Длань забытого

      Император лично наблюдал с мостика Буцефала за тем, как штурмкатера Вестников Рока уносят десантников к последней твердыне мира отринувшего его свет. Силы второго легиона при поддержке войск лорда-командующего Фазиста уже заканчивали разрушение немногочисленных импульсных копий мешавших приземлению десантных кораблей и сейчас бойцы готовились к проведению решающей операции. Симус взял её проведение на себя, сославшись на то, что присутствие воинов Легио Кустодес может оказаться важнее в ином месте, а Император ничего не возразил против этого решения. На палубе было много людей — именитые имперские военные, правительственные чиновники, представители механикум, кустодии и многие другие включая высший состав Вестников Рока. — Для приведения этого мира к согласию потребовались колоссальные усилия. — с едва заметной дрожью в голосе произнёс командующий Фазист опустившись на одно колено и прижав руку к груди. — Боюсь, если бы не вмешательство примарха, то вверенные мне войска, как и Ваш покорный слуга прекратили своё существование. Только в бою на мире-корабле эльдар мы потеряли более ста миллионов и мне не на кого их заменить.       Лорд-командующий по слухам сопровождал Императора ещё во время объединительных войн на радиоактивных пустошах Старой Земли. Несмотря на то, что он хорошо держался и походил на человека средних лет — возраст его давно перевалил за шестой десяток. В этом не было ничего необычного, если не считать того, что он по каким-то своим личным соображениям отказывался от омолаживающих процедур. — Я лично постановлю, чтобы набор подходящих рекрутов был произведён в обход некоторых инстанций и завершён в кратчайшие сроки. Ваш вклад в победу над врагом оказался неоценим. — на глазах офицера выступили слёзы, но он нашёл в себе силы, чтобы кивнуть. — Отец, подобных потерь мы могли избежать, если бы войска лорда-командующего были бы лучше укомплектованы. По моему мнению главную роль в противостоянии с пехотой эльдар сыграли не физические способности, а экипировка. У них имелось лучшее оснащение, но практически для всего что у них было в нашем распоряжении мы сможем найти аналоги. Ксеносы в основном полагались на многочисленные противопехотные конструкции и артиллерия неплохо показала себя в борьбе с ними. Располагай войска лорд-командира ей в достаточном количестве, то, возможно, бои на мире-корабле завершились бы нашей победой. — произнёс Симус облачённый в свои белоснежные доспехи, но теперь с его плеч, обрываясь всего в нескольких сантиметрах от пола, спадал кроваво-алый плащ — подарок мастера воинства Селим-Тара за победу над покрытыми ядовитыми шипами химульерами с северных болот, которые столетиями терзали человеческое население мира. — У нас достаточно людских ресурсов, но промышленность многих миров до сих пор не оправилась от влияния войн Эры Раздора. Предвидя это я и создал Вас. Твои пожелания также будут учтены, сын, но не обещаю, что в скором времени получится их реализовать. Ты недооценил численность врага и самонадеянно решил захватить корабль эльдар. Я ценю твоё рвение, но впредь будь более аккуратен. — Численность врага не имела бы значения, если бы мы смогли установить достаточное количество циклонных торпед в ключевых точках. Не могу сказать, что эльдар ценят жизни своих сородичей, но по крайней мере их высокомерие, укрывающее их страх за собственную шкуру, могло бы склонить их к переговорам. — кое-где в зале прокатились удивлённые возгласы. — Но ты не мог бы знать этого наверняка. Эльдар непостоянны и непредсказуемы. Их коварство вошло в легенды, а незначительное изменение обстоятельств способно кардинально изменить их решения. — Не мог, как не мог знать, что численность врагов будет исчисляться не миллионами, а миллиардами. Как не мог знать того, что победа над чудовищем сломила бы их дух. Но я знаю, отец, что мне не хватило умений, чтобы сохранить жизни людей доверявших мне. Я стараюсь найти любой способ, чтобы избежать подобного и готов бросить на это все свои силы.       В знак своего согласия Император кивнул. — Как скоро будет достигнуто Согласие? — сказал Император обращаясь к представителям военных под командованием которых проводилась осада. — Полагаю, операция займёт несколько часов, мой лорд. — стоя на одном колене старший тактик 22-й экспедиционной флотилии Мела'Гор с восхищением в голосе смог ответить первым. — Любая оборона, которую они могли бы выстроить — померкнет в сравнении с обороной столицы. — Их сооружения не блещут большим оборонительным потенциалом. — выведя с руки гололитическую проекцию замка из покрытого лишайником натурального камня, добавил верховный военный инженер 35-го осадно-десантного полка в причудливом шлеме сильно напоминающем шахтёрскую каску. — Если же они прибегнут к своей магии... — генерал Фазиста — Меланиир Валериус едва не рухнул на пол, заметив, как лицо Императора приняло суровое выражение. — Магия? Ты считаешь это подходящим определением? — спросил Император, чья мимика приняла прежнее выражение. — Они показали себя могущественными противниками и есть причина по которой я отдал примарху приказ искоренить эту культуру. "Элементали", "служебные духи", свитки — "силы" и "проклятия" — всё это результат глубокого погружения в Имматериум, но с их уровнем развития столь же глубокое его понимание невозможно. Называть подобные силы магией — это удел невежд подобных им самим, а их невежество представляет угрозу ставшую катализатором Эры Раздора и служит причиной для их искоренения. — Мой лорд, но я думал, что целью операции не является их истребление? — задал вопрос брат-воплотитель Реган. — Мы не ведём охоту на ведьм. Мы уничтожаем враждебную культуру, которой чужды все наши начинания, а не просто вырезаем население этого мира. Это не геноцид, а выборочное уничтожение тех элементов, которые не смогут существовать в новом мире. На Астартес возложена миссия провести его методично, избегая жертв среди невиновных подобно тому, как хирург вырезает опухоль. Они проведут селекцию, отбраковку тех кто стремится оказать сопротивление нашим благородным идеалам и будущему на построение которого у нас ушло столь много усилий. — Мы сможем окончательно привести его к согласию лишь через несколько лет оставив небольшой контингент второго легиона. Полагаю, что эта обязанность будет возложена на мои плечи. Силы легиона уже приступили к штурму. — произнёс Унгал. — Приступайте к выполнению своих обязанностей. — произнёс Император и Симус согласно кивнул. — Повелитель Человечества! — Унгал опешил услышав женский голос принадлежащий личному летописцу примарха. — Раз уж подготовка завершена, то я могу спуститься на поверхность дабы запечатлеть столь важные события. — на мгновение космодесантнику показалось, что тон девушки подразумевал не вопрос, а утверждение и глядя в лицо Симуса он понял, что тот переживает за её жизнь и ждёт, что его Отец ответит отказом, но Император лишь согласно кивнул.

