amor / odium

Всё началось с первого глотка. Этого ебучего, маленького глоточка, на ебучей вечеринке, куда меня чуть ли не насильно затащили! Я ненавижу этот вечер. Я ненавижу эту ночь. Я ненавижу всех этих людей, ненавижу всю музыку, играющую в момент совершения роковой ошибки. Ненавижу себя! Ненавижу свой поступок! Я совершил ошибку! Большую! Я не хотел… это случайность, но кто меня будет слушать в суде. Все то и дело кричат: «Убийца! Маньяк! Тварь! Гори в аду! Грешник!»… Они не послушают. Они повесили клеймо и рады. Нашли виновника, что, теперь можно жить спокойно? Посадят, и никто больше не умрёт? Он меня преследует… Я вижу его везде. Во снах, в кратковременных галлюцинациях, когда хоть на секунду отвлекаюсь от реальности — он. Везде он. Я не хотел… — Р…Руст? — я дрожу весь, и голос мой дрожит, я непонимающе смотрю на окровавленное тело друга, он стоит неподвижно и смотрит на меня стеклянными глазами…что в них? Гнев? Грусть? Обида? Разочарование? И снова исчез. Снова пришёл, снова воткнул кинжал в избитую душу и исчез. Я не хотел… не хотел… Я ненавижу эту ночь. *** Я пытаюсь хоть как-то отвлечься от надоедливых мыслей, но он ходит за мной. Мелькает среди людей на пешеходном переходе в час пик. И смотрит…молча… — Мне страшно, Руст, извини… — он не слышит меня, и я не слышу его. Я только вижу…вижу…вижу…везде… Сегодня меня чуть не сбила машина, я опять увидел его и испугался подходить ближе. Он стоял на нужном мне конце перехода, а светофор предательски забрал моё пешеходное время и дал свободу машинам. Меня спас молодой брюнет, он явно спешил и был занят, разговаривая по телефону, но рискнул и выбежал почти на середину перехода и схватил, двигая ближе к себе. Я ему благодарен? Может, лучше меня стоило сбить… — Нурлан. — парень представился, доведя меня до безопасной части дороги. — Аа… Эмир, я Эмир. — не думал, что он со мной заговорит. Растерялся. Но протянул руку, и он её пожал. — Тебе стоит быть внимательнее, в Москве не стоит плавать в своих мыслях пока переходишь дорогу. — брюнет достал пачку дорогих на вид сигарет и закурил. — Будешь? — протянул мне пачку…я не курю, наверно…наверно? что? — Да. — замешкавшись на пару секунд, я всё-таки взял тонкую сигарету, я думал это женские. Наверно, странно делить сигареты на женские и мужские, но я рос во дворе, где за тонкие могли отпиздить что моргнуть не успеешь. Я держал её в руках и как дурак рассматривал, в это время Нурлан непонимающе следил за моими действиями и пытался заглянуть мне в глаза. — Ты не куришь? Зачем тогда взял? — что ответить…не курю, но все вокруг твердят что они помогают расслабиться, я как ребёнок, которому интересно попробовать. Но мне не то что бы интересно, мне хочется чтобы Рустам исчез. Опять погрузился в мысли. Опять о Рустаме. Опять его вижу. За спиной казаха, когда я его вновь увидел мир погрузился в гробовую тишину, и я словно смог разглядеть в глазах друга разочарование. — Ты обещал. — мёртвый хриплый голос пронзил тело мурашками, он впервые за долгое время заговорил… — Ч-что? — я выронил сигарету из рук, чем вызвал явное недовольство брюнета. — Эй, да что с тобой такое, парень? — он нахмурил брови и посмотрел сначала вниз, на упавшую тонкую трубочку, промокающую в луже, а затем свободной рукой очень аккуратно приподнял мой подбородок. Аккуратно, но властно… Я почувствовал его доминирование, хотя он даже не прилагал усилий, будто прося этим жестом меня посмотреть на него, не заставляя… Я посмотрел. Не знаю каким образом, но слёзы сами покатились по щекам. Чёрт! Реву как девчонка! Ещё и перед таким серьёзным мужиком… Блять! — Ууу… — в этом звуке не было осуждения, скорее понимание и сочувствие, что-то вроде: «Таак, не плачем, всё будет хорошо, ты чего?» Видно, что он сомневался, но долго думать не нужно, он обнял меня и положил руку на затылок, слегка гладя. Я начал реветь как не в себя… Я переходил на истерику, блять, точно в неподходящее время! — Сколько же ты это в себе копил. — Нурлан хоть и выглядел строгим и серьёзным, но всегда был мягкосердечным и понимающим. А ещё, видимо, увлекался психологией. На профессионального психолога, конечно, не катит, но задатки есть. *** Прошло две недели со дня встречи Нура. Да, теперь я его зову Нур. Мы стали…друзьями? Я