Too intelligent for that

      Хан Джувон был довольно высокого мнения о собственном интеллекте. Диплом с отличием полицейской академии кому попало не выдавался, и даже положение его отца не могло сыграть здесь ключевой роли — он и в самом деле добился всего сам и имел право испытывать чувство гордости за свои успехи. Хан Джувон никогда не сомневался в высоте своего интеллекта. До тех пор, пока не перевёлся в участок Маняна и не встретил там полицейского средних лет, оформлявшего толпу женщин за азартные игры. Инспектор Хан и не подозревал, через какие медные трубы ему придётся пройти с этим удивительным мужчиной. Ли Донсик не спешил опровергнуть ужасные сплетни местных о себе, жил уединённо. Слыша предположения о том, что он безжалостно убил родную сестру, Донсик только улыбался своей безумной улыбкой. А если не улыбался, то смотрел, смотрел, и у сплетника пропадало малейшее желание развивать тему. Донсик. Убийца Ли Донсик, как звали его местные, как думал о нем Хан Джувон. Вот такой вот убийца, в качестве хобби разыскивающий стариков с деменцией по тростниковым зарослям. Ненормальный Ли Донсик, как думало, вероятно, большинство знакомых ему людей. Джувон прекрасно помнил вечер, когда Ли Донсика выгнала из кафе хозяйка. Он видел всё, прячась за углом и по привычке не спуская глаз с Донсика. Видел, как окаменело лицо Донсика, когда в его сторону полетели ужасные обвинения, приправленные солью, которая запуталась комками в его опрятных волосах. Как, пытаясь казаться весёлым, он вышел за дверь (и больше никогда ни его нога, ни нога Джувона не пересекала порог закусочной). Тогда Джувон с возмущением подумал: «Смешно тебе?» И обладатель диплома с отличием ошибся. Далеко не впервые. Джувону больно и стыдно вспоминать, как он, стоя на тростниковом поле, бросил в лицо Ли Донсику ужасные слова. «Ли Юён, ваша сестра… Уверены, что не убивали её?» Ли Донсик тогда медленно повернулся к нему, заглянув прямо в глаза, и губы его сложились в страшную улыбку. Тогда Джувон подумал: «Да ты ненормальный ублюдок! Смеёшься? Тебе плевать, правда?» Теперь он был готов отрезать себе язык, чтобы никогда более не причинять словами такой боли. Когда Ли Донсик плакал, не сдерживаясь, утирая слёзы рукавами, Джувон думал: «Тебе бы в театральный, ишь, как хорошо играешь. Но ты меня не проведёшь даже крокодиловыми слезами, потому что я, черт возьми, умнее.» Сейчас он горько жалел, что не предложил тогда Донсику своё плечо и утешение. Джувон думал, что он умнее, образованнее какого-то провинциального копа, но цитировал его слова и копировал его (не самые правомерные) действия, поскольку Донсик был прав, а он, Джувон, кругом ошибался.       Донсик простил ему его глупость, Джувон точно это знал. Он увидел прощение в его глазах и улыбке, когда оторвал лицо от закованных рук Донсика, над которыми плакал. Донсик улыбался ему так нежно, что у Джувона, всё ещё всхлипывающего, сперло дыхание. Поддавшись порыву, Джувон притянул руки Донсика к своему лицу и горячо поцеловал их. После чего принялся расковывать его. — Что ты делаешь? — Улыбка пропала с лица Донсика. — Хватит страданий, Донсик, — процедил Джувон, воюя с наручниками, — теперь ты не смутишь меня своими речами, и я сделаю так, как сочту нужным. Ты вручил мне свою свободу, и я волен вернуть её тебе назад. Так будет правильно. — Ты нарушаешь правила, Джувон-а. И ради чего? Меня? Меня, который хочет, жаждет наказания? Я не узнаю тебя, Джувон. Кто ты без своих правил? — Я не знаю, кто я без правил, но я не хочу быть тем, кто отправит тебя за решётку! — Огрызнулся Джувон, срывая наконец с него наручники. — Ты потерял родных, ты страдал на протяжении двадцати лет, тебя ненавидели и оскорбляли твои обожаемые соседи, тебя подозревали в убийстве все, кому не лень, а я был первым из них. Если ты когда-нибудь грешил, ты уже давно искупил все свои грехи. И я не буду тем, кто снова