Отец моего ребёнка

      Любовь. Она бывает разной. Любовь матери к ребёнку; любовь мужчины и женщины; любовь друзей; любовь к своему питомцу; любовь к миру, новым ощущениям, приключениям, неизведанному, далёкому. А если разновидности любви перемешиваются в единый коктейль? Что если недавно твой друг стал для тебя возлюбленным? Как это происходит? Почему ты теперь смотришь на этого человека совсем другими глазами? Будто он стал особенным только для тебя? Или это внутри что-то переменилось и упали «розовые» очки? А как быть дальше?       Кто-то говорит, что любовь — это просто набор химических процессов — вроде как нейроны «общаются» между собой таким образом, но вместе с тем не редко можно встретить такое понятие, как «отравление окситоцином». Почему отравление? Неужели любовью можно отравиться? Да, это чувство опьяняет, дарит ощущение всемогущества: тебе и море по колено, и на Эверест заберешься без подготовки; если надо, то ламбаду станцуешь около жерла вулкана. Не зря все книги о любви, все фильмы о той же любви, творчество соткано из любви. Несчастная она, безответная или же счастливая — другой вопрос. Миром движет любовь.       Маргарет стала задумываться, а какие же чувства она испытывает к Себастиану? Любовь? А любит ли он её? Как друга — да, можно даже не сомневаться, но как женщину? Может, его любовь обусловлена только наличием Софи? Он увидел дочь и внезапно решил, что если Мэг — мать его ребёнка, значит, он должен любить и её. Маргарет глубоко вздохнула, отводя взгляд от Себастиана. Они ехали к Джине, чтобы забрать Софи и провести вместе ещё несколько дней.       Маргарет, с одной стороны, нравилось это состояние — она плыла по течению, расслабилась, не думала о завтрашнем дне. С другой стороны, Дениз не привыкла так жить. Она всегда выстраивала планы, и знала, чем будет занята, чуть ли не до пятидесяти лет. Внезапно всё отошло на второй план. Мэг будто оказалась в другой реальности, прежде неведомой ей, но всегда приходит время, когда нужно возвращаться в свой привычный мир.       — Мэг, я хотел предупредить, что, скорее всего, через несколько дней мне придётся уехать, — сказал Себастиан, когда они гуляли по парку в обнимку. Софи каталась на самокате и периодически оглядывалась на родителей.       — Хорошо.       — Хорошо? — Себастиан остановился и встал перед Мэг.       — У тебя работа, я всё понимаю. Что-то не так?       — Всё так, просто…       Маргарет поджала губы и улыбнулась, понимая к чему клонит Стэн.       — Просто мы с тобой не обсуждали, что будем делать дальше, — договорила Дениз.       — Ты так хорошо меня знаешь, договариваешь предложения.       — Это слишком серьёзный разговор для дневной прогулки, не считаешь? — Мэг взяла под руку Себастиана и прильнула к его плечу.       — Давай тогда продолжим позже.       — Отличная мысль.       Вернувшись в дом Мэг уложила спать Софи, и сама была бы не против вздремнуть пару часов после бессонной ночи, но внизу её ждал Стэн, чай и очередной разговор. Глубоко вздохнув и посмотрев на спящую Софи, Мэг аккуратно поцеловала дочь в щеку и вышла из комнаты, тихо прикрыв дверь.       Себастиан ждал внизу, на столе стояли две чашки с чаем. Рядом лежала варварски разломанная плитка молочного шоколада. Мэг присела напротив Себа, улыбка так и рвалась наружу, когда она видела его не только, как своего друга, но и как мужчину, которого она может обнять, поцеловать в любой момент.       — Уснула? — спросил Себ.       — Уснула. Ну так… — неуверенно начала Мэг, отломив кусочек шоколада и закинув его в рот.       — Наш разговор, да.       — Если ты сам его начал, то у тебя есть какое-то предложение. Я права?       — Как всегда, — усмехнулся Себ, повторив её действие.       Маргарет видела, как тяжело ему начинать, каждый из них морально готовился к неизбежному. Так всегда: падая в пропасть — нужно понять, как будешь выбираться из неё.       — Съёмки продлятся две недели, может три. Пока точно не могу сказать, это приблизительно. Я хотел предложить тебе, остаться здесь, у меня, с Софи. А когда я вернусь обратно мы будем думать, что делать дальше, — выдал Себ. Он сделал глоток чая, и пожалел о том, что это был не бурбон.       — Я не смогу остаться. Меня и так не было на работе очень долго, а если ещё месяц не будет, то совет директоров взбесится. Софи тоже нужно возвращаться в привычную среду, там её друзья, её дом.       — А как же мы? — с горьким сожалением спросил Себ, нахмурившись.       Маргарет стало жаль его, словно в их пребывании рядом он вдруг нашёл спокойствие.       — Мне хорошо рядом с тобой, Софи тоже тебя любит, но Себ… мы же знали, что это не вечно.       — Ты бросаешь меня?       — Нет, ты не так понял. Ты сам постоянно в разъездах, редко бываешь дома, это сейчас обстоятельства сложились таким образом, но что будет дальше? Басти, пойми, мой дом там, не здесь, — честно сказала Мэг.       — И что нам делать? Ты ведь была готова ради Ника переехать в Штаты, или я что-то пропустил? — Язвительно спросил Себ, за что мысленно поругал себя в ту же секунду.       — Прошу, не надо так, не злись. Если бы Ник уехал сюда, то вряд ли мы поехали бы за ним. Я слишком сильно привязана к своему дому, работе. А что нам делать? Хороший вопрос. Если бы я знала ответ. — Мэг усмехнулась и решила сказать то, что лежало на душе. — По-хорошему мне надо сказать, что я тебя отпускаю, забираю Софи и возвращаюсь домой. Пожелать тебе найти девушку, более лёгкую на подъём, желательно без ребёнка, и попробовать построить с ней отношений.       — Но?       — Но не скажу.       — Почему?       — Так было бы правильно, но лицемерно. Мы заварили эту кашу, нам её и расхлебывать. Мы вместе с Софи вернёмся обратно, как только ты улетишь. А потом ты прилетай к нам, когда захочешь. Думаю, что нам на расстоянии надо поразмыслить обо всём произошедшем, взвесить все за и против, может так и придём к какому-то решению.       — Практично, — поджав губы ответил Себ.       — Синоним слова хреново?       Они нешумно засмеялись. Себастиан покачал головой, зачесал волосы назад и прикрыл глаза. В словах Дениз была правда, и её предложение действительно имело смысл. Прежде, чем что-то поменять в своей жизни она всегда прикидывала возможные варианты развития событий. Только почему-то слова Мэг больно ранили Себастиана, он сам не понял, почему по сердцу словно острыми когтями прошлись кошки. Стэн не хотел уезжать, был готов бросить всё, ради Мэг и Софи, а она со своей рациональностью. Если бы надо, он мог бы прилетать хоть каждые выходные, хоть на сутки, на пару часов, встретиться в зале аэропорта, только бы два самых важных человека оставались в его жизни.       — Мэгги, прошу тебя, не отпускай меня, — сказал Себастиан.       — Басти, — Маргарет встала со стула и быстро подошла к Себу, он уронил голову на её плечо и сжал слишком сильно в своих объятиях. — Я же здесь, рядом, всё хорошо, — Дениз гладила его по голове, и пусть ей было сложно дышать в стальных объятиях мужчины она не решилась отойти от него хоть на секунду.       — Не представляю своей жизни без тебя, Софи. Скажи, что мы как-нибудь справимся с этим.       — Всё будет хорошо, — успокаивала его Мэг, хотя самой ей слабо верилось в эти слова.       