Зимняя невеста

***

_______________________________________________________

Святочные ночи или так называемые Двенадцать ночей — устоявшееся верование в европейской культуре. Имеется в виду временнóй промежуток между двадцать пятым декабря и шестым января. Дикая Охота чаще всего начинается в новогодний вечер или день святого Сильвестра, который празднуется тридцать первого декабря. Речь идёт о…

_______________________________________________________

— Гермиона?.. Ах вот ты где. Гарри и Джинни собираются украшать ёлку. Я тут подумал… эмм… не хочешь присоединиться? Даже в этом полумраке она могла различить густой румянец на его щеках. Он не терял надежды. Всё ещё… Несмотря на то, что Гермиона отказала ему. А когда-то она была отчаянно влюблена в него… Ещё год назад, если говорить точнее. Она так и не осмелилась рассказать кому-то о том происшествии, поскольку не была уверена на сто процентов, что всё произошло на самом деле. Что ей это не приснилось… Она помнила прошлое рождество в Хогвартсе, словно это было вчера. Та ночь, когда у неё кое-что украли, была незабываемой — а украли у неё первый поцелуй, между прочим! Она долгое время думала, что это был Рон, но после того, как гриффиндорец на самом деле поцеловал её, Гермиона пришла к выводу, что это невозможно — это не мог быть он… — Эмм… Гермиона? Гриффиндорка задумчиво посмотрела на Рона, всё ещё пребывая в плену воспоминаний. — С тобой всё в порядке? Ты так покраснела. Может, у тебя температура? — Рон с любовью в глазах заботливо протянул руку к её лбу, вырвав Гермиону из её мыслей. — Я… эмм… скоро приду к вам. Спасибо, что сказал, Рон, — произнесла она, инстинктивно отстранившись от парня и его прикосновения. Боль и разочарование вспыхнули во взгляде Уизли, но он промолчал. Вообще-то они уже всё обсудили и решили остаться друзьями. Однако она понимала, что Рон всё ещё надеялся на что-то и испытывал к ней далеко не дружеские чувства. Не сказав больше ни слова, он развернулся и ушёл к Гарри и Джинни. Гермиона знала, что нынешнее Рождество пройдёт не так гладко. Она нежно погладила обложку своей книги, завтра должны начаться Святочные ночи. Надежда в её душе разгорелась с новой силой.

***

В рождественское утро Гермиону разбудил резкий крик. Она в мгновение ока вскочила с кровати и, схватив волшебную палочку, поспешила в сторону источника шума. Она застыла как вкопанная, увидев Гарри и Джинни, которые стояли в гостиной. Вернее, стояла Джинни, а Гарри опустился на одно колено. По лицу рыжеволосой девушки текли слёзы. — Он попросил моей руки! — вновь вскрикнула она. Гермиона опешила. Конечно, она знала, что Гарри боготворит Джинни, но она не думала, что всё произойдёт настолько быстро. В дверях появился заспанный и зевающий Рон. — Что случилось? — пробормотал он и зевнул ещё раз. — Гарри предложил мне стать его женой, и я сказала «да»! Теперь Рон наконец-то окончательно проснулся и скривил лицо, напоминая своего старшего брата Перси, когда ему говорили, что у него съехал галстук. — Он… что?! Гарри? — Рон, думаю, мы должны поздравить их с этим… О, Джинни, Гарри, я так рада за вас! Сказав это, она обняла их обоих. Гермиона и вправду была искренне рада за них, так как они были словно созданы друг для друга. Рон тоже наконец пришёл в себя и поздравил молодых. — А теперь перейдём к подаркам! — воскликнул Гарри. Помимо обязательного свитера от Молли, Гермиона получила от друзей несколько великолепных книг. Атмосфера была радостной и непринуждённой. — Гермиона, тут ещё одна маленькая коробочка для тебя! — Джинни махнула рукой в её сторону. Грейнджер удивилась, это было так неожиданно! Подарок был запакован в дорогую посеребрённую бумагу и сопровождался небольшой запиской:

ОоОоОоОоОоОоОоОоОоОоОоОоОоОоОоОоОоОоОоОоОоОоОоОоОо

Для моей Зимней Невесты:

Жди меня! Скоро начнётся Дикая Охота. Я приду и заберу тебя с собой.

