Бегство из леса

Мне было семнадцать лет, и я всё ещё учился в выпускном классе. У меня было много друзей, и даже один лучший друг — Димка Филиппов. А ещё у меня, с некоторых пор, были не очень долгие, но, как мне казалось, крайне прочные отношения. Её звали Валей... Девушка из параллельного класса. Ей было уже восемнадцать. Красивая невысокая блондинка, очень милая и добрая... как мне казалось. А потом она узнала мой секрет. Да у меня был страшный секрет, который я очень боялся случайно выдать: я в тайне переодевался в мамину одежду, когда бывал один дома. Не знаю даже, почему это началось... Просто подумалось: хей, а будет прикольно! Попробовал, и вышло действительно классно. И так оно как-то понеслось дальше, по жизни моей. Лет пять уже было привычке странной. И вот какое дело... Оно ведь даже не было увязано на сексе и подобных вещах. То есть да, передёрнуть я мог и так (и оно было даже прикольнее) но мне нравилось и просто ходить... сидеть... В общем, оно мне нравилось само по себе. Это было важно для меня, и я не хотел отказываться. Но и рассказывать я бы не рискнул. Ну а потом мы начали встречаться с Валей, и... Как-то тоже ей сразу всей правды я не открыл. Но с каждым днём мне хотелось это сделать всё больше. А потом, после выпускного, мы впервые провели вместе ночь. То есть до этого был секс у нас, мы же не монахи! Но в этот раз была целая ночь, и от неё мне почудилась особая близость, невероятное доверие... И я не выдержал, рассказал ей. Очень удивила меня реакция Вали. Такая равнодушно-благожелательная... Я-то думал уже, как бы упросить ей никому ничего не говорить. А вместо этого она мне даже помощь предложила. Сказала: находит мою затею «где-то даже миленькой». Тут надо понять... Я родился и вырос в маленьком городе, где люди не отличаются особой терпимостью ко всяким извращениям. Не то чтобы у нас совсем беззаконие было, но побить за такое могли за милую душу. Я, наверное, только потому и открылся, что скоро уезжать была пора, в институт поступать. Иначе бы не рискнул... Ну и наткнулся на такое понимание... Как бы мне насторожиться тогда! Но ведь нет, дурак видит и слышит то, чего хочет. И вот, она мне «помогает». Мы в лесу, куда она меня привезла на машине. У неё уже есть права, а машина... я не знаю чья она. Мы гуляем. Люди далеко. Я могу свободно ходить как мне вздумается. Так, как меня нарядила Валя. На мне синяя юбка, очень короткая. Довольно плотные колготки кофейного цвета. Курточка (прохладно тогда было), лифчик, кофточка... И туфли на очень высоких каблуках. Я когда-то с мамиными практиковался, пока из них не выросла нога. Но не на таких же! Ходить в них очень тяжело, а уж по лесу... Но Валя никуда не спешит. Она поддерживает меня, даже немного заигрывает. Гладит по волосам... Я не чувствую прикосновений, на мне парик. Довольно короткий такой, рыжий. Немножко косметики... Я бы очень понравился себе, если бы себя таковым увидел. Я знаю, потому что потом действительно увидел, и не раз. Правда, в несколько странном положении. В какой-то момент Валя как бы заигралась. Мы стояли возле раздвоенного, чуть изогнутого дерева со множеством сучков. Она попросила обнять её через это дерево. Через изогнутую его часть. Потом закрыть глаза, и... Я оказался прикован к нему наручниками. Притом так прикован, что мог только стоять, и не имел возможности сесть. Разве только чуть согнувшись повиснуть, но рукам от этого было очень больно. Я потребовал меня отпустить, но... Валя очень ласково попросила подождать. А потом убежала. Прошло десять минут. Стоять на каблуках мои ноги немного устали, но меня больше всего разбирало беспокойство. Что происходит? Ведь явно ничего хорошего... И я оказался прав. Валя привела с собой хохочущую толпу из нескольких ребят. Кажется, их было человек семь. Одного я вообще не знал, но остальные были из нашей параллели — мои и её бывшие одноклассники. И среди них был даже