не знаю. Мы с ним ежедневно видимся и проводим время вместе. Я перестал видеть Рустама и не понимаю своих нынешних чувств. Рад? Свободен? Или…это скорее тоска? Я скучаю? Я запутался… «Нур — ты дома? Я — да, а что? Нур — давай закажем пиццу и посмотрим какой нибудь фильм? Я — звучит по-гейски Нур — иди ты Я — да ладно, приходи» Через секунду послышался звонок в дверь. Он уже тут. Он так обо мне заботится. Почему? Надо спросить… как к этому подвести? Я чёртов «депрессивный мальчик», как меня в последнее время называли все друзья и знакомые. Пью, очень много пью, но не курю, я пообещал Рустаму. Пообещал, что не буду губить здоровье. *** Сегодня я курил. Траву. Рустаму это не понравилось, он приходил, он был зол… *** — Ты что с собой творишь, придурок? — Рустам сел на край кровати и гневно смотрел на меня с бутылкой коньяка в одной и косяком в другой руке. Я рассмеялся. — Сука, да ты же иллюзия! Галлюны, блять! — я делаю новую тяжку и не выдыхая запиваю её. — Я курю, вот ты и тут! Я видел как желваки Руса то появлялись, то исчезали. Кажется, он держится чтобы не врезать мне по полной. Да как он мне врежет? Он иллюзия. *** «Нур — почему ты стал меня игнорировать? *прочитано* Нур — не смешно. читаешь и молчишь *прочитано* Нур — пиздец, открой мне дверь! *прочитано* Нур — Эмир, ты заставляешь меня волноваться. *прочитано*» *** — Прости меня, Рустам. — я вижу как он смотрит на меня из-за двери. Но его взгляд опять пустой. — Почему ты молчишь? — Рустам? Рус? — я встаю с кровати и иду к нему навстречу. Я, наверное, впервые переборол страх и пошёл к нему. Ноги подкашивались, но шли. — Ты себя скоро угробишь. — он наклонил голову, когда я к нему подошёл. Мёртвый…безэмоциональный голос. — Буду с тобой. — я улыбнулся и поднял руку, чтобы дотронуться до его плеча, но получил удар в затылок, прикрыл на секунду глаза, а Рустама уже нет… — ЭЙ! *** 17 этаж. Высоко, холодно, не нравится мне тут. Я достал пачку сигарет, которую вытащил из кармана Нурлана когда мы последний раз виделись. Около двух недель назад. Я курю редко. В пачке осталось около 3 штук, я не смотрю сколько их, просто беру и курю. Только я достал зажигалку, Рустам сел рядом. К краю. — Опять? — он вдруг стал выглядеть живым… он сел, прижав ноги к груди и обхватив колени руками. — Эми, зачем? — он повернул голову на меня, его карие глаза выглядели такими живыми… я на пару секунд подумал что это настоящий, живой, мой Рустам. Но я помню…помню ту ночь…я помню как толкнул его… Я не отреагировал на его слова, закурил. Стало мерзко. Лёгкие обожгло едким дымом, а Рустам прожигал мой разум своим взглядом. — Прекрати на меня смотреть. — я не поднимаю глаз на него, но чувствую, как он рассматривает дым, выдыхаемый мною. «Нур — ты где? *прочитано* Нур — блять, опять?! Я — на крыше. *прочитано* Нур — чего? Я — прости Нур — ЧЕГО БЛЯТЬ, ЭМИР, НЕ ВЗДУМАЙ!» Звонок. От него. — Возьмешь трубку? — Рустам смотрел как я кручу телефон со звенящим рингтоном. — Нет. — я с размаху выбросил телефон куда-то вдаль. — Дурак. — Рус проводил летящий и сверкающий айфон взглядом и снова вернулся ко мне. — Всё таки сдаёшься? — Сдаюсь. — я посмеялся и встал, делая шаг ближе к краю. — Думаю, так будет лучше. Рустам молчал. Он тоже встал. Смотрел вниз. Он уже мёртв, ему плевать. — Ты меня ждёшь? — я последний раз заглянул в глаза, которые в данный момент отражали ярчайший огонь жизни, но я понимаю, что это неправда. Я знаю, что он мёртв. — Я не желаю тебе смерти, я тебя простил. Я приглядывал за тобой, чтобы ты ничего не натворил, но я не имею права решать твою судьбу. — голос не выражал эмоций, Рус просто констатировал факт как факт. Он встал спереди меня и сделал шаг назад к самому самому краю, ещё миллиметр и ты летишь вниз. — Обними меня. Не бойся, раз решил. — он раскрыл руки, принимая мою судьбу, но я точно заметил в мёртво-живых глазах сожаление. Я его обнял. Сделал шаг и, крепко-крепко прижимая парня к себе, полетел вниз. *** Всё прошло быстро, мне не было страшно, Рустам был рядом. Правда, жаль Нурлана, мы привязались друг к другу, но что бы он мог поделать? Я слабак. Я не справился. Теперь и моё тело покоится в земле, и ежедневно я вижу ревущего казаха на моей могиле, которой проклинает тот вечер, когда познакомился со мной.