Однажды в универе хэллоуин

31.10.2006 Поместье трех сестер «Молчаливая Вилла», окутано страхом, ужасом погрязшее в грязь хуже, чем по колено. Оно имело странные колдовские прелести для любителей испытать острые ощущения, но если вы не любитель подобного рода забав, то не стоит и даже носом соваться. Заброшенное поместье было одним из самых больших в Гординии, достопримечательность города. В нем было много комнат, в каждой из которых находилась своя изюминка. Комнаты украшены в разных стилях, хотя все-таки больше преобладал ампир, его подобие. Они отталкивали, в некоторых моментах напротив, приводили в странный шок, невольно заставляя находится здесь еще какое-то время. Высокие потолки, старые картины на таких же широких и высоких стенах, изодранные стулья, вся мебель в принципе и пятна от грязи вообще на всем. Прошло очень много лет со дня смерти тех самых сестер. Может сто, двести? Но реставрировать никто не собирался, а про наличие окон можно было только молчать. Именно все эти факторы привлекли к нынешнему празднику молодежь, зачастую подростков лет 16. Мне никогда не было жутко. Я сидела в полутьме дома. Лишь из малой щели в потолке падал слабый свет, при котором я и остальная часть людей поглощали алкоголь. Они привели меня насильно, «заперли» вместе с остальными. В таком состоянии каждый был предоставлен сам себе. Все разговоры сводились к одному, об умерших сестрах, опоздавших гостях. Краем уха я слышала, один парень жаловался другому, его в упор не замечает девушка. Он страдал, во время рассказа, издавая звуки подобие скулежа. Мне были ясны его чувства, настолько меня поразил его рассказ, представить себе не могла насколько мы похожи. Не мозгами, конечно, проблемой. Отношения с Блум были не из легких. Она не видела меня настоящую, но не любила такой. Каждый раз, когда она появлялась во время учебы, мое сердце замирало и трепетало от переизбытка крови в организме. Броситься к тебе на шею, крепко обнять, заморозить в ледяной булыжник и больше никогда не отпускать. Последний раз мы разговаривала летом этого года. Тогда ты ясно дала знать, измена в твоем понимание, порядок вещей, особенно с учителем по экономике — Валтором. Но я была слишком груба, а Блум взбудоражена. Все снова вернулось на круги своя. Учеба, работа, дом, учеба, работа и вновь повторяющийся круг. Но другие факторы вещей менялись. Все изменилось — твои мысли, поведение. Напомни, когда ты последний раз оголив зубы, растягивая губы в счастливой улыбке, смеялась до слез и спазмов в животе? А помнишь, глядя на своих друзей, пела популярные песни панк-рока под гитару Ривена? В такие моменты особенно чувствовала себя счастливой — живой. Твое появление в особняке отнюдь не спонтанное. Приглашение было передано лично служанкой Митси, ты не думала отказываться. А значит у тебя уже были планы на вечер, верно? Выпить, перетянуться с какой-нибудь возможно девушкой или парнем в туалете либо в старых пыльных комнатах. Забыться, отпраздновать очередной ненужный никому в России праздник, а после залиться вином или еще какой непонятной жидкостью. Твоя решимость и предвкушение происходящего замечены с дальнего угла гостиной. Хотелось обычного человеческого веселья. Я тебя понимала. А потом ты увидела меня. Ту, от которой ты хотела сбежать и не встречаться минимум пару лет. Ту, от которой просто тошнит. Казалось, тело больше не способно двигаться в разные стороны, ноги прилипли к старому дряхлому, скрипучему полу. Ты просто пялилась на усмехающиеся лицо. В мыслях мое имя было сравнимо с мутантом, а существование с неимоверным злом. Я поднялась с пола и пошатываясь направилась в сторону единственного свободного окна без заколоченных досок. В голове сумбурно, словно была наполнена песком сполна. Я не хотела смотреть на то, что творится за окном. Не в моих интересах. Даже не помню, как добралась до окна, прежде чем облокотиться локтями о края подоконника и взглянуть на вечерний, пугающий и весьма жуткий туман. В один момент звук дождя стал гораздо громче чем играющая музыка. Я зажмурилась, закрывая лицо руками. — Почему ты ушла? — голос был звонок и мягок, но со своим шармом, который особо мне знаком. Он доносился до меня сквозь шум дождя, подобно мелодии «Колыбельной». Ласкающей слух и сознание целиком. Блум. Она подошла чуть ближе, но так, чтобы случаем не задеть своим телом, мое. Руки легли на плечи и чуть сжались. Тихий голос, для рыжеволосого бестия был непривычен. Заставил меня содрогнуться от неожиданности, страха. Но она говорила весьма осторожно, словно в попытке привлечь к себе внимание особо пугливого, зашуганного людьми, зверька. -…- слова, застряли в голове. Почему вся ситуация угнетает лишь меня? Твоя наглость, независимость от любой ситуации. Я не могу вынести и мысли, что ты не только моя. Хотя нет, не так. Переносить мысли о том, что когда-нибудь мы расстанемся, не могу. Я буквально сошла с ума от… — Блум, что тебе от меня надо? — перестань, это совсем не те слова, которые были заложены в моей голове по изначальному сюжету — Почему бы тебе не убрать свои руки и уйти к компании шлюшек? Замысловатая идея, не считаешь? — Айси… Я хотела извиниться за все, что тогда произошло! Мне жаль. — Жаль? Тебе? Ты специально пришла на столь «Прекрасную», а главное «Увлекательную вечеринку от Митси» чтоб испортить не только мне, а в принципе всем настроение? Твои глаза, щеки вновь покраснели. Глаза на мокром месте, черная подводка с таким же оттенком туши в мгновение потекли по щекам вниз. Губы, окрашенные в помаду черного цвета, сравнимую лишь со смолой, поджались в тонкую полосочку. Манипуляция. Я снова на это поведусь, ведь этого желаю сама. Но все-таки… Ей, все же лучше без меня. Сама себя не понимаю и не хочу. — Мне жаль. Прошло уже достаточно времени, почти 4 месяца. Мне надоело молчать. Да, ты можешь меня бросить прямо здесь и сейчас. Я уйду, но не смогу тебя отпустить понимаешь? — Перестань нести всякую ересь!  — Это не так! Я не смогу прежде жить без тебя! Мы были вместе хоть и малое время, но я мечтаю о будущем! Ты, я, собака… Нормальные отношение — вот о чем желаю, нет, мечтаю я. А не секс без обязательств. Я пыталась вести себя будто — это обычный разговор с незнакомой мне пьяной девушкой. По крайней мере, я на это надеялась. Но нет, все значительно отличается от реальности. Будь я в клубе, то просто бы курила и особо даже не вслушивалась в слова, чирикающие в левом ухе. Иногда поддакивая или отрицательно кивая головой. Музыка с первого этажа стала гораздо громче, а тихие всхлипы Блум, прерывал звонкий смех Митси и ее подружек с первого этажа. Вечеринка в самом разгаре. Не самое удачное место для переговоров, считаю. Только я не могла оторваться от этих прелестных глаз. Они смотрели на меня словно на… Самое дорогое, что есть на свете. «Тьма способствует порабощению. А твое сердце сравнимо с осколком льда, потерявшее свой истинный жар, который особо грел мое сердце. Ты дала мне возможность почувствовать себя вновь живой, не безэмоциональной куклой. Ты поработила мой мозг полностью.»