станет причиной твоих страданий. Донсик покачал головой, потирая запястья. — Я пойму, если ты не захочешь больше знать меня. Я был таким глупцом, я причинил тебе столько боли, я сын… убийцы твоей сестры… — Мне было плевать, чей ты сын, со дня твоего появления в участке. Почему теперь мне не должно быть всё равно, — перебил его Донсик, — я может быть и ненормальный, но не совсем выжил из ума, чтобы не видеть разницы между тобой и твоим отцом. — Мне не плевать, — на глаза вновь навернулись слёзы, и Джувон потупил их. — Джувон-а, — ласково позвал Донсик, — ты совершенно не похож на своего отца. Ты добился справедливости для моей Юён, пойдя против своей семьи. Честно говоря, я был поражён тем, как ты вырос с нашей первой встречи. И, как я когда-то уже говорил, ты мне определённо нравишься, инспектор Хан Джувон.       Джувон прерывисто вздохнул, сдерживая рыдания, и прислонился лбом к тёплому плечу Донсика. Руки Донсика немедленно обвили его, предлагая утешение. — Спасибо, что нашёл в себе силы простить меня, Донсик. Мне кажется, я бы умер, если бы ты не простил меня, — добавил он шёпотом. В объятиях Донсика было тепло и спокойно, пахло Донсиком, и Джувон не мог вспомнить, когда последний раз ему было так же хорошо рядом с кем-то. — Идём, Джувон, не стоит показываться репортёрам, — наконец позвал Донсик, утешающе похлопав его по спине, — как закончим тут, поедем обратно в Манян, если ты захочешь. — У тебя же теперь работа в Сеуле, — Джувон поднял на него глаза, — Ты… — Мне тут делать нечего, — помолчав, ответил Донсик. — Не руби с плеча, — посоветовал Джувон, — ты заслужил это место. Донсик лишь усмехнулся и потянул его к выходу.

***

      Незаметно Донсик стал одним из самых важных людей в жизни Джувона. Не сказать, что в его жизни в принципе было много народу, но он, как ни любил одиночество, дорожил теми, кто много значил для него.       Они не виделись с Донсиком всего лишь несколько дней, а Джувон уже скучал. Ловя себя на мыслях о нём, он расстроенно шипел что-то себе под нос и старательно думал о другом. Сходить с ума из-за Донсика было плохой идеей. Джувон и сам не мог понять, чего хотела его душа от Донсика, отчего он постоянно был мыслями с ним. Душа желала встречи, но повода не было, и одним вечером Джувон решился просто пойти в мясную лавку Ю Джеи, надеясь увидеть там Донсика. — Хан Джувон, — приветствовала его Ю Джеи, хорошенькая хозяйка лавки. От её улыбки, должно быть, ёкало не одно сердце. Но не сердце Джувона, и Джувон был даже рад, что мог просто наслаждаться её дружбой. — О-о, какие люди решили почтить нас своим присутствием, — тут также сидели О Джихва с братом и — сердце Джувона зачастило — Донсик. Тот ничего не сказал, лишь улыбался ему нежно, как умел только он, и некстати вспомнилась его фраза «Ты мне определённо нравишься, инспектор Хан Джувон». Джувон верил ему, поскольку людям, которых Донсик терпеть не мог, не позволено было видеть его таким мягким и расслабленным, слышать его порой глупые заигрывания, как тогда, в допросной, когда он придвинулся вплотную к Джувону, а Джувон отстранился, закатив глаза. Хотя, если подумать, он и с друзьями вроде О Джихвы и Ю Джеи себе такого не позволял… Джувон подсел к Донсику, повернувшись к нему корпусом. — Привет… — Давненько не виделись. Был занят? — Поинтересовался Донсик, опрокинув в себя остатки макколли в рюмке. — Не совсем, просто… Не знаю. Хотел обдумать всё снова, — слова давались Джувону тяжело. Донсик покивал с серьёзным видом, будто молодой полицейский сказал что-то чрезвычайно умное. — Слушай, Донсик-а… Ты не хочешь прогуляться? — предложил вдруг Джувон, будто не хотел говорить при свидетелях, хотя у него и не было никакого секретного разговора к Донсику. Тот резво поднялся, выражая готовность идти, куда Джувону было угодно. — Я не прочь размяться, — Донсик встряхнул ногой, которая, кажется, уже не болела, и вышел следом