unrequired love

      Гарри, пошатнувшись, привалился к дверному косяку и часто заморгал, чтобы избавиться от темноты перед глазами после аппарации. Когда зрение прояснилось, он увидел, что оказался у Драко в ванной и только что едва не споткнулся о разбросанные по полу стеклянные флаконы. Драко сидел на коленях в ванне, закусив губу и смущённо глядя на него.       — Извини, — пробормотал Драко. — У меня всё хорошо.       Гарри пожал плечами, аккуратно обошёл коллекцию флакончиков и, сев на бортик ванны, поцеловал его в лоб.       Они уже перестали этому удивляться. Последние полторы недели они аппарировали почти всё время — казалось, это происходило от любой промелькнувшей мысли друг о друге. Гарри почти каждое утро оказывался в чайной, Драко, заикаясь, извинялся, а Мэйв весело хохотала где-то на заднем плане. В прошлую субботу, когда Драко должен был заниматься совершенствованием весеннего ассортимента напитков, Гарри аппарировал в его мастерскую столько раз, что в конце концов просто остался там на весь день, помогая по необходимости или мечтательно разглядывая Драко, притворяясь, что читает книгу по защитным чарам.       Драко притягивало к нему так же часто: из-за ушибленного пальца на ноге, подгоревшего тоста, очередного письма из Аврората… А однажды это случилось, когда Гарри был в магазине и увидел книгу, которая, как ему показалось, понравилась бы Драко. Бывали и неловкие моменты: когда он решил подрочить в душе, не подумав, что это точно не сойдёт ему с рук, или когда непреднамеренно помешал Драко остаться на работе допоздна, сунув в рот слишком большую порцию слишком горячего карри.       Вздохнув, Драко постучал пальцем по флакону, который держал в руках, и поставил его рядом с ванной.       — Я думал, это меня отвлечёт, — сказал он. — Я хотел дать тебе немного пространства, ты и так всё утро пробыл в магазине.       — Всё нормально. Я как раз закончил с пробежкой и всё равно собирался прийти, — Гарри поморщился, откинув со лба мокрые волосы. — Но сначала думал принять душ. Извини, если от меня пахнет.       Губы Драко тронула кривая улыбка.       — Воняешь чудовищно.       Гарри засмеялся и легонько укусил его за щёку.       Драко оттолкнул его, залившись слабым румянцем.       — Это я виноват, на самом деле.       — В том, что я пахну?       — Нет, Поттер, — Драко закатил глаза, но красные пятнышки стали только ярче и переместились с щёк на шею. — Я думал о тебе, хотя прекрасно знал, что не стоит.       — Да? — Гарри широко улыбнулся. — И о чём именно ты думал?       — О том, какой ты… красивый после пробежки.       — О, правда? — Гарри скользнул по бортику ванны, придвигаясь ближе к нему.       — Да, правда, — фыркнул Драко. — Я думал, ты на кикбоксинге. Иначе не стал бы этого делать.       — В смысле? — спросил Гарри. Его самодовольство быстро уступило место замешательству. — Почему это?       — Поттер-Поттер, — усмехнулся Драко, — разве это не очевидно? Наша связь ни за что бы не проигнорировала мои мысли о Гарри после пробежки, если бы ты на самом деле был на пробежке. Но если бы ты в это время занимался кикбоксингом, то всё бы обошлось, потому что она не смогла бы дать мне Гарри после пробежки.       Гарри со смешком одёрнул влажную футболку и одарил Драко лукавой ухмылкой.       — Ну, золотце, если повезёт, то с завтрашнего дня ты сможешь фантазировать о моей грязной, потной одежде сколько душе угодно.       Гарри ожидал, что Драко вновь закатит глаза или хотя бы поругает его одежду, но вместо этого выражение его лица вдруг стало отстранённым, а в серых глазах появилась тревога.       — Да, — тихо отозвался Драко. — Завтра.       Он взял другой флакон, внимательно осмотрел его, а затем испарил его содержимое и отправил сам флакон к небольшой кучке таких же пустых, составленных у окна.       Между ними повисло неловкое молчание. Драко продолжал перебирать свои зелья, а Гарри поскрёб носком кроссовки по плиточному полу, внезапно ощутив прилив неуверенности.       С тех пор, как случаи аппарации участились, Гарри стал больше контактировать с Джорджем, и два дня назад у того, по-видимому, произошёл прорыв. Они запланировали встречу на завтра, и Джордж был вполне уверен, что несколько заклинаний помогут Гарри и Драко разобраться с насущной проблемой.       Они особо не говорили об этом, но Гарри казалось, что Драко не против — напротив, он будто даже испытывал облегчение оттого, что скоро его перестанут отрывать от работы посреди дня.       Но всё же, возможно, Гарри не следовало относиться к этому так легкомысленно. Если завтра у Джорджа всё получится… Что ж, многое изменится, и Драко явно переживал по этому поводу. Гарри мысленно проклинал себя, не зная, как его успокоить.       — Я говорил с Джорджем перед пробежкой, — неуверенно начал он. — Он попросил перенести встречу в «У Новелл». Ты не против?       — Конечно, — на выдохе произнёс Драко. Он часто заморгал, и вскоре выражение его лица прояснилось. — Он посвятил тебя в свои планы?       Гарри кивнул. Ему хотелось обнять Драко, но тот наклонился вперёд, перебирая флаконы.       — Есть одно заклинание, которое он использует, чтобы визуализировать физические последствия от применения его товаров. Думаю, оно показывает, что происходит внутри тела. Обычно его применяют для лечения, — объяснил Гарри. Драко заинтересованно хмыкнул, побуждая его продолжить. — Он модифицировал это заклинание и думает, что с его помощью… э-э… вроде как вытащит из нас зелье. Распутает его.       — Как интересно, — сказал Драко, поворачиваясь лицом к нему. — Но ты, наверное, не совсем правильно понял. Зелья в наших телах уже нет. Остался только его след, который переплёлся с магией долга жизни. Но это мелочи, — он по привычке принялся нервно прокручивать кольцо на пальце. — А вообще идея очень умная. Помнишь, ты говорил, что меня может заинтересовать работа Джорджа? Как думаешь, он согласится обсудить её со мной?       Гарри удивлённо моргнул. Он не рассчитывал, что Драко об этом вспомнит — тогда он паниковал из-за своего первого обеда у Уизли и, казалось, не воспринимал никаких заверений.       — Да, — тепло улыбнувшись, ответил Гарри. — Думаю, он будет не против.       — Хорошо. Очень хорошо. Я знаю, как много для тебя значит семья, и… Ну, мне бы хотелось с ними поладить.       Драко был так серьёзен, что Гарри не выдержал.       — Иди сюда, — он схватил Драко за воротник рубашки и притянул к себе, сразу же ловя губами его изумлённый вздох. Ткань брюк легко скользнула по керамической поверхности, и вскоре Драко целовал Гарри с таким энтузиазмом, сталкиваясь с ним носами, что чуть не спихнул его с бортика.       