давай сбежим

пустое темное помещение, нет и намека на жизнь, лишь режущий звук коньков по льду, холод пробирает до костей, но парень, что сейчас совершает невероятные прыжки и кружится по этому льду, давно привык к холоду, даже больше – холод ему нравится. сейчас пять часов утра, но это не дает слабины, сонхуну нужно отработать все движения до идеала, ему абсолютно все равно на явный недостаток сна, просто потому что по-другому он не умеет. впереди еще учеба, а после опять каток, домашка и пара часов на сон. расписание никогда не меняется, только иногда пак позволяет себе расслабиться и провести немного времени с его друзьями: пак чонсоном и ли хисыном. те каждый раз стараются вытащить парня из этого дерьма и дать вдохнуть полной грудью. разве хун хоть раз их слушал? он упрямый, как бык, все сам прекрасно знает, знает и все равно продолжает утопать в своей безысходности. – да ты так всю жизнь на своем катке проведешь. – чонсон явно недоволен младшим, который сейчас нагло заявляет о том, что у него важные соревнования и завтра они не смогут встретиться. хисын сидит рядом, тяжело вздыхая, уже и не старается уговорить, он знает, у них так и не получится уломать парня на отдых, позабыв обо всем другом. сонхун не может даже подумать о том, что что-то пойдет не по его расписанию, что он хоть раз в жизни не проведет день так, как запланировано, что он сможет отойти от правил и посмотреть на жизнь под другим углом, пока в его жизни не появляется он. самый отбитый на голову, с невероятно обаятельной улыбкой австралиец. шим джеюн пришел совсем внезапно, неожиданно и вообще пак терпеть не может спонтанность. у него есть расписание и он обязан его придерживаться. спонтанность сбивает с толку. шим джеюн или, как представился сам парень, джейк, самый спонтанный человек из всех, кого сонхун когда-либо встречал. не то, чтобы людей было много в его жизни, но такого, как джеюн – впервые. казалось бы, как хун вообще пришел ко всему этому, тот день был против пака с самого утра, сонхун был слишком зол и растроен настолько, что готов был закрыться один и никогда больше не видеть этот мир. ему сократили время на льду, а о соревнованиях мог и не мечтать. из-за травмы головы, случившейся несколько дней назад, сонхуна сняли с отбора и всех мероприятий на месяц. это точно не входило в его планы. это полная катастрофа, он уже сам понимает, что бредит, но все это время делал вид, что все нормально. но и в себе держать пак тоже больше не в силах. в универе ему тоже жизнь решила сделать подарок и не один. к слову, сонхун подарки тоже не любил. сначала ссора с джеем, тот, узнав о травме, настаивал взять хотя бы один выходной и отказаться от всего, лишь бы отоспаться и привести свои мысли в порядок, хун уважал всю эту заботу, но казалось, пак лезет не в свое дело. и почему это все случается в один день. так еще и идя по коридору, какой-то парень сбивает пака с ног, он почти падает, но парень, что врезался, оказывается шустрее и перехватывает руку сонхуна, предовращая дальнейшее падение. они смотрят в глаза друг другу и пак понимает, что упал в пропасть… – прости, прошу, прости меня, я правда не хотел, п..прости, – австралиец закусывает губу и виновато смотрит куда-то под ноги. нет, сонхун, ты не можешь, это невозможно, взять и забыть обо всем на свете, просто смотря на незнакомца. безумно красивого незнакомца. зачем джейк разъезжал на своем скейте по универу и почему врезался именно в сонхуна, зачем смотрел прямо паку в глаза еще и губы жевал. разница в росте давала о себе знать, не то, чтобы у сонхуна дыхание спирало от того, как шим смотрит на него, это останется в памяти, будет маленькой тайной, о которой, никто, конечно же, не узнает. выглядело сексуально, но по сути, этот парень всего лишь просил прощения. что за чертовщина в голове пак сонхуна. сердце, видимо, забыло как стучать. зачем этот незнакомец так жалостно и так искренне просит прощения, зачем он вообще проявляет инициациву в общении, разве не все еще знают сонхуна как ледяного принца, тем самым стараясь не связываться с ним? – джеюн, но для друзей, я джейк, – вылетает из уст парня и он тянет руку в качестве приветствия. сонхун смотрит на него оценивающе сверху вниз, разница в росте, все-таки, капельку, давала о себе знать, он тут же надевает маску ледяного принца, эта маска помогает ему огородить себя от всего мира. все ради собственной защиты. – очень приятно, но я не завожу новые знакомства, – фыркает сонхун и уже собирается уходить, как джейк снова останавливает его. – могу ли я быть исключением? – и снова эти глаза, пожирающие все остатки здравого ума. – прости, но мне пора, я свои принципы не нарушаю. пак скрывается настолько быстро, что джеюн не сразу понимает в чем дело. но на вопрос сонхун так и не ответил. да, джеюн может быть исключением. после той встречи сонхун места себе найти не мог. австралиец занимал девяносто процентов его мыслей, несмотря