Холодное сердце и потерянные души

Лето прошло быстрее, чем ожидалось. Осенняя погода не заставила себя ждать, и наступила ещё в середине августа. Холодный ветер, с лёгким ароматом недавно прошедшего дождя и грязи, исследовал Лондон уже на протяжении недели. Туман уменьшал видимость достаточно сильно, было видно только белый цвет, но желто-красные гаммы природы пробивали свои лучи около пансиона Роял Рассел. Две девушки сидели в своей комнате с включенным бело-желтым светом от гирлянд для более уютной атмосферы. Они жили в этой миловидной коморке около месяца, и уже успели обустроить её под свои личные пожелания. Стены нефритового оттенка были украшены панелями из тёмно-коричневого дерева, что придавало некую готичность комнате. Весомые моменты из жизни подруг детства, были представлены в виде фотографий сделанных на «древний» полароид и вывешены на почётное место рядом с большим окном, выходящим на излюбленный всеми учащимися сад. Мягкий ковёр серого цвета был размещен тут, дабы не отморозить себе детородные органы. Сидящие на нём Ирина и Соня, после долгого учебного дня, смотрели новый фильм ужасов. В душе Иры тлеет надежда на то, что София не обмочит их новый ковёр из-за очередного страшного момента. — Чёрт, да когда же он закончится? — закрывая глаза руками интересовалась Орлова. — На следующий раз никаких ужастиков! Туманная и дождливая погода на улице повышала тревожность девушки до невозможного предела. Она постоянно оборачивалась назад, будто бы ожидала, что её съест жуткий монстр, выдуманный её сознанием. — Можешь не переживать. — ответила девушка, двинув курсором на ноутбуке. — ещё около 15 минут. — Полный кошмар, ты где его нашла? Я ночью точно спать не буду теперь. — Я предупреждала тебя, говорила, что фильм будет пугающим, но ты храбрилась. — посмеиваясь отвечала Морозова. Комната избавилась от последнего тепла, руки стали покрываться белыми точками с фиолетовым обрамлением. Соня спрятала руки в карманы домашней кофты, которую купила на барахолке проходившей в последнюю субботу. — Ого, откуда такой холод? Такое ощущение, что сопли превратились в ледышку. — дрожала от холода девушка со светлыми волосами. — Взаправду, похолодало. Надо сделать чай, да погорячее. — согласилась Ирина, вставая с любимого ковра. — Не хватало ещё простудиться накануне вечеринки. Столько готовиться и всё напрасно. — Надеюсь мой иммунитет не разочарует меня на сей раз. Вечные болезни — моя история. Сколько бы не лечилась — без толку! Соня приняла решение перебраться на свои «покои». Кровать из тёмного дерева была поистине мягкой, когда ложишься на неё, можно уснуть на долгие часы крепким сном. Бывали случаи, что даже громкая мелодия будильника не могла вернуть девушку из сна. Одеяльце из вискозы укрыло её до груди. Нежно-бежевый цвет всё ещё не испачкан разводами от чая, который вечно пьет неуклюжая Орлова в своей немалой постели. Если бы не занятия, и не удручающее количество домашнего задания — вечно ленивая и вечно болезненная девушка находилась бы в ней на протяжении целого дня, но, к сожалению, прежде чем отдыхать – надо кропотливо поработать. Близкие люди принуждали её к постоянным учебным внеклассным занятиям, вдобавок — дополнительные у учителей вне школы, дабы не опозорить своим незнанием состоятельных родителей. В связи с этим у неё выработался некий «Синдром Отличника» и в настоящее время, Софии приходится усердно корпеть над всеми видами работы. И всякая неудача порождает горькие слёзы учащейся. Заварив чай со вкусом мелиссы, Морозова решилась спросить подругу про готовность своего мрачного костюма на грядущий День Всех Святых — «Хэллоуин». Ирина питала любовь к этому празднику с детства. Вот только, отмечать его она никак не могла. Вопреки