24. «цветущие сады»
22 марта 2022 г., 15:44
Гарри зашипел и резко выпрямился, потирая щёку, по которой только что получил щетиной метлы. Виновник происшествия с хихиканьем унёсся прочь. Гарри вздохнул, и вдруг вскрикнул, когда ещё одна метла врезалась ему в колено. Не обращая внимания на резкую боль, он перевёл взгляд на маленького мальчика, который от удара повалился на траву и, широко распахнув карие глаза, с тревогой уставился на него.
— Извините, мистер Гарри, — прошептал мальчик.
— Всё в порядке, Уилфред, — заверил Гарри, подхватив его и поставив на ноги. — У тебя отлично получается.
Уилфред просиял и снова вскарабкался на свою метлу, разбежался, подпрыгнул и неуклюже взмыл в воздух.
Гарри усмехнулся и огляделся в поисках новой опасности. Только он, пригнувшись, поймал мяч из пеноматериала, который они использовали в качестве импровизированного квоффла, как по лужайке разнёсся визг. Он проглотил не успевшее сорваться с губ ругательство и, подняв глаза, увидел, что двое других его подопечных вот-вот столкнутся. Непроизвольно приняв дуэльную стойку, он направил на них палочку, и мётлы замерли. От резкой остановки обе девочки снова взвизгнули; одной удалось удержаться на метле, а вот вторая упала. Она тут же вскочила на ноги и бросила на Гарри раздражённый взгляд. Тот пожал плечами и взмахнул палочкой во второй раз, остановив остальные мётлы. Большинство детей попадали, но под ними была мягкая трава, а максимальная высота полёта составляла приблизительно полметра — о том, что кто-то пострадает, можно было не беспокоиться.
Когда Гарри, сжимая в руках письмо, которое получил несколько месяцев назад, пришёл с утра в «Цветущие сады», он думал, что привлекать к делу его будут постепенно. Что сначала он встретится с персоналом, понаблюдает за занятиями детей, поиграет с ними в какие-нибудь игры или поболтает с несколькими из них с глазу на глаз. Но вместо этого ему поручили провести импровизированный урок полётов кучке малышей в возрасте от пяти до семи лет.
Гарри не жаловался. В «Садах» ему понравилось всё: зачарованные цветущие лианы, обвивающие металлические ворота; просторные комнаты с высокими потолками и яркими стенами; игрушки на любой вкус и цвет; огромная территория и растущие группками деревья, которые, вероятно, и послужили вдохновением для названия организации. Но больше всего его поразила лёгкость, с которой персонал обращался с детьми. Здесь царила атмосфера тепла, терпения и любви — всё оказалось даже лучше, чем он представлял себе, когда сжигал остальные полученные письма.
После краткой экскурсии он встретился с директрисой по имени Синтия Вандерспрайт. У неё в кабинете было по-домашнему уютно, а она сама не выказала никакого удивления от визита знаменитости, не засыпала его назойливыми вопросами и не пыталась выудить из него какую-либо информацию. Синтия общалась с Гарри как с рядовым волонтёром, предложила ему чай, показала до очаровательного нелепые детские поделки и внимательно выслушала его мысли о том, как именно он хотел бы помогать.
Не успел Гарри опомниться, как оказался на улице в окружении возбуждённых детей и миниатюрного квиддичного снаряжения. Несколько минут он потратил на то, чтобы запомнить их имена, а потом позволил им поиграть самостоятельно, решив, что сперва нужно оценить ситуацию и понять, с чем ему предстоит иметь дело.
Возможно, это было ошибкой. Лужайка сию же секунду погрузилась в хаос, дети заметались во все стороны, вереща от восторга. Сейчас ситуация была не лучше: они носились друг за другом, перепрыгивая через замершие в воздухе мётлы или проползая под ними.
Гарри постоял минутку, раздумывая, что с этим дальше делать, и демонстративно игнорируя самодовольную ухмылку подростка, который сидел на траве неподалёку и листал комикс. Диклану Сотби было, наверное, лет пятнадцать, хотя по росту он заметно перегнал самого Гарри. Синтия познакомила их и предложила Диклану присоединиться — тот спорить не стал, но для помощи и пальцем не пошевелил.