***

      Кап. Кап. Кап. Спокойствие! Файон вновь взмыл в воздух. Психические силы хранителя поднимали тело облаченное в тяжелый доспех. Видения проносились в сознании астартес, с каждым разом становившись все ярче и сильнее. Вспышка из памяти заставила его очнуться, порядок мыслей нарушился, действие телекинеза резко прервалось и космодесантник зависший в двух метрах от пола резко приземлился едва не упав. «Уже который раз!». Он все не мог сосредоточиться, последствия финальной битвы на Тар-Налар-Мату все не могли улечься в разуме Файона, с каждым разом оборачиваясь кошмарами.       Хранитель вздохнул и подошел к столу в углу комнаты медитации. Взяв кувшин с чистой водой он полностью его осушил и набрал еще один. «Нет, хватит! Нужно обсудить все с Симусом». Библиарий достал из правой пристегнутой к доспеху сумки аккуратно очищенный и освобожденный от плоти череп, принадлежавший, возможно, величайшему герою Тар-Наларцев.       После того, как пал Священный Город главным очагом сопротивления и последним препятствием на пути к имперскому правлению Тар-Налар-Мату, преждевременно переименованной в 91-22, оказалась крупнейшая на планете академия магии — Хаговорт. Это место представляло собой могущественную твердыню, но вряд ли кому-то из имперцев пришло бы в голову сравнить его оборону с оборонительными возможностями столицы и уж тем более никто не мог даже представить, что штурм в результате обернется приказом Императора экстерминировать мир и уничтожить все местные нечестивые знания.       Правительство планеты состояло из самых сильных магов которые возглавляли отдельные автономные образования, с большим трудом которые можно было назвать государствами. Во главе такой мини-страны всегда располагалась определенная школа или академия, где и изучались имматериальные знания. Советы и директоры правили мудро, а до прибытия эльдар имело место лишь соперничество в плане накопления и развития учений, которое помогало не угаснуть наследию предков. Только во время контактов с ксеносами местные организовали Совет, состоящий их представителей всех организаций.       Когда Империум заставил эльдар убраться из системы и непосредственно занялся Тар-Налар-Мату, прошло около двух месяцев, прежде чем силы Второго легиона разбили большую часть планетарных сил. Несмотря на то, что каждая академия держала свои отдельные силы и ранее не сражалась единым фронтом, сопротивление Воле Императора оказалось более чем достойным. Большие потери астартес и ужасающие жертвы среди имперской армии были тому свидетельством.       И чем больше Вестники Рока были близки к победе, тем к более отчаянным мерам приходили маги. Наиболее знаково это и сказалось на битве за Хаговорт. Директор академии Альмин Далабор и многие отступившие в последний оплот маги, установили такую мощную оборону, что даже космодесантники поразились сложности взятия крепости.       Симус хотел именно захватить академию, так как практически все прежние школы магов все свою знания успевали либо уничтожить либо перевести сюда. Знал бы примарх тогда, что прибывший Император велит уничтожить все трофеи.       Осада была сложной. Далабор взмахом руки поднял десятки тысяч каменных големов, неуязвимых для лазерного и мелкокалиберного оружия. По кругу академию защищал прозрачный купол напоминающий по свойству пустотный шит — через него можно было пройти двигаясь на небольшой скорости, но все быстродвижущиеся объекты при попытки преодолеть поле останавливались словно их окунули в густую плотную жидкость. Купол также полностью защищал от орбитальной бомбардировки и артиллерийского огня. Неприятным было и то, что на атакующих внутри постоянно воздействовал некий обжигающий эффект, постепенно нагревавший даже керамитовые доспехи. Обычные люди в таких условиях и вовсе не могли сражаться.       Бой был тяжелым и братья несли большие потери, но все же уверенно прорывались. И в тот момент, когда Файон вместе со своим отрядом перешел главный мост, навстречу к ним и вышел со своими верными вассалами — рыжеволосыми воинами маг в сияющих доспехах украшенных символом молнии и чёрном плаще. Его пронзительный взгляд за бронированными выпуклыми окулярами шлема был устремлён прямо в глаза Файона. В одной руке противника покоилась украшенная рунами деревянная трость, а в другой пылающий меч с гардой на которой отчетливо узнавался терранский лев.       Возможно, он и был тем самым местным героем о котором их предупреждали захваченные языки и которого многие называли избранным. Хотя, воин совсем и не был так высок или крепок, как Астартес, но Файон чувствовал скрытую угрозу.       Файон столкнулся с ним на центральной площади замка, хранителя сразу впечатлили резные ажурные арки окружающего сооружения. Вокруг из окон с десяток тарналарцев выглядывали, чтобы наблюдать за сражением. Вероятно, они заклинаниями и молебнами усиливали и поддерживали своего чемпиона. Тот по театральному махал всем, раздавая многим девушкам воздушные поцелуи.       Файон решил сам разобраться с ним и двинулся вперед. Противник снял шлем и перед имперцем предстало довольно молодое, даже юношеское лицо. Он прицепил его к поясу, но прежде чем обнажить меч начал нараспев произносить слова, очевидно заклинания, так как иногда они были зациклены и повторялись а хранитель ощутил знакомое дуновение псайкерской активности. Что говорил чемпион вестник рока не разобрал, лишь иногда он слышал похожие на готик слова вроде «Щит, оберег, вера, магический» и прочее. Очевидно, что соперник перед боем решил наложить на себя ряд эффектов, дабы подготовиться как можно лучше. Почему этого нельзя было сделать заранее, а начать прямо на поле боя у всех на виду Файон не понял. — Я Гармольт Портег! А сейчас ты умрёшь! — закричал противник.       Гармольт с боевым кличем бросился в бой, его солдаты последовали за ним. Доносящиеся со всех сторон крики стали намного громче. Клинок Файона был подарком примарха и был зачарован с его поддержкой. Это был могущественный артефакт легко проникающий сквозь мощные псайкерские барьеры и энергетические поля, но Файон не был столь уверен, что на сей раз он окажется эффективен. Он слишком сильно ценил это оружие, чтобы им рисковать применяя против столь грозного противника. Собственная жизнь в его глазах стоила не так много. Поэтому он убрал меч в ножны и нанёс удар рукой способный сокрушить череп обычного человека. С удивлением он осознал, что латная перчатка впечаталась противнику в лицо и тот повалился на землю. Хранитель аж мысленно присвистнул от разочарования и легкости победы. Рыжеволосые воины Гармольта были почти сразу же перебиты астартес.       И тут он ощутил, что сила, не уступающая его собственной, на самом деле исходит с севера. — Идите сюда презренные и вы познаете мою мощь! — Фаойн обернулся к проходу через который они вошли и на краю площади увидел начавшуюся суматоху. В одиночку против сил Второго легиона вышел еще один воин. Маг обладающий мрачной репутацией. Именно к нему были обращены молитвы Тар-Наларцев. Это был Томир Реддинг. В отличие от Гармольта, тот оказался настоящим воином. В черной броне, худощавый, с мертвенно-бледным лицом, полностью лысый, тем не менее умелый мечник сражался на равных с космодесантом.       Файон слухам не совсем верил, но когда в рукопашной битве Томир уложил чемпиона его роты — Рейла Марра, то глубоко задумался. Около сотни братьев пыталось сразиться с героем, завязавшийся бой был воистину эпическим. Реддинг был к тому же сильным псайкером и двое младших хранителей не выдержали противостояния с ним. Файон не успел по достойному сразиться с чемпионом противника. Когда он смог приблизиться к месту схватки, то тарналарец был уже тяжело ранен. Опершись на одну из колонн залы, он стоял и спокойно ждал своей участи. Рядом лежало больше двух десятков боевых братьев. Когда Великий Хранитель приблизился к воину, тот выпрямился, кровь текла из многочисленных ран. Он смело смотрел на имперцев и произнес лишь одну фразу. — «Сколько жизней вы заберете еще? Какова цена вашего Согласия!?»       Файон не успел ответить. Томир также выкинул свой меч и достав кинжал вонзил его себе в грудь. После его доспех сам воспламенился сжигая своего хозяина. Герой остался непобежденным. Файон тогда сохранил его череп и клинок, намереваясь поместить их в либрариум для оказания чести противнику.       Гибель чемпиона сильно пошатнула дух защитников Хаговорта. Но тогда для Второго легиона и началось настоящее испытание. Директор Далабор — этот длиннобородый старец в бирюзовой мантии велел своим отступать за последний бастион и сам в одиночку безоружным вышел перед вратами.       Симус велел прекратить огонь. Все выглядело так, словно Тарналарцы сдаются. Но когда старик скинул свою робу, то Файон насторожился. Иссушенное тело было сплошь покрыто печатями и различными символами и хранитель мог поклясться, что видел как они шевелятся. Лицо Далабора застыло в усмешке, глаза почернели и выглядели неестественно.       «Не смейте нас недооценивать!» — с этими словами старик правой рукой вонзил свои пальцы себе в грудь, там где у смертных располагалось туловище. Братья среагировали и открыли огонь, но болты и даже волкитные разряды застывали в воздухе, не долетая до угрозы. Плоть Далабора покраснела а татуировки стали расти.       Внезапно произошла яркая вспышка. Бастион позади, где укрывались последние защитники также начал сиять. Из бойниц то и дело выходили разноцветные полосы света. Старик пропал — исчез, словно, был стёрт из бытия. — Выносите ворота. — скомандовал Симус, но его приказ не потребовалось исполнять.       Ставни, внезапно, распахнулись и на космодесантиков хлынула орда переливающаяся тысячей противоестественных цветов.       Существа, словно, из эфемерной полупрозрачной и мерцающей плоти. Самые разные и мерзкие, пугающие и неприятные, нескончаемым потоком они выбегали, вылетали и выползали из крепости крепости и неслись на имперцев. Они совсем не походили на утончённые и изысканные психические конструкции тарналарцев с которыми космодесантники имели шанс столкнуться ранее. С равной вероятностью это могли быть ксеносы или мутанты, а может что-то ещё. Сотни тварей ринувшихся в атаку напоминали порождений чьего-то больного воображения и в голову Великого Хранителя даже закралась догадка о том, что подобные создания могут вовсе являться хищниками варпа каким-то образом нашедшими способ воплотиться в материальной вселенной: держащие в своих лапах пылающие клинки краснокожие гуманоиды с вытянутыми головами, скользящими рывками смещающиеся из стороны в сторону уходя с линии огня; розовокожие трёхрукие уродцы постоянно смеющиеся и мечущие в астартес шары разноцветного пламени; алые одноглазые чудища с рудиментарными конечностями напоминающие огромные летающие головы, чьи распахнутые пасти извергали комки ядовитой желчи; длинные щупальца с острыми жвалами; неспешно ковыляющие одноглазые болотного цвета, похожие на вздувшиеся полуразложившиеся трупы; птицеподобные твари переливающиеся синим пламенем; насекомоподобные великаны с лезвиями вместо рук; бледно-розовые женоподобные существа с клешнями от одного вида которых щемило в груди... Ещё десятки разновидностей не похожих друг на друга врагов неостановимым потоком атаковали Вестников Рока. Те братья, что были в авангарде, не выдержали напора и либо отступили, либо погибли.       Двое краснокожих мечников метнулись к Файону, но он взмахом клтнка тотчас рассёк их надвое.       Нельзя было сказать, что существа были очень сильны. Вот плотный огонь скосил одного вздувшегося здоровяка и тот с шумом и бульканьем упал. Брат Итакен ударом меча разрубил напополам одного краснокожего мечника. Но твари были очень живучими выдерживая попадания десятков болтов в упор, а также самое главное — их было очень много. Самое интересное, что заметил Файон — он нигде не видел трупов. Конечно нескончаемый поток не давал как следует рассмотреть пол, но рядом он не видел ни одного убитого противника.       Когда уже стало ясно, что Вестникам Рока придётся отступить, то из ворот вышел такой монстр, что даже сердца астартес впервые увидевших это, стали биться быстрее. Огромный, даже выше Симуса гигант, состоящий казалось из пламени и чистой агрессии. Вооруженный исполинским топором с которого постоянно капала кровь и огненным кнутом, существо дико скалилось. Мощные рога и бычья шея вздувались от распухших мускулов. Огромные кожаные крылья развивались за спиной гада. Опасность так и витала от этого порождения ада. — Благословенна ненависть Кхарнет! Мы все инструменты кровопролития по его воле! — произнесла тварь на чистом готике, издавая торжествующий вопль и уверенно двинулась в сторону примарха. — В твоих глазах я вижу отражение себя... Ведь, ты — убийца от начала.       И тогда произошло событие, ужаснувшие Файона еще больше чем появление и атака неизвестно противника.       Все Вестники Рока хорошо знали своего Отца. Гибель невинных на протяжении долгого времени, потери среди сыновей, сама эта война, казавшаяся примарху бессмысленной…       Лицо Симуса исказил оскал ярости. Гнев и первобытная дикость словно вырвались из повелителя Второго легиона. Он издал рык наполненный такой силой и бесконечной мощью, что все поле боя замерло. Даже твари, которые выглядели как не от мира сего остановили свою поступь. Именно тогда, впервые в своей жизни, Файон испугался. Раньше он всегда считал, что все астартес не испытывают страха, но он ошибся. Его собственный примарх, генетический предок, испугал его.       Если бы его ноги в том момент не перестали слушаться своего хозяина, то он возможно бы побежал. Обернувшись хранитель понял, что это чувство испытали все его братья. В один прыжок примарх преодолел огромное расстояние, разделявшее его и самого крупного порождения. Отец даже не достал оружия. Голыми руками, так быстро что ни один космодесантник не увидел своим сверхчеловеческим зрением, он поднял существо над собой и усилием разорвал надвое.       Именно эти события и мешали сейчас Файону сосредоточиться. В тот день в глубинах варпа он услышал шёпот. — Как скоро ты присоединишься к нам, брат?