тому, что её родители были набожными людьми, девушка чувствовала привязанность к мистическим и таинственным вещам. Заброшенные здания — были её любимым местом для проведения времени. И теперь, когда она находится в Англии, надобно отметить его достойно. — Ну как там мой костюм? Всё ли будет готово вовремя? — вопросительно посмотрела на свою подругу она. — Вероятней, да, но можешь перезвонить и спросить точно. — София неохотно поднялась со своего «лежбища» с целью взять свой телефон. — Держи. Надо было сразу дать тебе телефон швеи, ради твоего же спокойствия. Чай оказался вкуснее, чем предполагалось ранее. По-видимому, новый способ заварки Ирины, справил приятное впечатление на обоих. Убаюкивая своим сладостным вкусом, он принудил подруг закрыть свои глаза и провалиться в глубокий, заслуженный сон. Холодное утро объяло двор лондонского пансиона неминуемым инеем. Облака над неприветливым обителем танцевали в этаком мрачном экстазе, давая жителям сего понять, что будет лучше в этот день остаться внутри с горячим напитком. Однако, две обитательницы убежища игнорировали извещение о грядущем ливне. На предстоящую неделю нацелен излюбленный всеми живыми и неживыми праздник — Хэллоуин. Договорившись о встрече со швеей, девушки мчались через весь Лондон с целью забрать уже готовые костюмы обоих, ибо в ближайшее время, в честь оного, состоится долгожданная подростками вечеринка. — Сегодня так холодно, можно задницу отморозить. Надо было прислушаться к тебе и взять то длинное пальто. — пожаловалась Ирина войдя в местный вагон метро со своей подругой. — До меня доходили слухи, что в Англии постоянный холод, но я думала, что это всего лишь глупый стереотип, выдуманный теми, кто даже в стране не был. — В целом, это и в правду стереотип. Видимо, нам просто не повезло, как и всегда. — девушка засмотрелась в, на удивление, чистое окно вагона, рассматривая самостоятельно сделанный макияж. Аккуратные стрелки визуально удлинили её небольшие глаза, создавая таким способом эффект «Лисьи глазки». Цвет помады «Deep Red Water» ещё больше увеличивал и без того пухлые губки. Наспех нарумяненный курносый нос выглядел мало-мальски небрежно, а нанесённый тональный крем на сухую кожу овального лица и вовсе выдавал факт того, что сделано было сие чудо на скорую руку. София Орлова — вечный лентяй и любит спать максимально долго для того, чтобы потом ничего не успеть. «Хорошо, что хоть вовсе не проспала.» — частый преследователь на протяжении долгих лет. — Люблю быть невезучей. — усмехнувшись ответила Морозова. Поездка в метро казалась мучительно долгой. Обе страдалицы были из небольшого, но уютного городка России, в котором о метро слагают лишь легенды, а добраться от дома до центра можно было пешком в течение пятнадцати минут. Родители девушек были в достаточной степени богаты, чтобы переехать из немноголюдного городишки, но что-то удерживало их в этом уединенном месте. Евгений Морозов и Владислав Орлов — университетские друзья, решившие удачно вложиться в бизнес. Сначала в своём родном городе открыли студию красоты, а потом и по всей стране. Неожиданно ставшие популярными косметические услуги принесли мужчинам большое количество денег. Коллеги по бизнесу были верными друзьями и, в конечном итоге, их семьи так же прочно дружили. Общение Ирины и Сони было неизбежным. Девушки ходили на один горшок, позже садик и впоследствии школу. Нетрудно было догадаться, что в будущем они изъявят желание учиться в одном университете. Подруги решили в последние два года обучаться в лондонской школе-пансионе Роял Рассел. Сей пансион даёт возможность подготовиться к последующему поступлению в вуз, что было достаточно сложным для девушек из России. Разумеется, всё это стоило немалых усилий и