за Джувоном. Друзья проводили их заинтересованными взглядами, но ничего не сказали. Обсуждение их поведения в лавке началось, как только за ними закрылась дверь. В молчании Джувон и Донсик прошли до конца улицы, Джувона разрывало от желания что-нибудь сказать Донсику, но тот опередил его: — Джувон, когда ты думал, что я убийца и расчленитель, ты регулярно врывался в мой дом, и я, заметь, тебя не гнал. Мне нужно убить кого-нибудь, чтобы ты зашёл просто навестить своего напарника? Джувон зарделся. — Я не приходил, поскольку ты не звал… Из-за своего поведения в прошлом в том числе… Я так часто нарушал твоё личное пространство, и это было совершенно недопустимо… Мне было бы стыдно явиться без приглашения вновь. — Тогда я тебе его даю, — торжественно заявил Донсик со своей глупой улыбкой, с которой он обычно строил из себя клоуна. — Благодарю, Донсик, — Джувон почтительно склонил голову, — я должен извиниться… — Хватит извинений, — замахал на него руками Донсик, — я давно всё простил. Помолчав, он добавил: — Я очень ждал, когда этот ублюдок Кан Джинмук ошибётся, и мы схватим его. Тяжело, когда весь город считает тебя убийцей… И когда так считаешь ты. Я мечтал о том времени, когда ты поймёшь, что я не плохой человек, когда мы сможем просто идти вот так, рядом, болтать, и ты не станешь смотреть на меня с яростью во взгляде… Ты красив, даже когда злишься, знаешь? Но так горько было видеть твою злость, направленную на меня… Джувон сглотнул ком в горле. — Теперь всё так и будет. Подожди… ты считаешь меня красивым? Донсик улыбнулся. — У меня просто есть глаза. Джувон смешался. Как этому мужчине удавалось так часто выбивать его из колеи? Всего лишь искренность и доброта насколько волновали его душу?       Они поравнялись с магазинчиком, принадлежавшим когда-то Кан Джинмуку. Теперь новый владелец этого места стоял напротив, с хорошо читаемым отвращением разглядывая неприметный фасад. — Мне становится противно, когда я думаю о том, что здесь годами жил настоящий монстр. И росла Минджон. Она ненавидела это место, и я теперь понимаю её, как никто другой. — Может быть, продать его? Или вообще сравнять дом с землёй и построить что-нибудь новое, — предложил Джувон. — Я уже почти разобрал его по кирпичику, пока искал мою Юён, — Донсик нехорошо усмехнулся, — Кан Джинмук столько работал, чтобы поднять на ноги своё дело, так старался. Мне будет не жаль сравнять с землёй годы его стараний, да ещё и поплясать сверху. Это именно то, чего он заслуживает. Чтобы даже памяти о нём не осталось на этой земле. Жаль только, что его самого уже не уничтожить вместе с домом. Я своими руками бы… — Донсик поднял руки ладонями вверх и потряс ими в приступе гнева. Джувон сжал его руки своими и заглянул в глаза, закрыв собой вид на обшарпанное здание. — Я рад, что ты не стал убийцей, Донсик. Что нашёл в себе силы не убить ни Кан Джинмука, ни моего отца. Ты хороший человек. Пожалуй, один из лучших людей, которых я вообще встречал, — он прижал руки Донсика к своей груди, удерживая за запястья, как будто наручниками. Донсик не сопротивлялся, смотрел пристально в глаза, а по его губам ползла улыбка. Небольшая улыбка появилась и на обычно холодном лице Джувона. Он никогда не улыбался во весь рот, но Донсик всё равно считал эти едва заметные улыбки очаровательными. Они так шли Джувону, этому снежному принцу Маняна. — Не хочешь ли воспользоваться моим приглашением прямо сейчас и зайти в гости? — Предложил Донсик, когда Джувон отпустил наконец его руки. Он никогда не прерывал прикосновение первым, будто длительный физический контакт с Джувоном не доставлял ему ни малейшего неудобства. Джувон тоже чувствовал себя вполне спокойно, несмотря на то, что обычно он пытался избегать прикосновений всеми силами. Но нельзя было отрицать, что Донсик давно уже стал для него «другим делом», исключением из правила. — Пойдём, — ответил Джувон с готовностью.