Твой Охотник

ОоОоОоОоОоОоОоОоОоОоОоОоОоОоОоОоОоОоОоОоОоОоОоОоОо

Гермиона почувствовала дрожь во всём теле. Написанное казалось скорее угрозой, но она знала, что это не так. Он обещал забрать её, и сейчас пришло время исполнить это обещание. — И-и-и? От кого это? — Рон окинул её подозрительным взглядом, попытавшись прочитать записку, которую Гермиона тут же спрятала. — От моих бабушки и дедушки! — ложь легко сорвалась с её губ. — Ну же, открывай! — Джинни не терпелось увидеть содержимое подарка. Гермиона осторожно разорвала бумагу, под ней оказалась шкатулка. Открыв её, она чуть не задохнулась от переполняющих эмоций. Там был медальон — но не обычный. Он был в форме сердца, которое обвивала змея. Тело змеи украшали маленькие изумруды. — А твои бабушка с дедушкой случайно не учились на Слизерине? Это было шуткой со стороны Гарри, но никто так и не засмеялся. Гермиона закрыла глаза.

Охотник. Изумруд. Серебро.

Неожиданно ей в голову пришла мысль, что всё это было всего лишь злой шуткой, розыгрышем кого-то из слизеринцев. Гнев и грусть боролись между собой в глубине её души. — Пожалуйста, простите меня. Гермиона убежала наверх, в свою комнату. Нет, она не заплачет перед своими друзьями. Никогда! Ей было стыдно. Она влюбилась… в иллюзию. Неудачную шутку. Гриффиндорка разочарованно бросила цепочку с медальоном вместе с запиской куда-то в угол. Книга с легендами про Святочные ночи отправилась туда же.

Да иди оно всё к чёрту!

Она с грустью повалилась на свою кровать и попыталась забыть обо всём. Однако сердце и разум девушки из раза в раз мысленно возвращали её в события той ночи…

***

Рождественский бал, Хогвартс, год назад:

Она чертовски опаздывала, но её кудри потребовали повышенного внимания: Гермиона потратила на них тонну нервов и столько же магического спрея для волос. Но зато сейчас они были идеально уложены в очаровательную высокую причёску. Она буквально неслась вниз по ступеням. Будучи главной старостой школы, она должна была выступить с речью на открытии бала, поэтому не могла опаздывать. Платье она выбрала в стиле «Зимней ночи» — так называлась тема бала. Тёмно-голубая ткань плотно облегала её стройную фигуру, а пышная юбка-пачка такого же цвета придавала наряду нежность, тут и там блестели маленькие звёзды — такие же, как и в верхней части платья. Сказочный образ завершали хрустальные туфли — совсем как у Золушки. Ну ладно, эти туфли были заколдованны определённым образом и только казались хрустальными — так, на всякий случай. Когда до заветной двери Большого зала оставались считанные метры, кто-то схватил её и потащил в сторону небольшой кладовки для мётел. Гермиона испугалась и вскрикнула от неожиданности. В каморке царила такая непроглядная тьма, что она не могла рассмотреть не то что лицо похитителя, но и свою собственную руку. — Отпусти меня, мне нужно на открытие бала! Клянусь тебе, твой факультет потеряет все очки, которые у вас есть, если ты сейчас же не выпустишь меня! — Истинная львица! У нашей достопочтенной старосты, видимо, совсем нет времени на меня, эта новость причиняет мне боль! От его низкого голоса с хрипотцой по её спине побежали мурашки. Незнакомец издевался над ней! Голос показался ей знакомым, но был как-то подправлен с помощью магии, так что она не могла понять, кому именно он принадлежит. — Ладно, чего ты хочешь? Если это касается каких-то школьных дел, то у меня есть специальный график консультаций, чтобы… — Ты и правда думаешь, что я поймал тебя ради этого? Ради каких-то школьных дел?! Теперь этот подонок ещё и смеялся над ней! Мимолётное восхищение Гермионы сменилось нетерпением и злостью. — Немедленно выпусти меня отсюда! У меня есть дела поважнее, чем стоять здесь и выслушивать какого-то идиота! — Да ты что?! О Мерлин, теперь он встал прямо перед ней, его тёплое дыхание щекотало её щеку. Ей был нужен свет, хотя бы немного света! — Но ведь темнота намного таинственнее и интимнее. Не находишь, Львица? Мерлинова борода, он читал её мысли! Теперь Гермиона забеспокоилась по-настоящему. А вдруг это не ученик вовсе?! — Меньше мыслей, больше дела, Львица! После чего она почувствовала, как он обхватил ладонями её лицо. Дыхание девушки участилось. Казалось, он ждал чего-то, мысленно взвешивал своё следующее действие. Гермиона начала нервничать. С одной стороны, ей было как-то жутко от всей этой ситуации, а с другой — чертовски приятно… Ей казалось, что она очутилась в одном из слезливых женских романов Джинни. Не то чтобы она их читала, конечно… — Сейчас я поцелую тебя, Львица. Я так долго охотился за тобой. Сказав это, он окончательно сократил дистанцию между ними и нежно накрыл её губы своими. Внутри Гермионы взорвался целый фейерверк эмоций. Его поцелуй был нежным и невинным. Сначала она не знала, что ей делать — ответить? Но разве это не было идеальным поцелуем? Который означал лишь одно: эта встреча далеко не последняя… И Гермиона не осталась безучастной: она вцепилась пальцами в рубашку незнакомца и ответила на поцелуй со всей страстью, на которую была способна. Он обнял её за талию и прижал к себе ещё теснее. Его язык коснулся её губ, и она тут же с готовностью приоткрыла рот, углубляя поцелуй. Они целиком и полностью отдались страсти, пока незнакомец не оторвался от неё, шумно глотая воздух. На одно короткое мгновение Гермиона подумала, что узнала его по глазам — но уже в следующий момент она убедила себя, что, скорее всего, ошиблась. Прислонившись к её лбу своим, он прошептал: — В следующем году, Львица, когда начнутся Святочные ночи и проснётся Дикая Охота, я приду и заберу тебя с собой. Обещай, что будешь ждать! Пообещай мне это! Гермиона смогла лишь кивнуть, после чего незнакомец поцеловал её в лоб, прежде чем произнёс какое-то заклинание и исчез. Девушка не понимала, как ему это удалось — он просто взял и испарился в воздухе. Она знала только одно: это был её первый поцелуй. И она безнадёжно влюбилась…