***

— Еще две недели терпеть эту скуку! — Унгал довольно резко прервал тишину, царившую в атриуме 108-уровня. Переход был относительно спокойным, о чем свидетельствовали поднятые заслонки. Варп сиял разноцветными красками по ту сторону защитного стекла. Компанию уроженцу Сарда составлял Кахал. Тренировки давно закончились, тактические разработки прекратили на время отдыха. Астартес в зависимости от заданий и обязанностей разбрелись выполнять свой долг. Командиры лож остались вдвоем и сперва просто молчали, глядя на происходящее за бортом «Бритвы Истины». — Когда нам обещали просторы Галактики, я представлял себе нечто, вроде мгновенных путешествий от планеты к планете. Знал бы сколь скучна наша реальность. Подготовка к грядущему и ничего более. Я уже начинаю скучать по сражениям, брат.       Флагман Второго легиона уже около месяца находился в пути. Обычно Вестники Рока помимо воинского дела усиленно занимались науками и различными способами времяпровождения. Симус всегда считал, что Великий Крестовый поход однажды пройдёт к своему логическому завершению и тогда роль космодесантников несколько измениться. Не будет завоеваний, а возможно даже войн. И в новом мире Император наверняка запланировал место для своих воинов. Кто-то будет просто почивать на лаврах, кто-то все также защищать покой Галактики. Примарх говорил, что легионерам надлежит готовиться также и к подобному будущему, и изучать мирные занятия, подобающие сверхлюдям. Воле Отца невозможно было сопротивляться и потому его надежды разделяли все его сыны. Многие глубоко погрузились в искусства, сочиняя стихотворения и поэмы, другие по примеру Генетического родителя штудировали учебники истории и древние летописи. Кто-то увлекался техникой, живописью и графикой, картографией и прочим. Свободное время легионеры всегда проводили с умом и развитием для себя, но последний месяц отличался от прежних. Подготовка к скорой секретной операции была трудной и любой доступный ресурс был пущен для выполнения Воли Императора с высочайшей эффективностью. Потому Унгал, что особенно ценил искусства и не имел сейчас возможности излить испытываемые эмоции в художественном виде и был недоволен. — Осталось совсем немного, брат. Скоро ты вновь вернёшься к своим книгам. — Кахал и сам это время не читал и не обсуждал ни с кем ничего культурного. — Задание должно быть выполнено идеально, и мы сделаем все для этого, верно? — Да-да Кахал. Знать бы еще детали… Симус так ничего и не сказал? — примарх действительно довольно смутно посвятил их в свои планы. Даже ближний круг о предстоящем ничего не знал. — Отец все также молчит и на любые вопросы отвечает уклончиво. Приказы Светлейшего Императора сильно сковывают и обременяют его. Так что — как прибудем, так и узнаем. — Если наша миссия настолько секретна, что не только другие легионы, но даже мы сами толком не понимаем, что от нас хотят — не стоило ли Достопочтимому Императору самому сделать, что Он желает от Вестников Рока? Кахал сперва промолчал, обдумывая вопрос. Унгал в это время немного перешел с ноги на ногу. Довольно значительная часть его тела была сильно аугментирована, после полученных во время битв с эльдарами ран. Было видно, что сардиец все еще не совсем привык к новым конечностям. — Если Император пожелал, чтобы мы выполнили эту задачу, то Его приказы не обсуждаются! — Хмм… — Унгал слегка повел плечами. Спокойное выражение лица резко сменилось улыбкой. — Скажи, чьи приказы для тебя важнее — Императора или Симуса? Кахал вздохнул. Он крепко подружился с сардийцем и теперь они часто обсуждали самые разные вопросы, порой глубокого философского характера. Унгал был сильно похож на Симуса по характеру и имел такие же черты личности. Любознательный и слегка наивный, но активный и живой ум воина делали его очень занимательным космодесантником. Подобные вопросы на сложные размышления командор не любил. — Если подумать… — то, о чем спрашивал Унгал было не просто тяжелым для обдумывания, но и даже немного опасным. — Симуса! — О, а я был уверен, что ты ответишь Императора! Удивляешь, брат. Видимо наш легион — самый верный своему примарху из всех и это — повод для своеобразной гордости. — С чего ты так решил? — Я общался с Лунными Волками, во время кампании на Лунах Тиары. Правда там была лишь одна из их рот, но многие отвечали на мой вопрос однозначно — Император. Не волнуйся — я спрашивал аккуратно, окольными разговорами. — Унгал сразу же различил как меняется настроение Кахала. Действительно, хоть они были знакомы лишь несколько лет, но оба достаточно хорошо стали знать друг о друге. — И у нас получается ты также многих спросил? — Да. Даже терране были в первую очередь за Симуса. — И зачем тебе это знание? — то к чему вел диалог не вполне нравилось командору. — Исследование и интерес. С одной стороны, Император — Повелитель Человечества и правитель Империума. С другой — Он создал почти равных себе — примархов, для управления легионами. Понять его можно — логически со многими задачами мог справиться лишь он, с другой стороны Он не вездесущ. Это причина создания Его сыновей. Мы же космодесантники — продолжение воли Императора, переданной нам через его творения. И вот меня интересует — могут ли другие примархи Ему противиться. И если подобное произойдет, а так как они — его продолжение, плоть и кровь, не значит ли это, что они не сопротивляются его воли, а являются просто исполнителями, продолжением… Согласен, сложно сказал. — Другие примархи Ему противиться? Ты не имеешь ли ввиду, что Отец… — В каком-то смысле. Не могу сказать точно, так как не знаю всей истины, но… ты слышал, что Император приказал избавиться от всех эльдарских военнопленных, а все, что мы захватили на Тар Намар Мату уничтожить? — Кахал кивнул, а сам нервно сглотнул. — Так вот, один из прислуги, когда относил мой меч на починку сервитору-кузнецу, решил сократить путь через сороковые уровни «Бритвы Истины». Корабль огромен, и он заплутал, а когда проходил мимо нескольких залов, то словно бы видел связанных… людей. Он сказал людей, но описал мне их остроухими. — Не может быть! Я сам видел, как всех ксеносов выбросили в открытый космос. — Тем не менее! Я ни на что не намекаю, но все же, думаю попросить кого-нибудь расследовать это дело. Я верю Отцу и честно — если Симус прикажет мне даже пойти против Императора — я с радостью это сделаю, и в твоих глазах я вижу что ты поступишь также, но все же надо бы проверить… — Мы пойдем вдвоем!

***

— «Вы солгали Императору?» — Симус невольно залюбовался широко раскрытыми глазами Аннианы. Летописец казалось была поражена до глубины души, возможно и не представляя каково это — перечить воле Повелителя Человечества. Ардал же был невозмутим. Вообще Великий Вершитель немного поменялся в характере, начав размышлять подобно своему Отцу относительно политики, истории, ксеносов и прочего. По крайней мере теперь они спорили гораздо меньше. — «Нет, я в точности исполнил приказ! Отец ведь требовал, что бы я выбросил ксеносов в пустоту, и я сделал все так, как и обещал. Я не говорил, что после не подберу их обратно. — Ардал слегка усмехнулся, оценив юмор, но алебастровая кожа девушки ещё сильнее побелела и теперь она вовсе напоминала статую. — «Мне совершенно не ясен смысл в избавлении от них и я с не согласен с Императором, ибо вижу в этом лишь вред для нашего дела, а не пользу. Теперь мы возвращаемся, чтобы узнать от них то, что мне нужно.» — «Но, если Император узнает…» — наконец Ардал подал голос. Претор далеко не всегда был согласен с Симусом, но всегда с покорностью принимал любые его решения. Тем не менее теперь слова примарха шли вразрез с всегда соблюдаемой им официальной субординацией Империума, где приказ свыше был важнее прочих инстанций. Но он понимал, что для него, как и для каждого Вестника Рока слово примарха выше любого иного. — «Если, узнает… Кстати, Ардал, тебе стоит хотя бы иногда прислушиваться к словам Аннианы. Не знаю, как Император, но я не позволю своему сыну использовать технологию, даже, не зная, как она работает.» — произнёс Симус пальцем постучав по новой броне претора. Доспех внешне, а скорее всего и внутренне изменился. Материал наплечника и некоторых других фрагментов стал бело молочным, как ни старался Претор закрашивать физические изменения геральдикой Легиона, инородность брони так и ощущалась. Ардал посмотрел своему родителю прямо в глаза: — Вы всегда говорили, что мы равны в правах воинов, что все мы — люди и делим равные возможности. Отец, ты всегда берешь трофеи с поля боя, и мы желаем поступать также, завоевав и свою физическую толику славы. А что до понимания — доспех как доспех — точно также защищает от враждебных условий как и все. Что здесь понимать и разбираться?! — Хмм… Не совсем убедил. Точнее совсем не убедил. Впрочем, я согласен с другими офицерами, что твой новый доспех весьма изящен. Однако, я предпочитаю знать, как он работает. Отличный трофей, но если есть хоть малейший риск, что он подвергнет тебя угрозе — от него следует избавиться. Я и так уже потерял слишком много своих сыновей, чтобы рисковать ещё и жизнью своего заместителя. Как ты и сказал — я много что беру с поля боя, но я всегда уверен, что способен ухватить, то что смогу удержать в узде. По крайней мере стремлюсь понять принципы, которыми руководствовался создатель вещи прежде, чем использовать её. В любом случае я стараюсь не подать вам плохой пример, но слишком многое, иногда, зависит от обстоятельств, которыми мне не всегда удаётся управлять. — Как вы намерены поступить с эльдарами? Для чего они вам? — вновь спросила пришедшая в себя Анниана. Симус был уверен в своём биографе и в том, что она не доложит на «Буцефал» о действиях Второго Легиона. — Ардал оказался прав. И это настоящее открытие. Их технологии при определенных обстоятельствах действительно подходят для использования людьми. Я хочу знать что для этого требуется. Просто вообрази, что наши суда будут бороздить пустоту столь же быстро, что мы сможем обмануть своих врагов и у них не выйдет, даже, навести на нас свои орудия или что если мы научимся создавать корабли размером с целые планеты! — Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы утверждать, что дело не только в этом, Симус. — Ты права. — примарх раскрыл ладонь в которой лежал переливающийся синим светом камень. — Я устал слишком часто чувствовать разлуку со своими сынами…

