Глаза моей любви

Когда Хёнджин всё-таки возвращается в комнату, он сразу обращается к друзьям. — Ян и Чан уже ночевали тут, поэтому диван снова ваш, — произносит Хёнджин и переводит взгляд на ещё одного гостя. — А ты… — Хван делает недолгую паузу и, размышляя, прикусывает губу. — Что же с тобой делать? — задаёт он сам себе вопрос, осматриваясь. Феликс выжидающе глядел на него, ожидая умной мысли. — Так, вы пока из шкафа, — Хёнджин указал на предмет мебели. — Достаньте простыни, одеяло, подушки и постелите себе, — отдав указания, он подошёл к Ликсу. — А ты — идём со мной. Хван схватил Феликса за руку и потянул его за собой из гостиной. Ликс услышал негромкие смешки и перешёптывания Чана и Чонина. Он лишь знал, что ещё припомнит это другу, когда они вновь встретятся. Хван затащил Ли в свою комнату и достал матрас. — У меня есть матрас, поэтому ты будешь спатьна нём, — произнёс Хван, всё ещё держа руку парня в своей. — А как же гостеприимство? — Феликс отдёрнул руку, увидев глаза Хвана, а именно его радужку. — Забей, посплю на матрасе, — Ликс отошёл от Хёнджина, а потом снова обратился к нему. — Только дай мне, чем его застелить. — Подожди, тогда давай в камень-ножницы-бумага сыграем. — Хван Хёнджин, тебе пять лет? Что за глупости? — Да давай, так будет честно, — парень снова берёт кисть Ликса, только уже располагает её напротив своей руки, сложенной в кулак. Ли на это цокает и сжимает руку в такой же кулак. — Камень-ножница-бумага-раз-два-три. — произносит Хван и, насчёт три, выпрямляет свою ладонь. Феликс показывает подобие «ножниц» пальцами и довольно хмыкает. — Выходит, я выиграл, — Ли поднимает взгляд на Хёнджина, что явно задумался о чём-то. — Ладно, твоя взяла, ложись на мою кровать, почувствуй себя принцем, — Хёнджин выходит из комнаты и возвращается уже с постельным бельём, которое сможет постелить на матрас. Феликс же довольно размещается на мягкой кровати.

***

Поздняя ночь, парни лежат в темноте и уже засыпают. По крайней мере, Феликс засыпал, пока на его кровать не забрался кто-то. Это был Хёнджин. — Двигайся, на полу холодно, — тихо произносит юноша и укрывается одеялом, что взял с собой на кровать. Ликс двигается на край и наблюдает за Хваном. Ли осматривает черты лица юноши, пока тот лежит с закрытыми глазами, но моргает и, когда снова смотрит на Хёнджина, ловит на себе его взгляд. Такой пронзительный, что даже пугает. Парень выгибает бровь в неком вопросе и они одновременно спрашивают друг у друга: «Чего ты смотришь?» — Первый отвечай, — настаивает Ли, сводя брови к носу. — Ты первый начал смотреть на меня, так что ты отвечай. — С чего ты решил, что я смотрел? У тебя глаза закрыты были! — Вот ты и попался на том, что пялился на меня! — Хван вскакивает от радостного осознания, что раскусил младшего. Ликс на это лишь смеётся, продолжая наблюдать за Хёнджином. — Ты вроде старше, но и вправду ведёшь себя, как маленький, — нежная улыбка трогает лицо парня и он, наконец-то, отводит взгляд. — Да что же такое! Ты даже меня не знаешь! — повысив голос от несправедливости, Хван ударяет по кровати. Удар до того слабый, что снова пробивает Ли на смех. — Хён, спи уже. — Ты совсем не воспринимаешь меня, как хёна, но продолжаешь так меня называть. Ты должен определиться! — Не заводи скандалов. Дело близится к рассвету, а мы всё никак не легли спать. Это всё из-за тебя. — Я ещё и виноват? Да спи ты, — с этими словами Хёнджин плюхается на кровать и отворачивается от Феликса. Парни мгновенно засыпают, отвернувшись друг от друга. Это было чем-то похоже на семейную ссору, но они ведь даже не семья. Да, они соулмейты, но это не равно семья. Особенно нельзя говорить о семье, смотря на Хвана и Ли.