Димка... Какое унижение! Но это было даже не полбеды. Вдоволь насмеявшись и меня нафотографировавшись телефонами своими, они сделали мне интересно предложение. Мол, они меня отстегнут и отпустят, а я, взамен, отсосу им. Каждому, по очереди. Я, конечно, возмутился. Начал говорить: мол, я не гей, я не буду... На что они опять засмеялись. И тут подключилась Валя, стала бранить меня последними словами, унижать... Я попытался плюнуть ей в лицо, но промахнулся. Опять смешки. Сказали: будешь стоять так, пока не согласишься. После чего забрали (на всякий случай, достать я до него не мог) мой телефон и ушли... Часа на два, или около того, судя по солнцу. Хотя мне время показалось куда большим. Проклятые туфли! Валька всё продумала, купила на каблуках и с ремешками. Их без помощи рук было не снять. Кое-как изловчась, я мог сесть на корточки. Почти сесть... Всё равно рукам было больно. Первый час воля моя и решимость были тверды. На второй же они стали всё больше и больше убывать... И уже не казалась мне такой уж великой расплата за свободу. Они вернулись, и спросили вновь. На сей раз, я ответил согласием. Они ещё громче смеялись... Мол, настоящий мужик никогда бы... или уж точно бы терпел не одни сутки! Может оно и так... Не знаю. Но когда Валя раскрыла наручники, я повалился на землю. Ноги меня держать отказывались. А им это было очень даже кстати! Они не ждали от меня нежностей и минета. Сказать честно, им и сам этот акт был не особо нужен, большинству. Они просто кайфовали от моего унижения, упивались своей властью... Один из них подошёл, спустил свои штаны, и начал грубо трахать меня в рот. Он так и не кончил... Сказал не по кайфу ему. И тогда Валя решила ещё сильнее скрасить мой день. Она повторно накрасила меня, на сей раз куда гуще. Она застегнула наручниками руки у меня за спиной. И велела умолять их... Говорить, что я сам этого хочу. Пришлось. Шансов на бегство у меня не было. Тот парень воспрянул, и ещё раз засунул мне в рот свой член. Валя ему помогала, водила моей головой. И тут уже дело пошло лучше... Ей пришлось нести ещё и бутылку с водой, чтобы дать мне умыться и промыть рот. Настала очередь второго... Унижение отходило куда-то в сторону. Злость и обида тоже. Вообще, то ли от усталости, то ли от какой-то особенности своей, я довольно быстро успокоился, спрятался куда-то в себя. Они делали со мной всё что хотели. Пока Дима (крайне смущаясь) вставлял мне в рот, один из парней пристроился сзади. Мне было очень больно! Страшно больно! Но даже эта боль ощущалась как-то неправильно, равнодушно. Это было похоже... на боль когда тебе лечат зуб, наверное, не знаю с чем ещё сравнить. В том смысле, что она была, и её нельзя было игнорировать, но она ощущалась очень... временной. Я видел, что меня фотографируют. Я понимал: они будут меня шантажировать... Но даже это куда-то ушло, страх и волнение были слабыми. Я просто терпел то, чего не мог избежать. Когда они закончили, все вместе отошли в сторону, велев мне лежать и не дёргаться. Излишнее предупреждение. Я был крайне измождён и сугубо... статичен. Да и иначе бы всё равно не убежал. В наручниках, на кабуках-то! Они вернулись, стали говорить ожидаемые вещи. Мол, у нас есть фото, мол, ты теперь будешь делать то, что мы скажем. А потом они уехали... А мне пришлось добираться домой самостоятельно. В женском виде, с босыми ногами, ибо на каблуках я бы точно не дошёл. Зато за время пути, я смог всё обдумать. Где-то внутри кипели жажда мести, ярость... И страх, который их где-то там же побеждал. Если бы я действовал на эмоциях, я бы... не сделал ничего. Но в тот момент мысли мои были до странности рациональны. Я понимал свой позор, и что напрасно пытаться его исправить. Но... я мог, как минимум, испортить жизнь и им. А мне... мне уже нечего портить. В общем, после всей этой передряги я пошёл не домой, я пошёл в полицию. И знаете... Помогло! Наши местные стражи порядка