***

      Что ж по крайней мере эта громада хоть оправдывает свою эффективность! — Махон и без своей терминаторской брони был одним из самых высоких во Втором легионе, а сейчас доспехи делали его совсем великаном. — Мои связи передают мне слухи, что в некоторых братских легионах даже отзываются о ней, как о чем-то странном и даже жутком и говорят, что это не совсем честно. — Я то же об этом слышал — Ардал вместе с верным другом стояли бок о бок на командирском мостике линкора «Клинок Рока» — флагманском корабле Великого Вершителя. — Они завидуют, ведь с нами теперь вряд ли кто сравниться. Посрамлены даже Лунные Волки!       Ардал сейчас вел основную линию похода Второго Легиона, Атакующая Луна была готова и многие миры теперь сразу же присоединялись к Империуму стоило лишь завидеть невероятное космическое тело. Вестники Рока стремительно догоняли в завоеваниях Лунных и Космических Волков, а вскоре так вообще могли и превзойти их. Большая часть человеческих миров, видя как титанический конструкт приближается к их миру сразу же капитулировали без промедления. Астартес встречали как богов, принимая все их условия. Сложнее было объяснить смертным, что они принесли Имперские Истины, а не хотят пустого подчинения. По этой причине воинство Судьбоносцев — главный дипломатический корпус Вестников Рока, постоянно базировалась на Атакующей Луне, получившей название «Реликт Времени». Новая станция была достаточно большой, чтобы на ней были сооружены настоящие авианесущие ангары и площадки.       Пришвартоваться к ней могли даже линкоры. Помимо крупного гарнизона из астартес, бойцов Имперской Армии и Механикум, вся поверхность искусственного спутника была занята тысячами орудий и орбитальных лазеров. Внутри располагались бесчисленные склады, казармы, заводы и прочие необходимые сооружения. При необходимости переделанный Механикумом трофей Легиона мог приютить миллионы беженцев с гибнущих миров.       И хотя сперва легионерам не нравилось, что военных конфликтов вроде как стало меньше, вскоре им было не на что жаловаться. Не все, даже когда Атакующая Луна подлетала близко к миру, были готовы принять Согласие. Когда океаны выходили из берегов и случались природные катаклизмы, все равно находились храбрейшие и упрямейшие из рода человеческого. Такие люди сопротивлялись до конца и даровали достойный бой. Ксеносы же вообще не шли на переговоры. Орки все еще оставались самым частным противником. Потому астартес всегда было чем заняться.       Махон внезапно указал на один из новых крейсеров Вестников Рока. Корабль получил имя «Рассвет Погибели» и выглядел невероятно противоречиво. Шестикилометровый летающий город все еще сохранял имперскую массивность и монументальность, но вместе с тем был очень изящен и гибок. На корме судна вместе с плазменных двигателей располагались белого цвета огромные солнечные паруса, угловатыми формами длиной сравнимые с самим конструктом. Это нововведение придавало крейсеру вид хищной птицы. — Отец действительно нашел способ приспособить эльдарские технологии к нашим. Да другие нас мигом еретиками назовут, за такое изощрение! — Способ нашли Механикум Тирска — Ардал вспомнил мир-кузню, ведущий крайне автономную от Марса политику. Помимо СШК и прочих человеческих технологий местные Магосы был крайне открыты для любых технологий несмотря на их происхождение. Симус смог заручиться их поддержкой передавая некоторые добытые трофеи им, и теперь имел мощное технологическое подспорье. — Они даже смогли помимо пустотных щитов и голо-поля туда добавить. Махон слегка вздрогнул. — Ух! И что — этот кораблик теперь такой-же быстрый как и эльдарский! — Да! — Ардал немного усмехнулся — Скорость ксеносов и мощь Империума. Но конечно таких суден у нас сейчас немного. — Любит же Отец все нечеловеческое! Как по мне — сжечь все и дело с концом. — Он не любит ксеносов — примарх любит технологии и пользу, которую они могут принести. — Все равно не считаю это хорошей идеей. Даже если этот корабль в прямом бою теперь почти непобедим. Кстати что-то не вериться, что зеленные плащи (Механикум Тирска носили зелено-алые цвета), смогли все так хорошо приспособить под нас. Или есть что-то еще Ардал, о чем я не знаю? — От тебя не утаишь! — Претор прошелся вдоль мостика. Оба космодесантника были в шлемах и переговаривались по закрытому вокс-каналу, чтобы экипаж не смог их услышать. — Мы как-то захватили небольшой корабль эльдар и от них выведали некоторые их знания. Хотя именно знанием я бы это не назвал. — Легион захватывал их судно? В смысле захватили в целом состоянии? Как? — Не могу сказать… Но паруса «Рассвета Погибели» сняли с него. — Вершитель не видел лица Махона, но представил его пораженное лицо. — Ты сказал, что с их знаниями что-то не так? — Не то слово! — Ардал невольно вспомнил как они с примархом допрашивали отродий. Тогда удивленное лицо Отца даже забавило его. Он и сам опешился от того, что они узнали. — Ты же знаешь, что их строители могут создавать вещи словно из воздуха, из материала психокости? — Махон кивнул. — Так вот Симус все хотел узнать у них каким-образом они это делают. В смысле это же колдовство, и как учил Отец, в целом любой магией можно овладеть при должном таланте. Так вот — оказалось, что эти костопевцы не могут даже описать сам процесс того, что они делают. Они просто делают то, чему их научили, и никто из них даже не вникал — а как это собственно работает. Им оставили наставления и они глупо их повторяют. — Не может быть! Мне казалось… Даже представить страшно, в каком они упадке. Представь если бы Механикум стали слепо просто пытаться повторять наши схемы. Да мы бы в темные века скатились при таком раскладе и о чем-нибудь технологичном пришлось бы только мечтать. — Отец тогда сказал то же самое. В общем пришлось во многом самим додумывать, что и как соорудить. Пленные же оказались бесполезны. Махон кивнул и очевидно решил сменить тему. — От Отца давно не было вестей. — собеседник Ардала был Искупителем — третьим командиром во всем легионе после Великого Вершителя и самого Примарха. По этой причине он был включен в ближний круг и штаб Второго и знал о некоторых специальных операциях. Симус же стал довольно часто с небольшой частью воинов отлучатся в единичные миссии, которые вызывали у него интерес. Таковым стал и Аэнигма или 22-105, куда отправилась «Бритва Истины» в сопровождении флотилии Механикум по личному заданию Императора. — Не случилось бы чего… — Не волнуйся. Объект очень далеко. Два месяца прошло и думаю они даже не добрались до него. — Я не волнуюсь. Но с востока поступают тревожные вести. Самые дальние разведчики авангарда говорят о развитой цивилизации. И предварительные оценки показывают — в общем без примарха там делать нечего…

***

      Кахал огляделся. В длинном затемненном коридоре было пусто. Когда они вместе с Унгалом возвращались из ангаров четвертого уровня, то его разум был в замешательстве. Даже войти в обозначенную зону не удалось, так как путь им преградили терминаторы воинства Забвения. Коммандер даже не знал, что эта группировка легиона также была на «Бритве Истины». Когда он попытался использовать свое звание для того, чтобы пройти, к перепалке с ветеранами Седьмого воинства присоединился один из Воздаятелей. «Вам здесь делать нечего братья!». Игнорировать приказной тон телохранителя примарха было нельзя, ведь тот наверняка действовал по приказу Отца. Оба командира лож решили далее не спорить и ушли, договорившись позже встретиться, так как у Унгала были дела.       Что-то происходило в легионе, Кахал явственно это ощущал. Он знал, что некоторые воинства и ложи имеют также дополнительные функции помимо официальных, указанных в отчетах, но чтобы тайны распространялись и среди самих Вестников Рока… Даже Унгал, один из любимчиков Симуса был не до конца в них посвящен, а это уже о чем-то говорило. Прямой коридор был практически пуст, только служебные и технические сервиторы слонялись туда-сюда. Силы Имперской Армии были оставлены в арьергарде и не были посвящены в детали операции. Это место было довольно далеко от основных казарм астартес. Знак хранителей красовавшийся на бронированной двери немного сиял, словно бы предупреждая, что посторонним сюда вход воспрещен. Не успел Кахал даже подать никакого знака створки дверей сами плавно отворились, приглашая зайти внутрь. Коммандер недолюбливал большинство псайкером, даже среди братьев, хоть и осознавал их пользу. Просторный коридор был полон различных реликвий и предметов, ожидавших своей очереди для классификации в либрариум. Трое хранителей, один из которых был старшим сортировали трофеи с перемещая их по воздуху с места на место с помощью своей силы. Когда Кахал вошел, старший хранитель кивнул ему и указал на еще один коридор, в конце которого виднелась единственная дверь. Брат-освободитель последовал в указанном направлении и оказался в самой обычной для Второго легиона комнате медитации. Он даже сперва опешил, не ожидая такую простоту и сразу вспомнил, что хранители такие же астартес как и он.       В зале сидел Верховный хранитель Файон Карающий. Кахал был мало знаком с ним, да и слышал, что тот обладает скверным характером, но по совету Древнего Агарома, решил распросить по своим волнующим вопросам псайкера. Тем более, как оказалось Файон и сам желал его видеть. Хранитель был один. Снаряженный в свои доспехи и психический капюшон, в руке он держал чей-то череп, покрытый какими-то надписями. Когда Кахал вошел, он встал и молча пожал руки и тронул наплечник брата, обычное приветствие для Вестников Рока. — «Я ждал тебя, Кахал. Мне сказали, что ты хочешь что-то узнать?» — тон хранителя был холодным. Его глаза немного светились, словно он намеренно подавлял свою мощь. — «Да, хранитель. Я многое хочу узнать… Мне сказали, что вы широко посвящены в планы Симуса. И в первую очередь — что происходит? У нас теперь тайны от самих себя? Или вы считаете, что некоторым из нас нельзя доверять?» — Кахал дал своему гневу немного выхода. Но хранитель лишь мягко улыбнулся. — «Если это все, что вы хотите узнать — я с легкостью уничтожу вашу неосведомленность!» — Хранитель отошел к столу и налил в два кубка вина, предложив один Кахалу. — Сперва задам вопрос — Что произошло на Тар-Налар-Мату?       Кахал приподнял брови. Он не ожидал что спрашивать будут его. — Мы уничтожили осквернённый колдовством мир! Хранитель кивнул. — А что произошло во время последнего сражения, тогда в их так называемой академии? — «Зачем вы задаете мне вопросы? — взгляд Файона из мягкого стал суровым и Кахал решил ответить — Мы столкнулись с неизвестными ксеносами». — «Неверно — мы сразились с порождениями варпа». Кахал вновь был удивлен. — «Что это значит? — варп же необитаем». — «Мой друг, варп мы и на десятую долю процента не познали, барахтаясь на самой его вершине и даже не думая посмотреть, что там на глубине. А именно там обитают невероятные и могущественные силы, желающие только зла Галактике. Почему я это говорю — легион уже сталкивался с ними, некоторые наши ложи рассчитаны на ведения тайных операций, а также психической борьбы не просто так. Индустриальный мир Махох-Тен. До прибытия флота Империума никаких необычных явлений обнаружено не было. Мир принял согласие после короткого конфликта вызванного небольшой неосторожностью со нашей стороны. Войска планеты ничего не могли противопоставить космодесантникам и не располагали средствами массового поражения за исключением разрабатываемого химического оружия. Губернатором планеты стал лорд-генерал Сардарин Андрас. Перед отбытием Симуса он немного приболел, но тогда мы не придали этому значения. Позже через три дня Махох-Тен подал сигналы о помощи, мы даже не успели к точке Мандевиля подойти и пришлось возвращаться. Когда мы наконец прибыли обратно — весь мир стал изуродованной копией самого себя. Жаркие пустоши сменились гнилыми болотами. Ранее мирная живность стала чрезвычайно агрессивной. Простые люди стали превращаться в живых, истекающих гнилью мертвецов. Атмосфера планеты стал столь ядовитой, что иногда даже герметичный силовой доспех не выдерживал нагрузки на фильтры. По этой причине там были только легионеры. На контакт никто не выходил и мы посчитали, что необходим десант — вдруг остались выжившие. Тогда мы не знали причины произошедшего, за исключением открывшихся разломов в варпе на полюсах планеты. И тогда на нас напали. Те самые одноглазые уроды с которыми мы сражались на Тар-Налар-Мату, разные мелкие существа и летающие огромные насекомые, взрывающиеся облаком слизи при контакте. Прогнившие люди, которых было трудно убить. Высокие костлявые существа, покрытые в черные саваны. И самое страшное — мы столкнулись с астартес, охраняющих разломы».       С каждым словом хранителя глаза Кахала становились все шире. Среди Вестников Рока не было лжи и потому подобные фантастические слова, будоражили разум космодесантника. Файон меж тем продолжал. Сама мысль о подобном была чем-то невозможным, а потому произошедшее никак не укладывалось в голове       «Они атаковали нас, наши якобы братья. Они кричали — «Лоялисты! Во славу Бога Чумы!». Пародии на благородных астартес, вздувшиеся фигуры были очень сильны и крайне живучи. Представляешь наш шок, когда мы сражались с ними. Возможно причиной послужил Сардарин Андрас. Точно не скажу, Симус разговаривал с ним перед тем как убить. Тот выглядел очень молодо, и в отличие от всего остального на Махох-Тене был таким же как и всегда, даже стал еще красивее. Такой верный человек — и предал нас. Да, он отдал свою душу неким сущностям, в обмен на силу и молодость. Он стал настолько могуч, что с легкостью мог убить астартес. Он сразился с Симусом, пытаясь ранить его неким светящимся клинком, но у него ничего не получилось. Примарх убил его, мы очистили этот мир спалив все дотла. И представляешь — стоило нам закончить, как прибыла целая флотилия и на планету высадился сам Малкадор Сиггилит в сопровождении кустодиев и Сестер Безмолвия. Я только успел отбыть на корабль и потому не знаю о чем говорил с ними примарх, но всем кто остался с ним на поверхности позже очистили память, а Симус после был долгое время сердит и раздражен. Почему я не попал под очистку? — примарх сказал мне, что его — представляешь! — чуть ли не допрашивали о произошедшем, требуя поименно выдать всех участников очищения. Про меня и некоторых других он не сказал. Ты же к сожалению тогда был на Махох-Тене». Кахал от такого заявления едва не потерял дар речи. Он залпом осушил уже третий кубок. — «Я… Да что это значит?! — Он легко сжал питьевой сосуд. После рассказа Фаойна в голове вспыли некие образы, чудища которых он повергал. — Варп… Порождения…» — «Император не желает, чтобы мы знали о глубинах Имматериума, о том, что там есть угроза всему сущему. Только Отца посвятили в эти тайны, со строгим наказом держать рот на замке. Симуса это не удовлетворило, но при Повелителе Человечества он пообещал, что будет хранить спокойствие Империума». — «Он увильнул, так?! — Кахал уже пришел в себя. Картина начала проясняться. Файон кивнул. — «Отец приказал постепенно восстановить память Вестникам Рока. Он не согласен с Императором, и велел мне постепенно посвятить вас. Малкадор в очищенных поместил нечто, что сигнализирует ему и его агентам, что кто-то о чем-то вспомнил и потому мы все это время разрабатывали способ обойти это. Только по одному мы можем вернуть вам память. Унгал еще не готов, но он тоже вскоре вспомнит. Тебе же я сейчас расскажу о Хаосе…» — «Погоди, то есть мы нарушаем указы Императора?!» — «Уже несколько раз Император очищал легион. Оказывается еще до воссоединения с Симусом мы много где были, сами не зная того. По численности раньше мы составляли порядка восьми десяти тысяч астартес, то есть вдвое больше, чем при обнаружении примарха. Отцу не понравилось, что нас долго приносили в жертву не пойми для чего. После очень многое у нас отобрали, и сейчас не дали взять хоть что-нибудь с Тар-Налар-Мату. Причем даже то, что не подверглось осквернению Имматериумом. Раньше многие полезные устройства изымались без права пользования, как например целительные ковчеги Лоршана-3, помощью которых обычный смертный мог продлить свою жизнь на тысячи лет. Вестники Рока готовятся, мы ведем аккуратное расследование, о котором я тебе также сейчас и поведаю…»