***

      Вечер в гостях у Донсика превратился в вечера. Они сидели рядышком на диване, много говорили. Вспоминать старались только хорошее. Донсик со слезами на глазах рассказывал о Минджон, о временах, когда она была маленькой, и он водил её на прогулки. Чаще, чем это делал родной отец, о котором старались не упоминать. Вспоминал юность, сестру, которая была ангелом для него. В такие моменты в голове Джувона вновь звучало «Ваша сестра… уверены, что не убивали её?», но он не подавал виду и улыбался, во время разговора изредка касаясь плеча или локтя Донсика. Каждый раз, когда это происходило, Донсик смотрел на него лучистым взглядом и улыбался, отчего в уголках его глаз собирались добрые морщинки, что поощряло Джувона касаться снова. Он не вполне осознавал, что должен делать с тем фактом, что рядом с Ли Донсиком он становился сентиментальным тактильным идиотом. Единственное, что он знал — он полюбил Донсика, как не любил ни одного другого человека. Поэтому однажды он обнаружил себя сидевшим в лавке Ю Джеи и допивавшим бутылку макколли под неодобрительным взглядом хозяйки. — Джувон, ради бога, что случилось? Тебя никто никогда не видел пьющим, — Джеи в очередной раз за этот вечер попыталась добиться ответа. — Мысли, мысли, мысли… Почему всё так запутанно, — Джувон неопределённо помахал рукой в воздухе. — Думаешь, это поможет тебе распутаться? — Джеи покачала головой, выражая своё неодобрение. — Нет. Не надо, Джеи. Не говори со мной, будто я дурак. Хотя я так себя и чувствую, дурак дураком… — Джувон поморщился и отодвинул от себя стакан. — Я написала Донсику. Он скоро будет здесь, — предупредила Джеи. — Зачем его тревожить, Джеи, — простонал Джувон, — я и сам… — Ты бы не сел за руль в таком состоянии, — заявила Джеи, — а кого ещё прикажешь звать, кроме Донсика? Не выпендривайся, Джувон! — Ладно, — вяло протянул Джувон, потеряв охоту спорить и уложив голову на сложенные руки. Донсик, так Донсик. Всё равно Джувон в итоге оказался бы у него. Когда в лавку примчался обеспокоенный Донсик, Джувону даже стало стыдно за то, что он посмел выпить и так напугать друзей. — Джувон, идти сможешь? Пошли, я отведу тебя домой, — Донсик бережно, но настойчиво потянул его за предплечье, и Джувону пришлось подняться на ноги. — Смогу, я же не беспомощный, — фраза была произнесена менее чётко, чем планировалось, и Джувон покорно направился к выходу. — Узнай, в чём дело, — тихо сказала Донсику Джеи, пока Джувон ковылял к двери, — я первый раз вижу его… таким. Донсик серьёзно кивнул в ответ и поспешил за младшим напарником. — Расскажешь, что случилось? — Осторожно поинтересовался Донсик, когда за ними захлопнулась входная дверь. Джувон пробурчал что-то себе под нос и, кое-как стащив ботинки, рухнул на диван Донсика. Тот сел туда же, подсуетился, и голова Джувона оказалась удобно лежащей на его коленях. Донсик задумчиво вплёл пальцы в волосы Джувона, приятно массируя ему макушку. — Ты нас до чёртиков напугал, Джувон. — Думаешь, я никогда не напивался? Серьёзно, Донсик, хоть кто-нибудь может этого избежать? — протянул Джувон. — Верю, что напивался. Но не здесь, не при нас. Даже когда ты столкнулся с серийником, увидел труп девушки в кувшине, когда… рухнула твоя семья. Что же случилось с тобой сейчас, Джувон? — Пробормотал Донсик, продолжая ласково гладить его по голове, как любимого, но неразумного ребёнка. Джувон перехватил его руку и прижал к своему лбу, затем приложил её к своей пылающей щеке. — Не знаю, как решить задачу, — наконец заговорил Джувон. — Задачу? — Донсик нахмурился. — Может, ты расскажешь мне? И я помогу тебе с решением. — Я люблю кое-кого, — констатировал Джувон, надувшись, — и боже, я понятия не имею, что должен со всем этим делать. — Любишь… — губы Донсика дрогнули, складываясь в лёгкую улыбку, — эх, молодость… Понимаю, это может выбить из колеи, а? Особенно такого серьёзного человека, как ты, Джувон. Просто… подумай о том, чего ты хочешь от связи с человеком. — Хочу, чтобы