Институт разврата и стекла

      Год. Ровно год назад я стояла с опущенной головой, задавая один единственный вопрос: «за что?». Мое сознание отторгало тот факт, что я теперь одна. Моя голова кипела от изобилия мыслей. Моя душа чернела от услышанных ранее слов, а сердце кровью обливалось.       До последнего момента, я думала, что он пошутил, но собранные сумки, стоящие у порога, доказывали обратное. Гордость говорила «отпусти», в то время как сердце умоляло «держи».       Теряясь в выборе, я не заметила, как он ушел, а лишь услышала громко стукнувшую дверь.       Ушел… Он всё же ушел…       Отрицание, гнев, торг, депрессия. Я всё это прошла, но вот никак не могу принять. Как бы я не старалась, сколько бы уговоров не слушала, не могу…       Стоя на нашем месте, вспомнила день, который меня разбил.       Стандартное утро, ничего не предвещало беды. Я как всегда на кухне варила кофе, попутно переворачивая блины. Он любил такие завтраки, лёгкие, при этом сытные.       Когда Люцифер зашёл на кухню, я по привычке хотела его поцеловать, но он отвернулся. Сердце ёкнуло, а в голове засели неприятные мысли.       — Нам нужно поговорить, — голос мужа мне совершенно не нравился. Он был холодным, отстранённым, но самое во всем этом страшное, что безразличным.       — Я тебя слушаю, — всячески старалась не выдавать своего переживания, но мои голосовые связки решили всё за меня и предательски дрожали.       — Я перегорел, — он говорил так тихо, как будто боялся, что я услышу. Но я слышала. И эти два слова выбили меня из привычной колеи, но уязвлённая гордость не позволяла этого показать.       — Точнее выражайся, — повернулась к нему боком, наблюдая искоса, ибо я уже прекрасно знала ответ, но мне было необходимо услышать это от него.       Я ожидала, что Люцифер ответит быстро и уверенно, в прочем как всегда, но нет. Лицо моего мужа исказилось непонятной для меня гримасой, руки плотно сжались в кулаки. После я лишь замечаю алые крылья, мелькающее пред глазами, ибо он резво наворачивает круги по периметру кухни.       — Что из слов: «Я перегорел» тебе не понятно?       — Всё, — говорила спокойно, по крайней мере, пыталась. — По отношению к чему ты перегорел?       — Неправильно заданный вопрос, — и я встречаюсь глазами с полыхающим алым огнём. — К кому.       Я знала это ещё до того, как он озвучил свой ответ. И да, я хотела его услышать, но готова ли была к этому? Однозначно нет.       Мы вместе такое количество лет, что даже тяжело вспомнить, с чего всё начиналось. Мне больно от того, что он так просто смог от нас отказаться. Больно от того, что он молчит, что не пытается хоть фразу, да хоть слово сказать в своё оправдание. Больно от того, что мой любимый демон готов разорвать то, что мы строили непосильным трудом. Просто больно….       — Я тебя услышала. Как ты намерен поступать дальше?       На какое-то время он замялся. У меня складывались ощущения, что он сам не знает, что будет дальше и просто отдаётся внутренним порывам.       — Этот дом останется в твоём распоряжении, — начал говорить, при этом отвёл взгляд в сторону. — Кроме него, ты получишь статус и некую власть на правах моей бывшей жены.       Он говорил дальше, но я больше не хотела слышать ни единого слова. Я хотела пропасть. Пропасть так, чтобы обо мне даже не вспоминали. И это не просто смерть, это полное отсутствие в Книге Жизни!       Мои мысли не вели меня к смерти, они вели к не рождению. Шепфа, ты не готовил меня к такому количеству разочарований. Я к таким поворотам не была готова… Я не хочу это принимать… Не хочу…       В тот момент не хотела. Не хотела осознавать, что в моей жизни больше не будет присутствовать Люцифер.       Он был для меня всем! В определённый промежуток времени, я отказалась от всего и всех… Ради него.       