на то, что раньше все мысли были только о фигурном катании и немного об учебе. хотелось узнать шима поближе, пак чувствовал, у них много общего, но так же, он был полной противоположностью джейка, а противоположности – притягиваются. в универе они тоже больше не пересекались. джеюн что, сквозь землю провалился? куда этот австралиец делся. да с чего сонхун вообще о нем постоянно думает, это, как и много другое, опять же, не входило в его планы. еще через неделю, шим приходит сам. как всегда спонтанно. сонхун даже не сразу замечает его. сегодня лед открыт и все желающие могут посмотреть на тренировку, иначе – день открытых дверей. людей достаточно много, но среди всех, пак улавливает ту самую теплую улыбку, сверкающие глаза, точно звезды, и хун не может оторвать взгляд. с трудом отворачивается, снова притворяясь, что ему все равно. но это далеко не так. лед для сонхуна как второй дом. нет, даже первый, здесь он проводит почти все свое время, здесь он чувствует себя в безопасности и на коньках стоит увереннее, чем на земле. когда он делает какие-то прыжки или кружится по льду, то даже не задумывается о том, что кто-то может этим восхищаться, для хуна это что-то обыденное, он перестает думать о чем-либо другом, отдаваясь полностью льду и этой, пробирающей до костей, прохладе. но джейк занимает все его мысли, даже сейчас. пак либо уже бредит, либо джеюн правда тут и смотрит на сонхуна, не отрывая глаз и улыбается, но чему именно? – мне сказали, ты, обычно, пьешь горячий шоколад, – джейк протягивает стакан с напитком, как только сонхун заканчивает свой отъезд и выходит за лед. пак пугается, но джеюну показывать свою слабость нет желания, он же ледяной принц пак сонхун, не знающий, что такое страх, но черт. даже о горячем шоколаде никто, кроме чонсона, не знал. это же слабость. сонхун пару секунд смотрит то на джейка, то на стакан, колеблется, сам не понимая почему и все-таки забирает стакан из рук австралийца. да, сонхун холод любит, но тепла ему хотелось куда больше. – спасибо, что-ли, – отрезает сонхун и жестом показывает на трибуны позади. – ты как узнал о... – хун облизывает сухие губы и опускает голову, смотря на пар, исходящий еще от неостывшего напитка. – с чонсон-хеном подружился и поэтому, он тебе проболтался? – да. то есть нет. с чонсон-хеном я уже знаком, но про горячий шоколад сказала буфетчица. – шим улыбается по-доброму, мысленно радуясь тому, что попал прямо в точку. сонхун улыбку не видит, он не смотрит на джеюна, но чувствует ее, и чувствует, как тепло разливается по телу с каждым глотком, даже на душе как-то спокойнее. – думаю и имя ты мое знаешь, да ведь? – джейк пару секунд смотрит куда-то в пол, улыбаясь, но на вопрос отвечает, хоть и немного с опозданием, снова смотря прямо глаза. – сонхун… пак сонхун. но джеюн больше ничего не скажет, не скажет, что у старосты выпрашивал номер; не скажет, как искал личное дело сонхуна; не скажет, насколько ему было неловко спрашивать того самого чонсона, где сонхун чаще всего проводит время, он ничего не скажет. а сонхун не скажет, что слышать свое имя с уст этого парня готов вечность. пока что точно. и если бы сонхун только знал, насколько он влип, а он только предполагает и даже это пугает его. хун отрицает все и сразу. отрицает симпатию, отрицает и то, что он не может отказать джейку, но все равно это ничем не помогает убрать австралийца из головы. и вот за что ему на голову свалилась такая тяжесть, в виде прекраснейшего парня, от которого пахнет так свежо и исходит один комфорт. без всего, что происходит сейчас, было так просто, хотя казалось, куда еще тяжелее. но тогда бы, хун не увидел самую очаровательную улыбку в мире, не услышал бы этот мягкий, с хрипотцой голос, отчего мурашки по коже, не увидел бы этих шоколадных глаз, между прочим, если в них долго смотреть, можно разглядеть миллиарды звезд. мысли разносит в разные стороны, а мозг старается взвесить все «за» и «против», но, как не странно, ничего не получается. нет, он не может влюбиться, где же сейчас этот ледяной принц, почему он с каждой только мыслью о джейке.. сходит с ума, рассыпается на миллион осколков, что невозможно уже собрать. он может сколько угодно отрицать, но от судьбы не убежишь. и только тогда, когда джеюн выводит сонхуна с катка, сжимая несильно его запястье и шепчет на ухо тихое «просто доверься мне»; когда сонхун по непонятной ему же причине действительно доверяется; когда каждый день теперь джейк ждет хуна с тренировки и они проводят вместе вечера; когда около дома слишком долго для «просто друзей» обнимаются; когда сонхун понимает, что хочет большего, чем просто объятья; когда каждое касание джеюна отдается дрожью в теле, вот тогда сонхун и понимает, что никуда уже не деться и ничего не остается, как принять свои чувства. но из этого возникает другой вопрос: а взаимно ли это? и вообще, чувствует ли джейк то же самое? или хотя бы нечто похожее?