После тяжелого разговора они помаялись по дому какое-то время, к тому моменту Софи уже проснулась, и своей улыбкой развеяла угрюмую атмосферу в доме. А затем и вовсе заставила родителей танцевать под любимую музыку. Плохое настроение как рукой сняло, когда малышка смеялась, подталкивала Мэг и Себа поближе друг к другу.       — Ты не просто принцесса, Софи, ты девочка-праздник, — говорил Себастиан, когда после очередного танца они наконец присели.       — А как это? — спросила Софи, усаживаясь на колени отца.       — Ты же бывала на праздниках, дни рождения, Рождество, Новый год.       — Да, — довольно протянула малышка, энергично кивая головой.       — И там такое веселье, ощущение волшебства, всегда хорошо, тебе хочется прыгать, бегать, улыбаться, так ведь?       — Да, — снова кивнула Софи, улыбаясь.       — Вот и ты такая, как праздник.       Софи засмеялась, Себастиан не до конца был уверен, что малышка поняла глубокий смысл его слов, но ему достаточно было сказать Софи об этом. Потом она обязательно вспомнит и поймёт всё. Девочка вдруг нахмурилась, огляделась вокруг, и обняла за шею Себастиана.       — Можно я буду называть тебя папа? — спросила Софи. — У меня нет папы, а у моих друзей есть. Можно я всем буду говорить, что ты мой папа? — продолжила тараторить малышка.       Себастиан не готовился к такому вопросу. В носу неприятно засвербило, а его тело будто приколотили к дивану, сердце упало в пятки, на глазах проступили слёзы. Он прикусил нижнюю губу, чтобы не разрыдаться прямо в этот момент, все сердечные струны не просто дрогнули, а исполняли композицию. Он вдруг вспомнил, как несколько лет назад, когда прилетал в Бухарест и остался с Софи на целый день, пока Мэг надо было уехать по работе малышка упорно протягивала ему кубики со слогами и выкрикивала «па».       — Ты обиделся? — спросила Софи, — Я могу не называть тебя так.       — Принцесса моя, нет, что ты. Наоборот. — Себастиан вытер слезу и посмотрел в разноцветные глаза дочери, — Ты даже не представляешь, как я рад, что ты спросила у меня это.       — Так можно?       — Давай мы спросим об этом у мамы, только чуть позже. Хорошо?       — Хорошо, — закивала малышка.       Себастиан прижал её ближе к себе, положил на грудь и прикрыл глаза.       — Принцесса моя, я так сильно тебя люблю, — прошептал он на ухо дочери.       — И я тебя люблю, — отозвалась Софи.       Себастиан широко улыбнулся, посмотрел в глаза малышки, и если раньше только в них он видел любовь, то теперь она подтвердила всё словами. В очередной раз этот момент стал одним из лучших в его жизни.       — А вот так любишь? — Себастиан стал щекотать Софи, она громко завизжала, засмеялась. — Вот так? А? Нравится?       Заливистый смех заполнял гостиную, когда Мэг вошла и увидела, как Себастиан играет с Софи. Они не заметили её, и Дениз раньше бы огорчилась, приревновала, но сейчас всё переменилось. Единение Себастиана и Софи стало вполне объяснимым и естественным. Порой, делая самый сложный и неожиданный для себя выбор ты остаешься в выигрыше. Мэг даже корила себя за то, что раньше скрывалась от Стэна, не давала ему общаться с Софи, игнорировала звонки и сообщения. В мысли Маргарет закралось другое, возможно, она предполагала, что всё может привести к совсем не дружеским чувствам, к тому, что есть сейчас, и она попросту этого боялась.       Что-то в жизни действительно, может быть неизбежным, и мы можем только отсрочить наступление этого, но иногда нужно просто перестать сбегать. Тогда всё станет гораздо проще. С принятием перемен в своей жизни Маргарет решительно подошла к Себу и Софи, они обратили на неё внимание, малышка сразу ринулась к маме.       — Что вы тут делали? — спросила Мэг.       — Себ меня щекотал! — ответила Софи, прячась за мамой.       — Вот как, — всплеснула руками Мэг. — Давай тогда будем щекотать его?       — Это бесполезно, — гордо сказал Стэн, скрестив руки на груди.       — Просто нужно знать места, — хитро улыбнулась Маргарет.       Через минуту Себастиан хохотал от щекотки, хватаясь за живот, и пытаясь контролировать свои конечности, чтобы не задеть ни одну из Дениз, которые щекотали его пятки. Остановились Мэг и Софи только в тот момент, когда Себ уже начал икать, Маргарет принесла ему воды, но икота продолжалась ещё минут десять. Раздался телефонный звонок, нахмурившись Стэн ответил, и вышел из комнаты. Вернулся он скоро, задумчиво крутя телефон в руке.       — Что-то случилось? — встревожилась Мэг.       — Нет, мама звонила. Приглашает нас на ужин сегодня, и хочет, чтобы мы оставили Софи до завтра. Что скажешь?       Маргарет украдкой посмотрела на дочь, та уже крутилась перед зеркалом со своим любимым динозавром и что-то лепетала.       — Ты говорил Джине что-то? — приглушенно спросила Дениз.       — Мне и не потребовалось. И нет, я не разговаривал с ней об этом. Только сказал, что это долгая история. Видимо…       — Видимо, нас вызывают на допрос, — с улыбкой договорила Мэг.       — Мэгги, — Себастиан присел рядом с девушкой на пушистый ковёр. — Если не хочешь, то не надо.       — Басти, — Маргарет улыбнулась и погладила его щёку. — Всё нормально, я могу понять Джину. Она всегда мечтала о внуках, а мы, то есть больше я, лишила её такой возможности. Давай поедем, и если Софи будет не против, то оставим её. Тем более…       В глазах Мэг загорелся огонёк, она указательным пальцем провела от линии губ Стэна до его шеи, остановившись на впадине ключицы. Он громко сглотнул, понимая намерения девушки.       — Тебе кто-нибудь говорил, что ты ужасная мать? — с хрипотцой спросил Себ.       — Нет, и ты не скажешь, мой милый.       Себ нахмурился, в душе что-то дрогнуло, он сам не понял, что именно.       — Повтори ещё раз, — серьёзно сказал он.       — Милый? — переспросила Мэг.       — Нет, до этого.       — Мой?       — Да, Мэгги, только твой.       — Басти, — протянула Мэг, уткнувшись носом ему в шею.       Перед тем, как начать собираться к Джине Мэг спросила у Софи, не против ли она остаться на ночь там, но малышка так была рада этой новости, что сама спросила, может ли она побыть у Джины. Дениз была только за, и через час они уже ехали в машине, напевая любимые песни Софи.       Мэг поймала себя на мысли о том, что ни капли не нервничает, как в прошлый раз, наоборот, она рада, что у Софи появились ещё два человека, по праву родных, помимо самой Маргарет. Отец и бабушка. Если быть точнее, то даже не отец, а настоящий папа. Маргарет видела, как Софи смотрит на Себастиана, с таким обожанием и восхищением, которые не передать словами. Когда-то и Мэг так смотрела на своего папу. Хоть они с Себастианом и договорились не забегать вперёд, и Маргарет очень старалась следовать этому соглашению, но иногда не получалось. Она задумалась, что будет даже не с ней после возвращения домой, а с Софи. Как дочь отреагирует на то, что Стэна не будет рядом? Как она переживёт это? Ведь в прошлый раз, когда Себ уехал Софи капризничала несколько дней, хотя даже не умела говорить. А что будет сейчас? И как Мэг правильно объяснить Софи, почему им надо прощаться?       — Мы приехали.       Голос Стэна вырвал из рассуждений Дениз, она кивнула и слабо улыбнулась. Себастиан помог выйти Мэг, а затем взял на руки Софи, небольшую сумку с вещами и они зашли в дом. В воздухе витал аромат свежеприготовленный еды, цветов, и апельсинового фреша.       — Мам, — протянул Себ, — Мы дома.       Из-за угла тут же появилась Джина, а Софи побежала к ней с радостными возгласами, женщина сразу обняла малышку.       — Привет, моё солнышко! — Джорджета поцеловала Софи сначала в одну щеку, потом в другую, и никак не могла насмотреться на девочку.       — Джина, я скучала, — Софи обняла бабушку за шею и тоже поцеловала в щеку.       — Ты же останешься сегодня? Бабушка будет учить тебя играть на пианино, как в прошлый раз.       — Да, мне так понравилось!       — Мэгги, Басти, мои дорогие, проходите, не стойте в дверях, стол уже накрыт, — сказала Джина.       Мэг и Себ по очереди поцеловали Джину и последовали за ней в гостиную. Зайдя в комнату Маргарет охнула, стол ломился от изобилия еды и угощений, на нём были расставлены свечи, небольшие букетики лаванды, а посреди комнаты стояло массивное пианино. Маргарет нахмурилась, посмотрев на него.       — Это оно?       — Мэгги, детка, ты помнишь его? — Джина приобняла Маргарет за плечи. — Да, то самое из Константы.       — Боже мой, как оно сохранилось.       — Как и тот ковёр из вашей гостиной, Себ рассказывал, что ты его отреставрировала и положила в своей любимой комнате.       — Неужели он рассказал вам об этом? — изумилась Мэг.       — Он много о чём рассказывал. Давайте мыть руки и за стол.       Себастиан и Мэгги сели за один край стола, Джина с Софи напротив них. Ужины у Джорджеты всегда были бесподобны и изысканы. Маргарет не один раз говорила Джине, что неприлично так вкусно готовить, невозможно удержаться попробовать ещё один кусочек. Джорджета только смущалась и отмахивалась, хотя было видно, что в глубине души ей нравятся такие комплименты. За таким ужином была даже не так важна вкуснейшая еда или лучшая выпивка, как разговоры, ощущение семейного очага, тепла, улыбки, смех, забавные истории, воспоминания. Словно Маргарет наконец-то перестала быть актрисой второго плана в своей жизни, сейчас она была главным героем, этот фильм снимали про её удивительную жизнь.       Они говорили несколько часов, а потом Джина и Софи сели за пианино, женщина учила Софи нотам, а малышка самозабвенно слушала и радостно хлопала в ладоши от каждого звука, которые издавали клавиши. Себастиан и Маргарет убрали со стола, не желая отвлекать Софи и Джорджету, успели помыть посуду и украдкой поглядывали на них.       — Мэгги, — прошептал Себастиан, коснувшись тёплыми губами шеи девушки, она вздрогнула от неожиданного прикосновения.       — Себ, не сейчас же.       — Нам ещё не пора домой? — ласки Стэна не прекращались, он продолжал покрывать шею поцелуями, а затем чуть закусил мочку уха Маргарет.       — Ещё нет, — слабо отозвалась Дениз, прикрывая глаза.       — А по-моему, уже пора, — Себ дернул Мэг и теперь от посторонних глаз из скрывала перегородка, к которой девушка была припечатана сильным телом.       — Себ, — проскулила она, не выдерживая напора румына.       Их губы слились в страстном поцелуе, Себастиан сильно сжимал талию Маргарет, а она обхватила его за крепкую шею, зарываясь тонкими пальцами в шевелюру. Язык Стэна беззастенчиво ласкал язык Дениз, губы раскраснелись, воздуха не хватало, они даже не заметили, как стихла музыка, доносившаяся из гостиной, пока были заняты изучением губ друг друга. Совсем рядом кто-то прокашлялся, и Маргарет с Себастианом мигом отлетели друг от друга. На кухню вошла Джина, она загадочно посмотрела на Себастиана, потом на Маргарет, тем самым взглядом, когда родители знают, что дети озорничали. К щекам Мэг прилил румянец, но был он из-за жаркого и томного поцелуя Себа, благодаря которому ноги уже слабо держали или из-за взгляда Джины, девушка не смогла разобрать.       — Басти, тебя зовёт Софи, она хочет показать, чему научилась, а мы пока с Мэгги порежем торт. Поможешь мне, детка? — обратилась она к Дениз.       — Конечно, Джина, говорите, что делать.       — Я пойду, — Себастиан поправил пиджак, чуть пригладил волосы и вышел из кухни.       Несколько минут Джина только говорила, откуда достать тарелки и десертные вилки, пока сама нарезала торт. Мэг знала, что за этим последует. Время допроса настало.       — Мэгги, милая, — начала Джина. — Мы можем с тобой поговорить о Софи?       — Да, Джина, конечно.       Маргарет видела, как непросто Джорджете собраться с мыслями и начать подобный разговор. Женщина глубоко вздохнула, чуть повела плечами и посмотрела в глаза Дениз.       — Прости меня, детка, я не хочу лезть не в своё дело, если вдруг мой вопрос покажется тебе бестактным, то не отвечай, но… Софи ведь ваша общая дочь, так?       — Да, всё так. Это получилось спонтанно, не в том смысле, как вы подумали. Было искусственное оплодотворение, не знаю, как мне пришло это в голову, и как Себ согласился. Но да, Софи его дочь, и ваша внучка, — с улыбкой ответила Мэг.       — Софи знает об этом?       — Нет, мы ей не говорили, и пока даже не знаю, стоит ли.       — Ты не уверенна в нём? — Прозвучало скорее утверждение, чем вопрос. — Я понимаю тебя, Мэгги. После развода я тоже не была уверенна, что кто-то сможет стать хорошим отцом для Себа. Это очень тяжело, когда приходится думать не только о себе, но ещё и о ребёнке, — Джина выглянула за спину Маргарет, девушка тоже обернулась, чтобы посмотреть.       Софи сидела на коленях у Стэна и показывала, какие клавиши и ноты теперь знает.       — Всё нормально, милая, — Джина снова посмотрела на Маргарет. — Не думай о том, что я осуждаю тебя или Себа, это ваша жизнь. Наоборот, я хочу тебе сказать кое-что.       — Да?       — Хочу сказать не только от себя, а от имени старшего поколения, моих добрых друзей Мии и Ноэля, которые смотрят сейчас на нас сверху. Они гордятся тобой, как и я, и мы всегда желаем вам только счастья. От вас зависит будет оно совместным или раздельным, решать только вам. Просто знай, как бы жизнь ни сложилась, в этом доме всегда рады тебе и Софи.       — Джина, — прошептала Мэг, пытаясь сдержать слёзы.       Женщина обняла Маргарет так крепко, как могла.       — Моя девочка, всё будет хорошо.       Маргарет не сдержалась и всхлипнула. В объятиях Джины Мэг всегда ощущала то самое материнское тепло, которого была лишена уже давно. И слова Джины — это именно то, что нужно было услышать Мэг. Знать, что ею гордятся, что её любят несмотря на победы, промахи, просто за то, что она есть.       — Поплачь, детка, ничего страшного.       — Простите, я что-то совсем расклеилась, — сказала Мэг, утирая слезы тыльной стороной ладони. — Спасибо вам.       — Ты со всем справишься, Мэгги. А теперь…       — Торт?       — Да, давай быстро разложим по тарелкам, а то эти два ребёнка расстроят пианино.       Маргарет и Джорджета рассмеялись, обе посмотрели в сторону отца и дочери, которые так и наслаждались компанией друг друга.       Из всех тортов Маргарет больше всего любила сочетание шоколад с вишней, и Джина будто угадала — приготовила именно такой. В целом кулинарным способностям Джорджеты можно было только позавидовать, она не просто вкусно готовила, но и любила импровизировать на кухне с разными ингредиентами, приправами. Творческий человек абсолютно во всём.       За окном стемнело совсем незаметно, Софи успела порезвиться после ужина на свежем воздухе, а когда сумерки опустились все зашли в дом. Джина как и в прошлый раз почти что выгоняла Себа и Мэг, уверяя, что они с Софи прекрасно справятся и без них.       — Они так хорошо поладили, — сказал Себастиан, когда машина выехала на магистраль.       — Да, я даже почти не чувствую угрызений совести, что мы оставили Софи, — усмехнулась Мэг.       — Мы уже говорили об этом. Все так делают, и это нормально.       — Я знаю, просто… это так…       — Необычно, — договорил Стэн, мимолётно посмотрев на Дениз.       Она улыбнулась.       — Да, точно.       — Мэг, ты ведь совсем одна с ней с самого рождения, мы не берем в расчет няню, а именно родных. И мне кажется, что ты должна уже понять, что можешь положиться на близких.       — Ты имеешь в виду себя?       — Почему нет?       — Напомнить, чем ты занимаешься?       — Да, я постоянно в разъездах, в работе, встречаю Новый год где-то над океаном, но много кто так живёт.       — Я знаю, что многие живут подобным образом и ещё успевают растить детей, но я не понимаю, как это применимо на практике.       — А тебе всегда надо знать возможные варианты развития событий.       — Это определённая уверенность, Себ. Как если знать, что книга кончится хорошо и там ждёт хэппи энд, или наоборот, герои расстанутся и будут жить своей жизнью. Понимаешь, о чём я?       — Понимаю, Мэгги, понимаю, — с грустью ответил Себастиан.       Он знал, что Маргарет не хотела его обижать, в её словах есть истина. Но если задуматься серьёзно, какую уверенность он может ей дать, если и сам не до конца уверен в своих чувствах? Смотря на Мэг он может сказать, что любит её, Софи, их нетронутый мир, где они только втроём. А что будет дальше? Он медийная личность, если прознают о том, что у него есть семья? Как Мэг отреагирует на толпу папарацци у своего дома? Как минимум он не может дать ей уверенность в том, что их отношения останутся в тайне. Можно бесконечно долго осторожничать, что Себ и делал до сих пор, но где-то когда-то обязательно будет промашка.       В первую очередь Стэн хотел разобраться в себе и в своих чувствах к Дениз, как к девушке. Не как к другу, не как к матери своей дочери, а именно, как к девушке, которая, несомненно, его привлекает, заводит, иногда злит своей неприступностью, вечной правотой и желанием забегать вперёд. И именно в этот момент Себастиан осознал, что предстоящий отъезд и их разлука в пару-тройку недель будет очень кстати. Себ сможет отфильтровать все мысли, и вот тогда в их жизнях наступят определённость. Возможно, тогда он наконец-то сможет сказать Софи, что он её отец.       Себ старался отодвинуть тяжелые мысли на второй план, у него ещё будет время подумать обо всём, поэтому рука покоившаяся на колене Маргарет стала подниматься всё выше и выше по мере приближения к дому. Заходя, а точнее заваливаясь в квартиру Себастиан и Маргарет уже срывали одежду друг с друга и торопились в спальню, не прерывая поцелуи, которые то и дело переходили в смешки или покусывания.       Дойдя до кровати оба были только в нижнем белье. Себ снова кинул Мэг на кровать, она уперлась локтями в мягкую поверхность и не могла налюбоваться видом обожаемого мужчины. От разгорающегося внутри желания Мэг еле слышно шикнула и закусила нижнюю губу. Себастиан ухмыльнулся и навалился сверху, уперевшись руками в кровать.       — Мне нравится, — тихо сказал он, целуя напряженные связки на шее Мэг.       — Что? — спросила она, запрокидывая голову и расслабляясь.       — Нравиться тебе, — ответил Себ, поцелуями спускаясь ниже.       