так же любили меня, — голос Джувона дрогнул, а губы невольно надулись, — сильнее, чем любят друзей. Или напарников. Донсик вздохнул. — Скажи мне, как же тебя можно не любить, Джувон-а… — Значит, любишь… — слабо произнёс Джувон, но с такой радостью, что Донсик удивлённо склонил голову, глядя на него. — Боже, Джувон… Ты слишком радуешься из-за того, что тебя любит такой одинокий старик, как я. Хватит улыбаться, говорят тебе. Джувон в ответ разулыбался, как сумасшедший. — Джувон, никогда больше не пей, ты меня пугаешь, — Донсик положил прохладную ладонь на его лоб, а потом вдруг убрал её и коснулся губами, будто хотел понять, есть ли у него жар. Почти заснувший Джувон распахнул глаза от неожиданности и воззрился на Донсика. — Ты только что поцеловал меня. — Что ты распереживался? Ты сделал это ещё раньше, помнишь? Ты целовал мне руки после того, как заковал их, — напомнил Донсик самодовольно. — Совершенно не по протоколу, — пробормотал Джувон сонно, — можете заявить об этом… — О да, сегодня же побегу с заявлением в участок. Инспектор Хан превысил полномочия и посмел целовать мне руки при задержании, — Донсик фыркнул и, заметив, что Джувона совсем сморило, бережно прижал его к себе, укачивая, будто задремавшего ребёнка.       Утром Джувон чувствовал себя ужасно неловко. В очередной раз он попробовал извиниться перед Донсиком за завтраком, который тот приготовил к его пробуждению. — Джувон-а, немедленно прекрати! Ты за последний месяц наизвинялся на годы вперёд, — воскликнул Донсик, шумно отпивая кофе, — случается с лучшими из нас. — Я вечером… говорил всякое… — закинул удочку Джувон. Донсик вздохнул и отставил чашку. — Мы оба говорили, Джувон. Джувон потупил взгляд. — Ты хорошо помнишь мои слова? — поинтересовался Донсик, разглядывая свои руки. — Д-да, — пробормотал Джувон. — И как, я подсказал тебе решение твоей… проблемы?       Донсик посмотрел на него со своей доброй улыбкой, и в голове Джувона что-то перемкнуло. Поднявшись, он медленно приблизился к Донсику, обогнув стол. Тот, оставшись сидеть, повернулся в его сторону, глядя снизу вверх тем самым взглядом, который заставлял Джувона чувствовать себя во сто крат увереннее.       Джувон подошёл вплотную, остановившись между его расставленных ног. Дрожащей рукой он коснулся его лица, провёл большим пальцем по острой скуле. Донсик охотно прижался щёкой к его ладони, и Джувон, склонившись к нему, мягко поцеловал его полные губы, дрогнувшие в ответ. — Я понял тебя верно? — У тебя диплом с отличием, я не сомневался в твоём интеллекте. И тебе не стоит, — Донсик коснулся губами уголка его рта, мягкой щеки, подбородка, — и я люблю тебя. — Донсик, — Джувон потянул его на себя, заставляя подняться на ноги, и за талию притянул мужчину к тебе. Тот с готовностью подался ближе к нему, положив ладони ему на грудь столь трепетно, будто касался старинной вазы, и сердце Джувона совершило кульбит под его рукой, — а если бы вчерашнего разговора не случилось? Я попросту не знал, что делать, боялся разрушить то взаимопонимание, что установилось между нами. Боялся, что прогонишь меня. — Я не прогонял тебя, даже когда ты являлся в мой дом без спроса и смотрел на меня волчонком. Думаешь, я настолько сумасшедший, чтобы прогнать тебя, когда ты что-то во мне разглядел? — Я нашёл в тебе целый кладезь прекрасных качеств, Донсик, — Джувон потёрся щекой о его щёку, чувствуя его лёгкую небритость. — В первый день ты мне не понравился, Джувон. Но за то время, пока мы с тобой работаем, ты прикипел к сердцу так, что уже не оторвать без боли. Я потерял всех, кого любил. И я не смог бы потерять еще и тебя, — Донсик прикрыл глаза, и Джувон поцеловал его в скулу, прижался лбом ко лбу в утешении. — Вот и встретились два одиночества, — прошептал он. — Задержишься у меня? — Предложил Донсик, сквозь хлопковую рубашку оглаживая его талию и обводя большими пальцами тазовые кости. — С удовольствием, — пробормотал Джувон ему в шею, просто наслаждаясь близостью его тела.