***

сонхуну уже второй час не спится. обычно, он приходит домой, быстро делает все рутинные дела, ложится в постель, тут же проваливаясь в сон. но сейчас не получается и глаз сомкнуть. он просто лежит смотрит в потолок, копошась у себя в голове, мыслей так много, что тут точно не до сна. и, конечно же, эти все мысли об этом самом спонтанном австралийце, что без разрешения так нагло ворвался в его жизнь, а теперь еще и сердце крадет. бессовестный. за время общения с джейком, сонхун изменился до неузнаваемости, но он только благодарен за это, джейк вытащил его из ямы, помог подняться и попробовать жить в удовольствие, то, чего так не хватало. и это именно то, чего не смогли даже чонсон с хисыном. комната освещается на пару секунд и сонхун переводит взгляд на телефон. пришло уведомление, ну вот кто будет писать почти в час ночи, если не шим джеюн? пак разочарованно вздыхает и открывает диалог. jake. «спишь?» «я знаю, что не спишь, ответь.» «о, ты тут, отлично.» me «что у тебя там стряслось?» jake. «ничего не стряслось, хочешь прогуляться? ты все равно еще долго заснуть не сможешь, пойдем.» и откуда у джейка столько уверенности? хотя, это так и есть. джейк снова видит хуна насквозь. невозможный. как ему это вообще удается? me «время видел? кто в час ночи гуляет, джейк, тебе пора спать.» jake. «ты как маленький, давай одевайся, я уже подхожу к твоему дому» me «ты дурачок, джейк.» нет, это ты дурачок, пак сонхун, раз ведешься на все это. хун выключает телефон и обреченно вздыхает, он мог отказать, послать джеюна куда подальше, мог остаться дома и дальше сверлить взглядом потолок, но жажда чего-то нового и непредвиденного пульсом отдавалась по всему телу, сонхуну не оставили выбора. может, это адреналин в крови кипел, а может, он с ума сошел из-за влюбленности, он сам еще не понимает это незнакомое ему чувство, но уже через десять минут стоит у своего дома и видит фигуру, приближающуюся к нему, это точно шим джеюн, пак узнает его из тысячи.

***

– куда мы идем? – хун все еще не до конца оценил ситуацию и плохо понимает происходящее, так что, это первое, что пришло на ум. – у тебя плохая успеваемость в школе, и тебе писать экзамен, поэтому помогу подготовиться к предстоящей работе, как насчет библиотеки? – джейк в вопросе поднимает бровь и ухмыляется, будто уже наперед знает, что сонхун не откажет, нет, он сначала поворчит, но джеюну грех отказать. – в библиотеку? серьезно? тебе напомнить время? как мы вообще туда пройдем?.. – пак сонхун не пак сонхун, если не будет говорить, что правильно, а что – нет. даже если сделает все с точностью не так, как сам говорил. – о, ты только что согласился. – джеюн улыбается искренне, выставляя на показ два ряда ровных зубов. – у меня все под контролем, просто доверься, окей? – сонхун на это лишь закатывает глаза, но снова полностью отдается джеюну. если поймают, им крышка, но это кого-то из них останавливает? сонхуну нравится ощущать этот адреналин, это намного отличается от тех ощущений, что на льду, хуну нравится быть ведомым, теперь уже поздно что-либо менять, пак утонул в этих чувствах и ему до одури хорошо. младший про себя отмечает, что это даже романтично, сидеть одним в библиотеке, в полной тишине, с единственным источником света только от фонариков, что были взяты джейком. пак никогда не ощущал такого спокойствия на душе. но джеюн, читающий какую-то книгу, куда интереснее, он совмещает в себе все. хун не понимает, как человек может быть таким умным и начитанным, при этом, нарушая всевозможные правила. время проносится слишком быстро, настолько, что пак разочарованно вздыхает, когда джейк говорит, что уже скоро пора уходить, библиотека откроется через пару часов и будет невесело, если их засекут. – давай, сонхун, напряги свои извилины, тебе всего ничего осталось выучить. – ну вот что сонхуну делать, если не дается ему эта несчастная химия. все эти формулы и соединения, не понимает он их, а если не сдаст экзамен, не видать хорошей