Гарри стало интересно, почему Диклан не в Хогвартсе, но он решил не спрашивать. В движениях мальчика прослеживалось что-то неуловимо странное. Создавалось ужасное ощущение, будто тот справляется с долгосрочными последствиями травмы от проклятья, которое, возможно, получил даже во время битвы за Хогвартс.
— Ребята! — Гарри повысил голос, чтобы перекричать создаваемый детьми шум, и указал на место перед собой. — Возьмите свои мётлы и встаньте сюда. Пешком! — твёрдо добавил он, когда трое ребят запрыгнули на зависшие мётлы. — Просто подойдите, пожалуйста. Кто не будет меня слушаться, тот и не полетает.
Малыши резво подбежали к Гарри и выстроились в относительно прямую линию.
— Сейчас каждый из вас по очереди будет практиковаться в управлении метлой. Старт — вот здесь, — он взмахнул палочкой, и прочертил на траве у их ног полоску ярко-синего цвета, — а финиш — там, — примерно в трёх метрах от них появилась ещё одна такая же. — Все поняли?
— Да, мистер Гарри! — хором отозвались дети.
Диклан встретился с Гарри взглядом. Выглядел он при этом так, словно успешная попытка успокоить маленьких сорванцов произвела на него впечатление, но признавать этого он не собирался.
— Чары, — проворчал он.
Гарри непонимающе нахмурился. Диклан закатил глаза и очертил рукой круг в воздухе.
— О, — Гарри слегка смутился оттого, что сам об этом не подумал. Описав палочкой широкую дугу, он создал мягкий барьер, который не позволит детям улететь за пределы обозначенного поля, а потом дождался, пока Диклан снова посмотрит на него, и одними губами произнёс: — Спасибо.
Мальчик ещё пару секунд сверлил его угрюмым взглядом, но в конце концов кивнул, и Гарри расплылся в широкой улыбке. Диклан опять закатил глаза, но прежде чем полностью сосредоточиться на комиксе, слабо улыбнулся в ответ.
***
Гарри удовлетворённо вздохнул и вытер лоб тыльной стороной ладони, запирая на замок дверь сарайчика на краю территории «Цветущих садов». Маленькие мётлы и мяч теперь аккуратно лежали на своих местах, а его подопечные отправились на занятие по рисованию, на прощание одаривая его воодушевлёнными «Пока, мистер Гарри!» и «Увидимся на следующей неделе!» Несмотря на не самое гладкое начало, урок полётов прошёл довольно хорошо. Особой гордостью для Гарри стали созданные из разноцветных огоньков дорожки — каждому из детей он присвоил свой цвет, и те тренировались, следуя определённой траектории. Гарри постепенно расширял границы установленного барьера, давая им чуть больше свободы для перемещений, а тем, у кого летать получалось лучше всего, время от времени бросал мячик. Диклан, казалось, очень хотел к ним присоединиться — его взгляд метался между детьми и сарайчиком с оборудованием, — но так этого и не сделал. Однако к концу занятия он аплодировал каждому, кому удавалось поймать мяч. На обратном пути к основному зданию Гарри заметил девочку, которая сидела на траве в тени кустарника и читала книгу. На ней были розовые спортивные штаны, а её волосы были чёрными как смоль, но почему-то она сильно напоминала ему Драко. Он осторожно подошёл поближе, не желая её напугать. Она сидела с прямой спиной и очень сосредоточенно бегала глазами по тексту, оторвавшись от него только тогда, когда на страницы упала тень Гарри. Она подняла взгляд и крепко сжала книгу пальцами, будто была крайне возмущена тем, что её потревожили. Гарри уже собирался извиниться за то, что помешал, но она склонила голову набок и заговорила: — А ты знал, что магические морские черепахи могут зарываться под океанское дно, чтобы добраться до силовых линий? — Не знал, — ответил Гарри таким же