денег, но раз существует такая возможность, почему-бы и не воспользоваться. Выйдя из сырого метро, они поплелись в старую замызганную лавку, напоминающую снаружи крошечную коморку. Колокольчики на входной двери напоминали владелице о приходе новых ожидаемых гостей. Большие окна выглядывали на шумные улицы дьявольского Лондона. Люди бежали по домам, дабы скрыться от заставшей их непогоды. Пейзажи на картинах в карамельного цвета рамках выглядели весьма дорогостояще. Различные растения украшали грязноватые подоконники обителя швеи. На полу сего стоял творческий беспорядок, который подчёркивал экзальтационный вид зрелой женщины одетой в светло-коричневое платье с чёрным ремешком на тонкой талии. Взъерошенная копна русых волос давала компаньонкам понять, что Амели Билгер работала над созданием их одеяний непомерно старательно. — Здравствуйте, миссис Билгер. — оглядывая помещение поздоровалась удивленная Морозова. — Мы звонили вам вчера по поводу заказанных нами костюмов. Вы сказали, что можно сегодня подъехать и забрать их. — Ах, мои дорогие, доброго вам дня! — ответила возбуждённая женщина. — Помню-помню. Заходите, можете примерить мои творения! — удаляясь в другую комнату проговорила она. Орлова усмехнулась своей подруге, давая понять, что это обыденное состояние Амели. Мать девушки — Екатерина Орлова, была давней подругой владелицы лавки. Они познакомились ещё во время учебы в одном из лондонских вузов матери Сони. Билгер работала над созданием свадебного платья Екатерины и, конечно же, присутствовала на её свадьбе. Софья гостила у женщины несколько раз, когда они с мамой приезжали в Лондон, дабы отдохнуть от мирской суеты во время летних каникул. — М-да, у моей бабушки похожий характер. Когда я наведывалась к ней она постоянно вытворяла всякие дикости. — проговорила Ирина имитируя своеобразный акцент любимой бабули. Снимая с себя промокшее от проливного дождя укороченное пальто девушка направилась в самодельную примерочную созданную из постельного покрывала блёкло-желтого цвета. Громадное безрамное зеркало было украшено небольшими наклейками подобно красным цветам ликориса, которые приписывали сему печали. На глифталевый линолеум был постелен круглый ковёр для утепления ног, что не могло не порадовать замёрзшую Ирину. — Держи, милая. — окликнула швея испуганную от резкости произносимых слов Морозову. — С чего такое растерянное личико? Неужто Смерть во мне увидела? — тешила девушку Амели. Передавая наряд, Билгер разглядела стройную фигуру стоящего перед ней подростка. — Примите мои извинения. Вы так проворно подошли, я и не заметила. — Не стоит переживать, я на такие глупости не обижаюсь! В отличие от моего мужа, чуть что, мгновенно дуется! — поделилась секретом улыбающаяся женщина. — Бегом одеваться! Мне не терпится рассмотреть свою работу на живом манекене! - прихлопывая в ладоши настояла портниха. Ирина принялась экипироваться в увесистое облачение. Данное нечто, по истине было громадным. Длинное тёмно-серое платье было успешно посажено на хрупкую фигуру. Под ним скрывалось бесчисленное количество подъюбников для придания платью пышности и роскоши, подол выполненного платья оснащен трогательными смолёными кружевами, лиф сего принял вид тёмного воротника верно подчеркивая белоснежную кожу Морозовой. Русые волосы были убраны в высокие хвосты двумя бантиками кои напоминали о давних детских времена, когда мать девушки — Виктория стягивала ей волосы до такой степени, что глаза закрыть ей было невыносимо трудно, по той же причине, у неё были постоянные мигрени, от которых, она лечилась ежедневными принятиями таблеток обезболивающего характера. — Чёрт, никогда бы не подумала, что мне идут такие платья. — высказалась Ира о своём новом, непривычном