Friendship is rare

Ещё пару дней Глэм с Чесом жили в фургончике. Блондин жил как летучая мышь, но наоборот: весь день он мог нормально ходить по фургону, выходить на улицу и репетировать с группой, а вечером приходила с работы мать Чеса. Он тихо сидел в комнате и прятался под кровать, когда она внезапно заходила. Но это было не сложно. На третий день «Че за уроды на сцене» репетировали у барабанщика – Боба. Лорди опаздывал, но без него спокойно можно было начать. Вдруг басист с ноги открыл дверь и вбежал в комнату. - Так, уроды, если вы на это не согласитесь – я поеду один, потому что у нас появилась возможность свалить из этой дыры! – у парня горели глаза, а волосы, на которых не осталось и капли укладки из-за ветра и быстрого бега, стояли дыбом. Его встретили недоумёнными взглядами – Я нашёл нам менеджера! - Какого менеджера и как ты его нашёл? – Глэм ничего не понял и пытался войти в курс дела. - Начнём с того, что не ТЫ нашёл, а МЫ. – продолжил Боб – Чес предложил, я расклеил объявления, а этот придурок – он указал барабанной палочкой на Лорди – только встретился и договорился. Ну что там? - Короче, зовут его вроде Тим. И - Стой, ты даже его имени не запомнил? – спросил Чес с насмешкой. - Да ладно, не цепляйся к словам! Он видел наше выступление и ему понравилось, он сказал, что из нас может что-то получиться! Так вот, мы с ним договорились, и он предложил несколько городов, в которые мы можем поехать. Отправляемся 15го числа с утра. - А какое сегодня число? - 13ое, через день, чел! – крикнул радостно Боб и толкнул в плечо Глэма, задавшего вопрос. - УХУУУУУУУУУУ! Я же обещал тебе, Глэм, обещал же! – сделал победный жест Чес и поднял над собой гитару. *** - Гель для душа? - Купили. - Сухарики? - Тоже. - Одежда? - Я тебе пол часа назад перечислял всё, что мы взяли из шмотья. Сходи к лору, а. – Чес уже час сидел с недовольной рожей рядом с чемоданом , а Глэм ходил по маленькой комнате с очень сосредоточенным видом и списком в руках. Он уже давно перечислил все пункты из него и дополнял чем-то новым. – А ещё мы взяли украшения, струны, медиаторы, косметос твой. Твоя косметичка больше и тяжелее нашей аптечки. Кирпичи там носишь ты, блондинка? – Он взял небольшое зеркало Глэма и изобразил его, когда он красит глаза - почти закрыл их и открыл рот. Ему прилетела в лицо подушкой и он кинул в блондина ею же и у него из руки выпало зеркало. Послышался звук разбитого стекла и шипение Чеса. - Сволочь! Чес, ты идиот! – тихо, но очень раздражённо сказал голубоглазый – Ты запачкаешь одежду! Надо как-то кровь остановить. – быстро вытащил аптечку и достал вату. Они промыли рану, перевязали её, но скорее не они, а Глэм, потому что он лучше всех мог обработать такое и просто просил криворукого Чеса не лезть. Перед выходом блондину пришёл в голову вопрос, который непременно нужно задать этому непутёвому. - Чес, а ты сказал маме, что ты уезжаешь? Сердце сделало сальто и глухо упало. - Нет. Мне кажется, она и не вспомнит про то, что я здесь должен быть. – Он внезапно стал серьёзным. – Полезем через окно, она ещё не уснула. Глэм благополучно вылез и Чес дал ему чемодан. Владелец комнаты последний раз осмотрел её, Глэм что-то проверял в чемодане. Чесноку было одновременно тяжко и легко, весело и больно. Что-то держало его здесь и также заставляло убежать и не оглядываться. Здесь он первый раз открыл учебник по сольфеджио, купленный в 10 лет на накопленные деньги, которые когда-то ещё присылал непонятно откуда отец. Сюда он в 14 притаробанил отданную каким-то мужиком тёмно-красную акустическую гитару. Здесь ссорился с матерью, а потом успокаивал её. Тут ржал над какими-то старыми, непонятно откуда взявшимися книжками, а также плакал из-за предательства, из-за разбитого сердца и просто, от горя. Но никто не должен был об этом узнать. Никто, кроме Глэма. У Чеса наконец появился настоящий друг. Человек, который за него волнуется, интересуется его жизнью и которому просто на него не плевать. Он пока не решался ничего ему рассказать про прошлое, но точно знал, что расскажет. На глаза навернулись слёзы. Чес быстро вытер их и принял решение всё-таки рассказать маме о своём отъезде. - Я сейчас. Уно моменто) Шатен залетел в комнату и побежал к двери в коридор и уже собираясь её открыть испугался. Он стоял перед этой металлической дверью и сердце колотилось где-то в голове разбивая череп, а к горлу подкатил ком. Он подбежал к столу, схватил первую попавшуюся бумажку и ручку и начиркал послание. Вложил туда всё, что чувствовал и насколько любил свою маму, но без этих соплей. Да, она почти ничего ему не дала, кроме самой жизни. Да, она откровенно говоря не подарок, но он её действительно очень сильно любил. Просто так, просто потому что она его мать, просто потому, что она есть. Он выключил свет, оглядел комнату и выпрыгнул через окно к другу чуть ли не на голову. Его ждало что-то новое, что-то неизвестное и манящее, что обещало ему приключения на жопу и возможно даже популярность, и всё это бок о бок с другом. Они побежали к дороге, ведь уже опаздывали. "Я уехал, не вернусь. Спасибо за всё. Обещаю прислать деньги с первой зарплаты. Не пропади тут без меня) Люблю тебя, мам. Чес."