серьёзным тоном, что и она. Девочка кивнула. — Они чуют запах энергии. А магия силовых линий помогает им расти. — А какими они вырастают? — поинтересовался Гарри. — Самые большие в ди… а-а… ди-а-мет-ре, — медленно произнесла она, выговаривая каждый слог, — три метра. — Чего? — воскликнул Гарри; теперь уже в нём проснулось искреннее любопытство. — Такие огромные! Девочка снова кивнула, а её бледно-голубые глаза расширились. — Хочешь посмотреть? — спросила она, указывая на книгу. — Хочу. Гарри присел на траву, чтобы получше разглядеть картинку, где был изображён волшебник в гидрокостюме, сидящий на гигантской черепахе. По размерам она превосходила лодку, а её панцирь сверкал в лучах солнца. Пребывая под большим впечатлением от увиденного, Гарри решил, что Хагриду, должно быть, не известно об этом виде животных, иначе в хогвартском озере завёлся бы по меньше один его представитель. Девочка перелистнула страницу и вернулась к чтению, водя пальцем по строчкам. — Я Гарри, — представился Гарри, когда она снова взглянула на него. — А тебя как зовут? — Энди. — Приятно познакомиться, Энди, — она не ответила, и Гарри добавил: — Тебе здесь не холодно? Ветра почти не было, но приближался декабрь, и воздух уже стал морозным. — Нет. Мисс Вайолет накладывает на меня согревающие чары, когда я хочу почитать на улице. — Очень мило с её стороны. Энди снова перелистнула страницу. — Тут написано, что порошок из панциря морских черепах используется в о-без… э-э… без-за-ра… о-без-за-ра-жи-вающих зельях. На одну дозу зелья нужно три средних панциря. Ты знал? — Нет, — Гарри вдруг осознал, что на уроках по Зельеварению никогда не думал о животных, которые становятся ингредиентами. — Черепахам, наверное, больно, когда с них снимают панцирь. — Да, — тихо согласился Гарри. Ему хотелось заверить её, что для зелий используют только панцири тех черепах, которые умерли от естественных причин. Но это, скорее всего, было не так, а лгать ей он не собирался. Несмотря на юный возраст, взгляд Энди был проницательным и пытливым, как у настоящей учёной. Она так же тянулась к знаниям, как и Драко. — По-моему, так делать нельзя, — сказала Энди, хмуро глядя в книгу. От ярости в её голосе у Гарри сжалось сердце. — У меня есть друг… Ну, вообще-то он мой парень… — он нервно взглянул на Энди, но та и ухом не повела. — Он очень хорош в зельеварении и сейчас активно работает над тем, чтобы придумать, как заменить части насекомых и животных на растительные ингредиенты. — Он потрясающий! — Энди улыбнулась, продемонстрировав щёлочку между передними зубами. — Надеюсь, у него всё получится.***
Гарри удивился, когда тем же днём Драко появился рядом с ним на диване. И удивился ещё сильнее, обнаружив на своих щеках слёзы. — О, — выдохнул Драко, придвинувшись ближе и заключив его в объятия. — Что случилось, душа моя? От ласкового обращения, так легко слетевшего с его губ, Гарри заплакал только сильнее. Драко ещё никогда не называл его так. Драко что-то успокаивающе пробормотал и позволил ему уткнуться лицом в своё плечо. Рыдания быстро стихли, и уже через несколько секунд Гарри поднял голову и потёр рукой влажные глаза. — Извини. Не знаю, что со мной не так. — Всё с тобой так. Гарри вздохнул и улёгся на бок, положив голову ему на колени. Драко вытянул из-под него плед, накрыл им его и, запустив пальцы в его волосы, стал аккуратно массировать кожу головы. — Устал? — спросил он. — Нет, — отозвался Гарри и нахмурился, заметив на кофейном столике длинный тонкий цилиндр. — Что это? — Стеклянная палочка для перемешивания, — ответил Драко. Затем он прищёлкнул языком и