Под завесой дождя

Перекинув ноги через борт телеги, что сейчас мерно ехала по дороге куда-то в сторону гор, Венти широко улыбался, смотря на бескрайние небесные просторы. Белые облака неспешно двигались где-то далеко-далеко наверху, а легкий ветерок столь нежно касался лица, что хотелось лишь улыбаться ему, подставляя щеки. Да, определенно с погодой барду сегодня повезло (и не скажешь ведь, что он специально разогнал тучи над городом сегодня — ехать под дождем определенно не хотелось), как и с попутчиком. — Господин Дилюк! — задорно произнес Венти, одним движением садясь внутри телеги. — А зачем вы все-таки едете в Ли Юэ? Тем более один… Мужчина (конечно, назвать его парнем и можно было, да только один вид владельца винокурни говорил о том, что делать подобного не стоит) даже не обернулся, чтобы взглянуть на попутчика. Лишь дернул вожжи, тем самым заставляя лошадей ускориться. — Есть дела, — бросил Рагнвиндр, продолжая следить за дорогой. На деле же вопрос бард задал чисто из праздного любопытства. Пусть он и оставил Мондштадт столетия назад, ветер приносил ему все секреты и тайны жителей этого уютного городка. А потому и то, что так сильно хотел скрыть Дилюк, Венти вполне себе знал. Прекрасная Ян Фей… Ну или же консультант по юридическим вопросам, проживающая в Ли Юэ. Она ведь даже была как-то раз в городе анемо-архонта… Но надолго не задержалась, ах, какая жалость… В общем и целом — да, Венти был наслышан об отношениях этих двоих. Бесспорно, ему было весьма интересно, к чему это все приведет, поскольку… Жизнь людей столь скоротечна, а Адепты живут долго… Очень долго… Но, видимо, судьба гораздо лучше знала, кто кому подходит. Казалось, что в мире, где всем заправляла Селестия (и даже архонты ей подвластны), было нечто, что стояло над ними. Не высшая сущность, но что-то… столь сильное и мощное, с чем никто и никогда не собирался спорить или как-то бороться. В этом мире существовало то, что нельзя было объяснить магией. Но каждый, неизменно каждый человек (да и не обязательно даже) мог ощущать особенный аромат. Первое время очевидно было непривычно, ведь запах был константой, чем-то неизменным — его нельзя было перебить или как-то убрать. Он существовал на постоянной основе, и лишь спустя некоторое время можно было к нему привыкнуть. Но даже так, стоило лишь вспомнить о нем, как он тут же щекотал ноздри, будто говоря о том, что где-то далеко есть человек, которому ты не безразличен. Которому ты важен и нужен… Каждый встречался со своей судьбой в то время, которое было предначертано. Это нельзя было изменить или же избежать. Звезды, настоящие звезды, уже давно все предсказали и расставили точки. Время придет. Но оставалось лишь ждать. Другое дело что… Сколько бы Венти не ждал, сколько бы веков не проходило мимо него, сколько бы поколений не сменялось, но он никогда не ощущал тот самый запах. Сначала бард лишь улыбался, наивно полагая, что его родственная душа просто не родилась — с чего бы тогда и запах ощущать? И какого же было его удивление, когда Моракс раскрыл ему некоторые карты. Каждый, по достижению определенного возраста, мог чувствовать столь важный аромат. Даже если родственная душа не родилась — запах был. Как константа в уравнении, над которыми частенько сидел Альбедо в своей лаборатории. А Венти… Ничего не чувствовал. Все казалось обычным, все было неизменным. Но того сладкого чувства, что он кому-то нужен, что есть кто-то, кто ждет его… Этого не было. Сколько бы веков не прошло, но ничего не менялось. «Будто проклят судьбой…» — невеселые размышления заставляли взять в руки лиру и начать что-то наигрывать. Заунывный мотив никак не вязался с образом вечно улыбчивого барда… Но тем не менее… Печаль порой заполняла его сердце. И избавиться от нее было непросто, очень непросто… В конце концов, решение просто смириться