Мэг ничего не ответила, только запустила руки в густые волосы Стэна и выгибалась дугой, отвечая на его прикосновения и почувствовала, как к щекам прилил румянец, а губы невольно растянулись в улыбке. Себастиан поочерёдно стащил зубами тонкие лямки бюстгальтера и наслаждался тем, как Мэг трется бёдрами о него. Оставленный поцелуй около косточки бедра заставил Маргарет издать первый и такой сладкий стон.       — О да, Мэгги, обожаю твои стоны, — прохрипел Себ, снимая с девушки трусики.       — Себ, — простонала она, почувствовав язык, который коснулся клитора и неспешно двигался вокруг. — Да, пожалуйста, не останавливайся, — Маргарет одной рукой держала Себастиана за волосы, направляя его, а другой оттягивала сосок.       При виде этого зрелища Стэн почувствовал пульсирующую боль внизу живота, но продолжал мучать Мэг медленными движениями, но теперь она стала подмахивать бёдрами в такт его движениям. Громко застонав девушка всё активнее набирала темп, но у Себа были другие планы. Он резко оторвался от неё не дав кончить и быстро стянув с себя боксеры резко вошел, лишая рассудка Дениз и выбивая из неё один из самых сладких стонов.       — Так разве не лучше? — прошептал Стэн на ухо Мэг, двигаясь нарочито медленно.       — Нет, — еле слышно ответила Мэг, надеясь раззадорить его.       Себастиан рыкнул и ускорил темп, теперь уже вколачиваясь в тело Маргарет с новой силой, отпуская внутреннего зверя, которого слишком долго прятал за маской друга. Дениз снова застонала, впиваясь ногтями в широкую спину Стэна и обвивая его бёдра ногами, чтобы быть ещё ближе.       — А сейчас?       Очередное проникновение, от которого Мэг громко вскрикнула и прижалась губами к его шее, неумышленно оставив там засос. Теперь пришла очередь Себастиана стонать от близости, поцелуев, покусываний Маргарет. Темп снова ускорился, когда Мэг нагло изучала его рот своим языком, и собрав всю свою силу девушка оттолкнула Себастиана и резко оседлала его, потершись мокрой промежностью о его член.       — Может так будет ещё лучше? — сбито спросила она, ерзая и размазывая свою смазку по члену Себастиана.       — Ты так любишь быть сверху? — Стэн тяжело дышал, хватал ртом воздух и сжимал до побеления костяшек талию Мэг.       — Даже не представляешь насколько.       Она усмехнулась и медленно насадилась на член Себастиана. Стэн зажмурился и вжался в подушки, пока Маргарет двигала бёдрами не так быстро, как ему хотелось бы. Постепенно темп ускорялся, аккуратная грудь Мэг подскакивала от активных движений, она уперлась руками в его пресс, быстро двигая бёдрами, по ложбинке между грудью скатилась капля пота, и Себастиан облокотившись на спинку кровати слизал её с тела девушки. Маргарет застонала ещё громче и теперь Себастиан уже не мог сдерживаться, он энергично подмахивал бёдрами навстречу движениям девушки, чувствовал, как она внутри сжимает его член. Стэн обхватил пальцами подбородок Дениз, а она в порыве наслаждения облизнула его большой палец и не хотела выпускать его из приоткрытого рта. У Стэна снесло крышу, она и правда слишком хороша сверху. Он убрал палец изо рта девушки и принялся им массировать клитор, от чего Маргарет выгнулась ещё сильнее.       — Да, да, пожалуйста, — стонала она, стараясь сохранять темп.       Хоть она и была сверху Себастиан всё ещё чувствовал власть над ней, поэтому приставил руку Мэг к клитору и сказал:       — Хочу посмотреть, как ты сама справишься.       Мэг было уже всё равно, напряжение настолько накалилось, что не могло не разразиться гигантским выбросом энергии. Она продолжила начатое Себастианом, массируя чувствительные точки. Комната погрузилась в бескрайнюю страсть, похоть, стоны разбивались о стены, влажные шлепки тел, и томные взгляды двух людей, которые смотрели друг другу в глаза, пока не достигли желанной точки.