И теперь я понимаю слова, которые мне говорила Ребекка: «Нельзя связывать свою жизнь с одним, нельзя отказываться от того, чего ты хочешь. Ибо, потеряв того самого, ты потеряешь всё!»       И я потеряла, потеряла абсолютно всё. Потеряла общение с матерью, которая смирилась с тем, что я демон, но никак не могла одобрить брак с сыном Сатаны. Потеряла Мими, потому что была конченной, ревнивой истеричкой. Оттолкнула Ади, так как Люциферу не нравилось, что я проводила время в мужской компании, и неважно, что он гей. Оскорбила Дино, ведь эта ревность превышала всё, что было до неё, во время неё и после неё!       Но самое интересное во всем этом, так это то, что я его не виню. Вина лежит лишь на мне. Каждый мой выбор был более чем осознанным. Я понимала, что я делаю, просто в тот момент не хотела осознавать. Мне было так удобно. Удобно до тех пор, пока я не услышала горькие слова и не испытала отторжение, отрицание происходящего!       Он ушел. Ушел безвозвратно. А я так и осталась стоять в коридоре, рассматривая свои ноги.       К сожалению, а, может, и к радости, такое мое состояние задержалось ненадолго. Спустя пару минут я начала крушить всё, что видела перед глазами. Мне хотелось уничтожить каждый дюйм этого жилища, сжечь и пепла не оставить от наших воспоминаний, убить все ощущения, которые я испытывала рядом с ним.       Я не верила в то, что сейчас произошло. Он не мог так со мной поступить! Он не мог меня бросить! Не мог! Я пыталась забыть его, но не смогла даже поверить в происходящее.       Я хотела не просто забыть его, я хотела, чтобы он исчез раз и навсегда! И нет, я не желала ему смерти, я желала, чтобы этого всего не происходило. Я желала больше его не видеть, хотя прекрасно понимала — это невозможно!       Прошло три недели моей самоизоляции. Я не хотела никого видеть, поэтому сидела дома одна и к себе никого не пускала. Но каково было моё удивление, когда ко мне прорвалась Мими.       Моя прекрасная Мими. Она и слова не вспомнила о старой обиде. Эта дьяволица всячески меня поддерживала и обрабатывала очередные раны, которые я получала из-за своих же глупых поступков. Всё время, пока она была со мной, я и слова не сказала, но Мими не сдавалась, она не уходила, она продолжала верить в меня и мою силу воли. Она верила, что я справлюсь, но какой в этом толк, когда не верила я…       — Сладкая, — Мими говорила со мной чуть ли не шепотом, так словно боялась спугнуть. — Довольно себя калечить. Он этого не стоит.       Стоит! Чёрт возьми, стоит! Я любила его, люблю и буду продолжать любить больше, чем свою никчемную жизнь. Я стала сумасшедшей. Я помешана, помешана на нём. Жизни своей не могу представить без этого демона.       Прошло два месяца, а я всё так же хочу быть с ним. И если он появится и, хотя бы заикнётся, о том, что хочет всё вернуть обратно, не раздумывая, приму. Не раздумывая, верну! Не раздумывая, обниму. И забыв обо всём, поцелую желанные губы.       Как же ты мне нужен, Люцифер!       Период отрицания я пережила. Успокоила своё нутро самобичеванием. Но далее последовали ещё хуже времена.       Стою сейчас на краю обрыва, вспоминаю… И не хочу… Не хочу, чтобы кто-то познал тоже самое, что и я.       Мими впервые вытащила меня на прогулку. Сопротивляться у меня удавалось лишь три дня, а после, она силой меня выволокла из дому.       Пешая прогулка по лесу в полной тишине мне даже понравилась, но это было до одного момента. Когда мы миновали уже половину Адского леса, то услышали голоса. Намерения подслушивать не было, но знакомое имя привлекло внимание.       — Ты видела с кем сейчас водится Люцифер? — сказал незнакомый голос.       — Тихо ты, — шепнула вторая. — Не кричи ты так. Конечно видела, весь Ад это видит.       — Бедная его жена.       — Ну, во-первых, бывшая жена. А во-вторых, чего это она бедная, я слышала, что ей досталось неплохое состояние и место в иерархии.       