Гарри отстранился, уже немного запыхавшись.       — Подожди, а ты почему в ванне? И почему на тебе столько одежды? — он притворно надулся. — Ты разве не раздеваешься перед тем, как пофантазировать обо мне после пробежки?       — Я до этого ещё не дошёл, — насмешливо протянул Драко. — Перед вечерней дрочкой я всегда разбрасываю всё содержимое шкафчиков по полу. Знаешь, ритуал у меня такой.       Гарри засмеялся и, повалившись в ванну, устроился рядом с Драко, перекинув ноги через бортик и заложив руки за голову.       — Я убирался, — раздражённо признался Драко, но весёлые огоньки, плясавшие в его глазах, противоречили этому тону. — У большинства зелий уже истёк срок годности. А после того, как я разложил их на полу, место осталось только в самой ванне.       Гарри нахмурился, а затем поменял позу, сев лицом к Драко и скрестив ноги.       — Мне казалось, ты не пользовался зельями, пока тебе нельзя было применять магию.       — Не пользовался, — согласился Драко. — Я сварил их… до этого.       — Да?       Драко не отвечал несколько секунд, и Гарри уже подумал, что и вовсе не ответит, но потом он заговорил:       — Да. Мне хотелось, чтобы у меня было что-то, за что можно держаться, что можно… помнить, если меня отправят в Азкабан, — он сглотнул, отводя глаза от Гарри. — Поэтому я сварил самые сложные зелья, какие только нашёл. Надо было выбросить их ещё до переезда сюда, у меня тут и места для них нет, но… Не знаю. Наверное, мне было трудно расстаться с ними, потому что я понимал, что ещё очень долго не смогу заниматься зельеварением.       — Да уж, — отозвался Гарри. — Не представляю, каково тебе было.       — Тяжело, — Драко запнулся. — В некотором смысле даже тяжелее, чем во время войны. Тогда что-нибудь постоянно меня ранило, а тут — ничего. Труднее подготовиться, понимаешь?       Гарри кивнул, кладя ладонь ему на колено.       Драко отпрянул от него, приподнялся и сел на бортик ванны спиной к комнате.       — Я не хочу об этом говорить, — сказал он. — Не сегодня.       — Хорошо, — тихо ответил Гарри.       Драко скрестил руки на груди. В ванной как будто потемнело, словно мысль о завтрашнем дне снова нависла над ними опасной грозовой тучей.       — Какое твоё любимое? — вдруг чересчур громким голосом выпалил Гарри.       Драко даже подпрыгнул от неожиданности.       — Что?       — Какое зелье тебе больше понравилось варить? — уточнил Гарри, махнув рукой в сторону флаконов. — Или какое было самым сложным? Какими-нибудь из них ещё можно пользоваться?       — А что?       Гарри пожал плечами и, взяв Драко за руку, принялся перебирать его пальцы своими.       — Мне нравится слушать, как ты говоришь о зельях, — признался он.       Лицо Драко смягчилось, а губы растянулись в нежной улыбке. Но затем он склонил голову набок, и в его глазах появился озорной блеск. Упёршись рукой в край ванны, он отклонился назад и поднял с пола самый маленький флакончик.       — Вот это, — сказал он, продемонстрировав его Гарри.       — Что это?       Драко с лёгким отвращением окинул взглядом комнату.       — Если мне не изменяет память, у тебя ванная получше, чем моя, да?       — Да… Но как это…       — Пойдём к тебе, Поттер, — соблазнительно предложил Драко, — и, может быть, ты сам всё узнаешь.