***

      Огромный космический конструкт ярко сиял синим и голубым цветом. Он плыл в пустоте далеко от какой либо системы и на таком фоне казался тусклым солнцем. Вокруг него парило множество маленьких искусственных спутников, постоянно транслирующих некие сигналы, которые до сих пор не удалось расшифровать. Единственное, что было понятно в них, так это угроза любому приблизившемуся к миру. Рядом на дрейфе стоял имперский фрегат союзного легиона.       Хотя Механикум ранее установили, что объект имеет искусственное происхождение, вид из космоса говорил об обратном. На поверхности отчетливо виднелись также целые океаны, разделявшие материки.       На мостике «Бритвы Истины» собрались все командующие астартес на борту. Десять командиров лож (среди которых и были Кахал с Унгалом) и их помощники, Хранитель Файон. Десять тысяч боевых братьев меж тем готовилось к бою, проверяя снаряжение, технику. Простым смертным сейчас запретили бродить по атриумам и открытым залам, только сервиторы сновали туда сюда, выполняя всю работу. Примарх вышел на мостик и все присутствующие отдали ему честь стукнув кулаками по груди. Он кивнул и начал. — «Итак мы в месте назначения, все ли готово для операции? — офицеры поочередно доложили о состоянии своих частей. Две ложи останутся в резерве. Впереди будут терминаторы. План оговоренный заранее вновь отрепетировался. — Файон — все ли посвящены в… детали? — Хранитель кивнул и обернулся на Кахала. Тот также ответил кивком. — «Сыны мои, с одной стороны нам предстоит относительно простая задача, спуститься и изъять один предмет. После Император велел перегрузить защитное поле этого мира с помощью предоставленного Им устройства и убраться отсюда до экстерминирования планеты, но я внес небольшое дополнение в этот план — мы немного задержимся, быстро изучив все встреченное нами. Времени у нас будет мало, потому и группа захвата точки и большая. Сопротивление не ожидается, по крайней мере Отец заверил, что в случае соответствия наших действий с его планом. По этой причине мы спускаемся во всеоружии и следует ожидать чего угодно. Конструкт обнаружила рота Первого Легиона, им приказали ждать нас, а дальше они должны будут убраться. Мы — Вестники Рока, мы всегда готовы ко всему и выполним поставленную задачу!». — Рок настигнет каждого! — хором ответило командование, а Симус улыбнулся синхронности своих воинов.

***

      Сразу же изначальный план начал давать осечки. Фрегат Первого Легиона как и сами астартес не выходили на связь. Учитывая, что Император ограничил время операции, высадка на мир началась сразу, а одно братство было отправлено на фрегат, выяснить причины молчания. Поверхность мира было словно сделана из твердого вещества напоминавшего хитин. В нем было много разных пор, из которых поступал воздух. На конструкте была атмосфера и даже можно было дышать, хотя все вокруг было однообразным — гладкая пустошь без скал и деревьев. Только высокие белые сооружения, напоминающие древние терранские наблюдательные башни были в некоторых местах. Тысячи проходов вниз были закрыты плотными переборками. В назначенном месте Первый легион с помощью мельт-зарядов пробил проход вниз и сюда спускались Вестники Рока. Проход сразу стали расширять для техники и шагоходов. Отсутствие союзных легионеров настораживало. Унгал стоял рядом с Симусом, когда к связному офицеру пришло сообщение с фрегата. — «Отец, на борту никого нет, словно все разом взяли и ушли. Системы в норме, записи с пикткамер стерты, все челноки отсутствуют. Запасы провианта полные. Сервиторам даны стандартные команды обслуживания — они нас и встретили». — примарх кивнул словно бы этого и ожидал. — «Возьмите фрегат на буксир — заберем с собой. Всем на поверхности — ждать полного десанта всех наших частей, полная боевая готовность». — «Ты знаешь что произошло?» — Унгал как и все сардийцы всегда обращался к Симусу на ты. — «Подозреваю, наверное легионеры Первого все же не стали нас дожидаться и спустились вниз». — «И что с того?» — «Они могли активировать защитные механизмы… Ждем оставшихся и начинаем движение!» — «Как думаешь, что с экипажем фрегата?» — таинственное исчезновение большого количества персонала также вызывало тревогу. — «Челноков ведь нет на борту, поэтому предполагаю, что они также могли спуститься туда, но зачем, это мы постараемся выяснить».