жизни. джейк оказывается рядом как обычно внезапно, что пробегают мурашки по коже. а потом шим касается. кончиками пальцев ведет по руке, поднимаясь все выше, его дыхание отчетливо слышно возле уха, джеюн настолько близко, что сонхун перестает двигаться и замирает. джеюн в каждой клетке, его так много и так мало одновременно, сонхун точно сходит с ума. – не отвлекайся, продолжай. – на ухо шепчет шим, а после прикусывает мочку. он уже губами касается плеча, оставляя поцелуи-бабочки, хуну становится слишком душно, в глазах уже двоится, невозможно разглядеть написанное, настолько приятно, что живот скручивает. а джеюн свою сладкую пытку продолжает. руками уже ведет вверх по бедрам, оставляет поцелуи в уголке губ, крышу срывает окончательно, хочется больше, хочется до белых вспышек перед глазами. джейк видит эти метания, решает уступить и целует. такое хун ощущает впервые. слишком опьяняюще, хотя никто из них ни грамма не пил, это все слишком. джейк подхватывает пака под бедра, усаживает на стол, а сам располагается меж раздвинутых ног. их поцелуи и прерывистое дыхание слышны на пол библиотеки, но даже этого мало. сонхун уже не отдает себе отчет действий и в следущее мгновение скребет своими аккуратными ноготками по подкаченной груди шима, хун соврет, если не скажет, что представлял это у себя в голове, старший на это резко выдыхает и переключается на шею, исследуя и помечая, что по праву теперь принадлежит и ему. оставляет первый, но далеко не последний засос на острой ключице, сонхун зарывается пальчиками в мягкие волосы джеюна и уже скулит от переизбытка ощущений, первый стон вылетает из губ, когда джеюн накрывает ладонью возбуждение, что уже давно требует к себе внимание. их языки танцуют чарующий танец и, кажется, оба уже выучили каждый уголок чужого рта. снова так же неожиданно, без лишних слов, джейк оказывается на корточках и смотрит своим пожирающим взглядом снизу вверх, сонхун готов стать верующим и молиться всем существующим и несуществующим богам, лишь бы не кончить прямо сейчас. старший ловко стягивает штаны вместе с бельем с пака, тот не успевает ничего сказать, как какой раз за день дрожь пробирает по всему телу и тут же чувствует, как эти пухлые губы, что только что целовал, охватывают головку его члена. хун зажмуривает глаза, сильно сжимая плечи шима, а тот давит языком головку и берет наполовину, причмокивает, будто сосет вовсе не член, а конфету и как только младший открывает глаза, то сталкивается взглядом с инициатором всех этих злодеяний, старший улыбается и все так же смотря в глаза сонхуну берет до конца, отдаваясь полностью без остатка, сонхун стонет уже в голос, тут же прикрывая рот рукой, но джейк показывает, чтобы хун убрал руку. "не прячься от меня" – проговаривает вполголоса, продолжая свое дело. вскоре, сонхун уже сам толкается в рот, желая скорее получить разрядку и джейк исполняет желание. словно ток проходит по всему телу и младший со стоном изливается в рот джейка, тот проглатывает все, поднимается и через поцелуй делится с сонхуном его же вкусом. – нам пора уходить, пока нас не застали еще и в таком виде, – шепотом, тяжело дыша, в самые губы проговаривает джеюн и снова целует, хоть и сам же секунду назад говорил, что им пора. – а ты как, ну.. – сонхуну определенно неловко об этом спрашивать, неважно, что джейк ему буквально пару минут назад отсосал, неловкость никуда не исчезла, хун стал только сильнее заливаться краской осознавая, что только что, черт возьми, произошло. – мы обо всем поговорим позже, ладно? мне сейчас было не менее хорошо, не парься об этом. – они сталкиваются лбами, давая себе несколько минут на отдышку, потом быстро собираются и выходят через черный вход, собственно, откуда и пришли. если у сонхуна спросить, любит ли он спонтанность, он скажет, что да, он любит. он любит джейка, саму спонтанность, но на душе в миллион раз теплее от осознавания, что эта спонтанность любит его в ответ. и да, сонхун сдал химию на максимальный балл.