шутливо возмутился: — Да уж, Поттер. Школу ты, вообще-то, не сто лет назад закончил. Гарри резко втянул воздух и попытался сесть, но Драко положил ладонь ему между лопаток и мягко надавил, чтобы он лёг обратно. — Только не говори, что я помешал тебе варить первое зелье, — жалобно протянул Гарри. — Драко, мне очень жаль. Драко рассмеялся. — Не переживай, не первое. Магия со мной уже пять дней, болван. Это было двенадцатое. — Да? — голос Гарри потеплел от охватившего его воодушевления. — Ты уже проводил эксперименты? — Пока нет, — признал Драко. — Я подрастерял навыки. А зельеварение — это тебе не полёты на метле, к сожалению. — О… Это тебя расстраивает? — Нет, — твёрдо ответил Драко. — Сейчас у меня вызывают восторг даже самые простые зелья. Меня не волнует, сколько времени мне понадобится на то, чтобы всё наверстать. Я просто радуюсь тому, что хотя бы могу варить зелья. Гарри улыбнулся, проводя пальцами по складкам его вельветовых брюк. — Ты в порядке? — заботливо поинтересовался Драко после нескольких минут молчания. — Да, — Гарри вздохнул, наблюдая за языками пламени в камине. — Я думал о своих родителях. — Да? — Драко напрягся, но к этому моменту Гарри знал его достаточно хорошо и понял, что это от удивления, а не от неловкости. Напряжённые мышцы почти сразу расслабились, когда Драко снова запустил руку ему в волосы. — Ага. Я просто расчувствовался, наверное. Драко понимающе хмыкнул. — Хочешь поговорить о них? — Нет. Не сейчас. — Хорошо. — Помнишь, я говорил, что сжёг письма, — спросил Гарри, — но оставил одно от сиротской организации? Драко помедлил, а потом ответил, тщательно контролируя тон своего голоса: — Да. Ты сказал, что оно искреннее. Доброе. — Да, — Гарри ощутил укол вины за то, что так и не признался Драко, что МакГонагалл поведала ему о его роли в образовании организации. Но он не хотел втягивать Драко в разговор, к которому тот пока не готов. — Я сегодня туда ходил, — наконец, после неловкой паузы сказал он. — В «Цветущие сады». Драко заметно подавил вздох и прочистил горло. — И как тебе там? — Чудесно, — ответил Гарри. — Там прекрасно заботятся о детях. Драко сжал ладонью его плечо. — Чем ты там занимался? — Вёл урок полётов. Поначалу всё было просто ужасно, но я довольно быстро освоился. Драко рассмеялся, и напряжение немного рассеялось. Гарри рассказал ему обо всём: о детской неугомонности, об угрюмом Диклане, о ненастоящем квоффле, хаосе и крошечных мётлах. Он не видел его лица, поэтому не мог быть уверенным в этом на сто процентов, но всё же ему казалось, что тот ловил каждое слово. Драко, может, и не хотел принимать непосредственное участие в делах организации, но эмоционально привязался к ней явно сильнее, чем признался бы даже самому себе. — Одна девочка, которую я там встретил, напомнила мне тебя, — тихо добавил Гарри, когда закончились забавные истории про полёты. — Она рассказала мне о магических морских черепахах. — Я вообще не разбираюсь в магических морских черепахах, — усмехнулся Драко. — Ты же знаешь, что я не это имел в виду, — шутливо возразил Гарри. — Знаю, — ответил Драко, и Гарри услышал, что он улыбался. — Она думает, что ты потрясающий. Драко снова напрягся. — Ты… ты рассказал ей обо мне? — слова, казалось, застревали у него в горле. — Да, — Гарри подождал, пока Драко выдохнет охватившее его напряжение, и продолжил: — Она переживала из-за того, что панцири морских черепах используют для приготовления зелий. И я сказал ей, что мой парень разрабатывает зелья, для которых не нужно убивать животных и насекомых. — О… — голос Драко окрасился странной смесью беспокойства