***

      Внизу не было следов битвы или сражения. Они спускались вниз, их цель была обозначена на триста уровней ниже. Перед имперцами сперва предстали огромные гладки туннели, плавность линий и направлений которых казалась одновременно естественной и искусственной. Все также было сделано из синего неизвестного материала, внутри гуляли относительно сильные потоки воздуха, у некоторых братьев снявших шлем даже развивались волосы. Коридоры были достаточно широки, чтобы даже тяжелая техника свободно могла пройти в них, а в некоторых местах они вели к настоящим огромным пещерам раскинувшихся на десятки квадратных километров площади.       Вскоре разветвления путей приводили разведывательные отряды на открытые внутренние пространства, значительно поразившие скаутов. Когда основные силы прибывали в указанные точки впереди они также удивлялись открытым огромным пространствам внутри. Это все еще были залы и пещеры, но их размеры и наличие атмосферного климата и явлений заставляло принять их сперва за другое измерение. Все они отличались — были и песчаные местности, леса, джунгли, где-то шли дожди или стоял туман. Потолок помещений был на многие километры высоко вверх и конденсатные облака прикрывали их столь плотно, что казалось, что имперцы вышли на открытую местность. Некоторые даже считали, что попали в другое пространство, но данные ауспексов говорили, что они все еще внутри полого мира.       Первые двадцать уровней все было спокойно. На двадцать первом материал стен начал меняться. Они становились все прозрачнее, пока не стали натуральными зеркалами. Унгал с Файоном и несколькими другими астартес подошли к одному из них, источавшему в отличие от других свет. Зеркало не отражало изображение, вместо этого показывая какое-то затемненное помещение. Хранитель прикоснулся к поверхности и резко отдернул руку. «Пространственные зеркала! — на вопросительные лица братьев он ответил — Мы захватили несколько на Тар-Налар-Мату. Они показывают другую реальность или время. У магов они были редкостью, но здесь похоже стены сделаны из них».       Они некоторые время смотрели в изображение, как внезапно в отражении возникло несколько фигур, закованных в броню. Это также были астартес, но на удивление с символикой Тринадцатого легиона. Они подошли к зеркалу со своей стороны и начали, что-то обсуждать. Кузены из другой реальности некоторое время переглядывались и одновременно разошлись. И у тех, и у этих были срочные дела.       Повсюду на пути сновали какие-то существа насекомоподобного вида… или скорее что-то вроде биологических дронов. Симус приказал не трогать их, да и враждебности они не проявляли. Возле зеркал были какие-то гладкие панели, крайне сложного технологического устройства на вид. На них не было кнопок или рычагов, по сути они представляли собой сплошной сенсорный дисплей. Надписи и руны, которые высвечивались на них не подлежали переводу. На некоторых панелях в одной и той же последовательности также отображались линии различных цветов: голубого, зелёного, жёлтого, оранжевого, красного. Дроны обслуживали их пролетая на крыльях. Огромные фасеточные глаза излучали свет, который словно синхронизировался с данными панелей. На астартес они не обращали никакого внимания, как-будто они были для них пустым местом.              «И что это такое? — Унгал спросил одного из технодесантников двигавшегося рядом с ними. — «Эти зеркала точно как-то связаны с панелями, интересно для чего они?»       «Вряд ли для того, чтобы просто наблюдать за другими возможными измерениями — технодесантник Абул Дорг считался достаточно компетентным в различных ксено-технологиях, что обеспечило ему место в тайной экспедиции — могу предположить, что изучаемое пространство можно лишь переключать, как это делали тарналарцы, когда с помощью таких же зеркал шпионили за нами. Как это работает не пойму, словно… магия. Ни проводов, ни подходов, не вижу и других путей как передать энергию, которая наверняка нужна для работы такого устройства. А эти существа — хоть они и выглядят словно живые, но я поймал одного и не причиняя вреда осмотрел — он полностью металлический, хотя металл одновременно гладкий и прочный. В общем слишком сложно для понимания.»       Уже на сороковом уровне их атаковали. И даже готовые ко всему космодесантники слегка опешили. Ведь напали фактически свои — пропавшие легионеры первого. В первую секунду обе стороны потеряли по несколько воинов. Воины лож среагировали сразу же сперва открыв огонь, а потом уже решив разобраться кто атаковал. Унгал шедший в авангарде обратился к атаковавшим. — «Первый легион, это Вестники Рока, внимание! Вы атакуете нас!» — но космодесантники в черной броне и не думали прекращать. Вскоре их число неожиданно стало большим. Нашивки, броня, оружие — их действительно атаковали братья.       Вестники Рока несмотря на тяжесть схватки с кузенами еще несколько раз предупредили прекратить огонь, и только после гибели нескольких своих, атаковали в полную силу, сметя даже астартес. И хотя меткие выстрелы скосили практически всех нападавших, неожиданно — те кто пали первыми поднялись. Унгал широко раскрыл глаза, когда после прямого попадания волкитного разряда в голову одного из легионеров, тот сразу же поднялся, а его голова начала медленно заново формироваться. Сперва ему показалось, что он увидел будто красные, покрытые кровью и ошметками плоти, мускулы и кожа блестели серебром.       Первый легион атаковал уверенно, выстрелы были меткими, вскоре они перешли на рукопашную. И тут Унгал заметил, что их движения немного скованы. Сила и скорость астартес все еще была с ними, но удары и техники были однообразны. — Не может быть, что это все чем вы владеете! — коммандер увидел как один из братьев с этими слова с легкостью сносил головы противнику, даже не напрягаясь. Сам Унгал не был полноценным астартес ввиду возраста, но также не испытывал сложностей в схватке с легионерами. Слишком легко! И тут в завязавшийся бой присоединился Симус. — «Это не Первый легион! Посмотрите — это словно их копии! Не бойтесь поднять на них руку, это не наши союзники!». — несмотря на то, что психологическую тяжесть примарх снял, живучести у врагов при этом не убавилось. Погибшие враги вставали заново, чтобы продолжить сражаться. Только когда подъехала техника, плотный огонь наконец положил конец этим… существам. Симус оглядывал, то что осталось от механических клонов. Лужицы некоего металла покрыли весь коридор, издавая едкий запах. — «Возможно легионеры Первого уже мертвы. Двигаемся дальше».       По пути вниз до сотого уровня на них несколько раз вновь напали. Это были единичные скопированные легионеры, но теперь в сопровождении неких иных конструктов. Гуманоидные существа с серебряной кожей, явно искусственного происхождения непрерывно мелкими группами наносили удары по строю Второго легиона. Вооружены они были вмонтированными в левую руку пушками выпускающими зеленоватые разряды разрушавшие атомарные связи, которые пробивались даже сквозь керамит, а также клинками, которые постоянно вибрировали и испускали некие акустические волны. Убить их было трудно, но в отличие от копий легионеров они восстанавливались намного медленнее.       По ходу продвижения Кахал подошел к группе убитых противников. Лже-астартес постепенно таяли, а получившаяся жидкость словно живая медленно утекала в стороны. Коммандер прошел по одному из таких ручейков и заметил, что все они текут в определенные помещения.       После сотого уровня стало встречаться множество таких комнат, внутри которых были похожие на чаны конструкции. Внутри в них кипел некий металл. Практически сразу же определилось назначение этих устройств, когда один из чанов опустился и раскалённая внутри жидкость приняла форму с существ атаковавших их ранее. Теперь движение колонны ещё более замедлилось, так как приходилось постоянно останавливаться и уделять время уничтожению чанов.       Кахал двигаясь со своей группой внезапно остановился явственно ощутив специфический запах. Гнилая плоть… Он подошел к одному проходов откуда шла вонь. Там было пусто, но возле одного из зеркал лежал обрывок одежды. Космодесантник поднял его и обнаружил, что это кусок наплечника корабельной формы с сохранившейся нашивкой. Геральдика Первого легиона, но размеры… Смертный экипаж! На обрывке была спекшаяся кровь, явно пролитая час, а может быть два назад. Кахал вновь посмотрел по сторонам и кроме одного треснувшего зеркала в коридоре ничего не было.       Вскоре битва разгорелась по настоящему. Группировка Вестников Рока разделилась на три части. Симус продвигался к изначальной цели на 300-м уровне. Кахал— на запад и должен был захватить как можно больше исследовательских образцов. Группа Файона — захватить защитные установки и доставить туда устройство Императора для уничтожения планеты. Хотя приказ Император дал категорический, Вестникам Рока все же хотелось изучить это причудливое место…