***

Утром Хёнджин просыпается один. Из окна палит солнце и режет глаза, юноша пытается спрятаться от него, но всё же решает встать. Хван приподнимается, принимая позицию сидя, и трёт глаза. Он осматривается, а после встаёт, направляясь к выходу из комнаты. По квартире раздаётся топот, и из-за угла выглядывает парниша. Хван, увидев хоть кого-то, быстрым шагом направился к нему. — Доброе утро, — хрипловатым спросонья голосом произносит он и наблюдает за парнем, который уже успел расположиться на кухне. Он готовил определённо что-то вкусное, и запах нельзя было скрыть. — Что готовишь? — поинтересовался Хван, усевшись на стул рядом. — Брауни. Пробовал когда-нибудь? — Ликс поворачивается и улыбается. — Конечно. — Хёнджин делает кивок. — Но моё брауни особенное! Ты убедишься в этом! — Как скажешь, — юноша улыбается и встаёт. — Тогда не буду мешать и пойду переоденусь. — Нет-нет, ты не мешаешь, а можешь только помочь. Мне Ян показал где тут что, но я уже половину забыл, и много времени трачу на поиски чего-то, поэтому буду рад помощи хозяина кухни, — Хёнджин даёт положительный ответ и подходит к другу? — ведь их можно уже назвать так, ну, по крайней мере, так считал Хван. — И что я должен делать? — спрашивает он, пока закатывает рукава пижамы. — Смотри, тебе нужно растопить шоколад, сможешь? — Конечно, — сказав это, юноша приступил к топлению шоколада. Пока Хёнджин занимался шоколадом, Ёнбок уже вовсю смешивал много ингредиентов в мисках. Он делал это очень уверенно, явно зная рецепт наизусть. У Хёнджина так никогда не получалось, и из-за этого тот вечно заказывал еду, чтобы сильно не заморачиваться со сложными рецептами из интернета или поварской книжки. Первое время парни достаточно сильно стеснялись, но после разговорились и готовка превратилась в удовольствие. Вот, наконец-то, Ли убирает всё, что они сделали, в духовку.

***

Чонин пошёл на кухню, чтобы убедиться, что Ли ничего не сжёг там, хотя и знал, что тот прекрасный повар. Парень заходит на кухню, а потом резко прячется за углом. Тот наблюдает за двумя юношами. Они выглядят, как влюблённые и трогают маленькое сердечко Чонина. Парень едва ли не падает в обморок от такой милоты, что наблюдает, и бежит в гостиную, чтобы рассказать об этом своему бойфренду. Через пару минут они уже вместе наблюдали за парнями и хихикали от такого, иногда пародируя их взаимодействия.

***

— Фух, мы молодцы! Где Чонин с Чаном? Они хотели поесть брауни, — говорит Ликс, моя руки, а после и убирая мусор, который они вместе с Хваном оставили. — Не знаю, наверное в комнате. Мне позвать их? — Позови их минут через тридцать, — Ли улыбается, прикрыв глаза. Эта улыбка, правда, выглядит мило и трогает второго паренька. Хёнджин впервые теряется в своих чувствах. Ему становится комфортно с человеком на совершенно другом уровне. Странное чувство, которое пугает и одновременно вызывает положительные эмоции. Будто что-то его зажгло. Хочется показать всем лучи, выходящие изнутри. Такого резкого отвращения к Феликсу больше нет. Они вместе болтают, смеются, дурачатся и тому подобное. Неужели у них есть шанс? Даст ли его вселенная?