Няньки для убийц

      Если у девочек ещё оставались сомнения что в моей адекватности, что в правдивости каждого до последнего моего слова, то после окончания рассказа было ясно как день, что все трое безоговорочно мне верят. Но не могу отдать все лавры одной лишь себе — всё-таки, не будь здесь Нагато, всё это время молчавшего и терпеливо выслушивающего мои объяснения, думаю, мне бы долго пришлось убеждать подруг в своей правоте. Девочки каждый раз, явно не слишком веря мне на слово, тут же переводили взгляды на Нагато и глотали все возражения, решив, что лучше выслушать меня до конца, прежде чем звонить добрым дядям в белых халатах.       К концу рассказа мне разве что пота со лба утереть не хватало — он вышел удивительно.. длинным. Я старалась уместить в него как можно подробностей, чтобы убедить каждого из присутствующих в его достоверности и в том, что никто из нас с ума не сошёл. Кроме того, я понимала, что чем больше подробностей доверю Нагато, тем проще и самому мужчине будет передать информацию своей организации и мне не придётся лишний раз с ними контактировать. Но лишь об одном мною было решено тактично умолчать и не говорить пока лидеру — об истинных причинах, по которым Наоби пошёл на столь дерзкий шаг и самовольно вмешался в чужие судьбы.       — Меня не посчитали достойной того, чтобы посвящать в свои планы и причины того, для чего всё затеивалось, так что здесь я не помощница, — уклончиво говорила я, глядя прямо на в упор смотрящего на меня Нагато.       Было понятно — он осознаёт, что ему о чём-то умалчивают, поскольку врать и петлять кругами в попытках заговорить зубы я никогда не умела (за этим лучше к Машке), но по какой-то причине Нагато не пытался прервать мой рассказ и выпытать больше информации. Где-то в глубине души я понимала, что при первом же удобном случае меня прижмут к стенке и вытряхнут всё, о чём не рассказала, но сейчас думать об этом не хотелось совершенно.       Закончила я своё повествование на браслетах, которые тут же принялись осматривать, словно только что их заметили, девочки, и на том, что любой, кроме нас с ними, человек будет видеть каждого из членов «Акацуки» разительно отличающимися от своей оригинальной внешности. И если проверить последнее утверждение мы в данный момент никак не могли, то чудодейственная сила браслетов была доказана моментально, стоило нам стянуть их с запястий и попросить Нагато непрерывно что-нибудь проговорить. В момент, когда в комнате повисла тишина, я позволила себе с облегчением выдохнуть и отодвинуться на диване чуть поближе к стенке и тем самым подальше от Нагато. Пусть он и говорил, что убивать меня нет ни смысла, ни нужды, не испытывать лёгкого страха перед ним отчего-то было сложно.       Но Нагато молчал. Скрестив руки на груди, он всё хмурился (я начала всерьёз переживать за состояние его кожи) и то смотрел на меня, словно ожидая нового потока информации, то опускал взгляд и прикрывал глаза. Я же, поджав губы, даже не знала, чем разбавить гнетущую тишину и стоит ли это делать. Ведь кроме новостей о том, что они все теперь на неопределённое время заперты в другом мире, настолько отличающемся от их родного, да ещё и без своих способностей, я огорошила Нагато вестью о гибели каждого из присутствующих в моей квартире члена организации, не ударяясь, разумеется, в подробности. Я планировала как можно дольше сохранить отношения между каждым из здесь присутствующих если не дружескими, то хотя бы нейтральными, так что была просто обязана умолчать о том, как погибла Конан. А если было решено умолчать об этом, значит, и об остальных было бы разумным не распространяться, чтобы Нагато ничего не заподозрил.       И, думается мне, именно из-за новостей о своей и Конан смертях мужчина теперь предавался раздумьям, и мысленный процесс явно отображался на его лице. Он словно пытался вспомнить о чём-то. А меня в эту же самую секунду словно громом поразило.       Точно!..       — Скажи..те, Нагато, — встряла вместо меня Алиса, и звучала она как никогда серьёзно — даже дрогнувший на имени мужчины голос не испортил момента, — что.. что последнее вы помните?       Я тут же уставилась на подругу, мысленно воздавая ей сотню почестей.       Нагато, явно размышляя, стоит ли нам доверять, молчал, но взгляда что с меня, что с Алисы не сводил. Мы же с ней переглянулись и, понимая мысли друг друга без слов, кивнули. В этот раз я уступила бремя переговоров Алисе, прекрасно понимая, что если кто и разберётся с делом лучше меня, так это она.       — Вы ведь уже поняли, что Варе, — она кивнула в мою сторону, — всё о вас известно. А что знает она — то знаем и мы. Так есть ли смысл что-то скрывать?       — В этом столько же мало смысла, сколько и в том, что я вам отвечу, — сказал Нагато, устало вздыхая. — Откуда бы вам ни было известно о моей судьбе и судьбе моей организации, разве вы сумеете распорядиться этой информацией так, что это обернётся всем нам на пользу? Вы не владеете никакими техниками, вы не ками, что отправил нас сюда, и даже не можете связаться с ним. Отсюда следует вопрос: если вы действительно всё знаете, к чему вам информация о моём последнем воспоминании?       Алиса замолчала, тяжело вздохнув. Не удержалась от аналогичного действа и я, признавая разумность доводов Нагато — в конце-концов, смысла действительно было мало, кроме разве что утоления нашего любопытства и попыток сообразить, как нам следует общаться с лидером и его утятами и как к ним подобраться, чтобы облегчить Наоби работу. Изначально я загорелась этой идеей, потому что хотела понять — помнит ли сам Нагато свою смерть, это его версия до или после убийства Джирайи, до или после хотя бы нападения на Коноху и встречи с Наруто. Но лидер, увы, отказывался продолжать этот разговор, так что мне оставалось лишь сделать кое-какие мысленные пометки о его реакции на те или иные мои слова во время рассказа и затем поделиться этим с девочками.       — Что ж, — не желая признавать поражение, но понимая, что дальше давить смысла нет, Алиса неловко усмехнулась и почесала затылок, — вы правы.       Всё снова зашло в тупик, и я не удержалась от полного досады вздоха. С другой стороны, на что мы действительно рассчитывали именно сейчас? Нагато доверяет нам ещё меньше, чем мы ему — что неудивительно, но какая-то часть меня и, я знала, девочек, пусть это и глупо, не могла не расстроиться с этого.       «Вот и защищай этих негодяев на анимешных форумах всю юность после этого — ты к ним с душой, а они тебе вилкой в жопу,» — сказала бы Машка, и я не удержалась от еле слышного хихиканья.       — В таком случае, — встав с места и чуть обойдя Нагато, Алиса направилась в сторону выхода из комнаты, и я чувствовала, что каждый шаг даётся ей тяжелее предыдущего, — если вы получили от нас ответы, значит, пришло время рассказать обо всём остальным и разбудить их?       Скажу честно — мне было страшно до ужаса. Но при этом и я, и остальные прекрасно понимали, что откладывать дальше смысла было ещё меньше, чем в попытках расспрашивать хоть о чём-нибудь Нагато. Рано или поздно нам придётся с ними познакомиться — нормально познакомиться, а не односторонне, исключительно по аниме и манге — и как-то уживаться всем вместе.       Господи.       Нам придётся как-то уживаться с «Акацуки».       — И я займусь этим сейчас же, — не замедлил отозваться мужчина, уверенно обгоняя меня и направляясь в сторону кухни. Вы только посмотрите, уже освоился.. — Буду признателен, если вы не станете вмешиваться, пока не понадобитесь.       — Пожалуйста! — тут же закивала головой Машка, до сих пор сжимающая моё несчастное запястье. — Мы будем тише воды и ниже травы, вы главное проследите, чтобы на нервах никто ничего не взорвал, не испепелил Аматерасу и не скрутил в рогалик силой мысли.       — Мы говорим о взрослых и серьёзных людях, а не о детях, не владеющих собственными эмоциями, — мрачно ответил Нагато.       — Вы очень высокого мнения о Дейдаре, Лидер-сама..       — Ну всё! — я спрятала Машу за спину, сдерживая рвущийся наружу от вида вконец уставшего от нас Нагато смешок, и обратилась к мужчине со всей серьёзностью: — Простите, она всегда спросонья чепуху городит. Мы лишь хотели пожелать вам удачи. Надеемся, что ваши люди отреагируют так же спокойно, как и вы. Будем ждать вас всех здесь для.. ам... дальнейшей разработки плана действий?..       Разумеется, ни я, ни Нагато, ни уж тем более только начавшие просыпаться девочки ни сном, ни духом не были о том, что мы будем делать дальше, но бездействовать уж точно никто не собирался. Однако и поступать опрометчиво никому не хотелось.       Момент, когда Нагато резко обернулся в мою сторону и как приговор произнёс «Ты пойдёшь со мной», я запомнила на всю жизнь. Не успело и писка сорваться с моих губ, как мужчина тут же вышел из комнаты, и что-то мне подсказывало, что будет лучше последовать за ним. Я успела лишь переглянуться с подругами, каждая из которых кивнула мне — а Яна ещё и приобняла напоследок, похлопывая ободряюще по плечам — и с видом искренне несчастным, словно меня ведут не к одним из любимых персонажей, а на виселицу, догнала Нагато, склонившемуся над телами своих людей на кухне.       Не поймите меня неправильно — что я, что девочки правда обожаем «Акацуки» и далеко не один год посвятили фанатскому творчеству, связанному с ними, да только всё происходящее сейчас настолько перевернуло наш мир с ног на голову, что страх и опасения за свою жизнь были самыми естественными реакциями. Где-то в глубине души едва-едва горело желание увидеть их и, подобно героиням из множества фанфиков с таким сюжетом, беспокоиться разве что о том, что Хиданчик поцеловал Яну на пять раз меньше, чем в обычные дни, а у нас с Итачи затянулась бытовая ссора на тему немытой посуды. Где нет вмешавшегося в чужие судьбы божества, нет возложенной на наши плечи той ещё непростой работёнки — присмотреть за опаснейшими нукенинами, словно те дети малые и будут слушаться всего, что им пытаются втолковать не самые компетентные няньки.       А уж учитывая, что мы с девочками младше почти всей их компашки, ситуация и вовсе выходила уморительной. Я так и вижу, как Алиса будет веником гонять здоровенную и старую дылду в лице Какузу по моей кухне, приговаривая, чтобы тот был хорошим мальчиком и выбросил чьё-то сердце изо рта. От этой картины, пусть и вымышленной, я нервно хихикнула, особенно когда тут же столкнулась взглядом с уже очнувшимся Какузу, что переводил озадаченный взгляд с Нагато на меня, спрятавшуюся за спиной лидера, будто это могло спасти мою тушку.       Что сказать, впечатление казначей «Акацуки», даже просто стоящий и молчащий, производил самое что ни на есть яркое.       — Разбуди остальных в другой комнате.       Скажу честно — я была уверена, что обращался Нагато не ко мне, до сих пор замершей каменным изваянием, а к Какузу, и это казалось логичным. Ну где я и где член их организации, ещё и находящийся в столь престижной должности? Но стоило пройти нескольким мгновениям, за которые с места не двинулись ни я, ни Какузу, уже и вовсе исчезнувший в моей кухоньке и расталкивающий ни то Дейдару, ни то Тоби-Обито, как осознание медленно, но верно, прямо как Нагато, обернувшийся ко мне с «Ты всё ещё здесь?» взглядом, подкралось ко мне.       Я смотрела на Нагато и мне казалось, что он решил таким изощрённым способом от меня избавиться. Но, чтобы не испытывать судьбу и не оставаться ещё дольше в одном помещении с самым опасным в их компании человеком, — меня бросало в дрожь от одной только мысли о реакции Обито — я лишь коротко кивнула и на дрожащих ногах направилась в просторную гостиную. Проходя мимо своей комнаты, я краем глаза заметила, как девочки собрались в небольшой кружок на полу, что-то обсуждая. До меня донеслись обрывки разговора, и по ним я могла догадаться, что девочки испытывают те же чувства, что и я.       