Контракт.

После произошедших событий в Ли Юэ, Чжун Ли переосмыслил жизнь. У него пропало желание следить за событиями города и он только-только начал наслаждаться обретённой свободой. Возможно, он чувствовал даже некую вину за эти мысли. С другой стороны, думает бывший гео Архонт, он уже отслужил своё. Защищал его на протяжении порядка шести тысяч лет и после своего ухода оставил приглядывать за городом Цисинов и Адептов. Но почему всё ещё какой-то неприятный сгусток таился в его груди. Может быть, это просто у него что-то болит? Мало ли, что может случится с телом. Учитывая, что он только-только стал полноценным, если это можно так называть, человеком. Когда Чжун Ли делится со своими переживаниями с путешественником, тот вкрадчиво поясняет, что его может что-то беспокоить. Это имеет смысл. Особенно, когда причина этого беспокойства сейчас прогуливается по Ли Юэ и покупает последние сувениры для своих братьев и сестёр. Он понимал, что привязываться к человеку — это глупо. Особенно являясь чуть ли не бессмертным для этого самого человека. Да, сейчас он стал чем-то на подобии обычного смертного и в любой момент, если захочет, может пойти на покой, однако, дело это не меняет. Когда он вспоминал о предвестнике, чувствовал, будто над его головой и из глаз появлялись сердечки. Паймон с Итэром видимо тоже это замечали (Они поняли о его влюблённости ещё в глазурном павильоне), и пытались подтолкнуть глупого, теперь уже не Архонта, к действиям, ведь если он не поторопится его объект воздыхания уплывёт в Снежную или на новое задание. И когда в конце концов Чжун Ли подошёл к нему, предложил начать отношения, а Чайлд, удивлённо подняв брови, согласился, все так завертелось! Хотя с другой стороны, ничего почти и не изменилось кроме, разве что, слов, произносимых друг другу. Может, только у Моракса стали появляться сердечки над головой немного (много) чаще, ведь ну как им не появляться, узнавая подробности о Тарталье. Например, что его зовут Аякс. Он обожает морепродукты (у Чжун ли от этого факта немного дёргается глаз), вечерние бои, ведь в это время очень красивые закаты, ему не нравятся предвестники со своими "хитрыми" способами и он невероятно любит своих братьев и сестёр. А ещё ему нравится кусаться и дразнить в постели возбужденного полу-дракона (В первый раз, когда оказалось, что во время секса у Чжун Ли из-за некой невозможности контролировать свои внутренние процессы, Чайлд чуть ли не грохнулся с кровати от смеха. Не контролирует он их!Ну потеха!). А потом у них появился и сын. Нельзя не упомянуть, что после рождения малыша, адепты, пришедшие посмотреть на него, уставились на кулёчек в руках Чжун Ли. Тот смотрел на него с отцовской заботой и тельце это чувствовало, когда тянулось к смольным рукам. Но давайте вернёмся к адептам, которые во всю изучали маленькое чадо с темно-коричневыми волосами и проскальзывающими рыжими прядками. Для них был не столь важно, что у него такие волосы, скорее то, что этот ребёнок чёртового Гео Архонта, Рекса Ляписа, Моракса и бога контрактов. Ребёнок бога и человека, обладающий глазом бога! Вы представьте, какая сила может в нем хранится! А потом неожиданно, Гань Юй тыкнула малыша по носу. Тот смешно зафыркал, а Чжун Ли издал озадаченный вздох. Другие адепты тоже подтянулись и даже Сяо, самый грозный и нелюдимый из всех, приложил к нему палец. Именно приложил. Пришедший Итэр, который хотел принести воды Чайлду, находившийся в дальней комнате, вопросительно уставился на эту картину, у Паймон на лице было тоже написано непонимание, а эти взрослые дети все ещё что-то там делали с ребёнком. Путешественник, подхватив живую консерву, решил удалиться. А когда Аякс проснулся, то встретился с заботливыми жёлтыми глазами с зрачком-ромбиком. —Наверняка ты хочешь есть. —Ты даже не представляешь как. —Адепты сделали тебе разные угощения. Прекрасный миндальный тофу от Сяо, Овощной салат с рисом от Гань Юй, копчёное рагу от... —Чжун Ли, я просто хочу поесть чего-нибудь из снежной. —Он трёт глаза, пытаясь окончательно проснуться. —Из Снежной? —Ну, —Тот замялся, задумчиво потирая щёку. —я бы хотел отведать борща. Или пельменей. О, ещё можно было бы хрена! —Кажется, мне придётся тебя огорчить. —Поникши сообщил Моракс. —Я могу приготовить бор..ш..—Попытался выговорить Итэр, вошедший в комнату.