***

      К тому времени, как они добрались до дома, Гарри уже дрожал от переполнившего его желания.       Обещание, которым был пропитан голос Драко, когда тот потребовал, чтобы Гарри отвёл его к себе домой, само по себе было уже достаточно возбуждающим, но последовавшие за этим поездка на метро и долгая прогулка от станции до входной двери совсем его извели. Он хотел просто аппарировать, но Драко отказался — предпочёл медленно мучить Гарри, пока они приближались к месту назначения.       Он положил ладонь Гарри на бедро, водил пальцем вверх и вниз по внутреннему шву спортивных шорт, избегая места, где тот жаждал прикосновений больше всего, и мазал языком по шее, прямо над пульсом, делая вид, что наклонился, чтобы сказать что-то ему на ухо. Он задевал лодыжку Гарри своей. Его взгляд пылал желанием, будто они уже сбросили с себя одежду и сплелись в единое целое. Рубашка задралась, обнажив участок бледной кожи, и Гарри сгорал от нетерпения дотронуться до него.       Это была агония. Невероятно сладкая агония.       Гарри поёжился.       Сейчас они были в ванной комнате, освещённой одними свечами. Драко наполнил горячей водой встроенную в пол ванну, напоминавшую маленькую уединённую пещерку посреди моря аквамариновой плитки и отделанных камнем и деревом стен.       Затем Драко вытащил из кармана флакончик с зельем и, глядя Гарри в глаза, откупорил его и вылил содержимое в воду.       Флакон со звоном упал на кафельный пол, когда Гарри схватил Драко за запястье и притянул к себе, утыкаясь носом в его шею и вдыхая запах кожи, смешавшийся с ароматом кедра и морского бриза, исходившим от свечей.       — Что оно делает? — пробормотал он, проводя губами и языком по шее Драко.       — Ты мне доверяешь? — спросил тот, откинув голову.       — Да, — выдохнул Гарри. — Конечно.       Драко отстранился, сделал шаг назад и, лукаво поглядывая на него, принялся бесстыдно расстёгивать пуговицы на рубашке.       — Тогда раздевайся.       Гарри сглотнул, следя глазами за пальцами Драко, скользящими по открывшейся коже. Воодушевившись от его взгляда, Драко провёл подушечкой пальца по своей груди, задержался возле постепенно твердеющего соска, обвёл его по кругу, легонько ущипнул и хрипло простонал. Гарри пришлось отшатнуться назад и, прислонившись к шкафчику, схватиться руками за край раковины.       Рубашка соскользнула с плеч Драко, когда он провёл руками вниз, дразняще запустил пальцы под пояс брюк и расстегнул их. Те упали на пол, Драко перешагнул через них и выпрямился во весь рост, одетый теперь только в узкие чёрные боксеры. Рубашка держалась на нём лишь благодаря туго застёгнутым манжетам, но уже ничего не скрывала — напротив, белой вуалью подчёркивала его наготу и очарование.       Во рту у Гарри пересохло, он вцепился в свою футболку, безрезультатно дёргая воротник, не в силах оторвать взгляд от Драко. Тот тихо засмеялся — в тусклом освещении этот звук показался по-странному чувственным — и поднёс ладонь к промежности, сквозь шелковистую ткань поглаживая напрягшийся член.       Гарри что-то невнятно прохрипел, когда он остановился. Но затем Драко снял бельё, а заодно и рубашку, кокетливо хлопая ресницами, пока расстёгивал манжеты, и, повернувшись к Гарри спиной, наклонился и провёл рукой по воде.       Одобрительно хмыкнув, он оглянулся на Гарри и медленно вошёл в ванну, постепенно погружаясь в воду. Огоньки свечей заиграли на его коже, окутывая его таинственными тенями.       Драко устроился поудобнее, уложил руки на край ванны, окинул взглядом всё ещё полностью одетого Гарри и выгнул бровь. Облизнув губы, он поманил Гарри к себе.       И тут Гарри отмер.       Сердце неугомонно колотилось в груди, дыхание стало прерывистым и быстрым. Он практически сорвал с себя одежду и, не в силах ждать ни секунды, спотыкаясь, рванул к Драко, неосторожно разбрызгивая воду по кафельному полу.       