с этим пришло ему в голову совершенно случайно. Сидя на вершине разрушенной башни, где когда-то погиб Декарабиан, Венти лишь улыбался, смотря на восходящее на востоке солнце. Коль уж судьба не уготовила ему родственной души, то лучше он будет радовать других — предаваться унынию вечно просто грешно! Ведь… если бы его любовью оказался человек… то было бы весьма болезненно расставаться, когда бы пришло его время… Так? Смирение и покорность… Были столь не характерны для свободолюбивого Анемо Архонта. Но это было единственной вещью, в которой он предпочел закрыть глаза и просто плыть по течению, не стремясь чего-то менять. — Приехали, — от печальных дум Венти отвлек голос Рагнвиндра. — Дальше сам, если куда-то собирался. —Спасибо большое, господин Дилюк! — бард тут же выскочил из телеги, задорно улыбаясь. Ого, вот это удача: остановились около постоялого двора «Ван Шу». — Рад был прокатиться с вами! И пусть ветер и донес ответ до него, Венти предпочел скрыться как можно быстрее. Путь его и лежал в город («и зачем на старости лет Мораксу приглашать меня в гости?»), но можно было и немного прогуляться, верно? С пика Цинъюнь ведь открывался прекрасный вид, а подняться туда труда бы не составило… Уж точно не властелину ветров. Насвистывая незнакомый мотив, бард тут же направился на запад, с видом туриста разглядывая местность. Может, стоило взять что-нибудь в качестве подарка Гео Архонту? Хорошее вино определенно бы подошло в эту категорию, но во всех заведениях ему не то что не продавали — даже не налили бы полчашечки! Что за несправедливость, а ведь ему уже столько веков… — Может камень подойдет? — рассуждая вслух, Венти остановился около внушительного желтого кристалла — не вглядываясь, его можно было бы принять за янтарь. — «Дорогой Моракс, это тебе в подарок. Камень для камня!» Хм, а что звучит неплохо… Не написать ли мне песню об этом… Надув губы, бард смотрел уже теперь задумчиво куда-то сквозь землю. Шутка казалась смешной, как раз в его духе… Или стоило подумать немного лучше? — Ложись! — и в этот момент раздался знакомый голос за его спиной, а затем откуда-то сверху на него навалилось тело. Не то чтобы тяжелое, но… ощутимое. — Эй-эй, да что происх- Сяо! — в изумрудных глазах тут же вспыхнула искрами радость. — Какая встреча! — Тихо ты… — зашипели в ответ. Чудом перевернувшись лицом к говорившему (будучи придавленным сделать это было весьма непросто), бард заметил неприкрытое беспокойство на чужом лице. — Черт, заметили. Кто именно их заметил, Венти спросить не успел — скорость Адепта поражала. Будучи буквально секунду назад над ним, в следующую он уже крошил хиличурлов в порошок, не щадя себя и собственного тела. Барбатос почти не успевал следить за его движениями — в темноте едва ли что-то можно было разглядеть, лишь вспыхивал зеленым светом глаз бога… Стоять в стороне было немного неловко (да и помочь ведь следовало), однако Якша управился столь быстро, что барду ничего более не оставалось, кроме как изумленно глядеть на своего… видимо, спасителя. — Спасибо, йе-хе, — когда Сяо вернулся к нему (перепачканный в чужой крови), Венти широко улыбнулся, размахивая руками. — А… Зачем ты вообще сюда пришел? Пожалуй, теперь его и правда волновал этот вопрос. Если он сам лишь хотел прогуляться, то зачем же тогда здесь Адепт? — Не важно, — вот и весь ответ. Конечно, человек незнающий бы наверняка возмутился подобной фразе, но не Анемо Архонт. Пусть копейщик и отличался… мрачным характером, так скажем, в душе он по-прежнему оставался чрезвычайно одиноким. — Ка-а-ак скажешь! Не хочешь тогда пройтись со мной? Стечение ли обстоятельств или же веление судьбы? Не суть уж важно, однако бард отчетливо услышал за своей спиной раскат грома, а затем с небес хлынул поток воды, будто желая снести все на своем пути. И две маленькие фигурки, одиноко