—Тарталья когда-то научил меня это делать. —Он слегка смутился и добавил: Простите, что отвлёк вас. —Всё хорошо, товарищ! Приготовь мне самый лучший борщ! Путешественник, шутливо отдавая почесть, удаляется. —Я думал, что сдохну. —В тишине говорит Чайлд, а Чжун Ли прыскает. —Знал бы ты, что ты кричал... —Слышать даже не хочу! —А ещё просил шоко... —Пощади! Пока борщ готовился, Тарталья вспомнил, что они не назвали ребёнка. На этой почве вырос небольшой конфликт. Чжун Ли хотел назвать его Юн Ли, а Чайлд хотел назвать его Августом, потому что, ну что за дела, почему ты хочешь назвать своего сына храбрым драконом? В итоге, перед родами, они решили, что если у него будут волосы Чжун Ли, то они назовут его Юн Ли, если же появится рыжик —то Августом. В итоге, они сейчас смотрели на человечка в простыне с темно-коричневым и рыжими прядями волос. —И что будем делать? —Спросил осторожно Чжун Ли, более утыкаясь в горячую шею возлюбленного и обнимая того за талию. —Честно, не знаю. Я уже даже внутренне согласился на Юн Ли. —А я на Августа. Они рассмеялись. —Может назвать его Август Ли?—Предлагает Аякс спустя пару минут, за которые эти двое успели ещё ближе срастись друг к другу. —Хм-м-м. —Многозначительно хмычет Чжун Ли и Чайлд поднимает голову вверх, чтобы увидеть его задумчивый взгляд. Ну все, сейчас будет говорить без умолку. Но длинного монолога не последовало —Думаю, нам подходит. —Хорошо. —Он крепче обнимает кулёчик. А потом он все таки пробует прекрасный борщ и говорит свой хитроумный план: —Я заставил себя съесть Снежскую еду, чтобы потом ребёнок легче переносил холод. Да, видимо он сильно устал от родов, раз говорит такую чепуху. Чжун Ли понимающие кивает и хвалит его за такой хороший план, укачивая ребёнка, пока Чайлд самодовольно приподнимает голову. (Через пару дней, когда Тарталья хорошенько отоспался, он от души посмеялся от того, какую чушь наговорил. А ещё, конечно же, щедро отблагодарил путешественника за приготовленную еду.) В спокойном темпе прошло пару лет. Тарталья, все ещё любящий бои, не мог не идти посражаться, за что Чжун Ли только качал головой и давал ему гео защиту, чтобы он не откинулся от ударов, сам оставаясь с ребёнком. Может быть, ему стоило более трепетно относится к Чайлду, но зачем менять человека, если он вырос таким? Всё таки, он не курица-наседка. Главное, чтобы он был под защитой щита и не вляпывался во что-нибудь. О, кстати про последнее... Видимо Чжун Ли с Сяо и правда попали. Ведь прямо сейчас перед ними стоял разъярённый Тарталья со скалкой в одной руке и в другой с ребёнком. —Вы о чём думали, когда потащили Августа туда?! —Сяо уже присаживается на колени, вынося себе приговор. Возможно, он всё таки поступил опромечиво, взяв малютку в горы...Но это чудо был одной из немногих слабостей Якши. А этот ребёнок же просто посмотрел на него своими красивыми золотыми глазами, когда он пришёл проведать Чжун Ли! Вы сейчас думаете, ну что за черт, почему обычный смертный орёт на черт возьми адепта, то... Мать в гневе, особенно из снежной, может напугать даже его. —Но Аякс... Мы просто хотели показать Ли вид... Чтобы он прикоснулся к прекрасным цветкам Цинь Синь...—Чайлд активно безмолвно жестикулирует и Чжун Ли тоже уже присаживается на колени. Сяо вопросительно уставился на него. Может напугать и Архонта. —О, да?! Настолько хорошо показали, что он чуть не свалился вниз. А если бы у Сяо не было анемо глаза бога? Что тогда? —Кажется, за Чайлдом начала появляться гнятущая аура, а стаканы и кастрюля, наполненные водой с солью, начали немного трястись от, почему-то слишком разбушевавшийся, жидкости. Гань Юй решает предотвратить казнь. —Аякс.. —Эта милая девушка, как и Сяо, тоже могли называть его по имени с разрешения Чайлда. А узнали они его после того, как он услышал, что эти двое во первых, друзья его возлюбленного, а во вторых, дали благословение для их сына. Он подарил это право и другим Адептам, ведь как он узнал позже, то, что все они тыкали в маленького кулёчка означало, что они дают ему каплю их магической силы или типо того. Он ещё не до конца понял. (Тарталья кстати от души рассмеялся когда вообще узнал об этой всей ситуации. Ну потеха, право!) —Не нужно кричать, когда рядом ребёнок. Папаша замялся. И чего-то он правда? —И не нужно злиться на них. Мальчишки они такие. Не подумав, начинают делать.—Мягкий бархатный голос успокаивает как Чайлда так и ребёнка, который все это время неспокойно прижимался к плечу. Он активно закивал и Гань Юй увела разгарячённого отца подальше от Якши со вторым отцом, учтиво им сказав на последок, пока Чайлд не слышал: —Лучше приготовьте ему что-нибудь в качестве компенсации. Придётся.