***

Площадь Гриммо 12, наши дни:

Дни неумолимо сменяли друг друга, пока не наступило тридцать первое декабря. Настроение Гермионы ухудшалось с каждым часом. Она накручивала себя снова и снова. Понимала, что это глупо с её стороны, но в её душе всё же тлел крошечный огонёк надежды. В бывшем фамильном доме Блэков царила суета. Всё семейство Уизли и некоторые друзья из Хогвартса собрались вместе, чтобы встретить Новый год. Они обсудили помолвку Гарри и Джинни, а потом Рон сообщил, что собирается начать работать в лавке волшебных шуток и приколов Уизли. Он рассказывал это, пока… Пэнси Паркинсон сидела у него на коленях и тихо смеялась, слушая его. И когда они успели? Неважно, Гермиона была рада за них. За несколько минут до полуночи большинство гостей покинули дом, чтобы не пропустить фейерверк. Однако Гермиона пошла в свою комнату. Ей не нравилась вся эта суматоха. Войдя в свою спальню, она почувствовала сильный холод. Окно было открыто, и в воздухе парили снежинки. — Я уже боялся, что придётся идти за тобой вниз. Гермиона быстро развернулась — в тёмном углу у камина сидел некто, одетый во всё чёрное. Охотник. Это определённо был именно он… — Что за странные игры такие? Что означает этот медальон? Покажись и положи конец этому фарсу! Когда он вышел на свет, у Гермионы сбилось дыхание — перед ней стоял Драко Малфой. — Малфой, это что, какой-то дурацкий спор под названием «Заставь грязнокровку страдать»?! Гермиона была вне себя от злости. Как он мог? Она мечтала о нём, видела во снах! Любила его. И он, казалось, тоже любил её… — Пожалуйста, не произноси это слово. Я тоже мечтал о тебе. Честно говоря, я мечтаю о тебе со второго курса. Это никакая не игра. Не спор. Я должен был привести свою жизнь в порядок, чтобы предстать перед тобой другим человеком. Чтобы попросить тебя разделить со мной свою жизнь. Гермиона потеряла дар речи от удивления. Именно в этот момент за окном начался новогодний фейерверк. Она ещё тогда догадывалась о том, что это был он… Или надеялась на это. Сократив расстояние между ними и встав прямо перед ней, Драко вдруг прошептал: — Давай оставим всё плохое позади. Прогоним злых призраков прошлого. Присоединимся к Дикой Охоте и начнём новый год нашей жизни вместе. Пожалуйста! Стань моей Зимней Невестой! Он смотрел на неё так искренне и открыто, что Гермиона не смогла сделать ничего другого, кроме как обнять его. При этом из её свитера выскользнул подаренный им медальон. Конечно же, она носила его! Как иначе? — Я буду твоей Зимней Невестой. Сегодня, завтра и во все последующие дни. А теперь поцелуй меня, наконец, Малфой!