Раз и навсегда

Страстно, горячо, растягивающе. Это случилось уже не в первый раз. Нет отчета о происходящем. Она не контролирует свое тело, лишь послушно поддается на его ласки, усаживаясь на удобные колени, и целуя. Целуя так, будто в последний раз. Вокруг разруха, но она видит только его, огонь в глазах. Чувствовать тепло тел. Дорожить каждым прикосновением. Одна рука медленно заползает под блузку, невесомо касаясь нежной кожи ее живота. Она никогда не забудет, как сбивалось его дыхание, когда та оттягивала нижнюю губу, это, словно, сводило его с ума. Тихие шаловливые стоны, которые предательски срывались с ее губ. И никогда не забудет то, как любила зарываться руками в его темные, слегка вьющиеся, волосы и то, как он слабо сжимал ее грудь. Как пожирал ее глазами, а она демонстрировала себя, давая запомнить себя именно такой. Безумие на двоих. Она была готова раствориться в нем прямо сейчас. Почему все казалось таким правильным? Он и она, здесь, вдвоем. Румяные щеки, сбитое дыхание. Это все из-за него. Пусть смотрит, пусть знает, что с ней твориться. Затем картинка сменяется. Они вдвоем стоят среди черной пустоты. - Ты рад меня видеть? - ее голос дрожит. По щекам катятся соленые, обжигающие своим теплом, слезы Гермиона открыла глаза. Раздрожающий звон будильника был слышен на всю комнату и видимо, он звонил не в первый раз. Сев на кровать, она протерла глаза и убрала непослушные волосы назад. Этот сон ей снился не в первый раз. Эти поцелуи с загадочным мужчиной происходили постоянно в разных местах, и что самое удивительное, вокруг всегда царил хаос. Пещера, хижина, полуразрушенный дом и особняк, от которого остались только стены. Гермиона могла описать все до мелочей, но вот лица человека, находившегося все время рядом она, к сожалению, не помнила. Сны все время обрывались, не давая раглядеть его. Может, оно и к лучшему. Девушка привыкла к ним, поэтому последние два года просто не обращала внимания. Но первое время приходилось трудно. Гермиона была уверена, что хорошо знала этого человека. Но не могла вспомнить ни его имени, ни лица. Скорей всего это потому, что она потеряла память четыре года назад. Тогда она очнулась в больнице, не помня ни своего имени, ни фамилии, ни родителей. А когда врачи сказали, что Гермиона еще и беременна, то та готова была впасть в истерику. Оставалось жить только ради ребенка, подняться на ноги, поступить в институт и найти работу. Было нелегко, но все трудности будто обходили ее стороной. Ей просто чертовски везло, будто у нее был свой личный ангел хранител. Порой, она даже чувствовала его присутствие. Единственная вещь, которая у Гермионы осталась с прошлой жизни до потери памяти - был черный кожаный браслет. Она за четыре прошедших года ни разу так и не сняла его. Чувствовала себя с ним в безопасности. - Мама? Мама, мне страшно. У меня в комнате кто-то есть, - Малыш Серпиус стоял у кровати Гермионы и плакал. В его красных от слез глазах отображался ужас. - Милый, никого там нет. Пошли посмотрим вместе, - девушка встала на холодный пол, взяв за руку сына. Осторожно приоткрыв дверь комнаты, она очутилась в совершенно пустой комнате. Нежно улыбнувшись Серпиусу, она взяла его на руки и отнесла к кровати, уложив и накрыв сверху теплым одеялом. - Мам, но он тут был! Дяденька, он был высоким и у него были красные глаза! Он смотрел на меня, ничего не говорил, - мальчик смотрел куда-то в сторону окна и неожиданно показал на него указательным пальчиком. - Это он! Смотри он там! Мама, мне страшно. Гермиона нахмурилась, медленно от недоумения поворачивая голову. Все утешительные слова, которые она хотела сказать сыну застряли в горле, когда она почувствовала на себе чей-то хищный взгляд. Он пожирал ее толи с гневом, толи просто не мог отвести взгляд. Мужчина. С темными вьющимися волосами, впалыми щеками и бледноватой кожей. Нет, должно быть это просто сон, раз он здесь. Либо у нее начались галлюцинации. Но он был такой реалистичный, стоял у окна, освещенный светом луны в темной комнате. От него отбрасывалась тень, которая падала прямо на край маленькой кровати. Незванный гость должно быть улыбнулся, но и как взгляд, она была скорее хищной, будто он был удовлетворен ее страхом, который застыл на ее лице. Мужчина сделал пару шагов вперед, подходя ближе. Его походка была плавной, уверенной. По телу Гермионы пробежались мурашки, когда тот заговорил, наружаю тишину: - Красивый, умный, достаточно сильный маг у тебя сын, - Нет, он не говорил, он шипел, словно змея. - Я доволен. Незнакомец подошел к полке с фотографиями, скрещивая руки за спиной. Он молча рассматривал рамки. Гермиона все это время не дышала. Серпиус спрятался по одеяло и, кажется, дрожал. В маленькой комнате стало холодно. Тут, неожиданно, мужчина преодолел разделяющее их расстояние. Но ведь даже он не подбежал, а подлетел или телепортировался, Гермиона могла поклясться в этом. Его пальцы цепко вцепились в ее подбородок, приподнимая вверх голову, чтобы их взгляды были направлены друг на друга. Девушка ждала поцелуя, после него обычно заканчивался сон. И ужас этоо тоже должен закончиться. Это же сон? - Еще увидимся, Мио, - незнакомец исчез так же, как и появился. Совершенно бесшумно, словно его тут вообще и не было. Глаза Гермионы налились свинцом и, наверное, она пробормотала что-то вроде "Все хорошо, милый", чтобы успокоить сына, прежде чем провалиться в сон.