Сириус

      Ты смотришь на небо лилового цвета, которое усыпано мелкими вкраплениями ярких звёзд.Твои губы невольно растягиваются в улыбке, ты начинаешь смеяться и переводишь взгляд на меня.Ты, наверное, чувствуешь себя маленькой частью чего-то очень важного, правда? Во многом случае, для меня ты слишком важен, даже больше, чем ты можешь себе представить, Йоэль.       — Смотри, это созвездие Большого Пса, а где-то там Сириус — самая яркая звезда.— говорю я и перевожу взгляд на блондина, попутно закрывая астрономический атлас, взятый пару месяцев назад из библиотеки. — Сириус виден из всех частей света, кроме самых северных участков планеты.       Улыбка уже пол часа не может уйти с лица Алекси.Вспоминать об этом в данный момент, наверное, глупо? Он сидит на полу небольшой квартирки, которую они раньше снимали вместе с Йоэлем. Резким движением он проводит маленькой спичкой об боковую сторону коробка. Прикуривает сигарету и втягивает в себя первую порцию крепкого дыма. Интересно, а вспоминает ли Хокка те моменты, когда он был частью небольшого мира Алекси? Небольшого, но такого важного.       Тик-так.Тикание часов слишком хорошо слышно в тёмной комнате, а раньше тут было более шумно, по крайней мере, Йоэль никогда не оставлял его в одиночестве, просто не мог себе такого позволить.       Тик-так.Их время истекло, его унёс ветер.       Тик-так.Их время истекло,когда погасла последняя звезда.       Последние слова Йоэля до сих пор раздаются белым шумом в разуме Алекси.Увы, ничего не вечно.Хотя, может быть, музыка и живёт вечно, но эту музыку Алекси уже никогда не удасться донести до Йоэля, ведь Хокка просто не захочет это слушать. Алекси в судорожных метаниях просит Йоэля уже уйти наконец-то из его мыслей, он слишком слаб.Алекси умоляет Йоэля забрать с собой все эти красивые воспоминания со словами о любви, которые оказались для него совершенно пустыми и ничего в конечном итоге не значили. А больше и просить у Йоэля не о чем, кроме...       Йоэль, а можно ты не будешь сжигать меня взглядом очаровательно-глубоких электрическо-сапфировых глазок, ладно? Пожалуйста, пусть твоя гнилая душонка не будет после смерти больше не переселяться ни в кого? Боюсь в следующей жизни снова встретить тебя, вновь затеряться среди тех ярких звезд твоей вселенной, восхищаясь их красотой и внеземной идеальностью, совершенно забывая, что на пути могут быть и страшные черные дыры, в которых и хранится твоя настоящая сущность.Спасибо.       Он выпускает очередной клубок дыма.Смеётся.После ухода Хокка пачки сигарет теперь хватает на день, а раньше хватало на два, может даже на три.Теперь ему не нужно рассказывать кому попало свои мысли, он окончательно закрылся в себе, он потерялся в этом сером дыме, который каждый божий день так и наровит его задушить.Несколько лет у него было желание поддерживать жизнь в этом измученном тревогой, но юном теле, а потом к нему пришло осознание, что делать это больше не нужно, просто не для кого.Теперь Алекси просто доводит себя до саморазрушения, мысли о счастливой жизни душат, а картинка голубых глаз Йоэля в собственных мыслях заставляет сердце биться быстрее.Может, это уже тахикардия? А он просто берёт и убивает себя. Прокрастинация приводит к самоуничтожению.       Хокка всегда приходит к Алекси.Точнее приползает.В трезвом виде Йоэль уж точно больше никогда не заговорит с Алексом.Йоэль будет проводить вечера в компании их общих друзей, а ночью, шатаясь, с пьяными мыслями приходить к дому Алекси, который уже перестал быть ему родным.       Каждую чёртову ночь Алекс обещает, что помогает Йоэлю в последний раз, но, похоже, младший глубоко в душе ещё надеется, на то, что если быть добрым к людям, то и они будут относится к тебе по доброму.