***

      Комната где, как предполагал Повелитель Человечества, находились защитные установки мира, действительно была полна всяких непонятных механизмов. Словно живые, они дышали исторгая прохладный воздух. Устройство, созданное Императором представляло собой куб черного цвета. На нем был только небольшой рычаг, который требовалось активировать. Четверо космодесантников несли это оружие на специализированных носилках — оно считалось хрупким и потому даже техникой его было сюда не доставить. Наконец, когда его расположили в нужном месте, Файон готовился активировать его, но тут внезапно пришло сообщение от Симуса. — «Прекратить!» — и неожиданно Фаойн понял, что голос примарха словно не принадлежал ему. Слишком необычный, словно говорил кто-то раздраженный долгим ожиданием… Хранитель не успел ничего сделать, как понял, что к одному из капитанов кто-то обращается на закрытом канале и тот поспешно подбежал к одной из панелей и провёл рукой по жёлтой полосе. Стены вокруг задрожали, казалось сама планета затряслась. И тут вокс вновь ожил, но теперь по нему раздавались окрики о нападении. Капитан Варакас, активировавший что-то, побледнел. По общему каналу Файон услышал как Симус, теперь очевидно настоящий обращается ко всем. — Что происходит? Файон что вы наделали? — «Примарх, Вы приказали активировать механизм?». — капитан начал было оправдываться, но Симус резко прервал его. — Я не связывался ни с кем из вас! Кто-то перехватил нашу связь!       Файон сосредоточился. Он переключился на шлемы своих братьев и увидел, что часть пространственных зеркал неожиданно покрылись трещинами, а за ними оказалось огромное число самых разных существ. Огромные состоящие словно из лезвий жуткие насекомые, едкая жижа движущаяся, словно, осознанно, черные волосатые твари передвигающиеся на четвереньках… Все что появилось из зеркал сразу же атаковало Вестников Рока, в первые мгновения убив многих космодесантников. И тут хранитель осознал — это тюрьма и они только что освободили многих пленников.       Глаза забегали по дисплеям в надежде, что он увидит нечто, что поможет закрыть открывшиеся пространственные замки. Из сотни зеркал все прибывали нескончаемым потоком существа, один вид которых легко мог заставить сомневаться в том, что, даже, Астартес их победят. Устройства оказались слишком сложными. Выхода Файон не видел. Тогда он не знал, что худшее ещё только впереди.       Уже спустя несколько минут к ним начало приближаться нечто. Из потускневшего зеркала по полу и стенам начали течь странные письмена, светящиеся ярко красным цветом. Псайкер с удивлением увидел, нечто, что не смог осознать. Нечто…       Вереницы букв плавно и медленно текли к ним. Файон менял частоты и спектры восприятия своего шлема, увеличивал и уменьшал контрастность, переключал режимы визора, но видел лишь письмена, которые по необъяснимой причине двигались в их сторону, словно, живые. Психическим зрением ему также не удалось выявить что-либо, но его всё сильнее охватывало интуитивное ощущение тревоги. Файон помнил, что его внимание привлек раздавшийся неподалёку неистовый крик, но обернувшись увидел лишь письмена. А ещё он помнил, что в третьем отделении прикрывающем им спину было двенадцать, а не четверо братьев. С ужасом он понял, что забыл произошедшее и в тот же момент письмена, внезапно, оказались от него на расстоянии вытянутой руки. Мысли на краю сознания били тревогу и несмотря на то, что его мозг не воспринимал ничего, что рационально можно было бы интерпретировать, как угрозу, он отдал приказ. — Вестники Рока, огонь!       Не прошло и секунды, как все Астартес открыли огонь по живым символам, но это ни к чему не привело. Файон точно помнил, что с ним в залы управления вошло до двух сотен астартес, но сейчас оглядевшись он отметил, что это число значительно сократилось. И воспоминания о том, кто были эти братья также исчезли. Проверяя после списки перед отбытием с орбиты мира он никак не мог запомнить имена пропавших, исчезнувших даже из памяти тех, кто их хорошо знал. Кроме того, нечто, что убило их по видимому также нарушало ход времени или же существовало сразу в нескольких параллельных реальностях. Некоторые сигналы от поглощенных братьев приходили с опозданием, тогда, как другие наоборот предвещали их смерть, когда они все ещё стояли рядом.       Технодесантник Абул судорожно смотрел по сторонам. Ауспексы и сканеры его брони жалобно трещали и пищали. — Не понимаю! Фиксирую излучение, но его природа… Оно распространяется нелинейно: то возникает всего на несколько пикосекунд, словно, из ниоткуда, то исчезает — как если бы могло перемещаться между измерениями. Затем всплеск нейронной активности, нас атакует нечто, имеющее сознание, но… Как? Что это? Где? — В варпе я также ничего не ощущаю. — продолжил Великий Хранитель уже потеряв нить рассуждения.       Файон сохранял рассудок и спокойствие. Он поставил психический барьер, но с удивлением обнаружил как нечто со всех сторон проходит сквозь его защиту. Символы повсюду увеличивались. Они росли превращая все вокруг в такие же надписи. Астартес пропадали в никуда, чтобы на их месте появилась роспись. Вдруг Абул кинул связку гранат в то место где символы окружили одну из волосатых тварей. Последовал взрыв. Существо зашаталось и рухнуло, а из его тела стала вытекать чернильная жижа. Символы, внезапно, остановились. — Великий Хранитель, у этих волосатых зверей есть хоть, что-то общее с нами? — О чём именно ты спрашиваешь? — смутился Файон. — Они как и мы чем-то привлекают это… Есть ли физиологические или какие-то иные сходства? — У них нет ни сердец, ни сосудов, ни какой-либо привычной пищеварительной системы… Из того, что могу определить — разве что аура и эта омерзительная вязкая субстанция судя по структуре выполняющая функции мозга. — Эти буквы ведут себя так, словно, мертвецы не представляют для них интереса... — Абул указал на тело одного из братьев разрубленное гигантским жуком. — ...и если я прав, то это нечто распространяется реагируя на мозговые импульсы или волны. Они привлекают его, словно, запах жаренных бобов. — Как только я сразу этого не заметил... — Файон сделал несколько шагов в сторону от вереницы букв. Письмена начали перемещаться немного быстрее. — Я тоже. Эти символы... они не присутствуют в реальности. — Абул тоже отошёл в сторону, открыв огонь из болтера по скоплению омерзительных червей сформировавших подобие гуманоидной фигуры. — Но я же вижу их! — В этом и проблема. Их может зафиксировать лишь наше зрение... или интерпретировать разум. — Они... — Да. Эта их способность. Стоит связать их с чем-то нам знакомым, с чем-то что они поглотили... — Абул видимо что-то понял. — Это не похоже ни на одного врага которого мы встречали. Это волны, но они не отсюда, не из этого пространства. Вероятно, они находят то с чем могут вступить в резонанс, а затем перестраивают это на свою частоту... — Я не совсем тебя понимаю. — Их частота не принадлежит этому измерению. — То есть... — Они превращают всех в себя. — Как мы можем справиться с этим?! — в сердцах Файона возникла искра надежды. Если они поймут с чем борются, то и остановить это смогут. Но технодесантник огорченно помотал головой. — Клянусь Императором и Симусом, я не представляю как это сделать. Проклятье… мы побеждали много врагов, но в подобной ситуации не имею ни малейшего представления, как себя следует вести. Мы… бессильны против такого противника. — Создатели этого места наверняка знали, как его сдержать, но если мы не можем победить это, то придется отступить. Свяжись с механикум на орбите. Возможно, они что нибудь придумают. — рассудил Файон. — Вестники Рока! Отступаем! Не пытайтесь атаковать красные символы, но уничтожайте все формы жизни какие встретите.       Проще сказать, чем сделать. Многие твари, словно, с радостью атаковали друг друга, но некоторые игнорировали прочих, а все их внимание сейчас занимали имперцы. Те же огромные и явно хищные насекомые также исчезали под воздействием резонанса, но их было так много, что потери даже в сотни голов ничуть не замедляли их продвижения. Какофония звуков битвы, агонизирующих братьев исчезающих одним за другим и звучный стрекот заполонили залы. Жуков хотя бы можно было убить и возможно они справились бы с ними будь они здесь один на один, но врагов и задач сейчас было слишком много и сконцентрироваться на чем либо было попросту невозможно.       Внезапно, многие космические десантники начали сходить с ума. Файон видел, как даже не вошедшие в контакт с красными письменами воины кричали в агонии: «Это просто не может существовать!!!».       Своим психическим зрением библиарий отметил, что Имматериум также реагировал на произошедшее. Хаотическая структура обратного измерения, словно, начала становиться ещё более беспорядочной. — «Мы лишь маленькие толстые кубики запертые в розовый квадрат! Наша суть свестись к превращению в угол». — Что?! — один из братьев начал нести чушь, его руки вяло опустились. Другой астартес начал палить во все стороны, даже по своим крича «Ксеносы! Уроды! Сгиньте!».       Разум Хранителя охватила тревога. Быть может обезумел и он сам? Впрочем, почти сразу он вновь смог восстановить концентрацию. Возможно, что это было нечто иное. Ещё одна аномалия. Казалось само пространство подверглось атаке неизвестного врага.       Файон и всего лишь пара десятков братьев сумели выбраться из помещения.

***

      Продвижение внутрь комплекса Полого Мира было еще относительно спокойным. Мелкие атаки конструктов были частыми, но не замедляли колону. Наконец 300 уровень, начавшийся с огромной залы, по центру которой стояла одинокая фигура. Унгал присмотрелся и отчетливо увидел человеческую женщину с лилово-серыми волосами в длинной мантии, казалось, покрытой пластинами серебристой брони. Хотя по мере приближения черты лица становились все менее человечными. Неестественно голубые глаза, слишком правильные и идеально ровные черты лица, фарфоровая кожа и рост почти не уступающий росту вошедших в зал Астартес. За причудливым головным убором напоминающим тиару не было видно ушей, но внешностью существо гораздо больше напоминало эльдар за исключением присущей их наружности резкости. Вид создания в чём-то похожего на вражеских ксеносов заставил чесаться и ныть аугментическую руку Унгала, отрубленную этими отродьями прошлого.       Симус дал знак рукой ожидать. Фигура женщины сияла, словно, излучая тусклый свет и коммандер сразу понял, что это что-то вроде голограммы, судя по всему намного более продвинутой в сравнении с имперскими, так как от неё отражалвсе спектры цветов и даже отчётливо подчеркивала малейшие мимические движения, а не просто передавала близкую к оригинальной картинку.       «Приветствую на Нимиразу. Комплекс не принимает гостей в это время. Прошу покинуть расположение во избежание возникновения непредвиденных проблем.» — голос голограммы хоть и звучал бесстрастно, но тем не менее сильно походил на живой.       «Мы Вестники Рока, легион Империума Человечества, нам необходимо пройти и взять Китаб, что храниться здесь». — Симус вышел вперед.       «Тюремный комплекс не принимает посетителей, формы жизни хранящиеся в заточении нарушают правила Федерации. Доступ любых представителей кланов запрещен».       «Нам просто необходимо пройти. Код доступа дари-лен-тира». — фигура засияла и начала переливаться светлыми тонами.       «Код доступа принят. Анализирую. Обнаружены неизвестные формы жизни. Федеральных данных не обнаружено. Назовите свою расу!»       «О чем это ты? Мы люди и представляем человечество.»       «Доступ ограничен. Эта конструкция создана по образу и подобию создателей — человечества. Анализ материала не совпадает. 99,9% различий. Обнаружено вмешательство в залы контроля. Несанкционированный доступ!       Унгал услышал как по воксу Симус обращается к группе Файона. «Что происходит? Файон что вы наделали? Я не связывался ни с кем из вас! Кто-то перехватил нашу связь!»       «Активировать защитные механизмы» — в яркой вспышке фигура исчезла. Не успел примарх и слова сказать в ответ, как множество панелей и аппарелей вокруг отворились и на Вестников Рока напали. Унгал не успел среагировать как увидел разлетевшийся на части «Хищник», летящий в его сторону. Он увернулся от разломанного транспорта и увидел новых напавших.       Мгновение и рядом с коммандером с хрустом ломающего пола обрушилась огромная нога. Космодесантник увидел крупного конструкта, изящной формы, подозрительно похожего на эльдарского титана. В сравнении с теми, что они видел раньше, этот казался даже более совершенным. У него было больше орудий, двигался он плавно и бесшумно, даже, грациозно, словно, живое существо. Но пробирающий до костей холод был и здесь.       Машина имела пальцы, которыми она схватила не успевшего увернуться рядового бойца рядом. Громкий звук ломающихся брони и костей привел Унгала в чувства. Он открыл огонь по меньшим точным копиям титана, высыпавших из аппарели за ним.       Шум боя заполнил зал. Одна из рук титана, на которой было какое-то устройство выпустила яркий залп острых, как бритва снарядов из метала, напоминающим огненный вихрь. Струя пламени со звуком тысячи разбившихся зеркал вылетела из кулака титана, и в результате погибло пятьдесят Астартес. На другой руке титана имеется огромное вращающееся орудие напоминающее копьё, также выпускавшее потоки света. Выстрел в одно мгновение сжег три «Ленд Рейдера», и в небо взметнулся огненный шар трех одновременных взрывов. Испепеляющий луч жидкого света прошелся по залу, уничтожив все живое и оставив на земле остекленевший шрам. Стоявшая в стороне группа воинов окуталась пламенем, и их броня потекла, словно расплавленный латекс. Унгал слышал их крики. Ужасный запах обгоревшей плоти, свидетельствующий о смерти братьев, заставил его действовать быстро. К титану побежал Симус, а сам Унгал принялся вести огонь по меньшим конструктам, также представлявших опасность.       Очередью из болтера он свалил одного такого. Несмотря на все изящество все противники были немного вялы и заторможены, словно давно не пользовались телами. Пластины брони сраженного состояли из материала, напоминающего керамику, а не из призрачной кости. Также нигде в теле не оказалось камня-души. «Значит это не эльдары».       Астартес Шестого братства выпустили залпы разрывных и болтерных снарядов. Керамические пластины машин треснули и раскрошились, на поверхности корпуса вспыхнули язычки пламени. Астартес отвечали на стрельбу регулярными залпами, но, за исключением усиленных хранителями орудий, почти ничто не могло нанести врагу заметного ущерба. Машины охватил призрачный огонь, непрерывные взрывы выбивали крупные куски из их керамической брони, и из пробоин уже сочилась омерзительная черная жидкость.       Унгал оглянулся на бой примарха. Каждый шаг его противника ощущался как землетрясение. Имперские боевые машины шли в сражение под защитой мерцающих щитов, поглощавших энергию удара, но у титана их не было. Неизвестно, на какую защиту он полагался, но удары держал стойко. Примарх наносил своим мечом рваные раны гиганту. Огонь десятка танков легиона поливал машину в район груди и головы и через некоторое время титан зашатался и упал на колени. Симус даже со своим огромным ростом, казался младенцем пытающимся забраться на астартес, таков был размер конструкта. Отец мигом вскрыл обшивку и бегло осмотрел внутренности титана.       Вскоре он спрыгнул, чтобы сражаться дальше — число нападавших росло. Унгал лишь услышал, как по воксу Симус произнес «Внутри нет пилотов, нет ничего!».       Вокруг уже лежало сотни тел братьев и уничтоженных механизмов. Унгал сразил еще одного противника, как обнаружил, что боезапас закончился. Он достал меч, но быстро приблизившийся конструкт ударом кулака отправил его в полет. Космодесантник ударился в стену, броня затрещала. Аугментированная рука вышла из строя. Робот неумолимо двигался к нему, сопла его орудий начали светиться и тут над полем боя раздался шум. Яркая вспышка озарила все вокруг и все замерло. Конструкты остановились словно кто-то их выключил…