не то чтобы бравые защитники народа, и ко мне отношение у них было крайне брезгливым, но подобные обвинения они игнорировать не стали. Приняли у меня заявление, отвезли к врачу, который выдал заключение. В общем, сделали всё как положено. Но.... Дело, быть может, застопорилось бы (не видно было энтузиазма им заниматься), если бы один из насильников не оказался полнейшим идиотом. Этот тип... Он был мне не то чтобы врагом всегда, но, скажем так, недругом. И был страшно глуп. Настолько, что запостил мою фотку в соцсети. Ту, где я у дерева, в наручниках. Его пригласили на дознание, и... Этот оригинал пришёл туда, с фотографиями на телефоне, и даже позволил в него заглянуть, просто так. А фотки там... О, там были видны все лица, кроме Валиного. Я знаю, это она всё подстроила. Наверное не смогла перенести... Того что я с ней был, и таким оказался. Не знаю, может предательством сочла, а может по натуре не более чем стерва злобная. Однако, умный связавшийся с дураком вряд ли будет долго и счастливо жить... Когда уже конкретно за расследование взялись, все парни указали на неё. И фотки нашлись тоже, где она там присутствует. В общем, на них завели уголовные дела, и сроки грозили немаленькие. Ну, то есть как грозили... Сам факт вины их сомнению уже не подлежал, все кроме Вали сознались уже. А сколько им дали... Я даже и не знаю, и не хочу знать. Вскоре я уехал из города, оборвал все связи, кроме как с родителями. Удалил все аккаунты в соцсетях. Сделал всё, чтобы прошлое меня не настигло. Но это просто не могло сработать. Прошлое было в моей голове. Я поступил в институт, нашёл себе общагу. Попытался начать жить нормальной жизнью, забыть о прошлом. Но не выходило. Такие эпизоды из памяти просто так не стираются. Мне понадобился год, чтобы это осознать. Мне перестали нравиться девушки. То есть не физически, а вообще, социально, так сказать. Я ожидал от них предательства. А парни меня немного пугали. Решил испытать себя, нашёл себе подружку. У нас ничего не получилось. Меня постоянно преследовало прошлое. То что было, и... Со временем, это укладывалось в голове всё лучше, становилось частью меня. И тянуло меня... на многие вещи. Приводило к очень конкретным выводам. Первый вывод: я уже не смогу жить дальше как мужчина. Возможно, это вообще не для меня, но после случившегося... Нет, я просто не могу себя так воспринимать. Наверное, это и природа моя такая, и психика так работает. В смысле... С девушкой такое может случится. Да, это беда, но беда которая... Просто может быть, и ничего с этим не сделаешь. Это унизительно, но с этим можно... возможно... жить. Как мужчина я этого перенести не смог бы. Ну а потом, когда это всё вошло куда-то совсем уж в подкорку мою, пришли фантазии. Навязчивые, вдвойне странные, после случившегося. Настолько всё было тяжко, что грезилось наяву. Тут уж... В общем, выбор был прост: или я это сделаю, или съеду в дурку. Пришлось немного поискать, но... Я назначил встречу. Это был мужчина... Бисексуал, предпочитающий отношения в активной роли. Очень активной. И довольно жёсткой, на самом деле. В общем, он не то чтобы садист был, но где-то близко. Ему нравилось играть в принуждение... Ах, лишь бы только играть! И вот, мы встретились у него. Всё заранее готово. Что-то достал он, что-то я принёс с собой. Я перевоплощаюсь... Одежда отдалённо похожа... Очень отдалённо. Даже цвет колготок не тот. Зато туфли почти такие же. И вот, он начинает свою «игру»... Господи, как же мне противно было! Как же больно! У нас было стоп-слово, но я поклялся себе его не применять. Я орал, рыдал, умолял остановиться... Эмоции били через край, у меня была истерика. Кажется, даже пытался убежать... Не получилось. В самом начале он сковал мои руки, как и тогда, наручниками. Физически... было хуже. В смысле, после этой маленькой «игры» я довольно долго сидеть не мог, и мне пришлось идти к проктологу. А уж во время... Но