Но эта схема уже давно провалена в случае с Йоэлем, так что лучше забыть про эту доброту. Истеричный смех вновь эхом проносится по комнате.А Алекси думает о том, что не всё ещё потеряно, шанс что-то чувствовать ещё есть.Шанса на то, что в сердце есть не только пустота — уже нет.Не всегда получается так, как нам хочется, вот и у них него не получилось.Когда-нибудь прошлое забудется и на этом месте останутся лишь тёплые и радостные воспоминания, пускай даже о потерянном счастье.       Что я сделал не так, что произошло? Ответь мне лишь на один вопрос: Из-за чего ты перестал видеть в моих глазах ту вселенную, в которой мог бы поселиться?       Дым как и пепел уносится в открытое окно, а осенний ливень противно бьёт по крыше и душе.Паршиво.Недоверие пришло вместе с золотой осенью, а слёзы падали,как и листья клёна, растущего прямо под окном.       Алекси сгорает прямо сейчас, у самого себя на глазах.Вдыхает крепкий дым вперемешку с запахом Йоэля, который остался с прошлой ночи, когда Хокка опять пришёл пьяный, даже ничего особо не объясняя.       Лёгкие уже точно сгорели дотла, а усталый моторчик в сердце ещё пытается дышать, несмотря на все преграды.Но скоро сердце тоже сдастся, у него уже нет никакой мотивации больше работать, да и зачем тратить энергию впустую.       Несколько недель назад Алекси и представить не мог свое утро без тихого «доброго утра, родной». Недовольно морщится и фыркает.Каким же он был сентиментальным и наивным, уже успел намечтать себе счастливое будущее рядом с блондином. И опять, каждый раз на одни и те же грабли.Алекси, пора уже повзрослеть и перестать делать те же ошибки.Ничему тебя жизнь не учит. Темноволосый уже смирился как-то, пытается наблюдать за проходящей мимо жизнью, делать какие-то выводы и размышлять. Пытается не дать сердцу остановиться раньше положенного срока. Несколько недель назад он, кажется, представить не мог, что сейчас вновь будет просыпаться один в холодной постели и чувствовать себя маленьким кубиком сахара. Раствориться можно в чем-угодно, а если ударишь посильнее, то и разлететься может на мелкие кристаллики, которые уже не соберешь воедино. Странные и необъяснимые мысли иногда приходят в голову, когда сидишь целыми днями в одиночку.Только вот, Йоэлю это не известно, он словно та яркая звезда, которой все восхищаются, прям как Сириус.Но мало кто знает, что Хокка давно уже остыл, а внутри него лишь пустота и неимоверный холод.       Люди приходят в нашу жизнь, переворачивают всё, а потом, не найдя того, чего хотелось, уходят даже не попрощавшись, просто хлопают дверью, оставляя тебя наедине с тем хламом и мыслями, от которых хочется сбежать подальше.Алекси даже не успевает убраться, как кто-то уже стучит в дверь его души.Поздно, теперь на дверь повесили замок, а ключ выкинули с моста, теперь в душу не залезть никому никогда.       Да всё равно.Йоэль, хочешь оставить меня? Пожалуйста.Больно ты мне нужен. Только, забери все эти воспоминания с собой, а то мне уже тошно от них, мне от тебя уже тошно, Хокка.       Сигарета потушена об холодное запястье, немного болит, когда проходишься по старым шрамам. Пепел вновь разлетается по комнате, вылетая в окно вместе с ветром и несбывшимися надеждами.А как по вашему всё это должно кончится? Алекси поднимается с пола, подходит к настежь открытому окну.Клён уже почти отцвёл, только пара листочков ещё держится на ветках.Небо слишком тёмное, никакого просвета не видно.Ты, Йоэль, веселись, пока душа чужая тихо умирает, а ты об этом даже и не подозреваешь.Душа умирает, оставляет от себя лишь ничтожные листы с текстами, которые уже никому не нужны, даже тебе.Веселись Йоэль, ты же это так любишь.       А Сириус медленно гаснет, как и твои ледяные глаза смыкаются под шум осеннего ливня.