образе. Девушка одевалась зачастую в «Мужскую одежду», как это принято нарекать в обществе. Брюки, джинсы, рубашки, толстовки — всё это можно было найти в гардеробе Ирины Морозовой, несменные приятели. Облаченная в новый, истинно загадочный образ, она принялась танцевать под выдуманную музыку к изумленной подруге ждущей её пламенного выхода. Не предполагая такого поведения, Софья решила поддержать подругу в её затее и двигаться навстречу неизвестной мелодии. Чёрная распашная часть дьявольского платья была длиннее глухой и закрывала корсет , который придавал груди девушки всевозможную форму. Шея девушки была перевязана алым воротником, на бюсте красовался вырезанный ромб, давая телу чуточку желанного воздуха. Удлиненные рукава-воланы слоями переходили из тёмных оттенков в красные, внося в образ таинственности и мрачности. В ходе пляса все проблемы оказываются забытыми. Девушки парили как пёрышки, создавалось впечатление якобы они на дебютном балу конца девятнадцатого века, пытаются понравиться возможным будущим кавалерам. Искры между ними метались как молнии в летний, грозный день. Продолжалось бы сие действие покуда ночь не завершится, но не дано этому сбыться. Платье Орловы решило зацепиться за мягкую софу и заставить свою владелицу упасть на твёрдый линолеум. Девушка «Ойкнула» от несильного приземления на свою задницу. Морозова, дабы поддержать подругу, приняла решение залиться смехом, давая Соне сполна прочувствовать неловкость ситуации. — Юная леди, осторожнее! Вы мне всю лавку разгромите. — гневалась Билгер. — Ну же, вставай! — женщина подала свою крупную руку упавшей Соне. — Знаешь, я тоже тебе не помогу, когда ты упадёшь! — девушка приняв помощь швеи быстро поднялась и понарошку обидевшись на подругу начала её ругать. — Попросишь приготовить твои любимые тосты, а я откажусь! — Не посягай на святое! — Ирина резко перестала смеяться и вскинула палец. — Чай заваривать не буду! — насмешливо угрожала она. Тёплый смех девушек раздавался по всей коморке. Гуляя по старинной лавке он дразнил все плесневелые уголки неряшливых комнат. Заряженные позитивом, Амели предложила им помощь своего мужа, дабы он довёз их вещи в целости и сохранности. Перенасыщенные эмоциями они едва не уснули в машине мужчины и добравшись до своей комфортабельной комнаты кровать с упоением приняла их в свои объятья. Луна сменилась с солнцем уже три раза. Осенними оттенками пестрил сад около школы-пансиона. Внешний вид школы сменился с помощью учеников. Собравшись все вместе они принялись вырезать украшения из разноцветного картона и придавать угрюмым тыквам зловещие улыбки. Ирина и Соня соответственно тоже приняли участие в данной забаве и теперь школа выглядела достаточно празднично до Дня Всех Святых. Купленные в комиссионном магазине скелеты в полный рост стояли на входе школы придавая ужаса и тревожности. Паутина, которая была здесь круглосуточно, в этот день смотрелась особенно неповторимо. Вечером тридцать первого октября подростки и учителя Роял Рассел будут отмечать сей праздник выпивкой и закуской. О выпивке, правда, знают только ученики. Зал, где в основном проводились собрания, на сегодня был оформлен в подобающей тематике. А тематикой сегодняшнего ужасающего вечера была Англия, девятнадцатый век. Дополнительно к Хэллоуину, ученики пансиона могли начинать праздновать ознаменование первого дня каникул. Второго ноября, каждый божий год, как несменное правило, коридоры обителя были пустыми. Подруги начали сборы ближе к обеду. Решив отоспаться, дабы насладиться этой ночью сполна и вдоволь. Ирина, будучи не особым спецом в делах косметики, спросила Соню о помощи. Не забывая о теме Викторианской эпохи, девушка нанесла малозаметное количество туши на гибкие ресницы, взяв