и приятного удивления. — Ничего же, что я ей рассказал? Драко нащупал его ладонь и сжал её. — Конечно. Гарри закрыл глаза, поудобнее устраиваясь у него на коленях. В комнате было тепло от огня в камине, а рука Драко успокаивающей тяжестью лежала у него на боку. Он уже начал засыпать, когда Драко снова заговорил. — Гарри? — М-м? — Мне нужно тебе кое-что рассказать, — медленно произнёс Драко, гулко сглотнул и продолжил: — Кое-что, что я рассчитывал оставить в секрете. Гарри стряхнул с себя сонливость и выпрямился, принимая сидячее положение, отчего плед сполз на пол. — Тебе вовсе не обязательно это делать, — тихо сказал он. — Обязательно, — Драко смотрел на свои руки, но затем поднял глаза и встретился взглядом с Гарри. — Мне уже кажется, что я тебя обманываю, а я этого не хочу, Гарри. Гарри мягко улыбнулся и, придвинувшись ближе, ласково разгладил пальцами образовавшиеся у него на лбу складки. — Организация, которую ты сегодня посетил… — Драко сделал глубокий вдох и крепко зажмурился. — Я её финансировал. — Спасибо, — прошептал Гарри. Драко распахнул глаза. — За что? — в замешательстве спросил он. — За то, что дал детям шанс, — прохрипел Гарри, снова поддавшись эмоциям. — У меня и этого не было. — О, душа моя, — взволнованно пробормотал Драко. Он обхватил лицо Гарри ладонями и принялся осыпать его щёки нежными, успокаивающими поцелуями. — Я в порядке, — заверил Гарри. Он коротко поцеловал его в губы в знак молчаливой благодарности, а затем отодвинулся и, упёршись спиной в подлокотник дивана, лёгким рывком притянул Драко к себе, прижав его к своей груди. — Расскажи мне об этой организации. — Боюсь, мне мало что о ней известно. Я никак с ней не связан, на самом-то деле. Я только придумал идею, задал несколько параметров, убедился, что управлять ею будут надёжные люди, и выделил деньги. Я даже не знал, как она называется. — «Цветущие сады», — напомнил Гарри. — «Цветущие сады», — повторил Драко, словно пробуя слова на вкус. — Звучит идеально. — Я тоже так подумал, — Гарри потёрся ногой о ногу Драко. — А ты не хотел помогать с управлением? — Нет, — Драко тяжело вздохнул. — Имя Малфоев запятнано. Я не хотел, чтобы дети подвергались негативному вниманию прессы, а оно бы непременно последовало. Гарри потянулся к его ладони. — Драко… — Нет, Гарри, — твёрдо отрезал тот, но переплёл с ним пальцы. — Я знаю, что ты сейчас скажешь. И ты не совсем неправ, но и прав не до конца. Малфои заслужили свою репутацию, и я отказываюсь использовать детей, чтобы её обелить. — Но ты не заслужил, — заспорил Гарри. — И ты бы не стал использовать детей. Не намеренно. — Да, — согласился Драко, — не стал бы, — он поцеловал костяшки пальцев Гарри и добавил: — Но это всё равно было бы неправильно. Словно бы я сделал это, руководствуясь корыстными соображениями, а не искренним желанием помочь. Гарри накрыла волна жара, в нём проснулась невероятно сильная злость. Перед глазами предстало насмешливое лицо Люциуса Малфоя, человека, который настолько отравил будущее собственного сына, что сравнить это можно было разве что с засолением почвы. Но затем Драко продолжил говорить, доверяя ему свои секреты, и это простое доверие вернуло Гарри на землю. К чёрту этого Люциуса Малфоя. Драко его пережил, и этого было достаточно. Гарри вернул всё своё внимание к нему. — И год назад мне было не так уж… хорошо. Я лишился магии, я ненавидел себя сильнее, чем прежде, и я… — Драко покачал головой. — Плохой бы из меня вышел пример для подражания. — Зато сейчас получился бы просто замечательный. Плечи Драко напряглись, но затем он удивил Гарри. — Возможно, — тихо