Сдерживать себя сил не было. Мне просто хотелось мести, и именно эти девушки попали под мою руку. Они сгорели заживо. И мне было не жаль.       На этом жертвы не закончились. Везде, где я слышала имя моего демона, я творила такое, из-за чего обычно вырывают крылья или сразу отправляют в Небытие.       Но мой «статус» бывшей жены Хозяина Преисподней давал о себе знать. Даже не так, Люцифер дал мне возможность разгуляться, ведь на меня законы не распространялись также, как и на него.       И это была его ошибка! Однажды, я услышала довольно занимательный разговор двух служанок. Девушки обсуждали беременность одной дьяволицы. И та самая несчастная была беременна от Люцифера.       Когда я её нашла, мы очень быстро разговорились и нашли общий язык. В некоторой степени, мне стало противно от своего плана, но я всё же не отступила.       Ости и зародыш от Люцифера утопали в Адской лаве, в то время, как я просто наблюдала за их медленной и мучительной смертью. И снова, мне было не жаль.       На тот момент мне было не жаль, а сейчас даже очень… Именно так я пережила гнев.       Сейчас мне мерзко от того, как я поступила. Противно от того, что я отобрала жизнь Ости и его не рождённого ребёнка. Они не виноваты в том, что я не смогла дать ему то, что он так желал. Они не виноваты… А теперь я виновата в их смерти…       Отпустив весь гнев, я стала торговаться. Торговаться сама с собой…       Я вспоминала каждый свой шаг, каждое слово, каждое движение, каждый вдох-выдох…       Меня преследовала паранойя, что я все делала неправильно, что я могла поступить иначе, могла, но, почему-то, не сделала.       Невольно я вспоминаю наши нелепые ссоры и думаю, что я не права. Вспоминаю разногласия в правлении, и снова я не права. И даже мой «дефект» тоже отражается моей виной.       В эти моменты я всячески пыталась пробиться к Люциферу. Я хотела его видеть, я хотела с ним поговорить, я хотела узнать «почему?». Но мой любимый демон так и не подпустил меня к себе.       Он знал, что я сотворила, знал, что я достойна наказания, и он наказал… Наказал так, как может только он… Наказал равнодушием.       Во всех трёх мирах нет ничего страшнее равнодушия. Пусть бы ненавидел, презирал, оскорблял, но не молчал…       Многочасовые беседы с Мими помогли мне пройти эту стадию. Дьяволица не советовала, не говорила, как я должна была поступать, не упрекала. Она просто меня слушала, но самое важное во всём этом — она меня слышала!       Если бы не подруга, которая так вовремя оказалась рядом, я бы просто не пережила этот период моей жизни. Хотя, по большей степени, ощущения, что отпустило, оказались ложными.       Это место мне показал Люцифер, когда мы ещё в школе учились. Не помню, приняла я уже сторону демонов или ещё в Непризнанных ходила. Маленький островок был нашим местом уединения. Сюда мы сбегали от назойливых глаз, которые так и норовили ткнуть тем, что сын Сатаны водится с дочерью Серафима.       Именно на этом месте произошел наш первый поцелуй. Именно здесь он признался мне в любви, и я ответила взаимностью. Именно здесь Люци сделал мне предложение. И именно здесь я осознала, что счастлива.       Никому неизвестно, как мечтала пронести это счастье до последнего вздоха. Как я мечтала о счастливой, полноценной семье. Но, почему-то, за все наши совместные годы, прожитые с Люцифером, я так и не смогла стать мамой.       Возможно, Шепфа меня за что-то наказывал, но признавать это я намерено не хотела.       Следующей моей ступенью была депрессия, долгая, затяжная депрессия.       Я выгнала Мими, начала много пить, совершенно не покидала полуразрушенный дом, в котором всё напоминало его…       Откопала в шкафу пару оставшихся рубашек моего демона. И я точно была ненормальной, я боялась того момента, когда с вещей выветрится его запах.       