большую, пушистую кисть Орлова принялась белющей пудрой расписывать лицо просившей. Лёгкие, розоватые румяна нанеслись тонким слоем на её щёки, в надежде не переборщить со цветом. Два высоких хвостика на несомненно русых волосах Ирины выглядели сегодня особенно прекрасно. Серые, как очередной, унылый день в Англии, резинки держали их крепко. Улыбнувшись своему внешнему виду, Ирина решила проверить самочувствие Сони, так как уже некоторое время не слышала её сурового голоса, кричащим о плохо работающем приборе. Пройдя в узкую ванную Морозова бросила взгляд на голубо-зеленую плитку. Подчёркнутые коричневыми стрелками глаза, которые смотрели на вошедшую девушку, смотрели на Иру моля об небольшой услуге. Соня поджала свои припухлые губы и начала грустно скулить. — Ты чего, мозги прижгла? — Ирина подошла к расстроенной подруге и отобрала лежащую в её руке завивку для волос. — Я думала, что ты не особо любишь собак, а тут гляди как заскулила. Стаю потеряла? — Очень остроумно, спасибо. — окончательно разгневанная Софья начала вставать на нестойкие ноги. Зацепившись руками за бок ванной она почти не подскользнулась на недавно упавшем блеске для губ. Ира инстинктивно подхватила воздух, пытаясь сдержать падение. - Ой, блин. Ещё убиться сегодня не хватало к полному счастью. — Тебе помочь? Что сделать-то нужно? Соня, смотря в зеркало, начала вести монолог о том, как стоит уложить её копну светлых волос, а Ирина, подперев подбородок своей рукой в воздухе, наблюдала за движениями тонкой руки девушки, которая указывала на то, как правильно это сделать. Прищурив глаза Морозова поддакивала рассказу Софии, сама не до конца понимая, как стоит провернуть сию аферу. Закончив увлекательный монолог, Орлова повернулась к подруге вопросительно смотря на неё. — Ну как, всё понятно? — разглядывала она свою подругу. — Несомненно, ничего. Но я сейчас придумаю что-нибудь покруче. — усмехнулась Ира посмотрев на выпученные глаза Сони. — Не беспокойся, маэстро чудные ручки сейчас всё разрулит. Лобовая часть волос была собрана в хвост, для удобности носительницы, так как недавно остриженная чёлка, в период ежемесячного стресса, очень мешала разглядывать наряды пришедших гостей. Оставшиеся, были накручены той самой, нерадивой, привезенной из России, плойкой. Красный бантик, в виде украшения, красовался на завитом пике её хвоста, придавая милой изящности. Какая чудесная ночь для попадания в неприятности. Багряная луна пестрила оттенками придавая ужас конца света взглянувшему на неё. Поистине захватывающее зрелище для любителей всего тёмного и мистического. Сегодня ночь, которая соединяет мир живых с миром мёртвых, идеальная для проведения различных гаданий и предсказаний, которые так любят подростки, да и не только они. Унылые стены пансиона эхом отталкивали любой звук, кой раздастся в этом злополучном коридоре. Вся жизнь сегодня кроется за вальяжно открытой дверью зала для собраний. Девушки прошмыгнули в небольшую дверь незаметными. Как всегда, последние и опоздавшие, они принялись активно пожинать напитки и вкусные закуски в виде небольших канапе. — Ух-ты, Сонь, смотри какие интересные конкурсы здесь. Как раз для меня. — подмигнула пьющей напиток подруге она. Сей конкурс представлял собой подбрасывание небольшого шарика для пинг-понга в стакан, если попал — выпивает команда соперников, если нет — нет так нет, может, повезет в другой раз. Игра заканчивается в тот момент, когда противник выпивает последний стакан напитка. Играть можно и по одному в команде, но сегодняшняя игра решалась 2х2. Ирина, заприметив сие действие, потянула подругу за собой. Софья, как всегда, не была рада такой затее, так как знала, что напьется в стельку. На второй стороне ринга были две девушки, с