стоящие на фоне скал — в том числе. — Видимо, сёгун Райден балуется, хах! — немного нервно рассмеялся Барбатос, обхватывая себя за плечи — одежда тут же промокла насквозь. — Нужно найти укрытие, — а вот Адепт определенно решил не тратить время почем зря. — За мной. Коротко, ясно и по делу. Не решившись перечить, Венти бодро (на удивление) поспешил следом за своим проводником в этой темной и мрачной глуши — все же от постоялого двора он умудрился отойти достаточно далеко. Но долго идти и не пришлось, вскоре показалось нечто, отдаленно напоминающее… палатку? В такой глуши? — Здесь хотя бы есть подобие крыши, я разведу огонь… — начал было Сяо, однако бард остановил его простым жестом руки. Момент — и вот уже потоки ветра кружили вокруг них, уничтожая впитавшуюся в одежду влагу. — А вот теперь разводи, — ехидно произнес Барбатос, садясь на бревно. Удивительно, что в этом месте и правда было нечто, отдаленно напоминающее костер — камни вокруг были сложены таким образом, чтобы дрова не покидали их предел. — А вообще… Что это за место? — Временное пристанище для путников, — Адепт никак не прокомментировал действия барда, а вот на вопрос все же решил ответить. — Ничего не трогай лучше, оно не нам принадлежит, — Сяо определенно знал об этом месте больше чем нужно, но не спешил вдаваться в подробности. Ну и ладно. — Главное, что есть где дождь переждать, хах! — довольно улыбнулся бард, доставая лиру. Имело ли то смысл сейчас или нет — не суть было важно. Душа пела и просила сыграть хоть что-то, не обязательно веселое. Шумел дождь, и его песнь сейчас казалась такой… правильной? Будто все то, что происходило сейчас с ними — было верным. Начиная от Сяо, сидящего на земле у разведенного огня, завершая им самим, медленно перебирающего струны… И даже в этом молчании каждый находил что-то свое. Да и требовались ли сейчас слова? Они могли лишь испортить атмосферу, которая и без того казалась чересчур хрупкой — только тронешь и она посыплется миллиардами осколков. А спросить он хотел многое. Начиная от банального «как дела?» (а ведь они так давно не встречались), завершая уже заданным «почему ты здесь?». Ведь… либо он искал подвох абсолютно везде, либо же это и правда было стечением обстоятельств — что мог забыть в этой глуши Адепт? Хоть и… он должен оберегать жителей Ли Юэ, но Венти не являлся таковым, да и вполне мог постоять за себя. Но все же… в чем же дело? — Я… почувствовал запах. Цветочный, очень яркий… — вдруг начал говорить Сяо, смотря куда-то сквозь костер. Взгляд янтарных глаз отчего-то казался пустым — будто Адепт и говорил сейчас не с бардом, а с кем-то иным. Однако последний не спешил его перебивать — он весь обратился вслух. — Пряный, невероятно насыщенный… И чуть сладковатый… — продолжал говорить копейщик, опираясь спиной о другое бревно. В его глазах Барбатос отчетливо видел всполохи огня, что сейчас поднимались вверх. И это… завораживало. — Так пахнут сесилии… — но зачем он решил ответить на не озвученный вопрос, очевидно повисший меж ними? Сяо тут же вскинул голову, смотря теперь прямо в изумруды. Теперь… он должен был что-то пояснить, да? — Я чувствую этот запах… от тебя… — неожиданно произнес Якша, чуть подаваясь вперед. Буквально весь его вид говорил о том, что стоит сейчас барду сказать хоть одно лишнее слово и его вновь пригвоздят к полу. И не факт, что с мирными намерениями. — Что ты знаешь? — Да? — однако Венти не был бы Венти, если бы испугался подобного. Напротив, он широко улыбнулся, проводя самыми кончиками пальцев по лире — раздался мелодичный звук, перекрывший шум дождя. — Странно… — Я повторяю… — Вот что, Сяо, — и все же убрав музыкальный инструмент в сторону, Анемо Архонт ответил довольно тихо, но настойчиво, будто пытаясь донести одну простую мысль, засевшую в усталом разуме. — Родственные души ощущают