Растерянность и испуг, смешанные с возбуждением от встречи с любимыми персонажами. И пусть первые два преобладали, сложно было отгородиться от той части себя, которой так и не терпелось поскорее увидеться с остальными и пообщаться, а особенно — с нашими любимчиками.       Я вздрогнула всем телом, вспомнив, что не видела на кухне Итачи, и на моём лице тут же отобразилась крайне странная смесь какой-то идиотской улыбки, явно не подходящей к ситуации, и настоящего ужаса. Да, Итачи — не Хидан, кидаться с угрозами не станет, да и я не Какаши, чтобы меня сходу в Цукуёми помещать на три дня, но не испытывать благоговейного ужаса перед такой личностью, сколько бы я ни была в него влюблена, было сложно. Пришлось напомнить себе, что в нашем мире ни одна техника не сработает, да только и это помогало слабо.       Итачи и без техник, как выразилась Машка, сможет скрутить меня в рогалик..       Я постояла у входа в комнату какое-то время, мысленно отсчитала до десяти и только потом вошла внутрь.       Я даже не знала, повезло мне или нет — мне выпала честь разбудить Итачи, Сасори, Кисаме и Хидана.       Боже, я не хочу умирать..       Возможно, этой мыслью я и руководствовалась, если первым делом решила подойти именно к Итачи, пусть тот и лежал дальше всех. Даже если отбросить все ванильные штучки и выловить кучу бабочек, яростно запорхавших в моём животе при одном только взгляде на печальный даже во сне профиль парня, он действительно ощущался самым безопасным вариантом — Хидан отметался моментально, потому что его коса как-то слишком недружелюбно поблескивала в свете утреннего солнца; Сасори я боялась до усрачки из-за своей педиофобии, а проверять, в человеческой он форме к нам попал, как во всех других подобных фанфиках, или кукольной, я вообще не хотела; Кисаме тоже оставался неплохим вариантом, но тут в дело вступили те самые бабочки, что со всеми своими порханиями умудрились пробудить воющего на всю комнату кита в моём желудке и едва не пробудили ещё и Кисаме, потому что в этот самый момент я как раз переступала через него, и от сонного и хриплого, как стая бомжей на автобусной остановке, бормотания мужчины у меня сердце ушло в пятки.       Так я и остановилась на Итачи — и образно, и буквально. Испугавшаяся копошения, раздавшегося позади, где-то со стороны Хидана, я едва не наступила на полы плаща Учихи и не навернулась прямо на него, вместо этого вовремя затормозив и замерев в позе, которую можно было увидеть где-нибудь в учебниках ни то по йоге, ни то по кунг-фу — руки, воздетые к небу и согнутые в локтях, делали меня похожей на перепуганного богомола, как и согнутая в колене нога, рисовавшая ассоциацию с медитирующим аистом.       И, возможно, не будь мой мозг сейчас так зациклен на этих идиотских сравнениях и любовании лежавшим прямо подо мной Итачи, чьи иссиня-черные волосы удивительно красиво сочетались с красным узорчатым ковром моей бабушки, я бы обязательно заметила, что копошения позади и не думали прекращаться.       А должна была, потому что..        — Ты кто, блять, такая?       Визг, разнесшийся по квартире одновременно с тем, как я ощутила ледяной металл куная у своей шеи, слышал, наверное, весь Волгоград.       Как и топот целой кучи ножек, владельцы которых через секунду столпились в узком проходе в комнату, только чтобы застать говорящую громче любых слов о том, почему Нагато нельзя было посылать меня сюда, картину: Хидан, прижавший обе руки к ушам и явно не ожидавший того, на что способна моя глотка, когда я пугаюсь; Сасори, явно озадаченно переводящий взгляд со столпившихся в проходе "коллег" на меня и обратно; и Кисаме, откуда-то (клянусь, я действительно не заметила её в первый раз) доставший Самехаду и теперь наставивший её на меня, успешно рухнувшую прямо поперёк Итачи и наверняка переломавшую ему пару рёбер в результате падения.       Мне хотелось расплакаться. И я даже не знаю, от чего — от ужаса или от стыда.