которыми подруги были знакомы. Ну как знакомы, скорее, знакомы из слухов. Агнесс — стандартная сука, от которых богатеи родители избавляются, отправив её в «глушь для ботаников», а другая, на удивление, была местной тихоней, которая дружила ни с кем, кроме своей недавно приобретенной живностью, в виде разных насекомых. Что она делает здесь с данным уникумом? Видимо, алкоголь сближает сердца и души противоположных людей. Агнесс и Хлоя очень мило болтали, что несказанно удивило приближающихся к столу девушек. Переглянувшись друг на друга с изумлением в глазах, они начали медленно подходить. — О, привет. - притупленно поздоровалась Хлоя. — Вы хотите сыграть с нами? — подняв уголки губ вверх она глянула на стоящую рядом Агнесс. — Да, сыграйте с нами, а то все такие зануды, обходят нас стороной, мы что, так плохо выглядим? Верно, заучка? — грустно поджав губы Агнесс глянула с притворным смущением на Соню и Иру. — Не говори так, ты смотришься просто замечательно! Не то, что я... — с горечью Хлоя начала сравнивать свой костюм с Агнесс. Заучка была одета в костюм хот-дога, так как была обманута представителями не особо умных людей в данном пансионе. Девушке доставалось от более популярных ребят, поэтому она всегда старалась держаться подальше от шумных компаний. Популярная девица была одета в викторианское платье тёмно-синего цвета. Искусно выполненная шапка с пером, пестрила своим величием на её неразумной голове. — Успокойся ты, просто выпей немного. Сразу легче станет. Как маленькая себя ведешь, будто бы услышала что Санта Клауса не существует. — она подала пластиковый стакан красного цвета почти что плачущей Хлое. — Надулась она, смотрите! Хлоя начала пить высоко градусный напиток большими глотками, пытаясь заглушить свою обиду. Агнесс, тем временем, гладила её рыжую макушку, пытаясь притворно успокоить. — Не дави на неё, видишь же, что человеку и так плохо. Если захочет, то потом сама выпьет. — заступилась за заучку разгневанная Ирина. — Чего ты, она ведь сама пьёт, я её не заставляю. Правда же? Всё хорошо? — девица глянула на смущающуюся Хлою щенячьими глазиками. — Нет-нет, вы что, всё ведь отлично. — начала она размахивать руками перед лицами подруг, пытаясь неуклюже показать, что она в порядке. — Мы ведь просто шутим, так ведь? — девушка засмотрелась на Агнесс с непредельно искренним взглядом. — Конечно. Просто шутим. — ухмыльнулась она ей. — Ну что же, давайте начнём игру, а то вы больше говорите, чем делаете. Соня с Агнесс начали раскладывать оранжевые пластиковые стаканчики с обеих сторон. На каждой из них было выставлено по девять штук наполненными горькой, дешёвой текилой. Стаканы образовали собой большой треугольник, в который предстояло попасть соперникам. Распределившись по местам, справа — Ира и Соня, а слева — Агнесс и Хлоя, они начали игру. Сначала всё шло, как по маслу. Ирина профессионально попадала в стаканчик соперниц, а те, с радостью, уплетали резкий напиток, но к середине игры всё пошло не по плану. Конечно же, один из приятных пунктов игры — напиться, но как-то не хочется напиваться до беспамятства. Но правой стороне, к их огорчению, перестало везти напрочь. — Чёрт, Ир, мы сейчас продуем. Я уже мало что понимаю. — заикаясь произнесла Соня, сознание которой уже было затуманено алкоголем. — Может закончим игру? — Ты зачем такое говоришь!? Какое продуем, сейчас я им устрою вековое поражение! — пытаясь прицелиться крикнула Ира. — Вот, смотри! Мячик полетел в совершенно другую сторону, настроенная на победу девушка вылупила глаза и повернулась на свою расстроенную подругу. — Сейчас я вам покажу, как это делается. — усмехнувшись прыснула Агнесс. На сей раз мячик прилетел прямо в красующийся перед всеми стакан. София вскинула руку