***

      В следующий раз Донсик и Джувон появились в мясной лавке Джеи вдвоём, расположившись за столиком. — Сияте, как пара начищенных монет, — хмыкнула Джеи при виде них. Донсик внимательно взглянул на Джувона. — Клянусь, Джувон не более эмоциональный, чем обычно. — Не-ет, он сияет. Что-то произошло у вас, ребята, — Джеи погрозила им пальцем. Джувон и Донсик быстро переглянулись. — Мы решили продать дом Кан Джинмука и перебраться в Сеул. Здесь, знаешь… слишком много ужасных воспоминаний, всё напоминает о тех… кого мы потеряли, — Донсик провёл пальцами по сухим губам. — Я очень хорошо понимаю, — Джеи потрепала его по плечу в знак поддержки, — по правде говоря, я тоже собираюсь сдать лавку и уехать на поиски своего счастья. — Это… отличная идея, Джеи, — тихо сказал Джувон. — Ты заслуживаешь счастья, как никто другой, — горячо поддержал Донсик, — а куда думаешь перебраться? — В Пусан, — махнула рукой Джеи, — мне будет не хватать наших совместных обедов, но мы будем на связи, так?       Джувон весомо кивнул. Он иногда переписывался с Джеи, которая была его единственной знакомой ровесницей в Маняне, и не собирался прерывать их общение. Донсик знал об этом, и Джувон действительно не думал, что тот мог ревновать его к Джеи. Она была дорога Донсику, и Джувон надеялся, что после всего, что между ними было, Донсик доверял ему. Ради восстановления справедливости для сестры Донсика, Джувон пожертвовал благополучием собственного отца. Незаслуженным благополучием, поэтому Джувон ни капли не пожалел о содеянном. Теперь Донсик был его маленькой семьёй, а значит, была и Юён, и наказание её убийцы было его личным делом. — Мы все будем счастливы. Мы достаточно страдали. Хватит с нас, — сказал Джувон, и тёплые пальцы Донсика нашли его руку под столом, прямо как тогда, в день ареста его отца. Если Джеи и заметила этот жест, то не подала виду. — Рамён готов, мясо скоро будет. Налетайте!

***

      Жизнь налаживалась. Следственный отдел Сеула принял Донсика хорошо, признав его заслуги перед страной, и Джувону было отрадно видеть, что к его любимому человеку наконец относились с должным уважением.       Уживались они также неплохо. Джувон был самую малость помешан на порядке, а Донсик всегда содержал дом в чистоте, поэтому ругаться не приходилось. Единственное, что волновало Джувона: у них ещё не было секса. Он не знал, хочет ли его Донсик и просто почему-то терпит, или Донсику не важен секс в отношениях, но, по его мнению, пора было это узнать.       Как-то раз вечером они устроились на кровати перед телевизором, и Джувон принялся невесомо зацеловывать шею Донсика, мешая тому смотреть новости. — Джувон-а, — выдохнул его имя Донсик, когда рука Джувона принялась гладить его по животу, забравшись под его бежевый свитер, а сам он уже активнее присосался к его шее. — Мне остановиться? — спросил Джувон, немного отстранившись, и Донсик покачал головой. — Продолжай. Просто… у меня годами никого не было. Я немного отвык от близости с кем-то. — А… у тебя уже было с мужчинами? — спросил осторожно Джувон, прижимая прохладную ладонь к горячей коже под свитером Донсика. — Один раз ради интереса в далёкой молодости, — Донсик улыбнулся ему, будто приглашая посмеяться над собой, — и то не до конца. Джувон смеяться не стал, прижался к его улыбке губами, и поцелуй окончательно поглотил её. — Отдаю себя в твои умелые молодые руки, Джувон-а, — Донсик раскинулся под ним морской звездой, — залюби меня со всем пылом своей юности… — Каков болтун, — пробормотал Джувон, обдумывая ситуацию. Ему очень польстило доверие Донсика, отдавшего ему ведущую роль, и он очень боялся сделать что-нибудь, что бы не понравилось Донсику. — Донсик, чего бы тебе хотелось? — осторожно поинтересовался Джувон, но Донсик в ответ коротко рассмеялся. — Мне бы хотелось всего, поэтому не стесняйся, хороший мой. Услышав такое обращение, Джувон наградил его совсем небольшой улыбкой и прижался к нему теснее, потянув наверх его свитер