знаете? Меня отпустило! Словно бы накричался за тот раз, выпустил всю гниль, что в душе накопилась. Стало лучше. Намного лучше. Хотя повторять подобный опыт мне не хотелось совершенно. Я смог вновь доверять людям, перестал их бояться. О нет, воспоминания о предательстве из головы не стёрлись, но всё-таки... Я видел девушек и понимал — они не Валентина. Видел парней и понимал — большинство уж точно не попытается меня изнасиловать, они не по этой части. Мне захотелось даже вновь попробовать себя... В отношениях. Только на этот раз более... честных. Чтобы сразу было понятно кто я есть... Ну или настолько понятно, насколько мне самому. Я всё-таки сам не до конца осознавал все аспекты своего существования. Искал я... Скажем так, не в ближайшем окружении. И нашёл. Что самое странное, мне даже не пришлось выбирать между мужчиной и женщиной. Ибо на связь со мной вышла, совершенно неожиданным образом, семейная пара. Алёна и Иван звали их. Алёна была худой женщиной, с очень странной манерой одеваться: всё на ней всегда было только одного цвета. Иван был... Ну, довольно обычной наружности мужчиной, единственное, что носил аккуратную бородку, а больше никаких ярких черт. И они практиковали очень странные отношения. Не сказать чтобы фри лав, но скорее такие, в которых третий не лишний и даже желателен. В смысле, не для секса, а как нечто постоянное. И я не смог удержаться от соблазна, ибо они сразу заявили: если мы сойдёмся во... взглядах, они хотели бы, чтобы я жил с ними. Идея оставить общагу, переселится туда где я смогу жить... Хотя бы и временно, но как девушка, это воодушевляло. И даже интимная близость, хоть и пугавшая немного, не казалась мне чем-то неприемлемым. Но, тут надо сказать, секс оказался... Если и не превосходен, то хотя бы неплох. Они меня не пытались использовать, им важен был мой комфорт, моё удовольствие. И так я оказался в их доме. Ну мало ли, пустили студента бедного пожить... Им было по тридцать лет, или около того. Во внешнем мире самые заурядные офисные работники. Да и в быту не сказать, чтобы какие-то совсем странные. Во всяком случае в тех вопросах, что меня не касались. А их было, на самом деле, немало. Вообще я их больше в качестве сексуального партнёра интересовал... Или партнёрши скорее даже. Ну и так, просто как собеседник. Им нравилось держать меня рядом, но нельзя сказать, чтобы я стал частью этой семьи. А потом вдруг произошло что-то совсем странное. Они попросили меня об маленьком одолжении... Они хотели мной поменяться. Мол, у них есть знакомые, которые практикуют подобные же отношения, и хотят поменяться партнёрами. Я поживу недельку у них, а потом вернусь. Я долго отнекивался, мне это казалось подозрительным. Но потом они всё-таки смогли меня убедить. Честно сказать, они просто предложили мне хорошую взятку. Знай я тогда подробности... Хотя я не уверен, что они и сами знали их так уж детально. Сказать по правде, я и сам не очень помню. Эти их друзья... Они имели привычку подсыпать что-то в еду, снотворное какое-то. А потом, возможно, и ещё мне давали... В общем, неделю я эту помню смутно. Но когда я всё-таки чуть-чуть пришёл в себя, мне стало так тошно... Я хотел опять бежать в полицию, но понимал: тут мне вряд ли помогут. В общем, я постарался прийти в себя, и на сей раз отомстить лично. Наверное, они давали не просто снотворное, а что-то психотропное. В общем, уровень агрессии у меня резко так скакнул, и я попытался их избить. Получилось... Ну да, кое-как получилось, наверное мужику я даже руку сломал, когда огрел стулом. А после сбежал. В крайне... неприглядном, прямо скажем, виде. Без документов, вообще без всего. Не понимая даже толком, где нахожусь. Это был уже перебор. В смысле, мне всё казалось бессмысленным, и я не видел никакого пути вернуть назад нормальную жизнь. Я был на улице один... На мне только какая-то короткая юбка и футболка, и ещё тапочки, а на дворе