ко лбу и ударила себя достаточно сильно. — Ну-же, пей! — подмигнула с оскалом девица. Ирина едва коснулась губами стакана, как рухнула на пол. Соня, не успевшая поймать подругу, начала легонько бить лежащую по щекам, придавая им ещё более красного оттенка. Ира раскрыла свои глаза и уже хотела подняться, но резкая боль в голове не дала ей этого сделать. — Я сейчас сдохну. — произнесла тихо она. — и блевану. — Я принимаю это как поражение. — расхохоталась Агнесс и толпа, собравшаяся около них, начала освистывать пару. Девица, со своей новоиспеченной свитой, в качестве одной Хлои, приняла решение удалиться с поля битвы. Орлова, переставая обращать внимание на толпу, резко отрезвела от происходящего. И со своим хрупким телосложением, принялась поднимать за руки подругу, которая едва держалась в сознании. Завив ледяную руку за свою шею, она потащила Морозову в ближайший туалет, который находился на втором этаже здания. — Нам ещё долго? — протягивая произнесла вяло плетущейся Ира. — Я сейчас блевану, не шучу. — Мы прошли всего несколько метров, я тебе не телепорт. — немного останавливаясь злилась подруга. — Мне тоже тяжело, хотя тебе, признаю, хуже. Почему ты напилась больше чем я? Никогда бы не подумала, что я более стойкая к спиртному чем ты. — Всё бывает, и это случилось. — Морозова начала резко сползать с плеча подруги вставая на колени. Ей становилось всё хуже и поэтому пришлось идти быстрее, чем раньше. Шея Орловой начала затекать и нести подругу становилось всё тяжелее и тяжелее, но свет от лампы в туалете, начал одаривать их ранее, чем ожидалось. Соня легко толкнула дверь незанятой рукой и завела подругу в одну из кабинок чистого туалета. К счастью, никого здесь не было, и поэтому, можно было отдаться этим незабываемым ощущениям мерзкой блевотни со всей душой. Звуки, которые издавало горло истощенной Иры были мало похожие на человеческие. Софья умело придерживала два русых хвоста, чтобы они не превратились в большой отвратительный комок мокрой грязи и омерзительной харчи. Вскоре, Морозова закончила испражняться ртом и села рядом со своим белоликим спасителем. — Как ты себя чувствуешь? Стало лучше? — с беспокойством смотрела на подругу она. — Может водички? На уроках медицины говорили, что нужно стараться выблевать всё, что только можно, пока оно не превратиться в прозрачную жидкость. Задержав своё затуманенное зрение на Орловой, организм Ирины не выдержал и поддался искушению потери сознания. Пульс становился слабее, а дыхание замедлялось с каждым мгновением. Будучи в шоке от осознания происходящего, Софья начала ощупывать пульс левой руки. — Чёрт возьми, что делать? Господи, я не понимаю. — не ощутив его, девушка решила сделать массаж сердца, но испугалась. Паника одолевала её. Возможность сделать хуже была больше, чем хотелось-бы. Профессиональностью в этом вопросе она не обладала, но знала, что есть риск сломать рёбра и этот ухудшит ситуацию в разы. — Надо звать на помощь, но я не могу оставить тебя здесь одну. — обращаясь к подруге пояснила она. Руки начали предательски дрожать, Соня начала искать телефон, и не обнаружив его, впала в ступор. Переглядываясь с двери на подругу она не могла прийти к консенсусу. — Надо брать себя в руки, придётся идти искать помощь самостоятельно. Не беспокойся, я сейчас приду. — нагнувшись к подруге, она погладила её волосы. Медленно разгибаясь девушка начала привставать. Надвигаясь к выходу, навечно неуклюжая Орлова сыграла свой последний номер подскользнувшись на мокром полу. Кабинка, с любовью, предоставила свою помощь и подстелила свой угол под изысканно-милую прическу Орловой. Мрачный жнец нежно листал свои списки покинутых душ, и немного удивился, не обнаружив души лежащих на кафельном полу девушек.