Токийская Энтропия

Думал всё время: что ощущаешь, когда переходишь порог хронологии? Что с твоей памятью? Мыслями, чувствами? Лишь правду узнав, заприметил черты «настоящего» ты — как будто пустого, живущего дальше и не способного к чуду. Где «будущий» ты? Почему «прошлый» ты не считается с клятвами, данными в прошлом? Ты мне подарил ясный взгляд на грядущее. Но как стал пропадать храбрый блеск из глазниц твоей куклы, так и я растерял все путеводные звёзды. Ты мне обещал: станешь братом, недовольным и строгим, накричишь, щёлкнешь по лбу, дашь подзатыльник и о священном напомнишь. И тогда-то я понял: «будущий» ты вернулся домой в свои светлые грёзы, захватив сувениром все наши надежды. И что мне без них, кривя сердцем, стараться, если ты не увидишь и не похвалишь? И что мне без них, не чувствуя страха, опасаться ошибок, если ты не накажешь? Как мне угнаться за вором, что, улизнув в далёкие годы, прихватил за собой мои светлые дни? На тебя я не злюсь, — едва ли ты знал, что «будущий» ты заберёт у меня моё «настоящее», что строили вместе, надеясь на светлое «будущее». А, впрочем, неважно, дарю. Мне не жалко. Всё равно по дороге из переломанных рёбер однажды дойду до конца, где, я молю, будешь ты. Такой глупый и странный, как и всегда, накричишь на меня. И, слёзы глотая, ударишь в лицо.