А потом ему пришлось закрыть глаза, потому что каждая клеточка его тела вдруг согрелась, засияла и замедлилась. Словно вода проникла под кожу, наполняя всё тело теплом, которое расслабляло каждый мускул. Гарри вытянулся, откинулся назад, прислонившись головой к бортику, и испустил долгий стон, когда вода мягко окутала его по самую шею.       Он не знал, что именно сотворило зелье, но теперь в ванне была не просто обычная вода. Она была густой и гладкой, мягкой, как масло; каждая часть его тела словно пребывала в наслаждении от массажа. Прямо под кожей чувствовались волны, вымывающие и растворяющие всю боль, всё беспокойство и всю печаль. Тело казалось тяжёлым и приземлённым, но в то же время лёгким и воздушным. Свободным. Он тонул и всплывал одновременно.       — Драко, — невольно простонал Гарри. — О, Драко. Что… что это…?       Он замолчал, все последующие слова потонули в блаженном вздохе.       — Самое сложное зелье из сваренных мною, — пробормотал Драко. По голосу казалось, что оно оказывало на него тот же эффект, что и на Гарри. — До суда.       — Извини! — выдохнул Гарри; его веки затрепетали, он попытался повернуть голову к Драко. — Мы можем… не говорить. Не говорить об… этом.       — Мы и не говорим, — ответил Драко, потираясь о его щёку своей. — Мы зелья обсуждаем.       — А это зелье… — Гарри прижался губами к его коже. — Что… что оно делает?       Драко едва слышно простонал, прижимаясь к нему. Казалось, будто кожа светилась в тех местах, где они касались друг друга, словно магия струилась по нервным окончаниям и окутывала их сиянием тёплого солнышка на лугу.       — Расслабляет, — мечтательно выдохнул Драко. — Очищает. Обостряет ощущения. Стимулирует выработку эндорфина. Приносит наслаждение.       — Это что, зелье для секса? — воскликнул Гарри. Или собирался воскликнуть. На самом деле, сейчас они оба говорили так же, как и двигались — медленно и томно. — Ты его изобрёл? Ты создал зелье для секса?       — Только модифицировал. Не изобрёл. Я просто хотел себя проверить. Я не собирался… его использовать.       — Не использовать его — настоящее преступление.       Драко согласно простонал и шёпотом спросил:       — Можно к тебе прикоснуться?       — Да, пожалуйста, — взмолился Гарри.       Резко набрав в лёгкие воздуха, Драко зажмурился и размеренно выдохнул, и, когда он снова открыл глаза, расширившиеся зрачки обрамляла лишь тоненькая полоска серого цвета. Он облизнул губы и провёл пальцем вдоль ключицы Гарри.       Гарри ахнул и так прогнулся в спине, что его грудь показалась из-под воды. Драко с ухмылкой остановился, и он заскулил от внезапной нехватки прикосновений.       Ухмылка Драко стала шире, но сам он упрямо не двигался до тех пор, пока Гарри не вернулся в прежнее положение. Затем он провёл пальцем вниз по груди, выбивая из лёгких Гарри весь воздух, оставляя пылающие огнём следы. Он едва касался Гарри подушечкой пальца, но тот содрогался и хныкал от возбуждения так, словно Драко водил языком по его члену.       Время утратило всякое значение. Драко и близко не подбирался ни к соскам, ни к мошонке, ни к ягодицам или члену, но его призрачные прикосновения были настолько приятными, что ошеломляли и вызывали дрожь.       И вдруг их стало гораздо больше.       Драко прижал к груди Гарри раскрытые ладони, поднялся и обхватил ими его лицо, а затем припал к губам жадным поцелуем, одной ногой нежно поглаживая его лодыжку. Гарри ахнул, обвил Драко руками и притянул к себе, тут же ощутив ударную волну в самом сердце.       Драко толкнулся бёдрами, бесстыдно простонав, когда их члены соприкоснулись.       Это было уже слишком. Горячо, остро и мучительно. Чертовски идеально.       С каждым восхитительным мгновением они сжимали друг друга всё крепче, впиваясь ногтями в кожу. Драко теперь тяжело дышал, с его губ слетали короткие отчаянные всхлипы, которые Гарри хотелось выхватить из воздуха и запереть на замочек в своей душе.       — Драко, — выдавил он из себя. — Ты… Я хочу… О, Мерлин. Пожалуйста, Драко. Я хочу тебя.       — Да, да, — выдохнул Драко, приподнявшись и скатившись с Гарри. — Как ты хочешь, дорогой? В рот? Сзади? Хочешь, я тебя оседлаю?       — Нет, Драко, нет. Я хочу… хочу… — тут у него не нашлось слов, и он просто взял Драко за руку и поднёс её к своей заднице.       — О, — пискнул Драко, заливаясь румянцем.       — Ты говорил… говорил, что тебе нравится и так, и так.       — Да. Но, Гарри, ты не обязан. Я не для этого… Это зелье… Я не собирался с его помощью на тебя давить. Мы можем вообще не меняться местами, если ты этого не хочешь.       — Не в зелье дело, — садясь, заверил его Гарри. — Я уже давно этого хотел. Просто не знал, как попросить.       — О, Гарри, — Драко провёл рукой по его боку, глядя ему в глаза.       — Можно? — взмолился Гарри. — Сделаешь это? Пожалуйста.       — Да, любовь моя. Да, конечно.       — Прошу, Драко.       Драко поцеловал его — медленно и глубоко.       — Давай отнесём тебя на кровать.       — Нет, Драко. Здесь. Сейчас.       — Хорошо, — сдался он, мазнув губами по линии челюсти Гарри.       — Хорошо? — шёпотом отозвался тот.       — Да. Хорошо, — Драко улыбнулся. — Ложись.       Гарри послушно откинулся назад, и Драко потянулся за ним, нежно целуя в губы и осторожно массируя анус, отчего у Гарри по позвоночнику словно пробежался разряд молнии.       Он чуть ли не вскрикнул, бессознательно разводя ноги шире. Драко довольно простонал в поцелуй и отстранился, внимательно вглядываясь в его лицо, пока вводил внутрь только кончик пальца.       — Ох! — Гарри слегка подбросило, его мышцы разом напряглись.       — Что такое? — Драко мгновенно остановился. — Больно?       — Нет, — вздохнул Гарри. — Странно. Немного жжёт. Но не больно. Продолжай.       — Хорошо. Но обязательно скажи, если станет больно. И если захочешь прекратить.       — Обещаю, — пробормотал Гарри, прислонившись затылком к бортику ванны и прикрыв глаза.       — Хорошо, — снова сказал Драко, гладя его по щеке.       Гарри потянулся за его прикосновением, повернул голову и поцеловал раскрытую ладонь. А потом Драко снова задвигал пальцем, и Гарри потерял способность контролировать собственное тело. Он мог только лежать, практически растворяясь в воде. Удовольствие волнами расходилось по всему телу от макушки до пальцев ног.       Поначалу у него перехватывало дыхание от болезненного жжения, с которым растягивались мышцы, но ему ни разу не захотелось остановиться. Вскоре оно прошло, раскололось, словно тонкая шоколадная глазурь на конфете, и все нервы залило карамелью блаженства.       Гарри чувствовал, как его тело медленно поддавалось, раскрывалось под пальцами Драко, позволяя протолкнуть сразу два, а затем три. Драко так осторожно гладил его изнутри, и это было так чудесно, что Гарри не мог сдержать поток слов, льющихся изо рта. Он скулил, ругался, умолял, снова и снова повторял имя Драко, невнятно бормотал обещания, благодарил и признавался в любви.       И всё это время их окружала вода. Пока Гарри не стал ощущать Драко повсюду, внутри и снаружи.       Когда Драко вынул пальцы (прошла целая вечность, но вместе с тем не прошло и секунды), Гарри словно потерялся. Его охватили пустота и желание. Невыносимое одиночество.       Он вздрогнул и дёрнул бёдрами, чтобы снова коснуться Драко.       — Тише, — успокаивающе прошептал тот. — Я здесь, любовь моя.       — Драко.       — Да, Гарри. Я здесь.       — Чёрт… Драко.       Драко навис над ним, накрыл его губы своими и медленно, плавно вошёл в него.       Гарри бесстыдно стонал. Член был толще, чем пальцы, и жжение вернулось, но Гарри уже было так хорошо от ощущения восхитительной заполненности.       Драко двигался, с каждым толчком входя всё глубже, и, когда он полностью оказался внутри, Гарри обхватил ногами его талию, намереваясь получить всё, что тот мог ему дать.       Они двигались в унисон, теряясь друг в друге, постепенно ускоряясь и целуясь всё более и более неистово.       Их обоих накрыл яркий оргазм, от которого по коже заплясали настоящие искорки, как от костра. Всё ещё сияя, Драко рухнул на Гарри. Сейчас он был красивее, чем когда-либо ещё. И Гарри готов был поклясться, что видел в его глазах звёзды.