***

— У нас имелись гипотезы и предположения относительно устройства подпространства и природы явлений происходящих в нём, но этот резонанс нечто совершенно новое... — голос механикум напоминал одновременный скрежет плохо смазанных шестерней и лязг металлических листов, но космодесантники не могли тратить своё внимание на подобные мелочи. — Это неисчерпаемый источник энергии, который только за счёт собственного усилия увеличивает период своего колебания в экспоненте. Не могу представить себе его потенциал, если бы мы смогли им воспользоваться... — Магос, нам нужны ответы, как это остановить, а не список возможных применений. — Файон был раздражён. — Да, да...Скорость его распространения растёт в геометрической прогрессии и казалось бы не подчиняется каким-либо известным законам! Если его не остановить — нельзя с уверенностью сказать, как далеко это может распространиться… Судя по поведению волн, он не ограничится только этой планетой. Сектор, весь сегментум, галактика, целое скопление галактик… Пока, он встречает на своем пути жизнь имеющую хотя бы отдалённое подобие разума — я не вижу факторов из-за которых его разрастание перестало бы ускоряться. — Как его остановить!? — прокричал хранитель в вокс. — У меня нет предположений на этот счёт. — Если это не остановить, то попытаемся хотя бы замедлить. У нас нет выбора. Нужно уничтожить эту планету со всей "едой". — произнёс Файон обернувшись к своим братьям и потянул за рычаг.

***

— ...тревога! Нарушение... безопасности. Приведён... экстренный... аннигиляции. Всему персоналу и посетителям — немедленно... Нимиразу. До... сорок пять минут. — он разобрал лишь часть слов на языке отдалённо напоминающем готик.       Унгал поднялся. Что-то произошло раз атаки механизмов разом прекратились, в воксе он слышал, что другие соединения также больше никто не атакует. Странная тишина царила над полем боя. Внезапно он четко услышал голос примарха. — «Доложите о потерях позже. Устройство Императора было активировано и видимо оно как-то отключило, то что нас атаковало. Кахал, Файон — прекращайте операцию и двигайтесь к выходу, обеспечьте охрану обратного пути. Остальные — продолжаем! Наша цель прямо перед нами».       Унгал посмотрел прямо и увидел огромные врата из красного металла. Тысячи печатей, бумажных свитков, надписей было прикреплено к ней. «Они пытались не допустить нас сюда!». Унгал нервно сглотнул. От сооружения веяло странной силой и даже будучи псайкером он не мог понять что это. Симус сам подошел к панели перед вратами, вложив оружие в ножны он положил руку на красную полосу. — Для доступа к... типа "гамма-три-девять" требуется особый... подтверждения. — прозвучал сухой и бесполый механический голос. — "Только то имя, которое ты услышишь." — произнёс примарх. — Доступ разрешён.       Врата громко и протяжно зазвенели звуком металла не открывавшегося десятками тысяч лет. Печати рвались и загорались. — «Оцепить вход! Воздаятели, Унгал — за мной!» — примарх вошел внутрь. Унгал поспешил за ним, когда он проходил арку врат ему показалось, что словно некая пелена в воздухе не пускала его. Тем не менее, группа вошла в просторное пустое помещение, наполненное паром. Вернее пар здесь появился когда они вошли. По центру располагалась небольшое нагромождение камней, аккуратно сложенных в своеобразный постамент. Откуда-то сверху сюда бил поток света.       Вестники Рока подошли к постаменту и Унгал увидел, что на нем стоит довольная большая терранского типа раскладная книга, в обложке с движущимися символами. От нее веяло холодом и Унгалу показалось, что его укачивает. Воздух рядом мерцал и дрожал, намекая на нереальность этого места.       Симус нагнулся и медленно взял фолиант в руки. Унгал словно услышал шелест листьев и чей-то голос «Ла-тир-нату, типари лон сату, мири ен гину, ло сари биду…». Он потряс головой и наваждение исчезло. Примарх открыл книгу, но тут подал слово один из Воздаятелей. — «Повелитель, Император ведь велел не раскрывать ее!». — «Спокойно, Он не узнает ибо это место вне Его взора» — Симус быстро перелистывал страницы, обладая скоростной техникой чтения. Уже через минуту он с шумом захлопнул книгу. Его лицо стало суровым, он глубоко вздохнул. — «Что там?» — на самом деле Унгал не хотел спрашивать, но вопрос сам сорвался с губ. — «История…»

***

— Что это было? — Файон пришел в себя и встал. Вокруг без сознания лежали его братья, кто-то также начал приходить в себя. Хранитель обернулся и увидел, как у одной из панелей стоял Абул. Технодесантник явно что-то изучал, но ощутив на себе взгляд прекратил свои действия и подошел. — Устройство Императора... Оно отключило защитные механизмы... — Он протянул руку к воксу и начал с кем-то говорить. Канал был закрытый, но Абул и не пытался говрить тихо. — Слушаю. Так точно, выдвигаемся!       Абул оглянулся, но Файон и так услышал по общему канал приказ двигаться к поверхности. Технодесантник подошел к нему. — У нас проблемы! Практически все конструкты отключились и теперь тварей ничто не сдерживает. Отец сказал, что приказал Фазисту прибыть на орбиту и высаживать своих ребят. Они в ближайшей системе так, что если варп в этом регионе будет оставаться столь же спокойным, то они успеют и прикроют тыл, но нам нужно спешить. Мир самоуничтожится через несколько минут. Преодолеть две сотни километров за это время своими силами у нас вряд ли получится, а потому потребуется найти кратчайший путь к тому месту где мы сможем воспользоваться их транспортом. И если мы испытали трудности с этими существами, то получается что Симус попросту попросил Имперскую армию завалить их своими трупами...

***

      Они вновь на «Бритве Истины» и теперь видя как по покрытой вереницами красных символов поверхности полого мира начали распространяться огромные трещины Кахал только порадовался, что не находится там. Он вздохнул. Планета задрожала предчувствуя свою погибель, а затем в мгновение просто исчезла. Разлом поглотил не только мир, но и само пространство занимаемое им. В спешке они еле покинули его, бросили на поверхности сотни тысяч тел людей лорда-командующего Фазиста. Необходимая цена для выполнения задания. Коммандер сидел в пиршественном зале, совсем один, если не считать сервиторов готовящих стол к поминальной трапезе, до которой еще было два часа. Так рано прийти его попросил Унгал, только вошедший и севший рядом. У брата, если судить по выражению лица было плохое настроение. — Сила уничтожившая этот мир вырвала не только часть реальности, но и кусок варпа. Невероятная мощь и благодаря ей, вероятно, худшее уже позади. — Я ощутил это, даже, не будучи полноценным псайкером. — ответил Кахал, но брат не разделил его улыбки. — Что ты имеешь ввиду? — Ты уверен, что мы проверили всё достаточно тщательно? — Думаю да. Если так вообще можно сказать, когда имеешь дело с подобными тварями. — Надеюсь, что ты прав... — Ты хотел меня видеть, но обстановка получается вновь тайная. — Да, не хочу чтобы кто-то знал, даже Симус. — задумчивость брата не понравилось Кахалу. — И так… — Кое-что случилось Кахал, кое-что, что вызывает у меня только сомнения и подозрения. Связано это с одной знакомой тебе персоной. — Не тяни, я внимательно слушаю. — В общем, когда мы возвращались из нижней точки — Унгал кивнул в сторону планеты, намекая на их операцию — Симус доверил мне нести… захваченный объект. Сам он присоединился к арьергарду, прикрывая наш отход. Все шло по стандартной схеме, ближе к поверхности мы встретились с бойцами Фазиста, котороые и сопровождали меня. С ними была и летописец примарха… — В смысле, как? Они же вроде бы были не допущены к спуску. — Она спустилась с солдатами Имперской Армии, по своему желанию, а людям лорда-командующего плевать на гражданских, лишь бы не мешались. Так по крайней мере мне сказал капитан Сидмеерс, возглавлявший роту, прикрывающую меня. Мы двигались на поверхность, как вдруг на нас напала одна из тварей, я даже не разглядел ее. В прыжке она убила многих смертных, но главная ее целью был я, вернее объект. Она вырвала артефакт у меня из рук и ударом хвоста отбросила в дальний угол. Понимаешь, я чуть не потерял с трудом захваченное. И спасла меня в этой ситуации летописец. Я не успел прийти в себя, как она подошла ко мне с артефактом, мне сказали, что она вырвала лазерный карабин у одного из солдат и подбила тварь, случайно попав в уязвимое место. — Людям может повезти, случайный выстрел может и примарха свалить… — Да-да, удача! Но даже если и так, даже если ей повезло, у меня все равно возникли вопросы и я потом переспрашивал бойцов Сидмеерса и знаешь что… Тот у кого она вырвала мушкет, он попал в госпиталь с вывихнутыми руками. — Может после получил ранение, случай слишком распространённый. Можно сказать, что ему даже повезло. — Он ничего не помнит, но этот боец, его зовут Сапедор, числиться как самый результативный и лучший воин Фазиста, поэтому таких как он отправили сопровождать меня. И получается, что если все так как кажется на первый взгляд, то женщина летописец, не державшая в своей жизни ничего тяжелее мнемо-пера и стопки бумаг, силой вырвала у крепкого тренированного мужчины из рук оружие, при этом практически сломав тому руки. Что-то здесь не так…