запахи по достижении определенного возраста. Но я никогда его не чувствовал… Ты спутал… меня с кем-то. И как бы сильно сейчас не хотелось сказать обратное, как бы сильно он не желал обнять это на вид хрупкое, но на деле мощное тело своими тонкими руками, прижаться к плечу и согреть… Как бы сильно не желал, да только… Реальность ведь жестока. Судьба не даровала ему счастья. А Сяо принадлежит кому-то иному. Эта мысль будто резанула острым клинком по душе. Руки по привычке потянулись к лире… — Но запах все еще здесь… Я его чувствую. От тебя. Быть может, это был первый раз, когда Венти начал злиться. Обычно спокойным и беспечный, сейчас он чувствовал гнев, вскипающий где-то в груди. «Да что же такое!» — Этого не может быть. Я не чувствую ничего. Прости. Он закрыл глаза и отвернулся. Нужно было покинуть это место, как можно быстрее. Даже несмотря на то, что лил дождь, под которым он очевидно промокнет через минуту, даже несмотря на то, что идти нужно было долго и во тьме, имея риск наткнуться на хиличурлов или еще кого-то страшнее… Просто уйти. Он ведь… не сможет дать Сяо того, что ему нужно, да? — Эй… — тот подал голос, когда Венти уже было встал с места, собираясь распрощаться. Черт со всем этим, только бы уйти. — Ты добавил в костер цветки цинсинь? — спросил Архонт как-то совсем мрачно, что слишком уж контрастировало с его обычно веселым характером. — И зачем? — Кроме дров там ничего нет, — раздалось в ответ, а Венти скорее почувствовал чем увидел, что Адепт скрестил руки на груди. Почему-то… ему так показалось, да. — Тогда… — хотел было возмутиться Барбатос, но что-то заставило его остановиться и обернуться в сторону копейщика. Тот уже тоже встал и смотрел на него… как-то обеспокоенно. Что совершенно не вязалось с привычным образом отстраненности. — Но… — Говорят, что аромат цветов цинсинь можно почувствовать лишь во время дождя… — произнес Адепт тихо, отводя взгляд в сторону. — Только в это время… — Но… почему… Судьба — дама весьма коварная. Одному она улыбнется, а к другому повернется спиной… Кто-то будет благословлен, а кому-то придется бороться за свое счастье. Но сейчас… сейчас он ведь мог поверить, что ему повезло? Самую малость, вот хоть немного, но… понадеяться, что это не сон, а реальность. И что сейчас он может сделать все то, о чем мечтал уже очень давно? Правда… может? — Могу я… — он поднял взгляд на Адепта, смотря все так же обеспокоенно, но вместе с тем с нескрываемой ничем надеждой. Хотелось верить. Больше всего на свете сейчас он хотел верить. И больше ничего. — Смотря чего ты хочешь, — Сяо скрестил руки на груди, смотря куда угодно, но только не в эти изумрудные глаза. Дождь продолжал шуметь… — Хочу… — не завершив. Пара несмелых шагов — он боялся, что Адепт сейчас проскользнет и исчезнет за дверью. Но тот не сдвинулся с места. Как и не сделал каких-либо движений. Лишь выдохнул… немного нервно, наверное, но не поднял взгляда на Венти. А тот и не собирался более ждать. Нужно было убедиться, что это не обман. Что это не иллюзия, что не мираж и не очередной сон. Что это правда. Самая что ни на есть настоящая. И ткнувшись носом куда-то в плечо Адепту, он осторожно обхватил его за талию. По-прежнему страшась, что сейчас все его мечты, все воздушные замки, выстроенные временем, рухнут в одночасье. — Так значит это правда… — он с наслаждением вдохнул свежий, бьющий по ноздрям аромат цветов цинсинь. — Значит это ты… И слов прозвучало уже достаточно. Ровно настолько, чтобы Адепт, наконец, положил свои ладони на плечи Венти, определенно волнуясь — его сердце колотилось все быстрее и быстрее… Цинсинь и сесилии смешивались в воздухе, создавая неповторимую ни коим образом симфонию пряности и свежести… В ночи, сокрытые от всего остального мира плотной завесой дождя, они, наконец, обрели свое счастье. Пусть и спустя… время.