***

      Гарри поёрзал на кровати и перекинул ногу через Драко. Внизу кольнуло тупой болью, и Гарри улыбнулся, вспомнив чем они недавно занимались. Он прижался чуть сильнее, потёрся о голую грудь Драко щекой. Тот полулежал, откинувшись спиной на подушки и одной рукой легонько поглаживая Гарри по спине, и делал вид, что читает книгу.       Лежать вот так вместе, медленно погружаясь в сон, должно было быть уютно. Но умиротворённость Драко куда-то смылась вместе с водой из ванны. В воздухе витало напряжение, как будто они вдвоём балансировали на краю пропасти. Было беспокойно настолько, что Драко тупо уставился на страницу, уже несколько минут сверля взглядом одно и то же место.       — Драко?       — М-м?       — Насчёт завтра… — Драко напрягся, но отложил книгу. — Ты же понимаешь, что ничего не изменится, да? — спросил Гарри, посмотрев на него.       Драко нахмурился.       — Думаешь, план Джорджа не сработает?       — Нет, я не то хотел сказать, — Гарри вздохнул и провёл ладонью по его руке. — Мне кажется, всё получится, — Драко закусил губу и кивнул, отведя взгляд. — Я имел в виду, что не изменимся мы. И наши чувства.       — Ты совсем не переживаешь?       — Нет, — твёрдо ответил Гарри, но вдруг замялся. Он хотел быть с Драко как можно более честным. — То есть да. Чуть-чуть. Но не из-за этого, — Драко слегка сжал ладонью его затылок. Гарри прикрыл глаза и признался, уткнувшись лицом в изгиб его плеча: — Я не умею просить о помощи. Сейчас у меня нет другого выбора, я не могу скрыть от тебя, что в чём-то нуждаюсь. И мне страшно, что я не буду знать, как попросить тебя о чём-то, если ты не окажется рядом волшебным образом, когда я… ну, сломаюсь.       — Я всё равно буду рядом, — ответил Драко. — Что бы тебе ни потребовалось.       Он мягко толкнул голову Гарри своей, побуждая его перестать прятаться. Гарри оставил поцелуй на его шее и наконец снова встретился с ним взглядом.       — Я понимаю, что тебе тяжело, — сказал Драко, — но мы будем вместе работать над этим. Обещаю, Гарри. Мы что-нибудь придумаем, — он провёл большим пальцем по чужой щеке. — Я хочу тебе помогать.       — Я тоже хочу тебе помогать, — прошептал Гарри. Он поймал ладонь Драко своей и поцеловал его пальцы. — Расскажи, почему ты боишься.       — Не боюсь, — вздохнул Драко. — Не совсем. Я знаю, что ты меня любишь.       — Правильно.       — Просто… Мне было так одиноко, Гарри. Ты даже не представляешь, как сильно был мне нужен, даже я сам этого не понимал. И я не могу перестать думать о том, что будет дальше, — он отчаянно прижал Гарри к себе, сомкнув руки на его спине. — Мы знаем, что сейчас нас связывает нужда. И что, если ты чувствуешь всё это только из-за связи? Что, если это всё только потому, что я так сильно нуждался в любви?       — Это не так.       — Я знаю, — с ноткой разочарования в голосе ответил Драко. Он закрыл глаза и прислонился затылком к стене.       Гарри сел, выпутываясь из его объятий.       — Драко, давай подумаем, — предложил он и несильно потряс его за плечо. — Наша связь ни разу не подталкивала нас к каким-то действиям, только перемещала нас друг к другу.       — И создавала барьеры, — вяло возразил Драко.       — Ладно, да. Создавала барьеры, чтобы мы оказались в одном и том же месте. Но никогда не заставляла нас что-то делать. Не заставляла друг другу помогать.       Драко открыл глаза и, нахмурив брови, задумчиво посмотрел на Гарри.       — Я не помог тебе, когда у тебя из душа полилась холодная вода, — продолжал Гарри. — Или когда ты узнал об отъезде Мэйв. И не дал тебе помочь, когда мне приснился кошмар. Помнишь?       Драко кивнул.       — А когда мы помогали друг другу, то делали это по собственному желанию. Не вынужденно. Можно было просто сесть у барьера и подождать, пока другой сам со всем справится.       Драко снова кивнул.       — Значит эта связь не могла заставить меня тебя полюбить, — заключил Гарри. — Она не так работает.       Драко моргнул, выглядя почти ошеломлённым.       — Это… на удивление очень логичный вывод, Поттер.       — Эй! Я могу рассуждать логически!       — Нет. Тобой руководит интуиция. Это не одно и то же.       — Хорошо-хорошо, — согласился Гарри. Он обхватил пальцами подбородок Драко и прижался к его губам своими. — Я чувствую это, ладно? Интуитивно. Но твой мозг устроен по-другому. Поэтому я рассуждал так, как это сделал бы ты, чтобы объяснить тебе то, что я и так уже понял.       Драко удивлённо покачал головой.       — И как я только мог считать тебя тупым.       — Может, ты и не считал.       — Считал, — признал Драко. — Курса до четвёртого.       — Ну не знаю, — засмеялся Гарри. — По-моему, я и на пятом курсе был туповат. И на шестом.       — Заткнись, Поттер, — с нежной улыбкой отозвался Драко. — Я люблю тебя.       — И я тебя люблю, — ответил Гарри, убирая чёлку с его лба.       Улыбка Драко превратилась в зевок, и он сполз ниже, укладываясь на бок. Гарри подтянул одеяло и обхватил Драко руками, просунув колено между его ног.       Тихо пробормотав заклинания, Гарри потушил свет и окутал их приятным теплом. Окно осталось открытым, и через него в спальню проникали запах снега и звёздный свет. Некоторое время они молчали, их дыхание постепенно выравнивалось и замедлялось.       Гарри уже почти уснул, когда Драко прервал установившуюся тишину.       — Гарри, я знаю, что ты прав. Знаю, — он задрожал, изо всех сил вжимаясь спиной в грудь Гарри. — Но не отпускай меня ночью, ладно? — взмолился он, цепляясь пальцами за руки, обнимавшие его поперёк живота. — Просто… на всякий случай.       — Драко, — выдохнул Гарри. — Золотце, не отпущу.       Драко повернулся к нему лицом, чтобы его поцеловать. Гарри ответил на поцелуй, а потом снова прижал его к своей груди и потёрся кончиком носа о его нос.       — Я люблю тебя, — прошептал он. — Ты прекрасен. Я люблю тебя.       — Гарри…       — Я люблю тебя уже давно, и завтра буду любить.       — Люблю тебя, Гарри. И завтра тоже.       — Да, люблю тебя, — пробормотал Гарри ему на ухо.       — Завтра, и завтра, и завтра, — сонно ответил Драко.       — Да.       — Гарри.       — Да, — пообещал Гарри. — Да, Драко. Да.       И снова воцарилась тишина, их дыхание смешалось в одно. Их окутало тёплым, тяжёлым одеялом, сотканным из любви и произнесённых шёпотом слов.       Эта ночь не была их последней. Гарри был в этом уверен. Но всё равно крепко обнимал Драко, не отпуская до самого утра.