Я мечтала, что на мне не его рубашка, а его тело. Я упивалась остатками его парфюма. Я издевалась над собой, вспоминая все самые приятные моменты, связанные с ним. Я медленно и мучительно сходила с ума, прокручивая в голове несуществующие диалоги. Я говорила сама с собой…       В какой-то из моментов, уже была готова самостоятельно перерезать себе глотку, лишь бы завершить все эти мучения. Но по иронии судьбы, в дом ввалились Мими с Ади и в последнее мгновение отобрали холодное оружие.       Как бы я не старалась их выгнать, у меня не выходило. Назойливые друзья до последнего боролись за меня и мое благополучие.       Сейчас, разглядывая пики школы, я понимаю, мой жизненный путь мог закончиться ещё на периоде отрицания, но Мими меня вытянула, впрочем, как и со всех последующих.       За помощь я ей безмерно благодарна, но ведь подруга не спросила, нужна ли она мне была? Я просто хотела душевного спокойствия, а это обеспечить себе я могла лишь в двух случаях. Возвращением Люцифера или Небытие.       Размышляя, я не сразу заметила фигуру за моей спиной. Собрав последние крупицы самообладания, я сосредоточилась на приближающейся энергии. И её я уж точно не спутаю ни с какой другой.       Как же я соскучилась… Острый перец с нотками имбиря и крепкого виски. Эта энергия сводит меня с ума!       — Что ты наделала, Вики? — когда он задал вопрос, я вздрогнула.       И снова в голове. Как же я соскучилась…       Я молчала, я не хотела ему отвечать на вопрос, на который сама не знала ответ. Сегодняшние мои действия были совершенно не запланированы. Да что говорить, если я не помню, как сюда добралась.       Помню дом, а следом, уже остров. Помню вызванное мной пламя и сгоревшие крылья. Физической боли я уже не ощущала, но вот душа разрывалась на куски.       — Посмотри на меня, — Люцифер пытался обратить на себя внимание, и я послушно повернулась к нему лицом.       В следующее мгновение я увидела на его лице шок. Да неужели? Не думал, что сможешь увидеть меня в таком виде?       Признаюсь, мой внешний вид оставлял желать лучшего. С момента нашего расставания я очень похудела, перестала за собой ухаживать. Моя оболочка совершенно меня не интересовала.       — Что ты наделала? — и снова этот вопрос, на который я лишь пожала плечами.       Люцифер за пару шагов сократил между нами расстояние. Следующее его действие я не ожидала. Он меня обнял. Жест показался чисто механическим, но мне было плевать. Плевать, ибо я мечтала утонуть в этих объятиях. Мечтала задохнуться в его манящем аромате. Мечтала раствориться в сильных руках моего демона.       Люцифер крепко, но в то же время аккуратно прижал моё тело к себе, избегая обугленные остатки крыльев. Его руки нежно поглаживали между их основания, подбородок уткнулся мне в макушку и дрожал.       — Прости меня, Вики, прости.       — За что? — это был единственный вопрос, который меня волновал. — Почему ты так поступил?       Он молчит. Он не ответит. Да, наверное, это и к лучшему. Мягко отстраняюсь, встаю на носочки и оставляю легкий поцелуй на таких любимых губах.       — И ты меня прости, — прошептала, вытирая слёзы на его лице.       Убрав его руки со своей талии, ухожу к краю обрыва и понимаю: назад пути нет. Если я сейчас это сделаю, то куплю себе билет в один конец.       Стала спиной к пропасти, а лицом к Люциферу последний раз вглядываюсь в любимые глаза. В глубине души надеюсь, что он сейчас подойдёт ко мне, остановит, успокоит, заберёт домой. Но он стоял на своем месте.       — Я люблю тебя, — сказала одними губами, но я уверенна, он всё понял.       Шаг назад и моё тело безвольно летит в пропасть. До последнего выглядывала алые крылья в небе, но их не было.       Он не пошел за мной, как обещал.

Не пошел до конца…