зима... Хорошо хоть снега не было. Знаете, в этом было даже что-то очень освобождающее, прекрасное. Я вдруг осознал, что пропадаю, но делаю это скорее по-женски, чем по-мужски. Эта мысль была... приятна. Но длилось это всё очень недолго. У меня в голове возникла одна чёткая мысль: это конец! Нет выхода, нет вариантов. Была паника, были слёзы... А потом всё опять успокоилось в голове. И вновь я чётко знал, что мне делать. Больше ничего не оставалось. В общем, я поднялся на крышу какого-то здания. Ну а дальше... А дальше вы знаете лучше меня. Я долго стоял, всё не решался прыгнуть. Наделал шума, собралась толпа... А потом всё-таки сделал это. Результат вы тоже знаете. Я, чёрт возьми, зацепился за выступающую арматуру. Как вспомню, так и не знаю: смеяться мне или плакать? Ногу поломало, да, но её вылечили. А потом... Потом я оказался здесь, с вами. В вашем замечательном заведении. Наверное, мне тут самое место. В смысле, я не ощущаю себя здоровым человеком, все эти истории меня доконали. А уж сны... Я вижу такое, о чём и говорить не решаюсь. Вы правы — я опасен для общества и для себя. А ведь всё могло бы быть совсем иначе... Но не будет. Я не надеюсь, что меня вылечат. Честно сказать, я и историю эту рассказываю только от скуки. А ведь всё могло бы быть совсем иначе... Если бы мне хоть чуточку достало ума, если бы я не проболтался тогда! Но что было, того не вернёшь. Хотя, порой, я мечтаю о том, как всё было бы. И знаете? Вот ни разу не хорошо бы было. Я бы уехал, подавил бы в себе это... Ну и вы знаете лучше меня, к чему это приводит. Ладно, что-то я уже устал. Да и о чём ещё рассказывать? Всё остальное вы знаете, сами видели. Ох, ладно... Скоро ваше лекарство меня отпустит, так? И я снова вернусь внутрь себя. И знаете, мне там очень комфортно. Узнаю этот взгляд, ага. Вы мне не верите? В мою историю... Пожалуй, в этом есть смысл. Кое в чём я вам вру. Все врут. Но то, что было в лесу... Я не преувеличиваю, они действительно сделали это со мной. Наверное, с тех пор крыша у меня и начала ехать. А что было после, тут уже... Я предпочитаю думать именно так. Послушайте, вы всё равно ведь меня не сможете вылечить, я не знаю, зачем вас позвали. Я не хочу излечения! Они могут говорить что хотят, придумывать названия болезней, заявлять что я бегу от реальности... Да, это я и делаю. Сейчас, пока действует этот ваш укол, я вам прям говорю. Мне нравится жить так! Мне не хочется вспоминать, как всё было на самом деле. И уж точно не хочется возвращаться в реальный мир! Почему? Ох, ну только не говорите мне, что не понимаете. Это клеймо... Я ведь здесь уже не один год. Даже если бы я вышел, даже если бы вы поставили мне всё на место в голове, всё равно было бы дерьмово дальше жить. Я знаю... Но вы не сделаете и не поставите. Я сам вам не дам, и над головой моей вы не властны. А даже если бы и захотел... Есть вещи, которые вам не по силам исправить. Я не хочу жить так, как смогу жить, понимаете? О да, про причины легко догадаться... Я не создан быть мужчиной. Мне это стало ясно после того случая. Но и женщиной я стать не могу. Что? Да, мне рассказывали про переход этот... Операции. Скажите мне, сколько он стоит? Сколько стоят эти гормоны? Или вы хотите за меня заплатить? Нет... И правильно что нет. Я не хочу этого! Я хочу быть женщиной, понимаете? Женщиной! Настоящей! А это... суррогат. Больше скажу: я бы может согласился, если бы... Но во мне не будут видеть женщину, так ведь? Во мне будут видеть мужика, который... Ай, да чего тут говорить! А теперь, извините, доктор. Скоро лекарство перестанет действовать, и я вернусь в свой собственный мир. В мир, где всё хорошо, в мир, где я могу быть кем захочу... Прошу, оставьте вы меня в покое! Да, я сумасшедший, или как это вы называете? Но это спасительное безумие. Отнимите его у меня, и останется только... смерть. И на сей раз я вам не вру. Послушайте... Ах... вот и оно... наконец-то...