Аой чересчур чувствителен к холоду – плевать. Минамото смахнул свои ожидания по поводу этого дня окончательно, когда понял, что зимняя прогулка не стоит того, чтобы Аканэ так мёрз.       – Почему бы и нет — довольно быстро соглашается Аой, считая это вполне приемлемым и, главное, тёплым вариантом.       Дома у Минамото хорошо, так хорошо! Пока Тэру заваривал чай, Аканэ нашёл плед, в который позже успешно укутался сидя на диване, в ожидании своего чая.       Наконец Тэру ставит горячие кружки на столик, да усаживается с Аоем, вид которого неимоверно забавляет. Растрёпанный хвост, щёки горят и взгляд, в котором теплится жизнь при виде чая. Ничего особенного, что-то обыденное, но такое... Домашнее? Минамото приобнимает себя, примеряя на себя роль жертвы мороза, пока не чувствует, как Аканэ услужливо делится с ним его же пледом. Хватает момент, да Аоя в объятия, лишая того последнего шанса взять чай.       – Слишком горячий, пускай остынет – заранее оправдывая свои действия, выдаёт Тэру.       Аканэ лишь смеётся про себя, обнимая в ответ.