произнёс он, и в его голосе прозвучал намёк на надежду. Гарри решил на него не давить. Если Драко захочет принимать более непосредственное участие в делах «Цветущих садов», то прийти к этому он должен самостоятельно. — Когда это всё только началось, и я увидел твою кв… — Гарри замялся. Они ни разу не обсуждали финансы, и внезапно ему показалось невероятно невежливым комментировать состояние квартиры Драко. Драко повернул голову, чтобы посмотреть на него, и выгнул бровь, будто точно знал, что Гарри хотел сказать. — Ну… — уклончиво протянул Гарри, почувствовав, как вспыхнуло краской лицо. — Я просто предположил, что Министерство всё у тебя отобрало. — Нет, — горько усмехнулся Драко. — Я унаследовал всё семейное имущество. До сих пор не понимаю, почему. Не очень похоже на типичное поведение Министерства. — И ты ничего себе не оставил? А если бы что-то случилось и тебе нужны были деньги? — Говоришь прямо как Блейз, — с нежной улыбкой заметил он и лёг немного ниже, прислоняясь к груди Гарри затылком. Гарри обнял его, наблюдая за тем, как его взгляд становится более отстранённым. — Знаешь, а он ведь меня спас. Недели до суда тянулись бесконечно. Пока я был в Хогвартсе, всё было относительно хорошо, работа в теплицах здорово отвлекала. Но к началу июля моя помощь там уже не требовалось, и мне было некуда идти. Министерство разрешило бы мне остаться в Мэноре, но я… — Драко вздрогнул. — Я не мог. Блейз меня приютил, разрешил пожить у него. Он работал допоздна, поэтому днём я бродил по Лондону, а ночью он не давал мне паниковать. — Ты боялся попасть в Азкабан? — Да. Я был в ужасе, хотя верил, что заслуживаю этого. — Ты никогда этого не заслуживал, — заверил Гарри. — Я бы за тебя боролся. Драко грустно улыбнулся. — Даже Гарри Поттеру не всё под силу. — Да, — немного помолчав, согласился Гарри. — Наверное, да. — Спасибо, что заступился за меня на суде. — Ты поблагодарил меня ещё тогда. — Знаю. Но я благодарен до сих пор. Гарри крепче сжал Драко в объятиях и зарылся носом в его волосы, вдыхая его запах. Драко перевернулся и потёрся о его щёку своей, а затем они слились в успокаивающем поцелуе. Вскоре нависшая над ними тень Азкабана растаяла в воздухе, и Драко, удовлетворённо вздохнув, потянулся за пледом. Гарри удобно устроился рядом с ним, и он накрыл их обоих. — Так ты познакомился с Мэйв, да? — спросил Гарри, желая узнать ещё хоть что-нибудь, о чём Драко был готов рассказать. — Когда гулял по городу, пока жил у Блейза? — Да. После суда я вступил в законное наследство и получил родовое поместье, но оно… вызывало у меня отвращение. Отец не посвящал меня во все свои дела, но я достаточно знал об ужасах, которые там происходили, и не хотел иметь с этим местом и этими деньгами ничего общего. Когда Мэйв предложила мне работу, мне показалось, что это идеальный выход из положения. Гарри молча кивнул, подбадривая его продолжить. — Потребовалось немного времени, но в конце концов я придумал, как использовать деньги во благо. Я встретился с директрисой и договорился о пожертвовании Хогвартсу, а Блейз занимался переговорами и переводами средств для сиротской организации. Мама настояла, чтобы теми средствами, которые она унаследовала от Блэков, я оплатил залог за квартиру, а потом я начал работать у Мэйв. Мне ужасно повезло, на самом деле. — Но Блейз хотел, чтобы ты оставил часть отцовских накоплений себе? — спросил Гарри, проводя пальцем по блестящим пуговицам его светло-голубой рубашки. — «Прибереги на чёрный день, Драко», — пробормотал Драко низким голосом, который, как предположил Гарри, должен был походить на