и открыв себе вид на жилистый торс Донсика. Донсик между тем не сидел сложа руки, дойдя до середины пуговиц его рубашки и попутно лаская его грудь в распахнувшемся вороте. Но ему пришлось убрать руки, когда Джувон навис сверху и вобрал в рот его сосок. — Ох… — Джувон придумал, когда фантазировал о Донсике, что тот может быть громким в постели, но реальность была лучше фантазий. Донсик, казалось, даже не пытался сдержать себя, подаваясь грудной клеткой навстречу рту Джувона и поглаживая его по волосам. — Красавчик, я уже говорил, — восхитился Донсик, проводя ладонями по прессу Джувона, когда они оба остались без одежды. — Брось, — смутился Джувон. Ладонь Донсика между делом легла на член Джувона и аккуратно погладила его. — Ого, инспектор Хан Джувон — большой мальчик, — улыбнулся предвкушающе Донсик, в то время, как рука Джувона нашла его крепко стоявший член. — Кончай болтать, — прошептал ему в губы Джувон прежде, чем накрыть их своими, толкаясь ему в кулак. У Донсика стояло на него, он чувствовал его налитой член в руке, а значит, всё было в порядке, и Джувон зря беспокоился за их интимную жизнь. Они жадно ласкали друг друга, лёжа на кровати и переплетаясь ногами. Джувон откровенно наслаждался, целуя полные губы Донсика, которые с самого начала не давали ему покоя на их совместных патрулях. — Ты давно не сбривал усы. Тебе идёт, — шепнул Джувон, спустившись губами к его кадыку. — Хочешь меня? — спросил зацелованный Донсик, глаза которого блестели, как у пьяного. — Боже, конечно, — прошептал Джувон, и Донсик чуть развёл ноги, открывая ему вид на свою промежность. Джувон думал, что он умрёт от перевозбуждения, пока растягивал его узкое отверстие хорошенько смазанными припасённой смазкой пальцами, посасывая между делом головку члена Донсика. Его партнёр, а теперь ещё и любовник, казалось, вообще потерял связь с реальностью, изредка постанывая и не сводя блестевших глаз с Джувона. Во взгляде его смешалось столько эмоций, что Джувон не смог бы вычленить ни одной. В нём, должно быть, были все чувства, которые Донсик испытывал к Джувону. — Потерпи, — попросил Джувон, когда Донсик был, по его мнению, достаточно подготовлен и изнывал от нетерпения, разметавшись по кровати. — Ну же, — пробормотал Донсик, притягивая его к себе и голодно впиваясь в его губы. Джувон направил себя рукой в тело Донсика, входя потихоньку, больше всего на свете опасаясь сделать ему больно. Донсик тихонько мычал, поощрительно гладя Джувона по спине и затылку. — Люблю, — выдохнул он, и Джувон начал двигаться в нём медленно и размеренно, доводя до исступления, дурея от стонов и чувства невероятного единения их тел. Не забывая об удовольствии Донсика, Джувон сгрёб в кулак его член, лаская в такт толчкам, и этого оказалось слишком много: вскоре Донсик вздрогнул и излился себе на живот, простонав что-то неразборчивое. Джувон вышел из него, решив самостоятельно довести себя до пика, но Донсик многообещающе поманил его к себе. — Я хочу попробовать всё, сказал же, — капризно протянул он и с охотой склонился над пахом Джувона, старательно, хоть и неумело лаская ртом напряжённый член. Один только вид губ Донсика на его члене мог свести Джувона с ума, поэтому продержаться дольше минуты было бы для него сродни подвигу Геракла. Джувон, конечно, Гераклом не был, поэтому вскоре Донсик отстранился, довольно облизываясь. — Я думал, что нет ничего лучше, чем выходной, проведённый с моим Джувоном. Но знаешь, лучше него только выходной, в который мы с моим Джувоном занимаемся любовью и едим супчик. — Супчик? Мы не ели никакого супчика, — нахмурился Джувон. — Мы сейчас это исправим, — в руках Донсика уже был телефон, в экран которого он с энтузиазмом тыкал. Джувона пробрал смех. — Донсик, почему даже секс с тобой завершается поеданием ухи? — Потому что я верен своим пристрастиям. Тебе и рыбному супу, — Донсик довольно улыбнулся, и Джувон потянулся его поцеловать, смирившись со странностями своего любимого чудака.