Будни в академии «BL»

Мисаки сегодня забыл ободок, что бы при рисовании убирать длинную челку – пришлось заткнуть волосы за уши. Мазок, ещё мазок, и ещё три финальных мазка. Юный художник отошел от мольберта и залюбовался своим «свежеиспеченным» произведением искусства. Нет, чего-то не хватает. Парень подошел к работе и начал поправлять. Мазок, ещё мазок, много мазков, скорость возросла – легкое раздражение – противная прядка выбилась из-за уха и теперь норовила если не выколоть глаз, то маячить перед ним, пока её не уберут. Что Мисаки и попытался сделать, махнув головой, как обычно делают при откидывании челки. Но при этом движении из-за уха выбилась остальная часть волос с челки и теперь густые светлые пряди покрывали лицо художника. Не зная, какую руку выбрать – ту, в которой кисть, или ту, в которой палитра, парень было с раздражением собирался поправить челку обеими руками, и наплевать, что волосы будут в краске – не привыкать… но его остановила мысль о том, что после занятий у него свидание с Нарусо. Вдруг Иваи, стоявший рядом и следивший за работой своего подопечного, дотронувшись до плеча Мисаки, развернул его в свою сторону. Затем он раздвинул волосы парня и убрал их за уши. Мисаки затаил дыхание, потому что Иваи не убирал руки от его щек. Юный художник посмотрел в печальные глаза своего наставника. Они всегда были такими, даже когда тот улыбался… - Мне пора заканчивать работу, - не выдержал напряжения Мисаки. - Всё превосходно, - опомнившись, мечтательный художник убрал руки с лица мальчишки, - Ты подаешь большие… - Конечно, это же Пооончик!!! – перебил Нарусо, непонятно откуда взявшийся в дверях художественного кабинета. Он подбежал к Мисаки и взъерошил волосы, челка опять выбилась из-за ушей, от чего у её обладателя уже шел воображаемый дым из носа и ушей. Но Нарусо этого не заметил, потому что его взгляд случайно упал на творение возлюбленного. Автор решил вырезать длинный, полный восхищения, бурной жестикуляции и ярких эмоций «монолог Нарусо о Мисаки и его творчестве» из фанфика. :) После монолога Нарусо опомнился и, взглянув на часы, заохал, что они с Мисаки куда-то опаздывают, извинился перед Иваем и, подхватив возлюбленного за талию, умчался на крыльях любви. Иваи остался один в кабинете. Он убрал работу Мисаки в папку, сложил мольберт, и посмотрев на столик, где лежали принадлежности для живописи, приложил руку ко лбу, потому что представил Мисаки с кистями и палитрой на свидании, и лицо Нарусо, когда он вновь опомнится. Через некоторое время Иваи уже повернулся к выходу, что бы поспешить к ужину, но в дверях увидел своего друга Коджи. Он стоял, опершись о дверной косяк. - Привет! Не скучаешь тут? - спросил он старого друга. - Да нет, как раз собирался на ужин. Идём? - улыбнулся Иваи. - До ужина ещё полно времени. Покажи мне что-нибудь из своих недавних работ, - попросил стрелок. Ему нравилось иногда посмотреть на картины любимого художника. Иваи подошел к папке со своими работами и стал искать самые свежие. Он вынул небольшие живописные наброски, несколько работ карандашом и тушью. Тщательно отбирая работы, он передавал их другу. Больше всего Коджи привлекли произведения на тему "лук и стрелы". На него нахлынули воспоминания, как они с Иваем ходили на пленер. Коджи - пострелять, Иваи - порисовать, как тот стреляет. Это было одно из самых счастливых воспоминаний в жизни стрелка... Коджи попросил у Ивая одну работу, где было частично изображено лицо Шиномии в процессе, руки, а всё остальное пространство картины занимали лук и стрела, которая начала движение. Иваи, конечно, был не против подарить эту замечательную работу лучшему другу. Коджи обрадовался. Потом он заметил, что Иваи стоит спиной к нему, грустит. Он подошел и легонько обнял его за талию, прошептав на ухо: "Не грусти", и, кажется, потянулся, чтобы поцеловать... - Хэй, парни, идёмте ужина... ой, простите! - Нива просто проходил мимо... - Давайте там по-быстрому, и тащите свои гомоСЕКСУАЛЬНЫЕ задницы в столовку! - Король обладал чувством юмора.:) Коджи усмехнулся и потянулся к другу снова... - Оставь это, - отрезал Иваи. Коджи отпрянул и вдруг заметил, ЧТО его друг с грустью рассматривал. Это были наброски с чертами лица, с силуэтами новенького ученика Сакашито Мисаки...