голос Блейза. (Получилось совсем не похоже, но от комментариев он воздержался.) — Он распределил средства так, чтобы я получал небольшой доход. Примерно как администрация и сотрудники, только у меня это гораздо меньшие суммы. Я пытался отказаться, но Блейз был непреклонен. — Он хороший друг, — сказал Гарри. — Он беспокоится о тебе. — Да. Я не прикасался к этим деньгам, но если они мне когда-нибудь понадобятся, то, наверное, я смогу ими воспользоваться. И Блейз заверил меня, что я в любой момент могу перевести их на счёт организации. — Довольно логично. Драко согласно хмыкнул и поцеловал Гарри в макушку. Гарри поднял голову и посмотрел на него. — Спасибо, что рассказал. Драко смерил его слегка похолодевшим взглядом. — Не смей сопли распускать, Поттер, — рявкнул он. — Я не хочу, чтобы из-за этого ты относился ко мне по-другому, понятно? Гарри фыркнул от смеха и попытался поцеловать Драко, но тот увернулся. — Я серьёзно. Я лишь исправлял собственные ошибки. И это меньшее из того, чем моя семья обязана миру. Я не герой. Гарри открыл рот, собираясь возразить, но тут до него дошёл смысл чужих слов, и он передумал. Он понимал это чувство — потребность в том, чтобы люди видели его настоящего, а не навешанный на него ярлык героя. Да какой угодно ярлык: героя или злодея, Спасителя или Пожирателя смерти, бойца или жертвы. Драко вздохнул, сдув с его лба пару прядок волос. Гарри вновь посмотрел на него, желая сказать, что любит его за то, кто он есть, а не за те действия, которые он предпринял, чтобы очистить мир от грехов своего отца. Но сначала нужно было рассказать о МакГонагалл. — Драко, я тоже не хочу тебя обманывать. Я не был уверен, стоит ли это говорить, но, когда мы наведывались в Хогвартс, МакГонагалл рассказала мне о твоём пожертвовании Хогвартсу и о том, что ты основал организацию для сирот. Драко побелел. — Что? Зачем…? — он покачал головой и едва слышно прошептал: — Она же обещала… — Не вини её, — попросил Гарри. — Мы говорили о твоей магии, и я жутко разозлился из-за того, как несправедливо Министерство отобрало у тебя и деньги, а ты не заслуживал ни того, ни другого. МакГонагалл пришлось всё мне рассказать, потому что она побоялась, что я ворвусь в Министерство, на кого-нибудь наору, и у тебя из-за этого будут неприятности. Драко в шоке отпрянул от него. — А ты бы это сделал? — Нет, — решительно ответил Гарри, садясь и глядя Драко в глаза. — Я бы никогда намеренно не сделал того, что может тебе навредить. Драко кивнул, и Гарри заправил ему за ухо прядь волос. — Но, — продолжил он, немного скривившись, — МакГонагалл прекрасно знает о моих прошлых, э-э… действиях… Я понимаю, почему она об этом беспокоилась. Драко тихо рассмеялся, но ещё не до конца расслабился. — Я не стал относиться к тебе по-другому, — пообещал Гарри. — Ни тогда из-за слов МакГонагалл, ни сейчас. Драко закусил губу, пристально вглядываясь в его лицо. — Я рад, что ты мне рассказал. От МакГонагалл я узнал не так уж много, и я рад, что ты доверил мне остальное, — он погладил Драко по щеке. — Но я и без этого уже знал тебя настоящего. Я и так знал твою душу, Драко. Верил в тебя. Драко рвано вздохнул, и его глаза наполнились слезами. Он с трудом сглотнул, а затем резко вскочил с дивана. — Можно я приготовлю ужин? — спросил он, протягивая Гарри руку. Гарри вскинул брови, и Драко залился румянцем, но руку не опустил. Ещё секунду они смотрели друг на друга, а затем Драко расплылся в ослепительной улыбке. — Конечно, — ответил Гарри, наконец позволив ему поднять себя на ноги. Он обнял Драко и поцеловал его в висок. — Пойдём, золотце. Я помогу.
