Rebirth

      Аякс чудесный мальчик. Ему только-только исполнилось восемь лет, но он уже читает куда лучше своих сверстников в классе несмотря на щель между зубами за которую его то и дело дразнил одноклассник. Да и имя у мальчика совсем не такое как у всех. Аякс! Это для кого вообще? Все в классе нормальные - Настеньки да Артёмы с Никитами, над одним Тартальей так поиздевались! Но мальчик почему-то даже и не думал плакать на этот счёт. Рассказал маме, а та лишь нахмурила рыжие брови и покачала головой. — Вот именно что они все обычные, а ты! Конечно, к пятнадцати годам мальчик узнает, что с древне греческой мифологией его матушка несовсем дружила и значение имени прочитать неудосужилась, да и вообще отец был против! Чего бы это в семье Анны да Ивана ходить какому-то такому? Но до этого ещё далеко. Сейчас маленький Чайльд сидит в кругу семьи и пытается осознать некоторые части своего... Сна? В этом он ещё не уверен. Если первые пару раз ему снились мелкие отрывки, сейчас же это был чёткий и разборчивый кошмар. Он, уже совсем взрослый идёт на нескольких роботов с каким-то странным луком в руках. Скрежет роботов, кровь вокруг и чей-то истошный плач эхом отдавались в голове мальчика когда он проснулся весь в поту и почти что плакал. — Мама, а где мои братики и сестрёнка? Я хорошо помню, что они были! Женщина заметно удивляется, отставляет стакан с чем-то, что совсем не нравилось Тарталье в сторону. — Какие? Не было у нас никогда никого кроме тебя, малыш. Что-то ты путаешь... — Ну нет! Были они, были! Один совсем маленький а двое постарше! – мальчик хмурит бровки и стукает кулачком по столу. — были-были! Ты врёшь! Я хорошо помню даже как их зовут! После такого мальчик ясное дело получил от отца подзатыльник и о подобном больше заикаться не стал, но вопрос о младших остался. Он и правда слишком хорошо помнил их в плоть до имён и цвета глаз. У старшеньких они были как у отца, а у младшего как у матери. И у самого Аякса. Когда мальчик рос, подобные воспоминания из снов стали ещё сильнее давить на него. Младшие в семье, которых никто никогда не знал и не видел, фатуи о которых вся семья слышала впервые и прочие мелкие вещи, о которых он уже даже боялся спрашивать. Но во всей этой каше из воспоминаний и обрывков диалогов было единственное, что больше всего не давало парню покоя. В каждом сне, каждом воспоминании был он. Аякс никогда не видел его лица, мог лишь догадываться о том, как он выглядит, но он был тем, за кого юноше хотелось держаться. В каждом сне был он. И в том, где Тарталья сражается с какими-то огромными роботами, и в том, где они сидят в каком-то странном ресторане и выпивают. И даже в том, где Чайльд лежит в неизвестной ему ранее постели полностью без одежды. Даже сквозь сон Аякс чувствовал тепло. Такое до боли родное и домашнее тепло. Мужчина во сне казался ему кем-то, к кому хотелось бы вернуться, обнять и никогда больше не отпускать. Вопрос был лишь в том, кто же это. Образ «человека из сна» очень долго преследовал юношу. Чайльд помнил его внешность лишь отрывками, но ему хватало чтобы вспоминать это в... Достаточно приятные моменты своей жизни. Руки. Красивые, утонченные руки, с длинными красивыми пальцами. Аякс помнил, как эти пальцы сжимали его запяться и прижимали к стене. В какой-то момент Чайльд стал задумываться о том, что всё это оказалось просто чем-то подростковым. Мало ли на что гормоны в его то шестнадцать лет способны, так ведь? Но это не заканчивалось вплоть до окончания школы. Сны становились чётче. Вот он в каких-то горах где много снега стоит у костра и греет красные от лютого мороза руки, а вот он стреляет из лука чтобы добыть себе поесть в этих же горах... А вот он на огромном корабле плывет куда-то и на причале его встречает тот самый мужчина из сна, который крепко обнимает Чайльда, гладит его спину. У него определённо чудесные руки. После окончания школы было принято решение. Аякс уезжает из Снежной. Конечно, расставаться с семьёй в свои то восемнадцать, когда он ещё совсем ребёнок и света белого не видел было чем-то страшным. Но ведь «в Ли Юэ ты получишь куда более хорошее образование чем здесь, это не обсуждается, Аякс!» И Аякс уехал. Первое время его жизнь в новом месте была чудесной. Конечно, язык он знал ужасно, но одна лишь мысль, что он сумел сбежать от родительской опеки очень его радовала. Всё было чудесно до одного момента. Первая в семестре пара философии. Тарталья зашёл в аудиторию тихо смеясь и толкая своего одногрупника - Кейю вперёд, дабы тот шёл быстрее. Он бегло глянул на преподавателя и почувствовал, как его сердце прямо в этот момент улетело куда-то в пятки. Он. Тот самый «человек из сна». Теперь то Чайльд понял, почему всё это время так мечтал увидеть его лицо. Оно и правда чудесное... Он красивый. Честно, Аякс так бы и продолжал стоять и пялиться если бы Альберих не ударил его по плечу. — Эй! Ты чего застыл то? Пойдём-пойдём... Уходя к партам Тарталья услышал лишь тихое «Аякс» со стороны преподавателя. Кажется, они до этого не виделись... И откуда ему знать имя? *** Свои девятнадцать Чайльд отпраздновал в чудесной компании своего мужчины. Аякс чувствовал себя дома. С Чжун Ли и правда было тепло в любой мороз. Но некоторые вещи и правда не давали юноше покоя. Откуда же Чжун Ли взялся в его снах? Мужчина аккуратно гладит волосы парня, что лежит у него на груди. — Чжун Ли-и... А знаешь, ты мне снился ещё до того как я сюда приехал. Чжун Ли приоткрыл глаза, глянул на него удивлённо. Неужели? — Я? Снился? Хах, и что же там было? Тарталья тихо усмехнулся, отвёл взгляд. — Даже не знаю как это всё объяснить... Там была гавань, был ты и ещё много чего. Какие-то роботы, что-то совсем странное и все вокруг выглядели так странно! У тебя был такой смешной хвостик и плащ, а у меня какая-то странная форма и почему-то я ходил с луком... Знаешь, так забавно, что я помню эти сны с совсем маленького возраста... Моракс вздыхает. — Теперь уже я не знаю как тебе объяснить... – мужчина тихо хмыкнул, приподнялся. Он потянулся к тумбочке и достал оттуда совсем потрепанное фото. Казалось, что оно пережило не одну тысячу лет. Чжун Ли ещё раз глянул на фото, тихо вздохнул и протянул её Аяксу. — Это... Это что?.. – парню понадобилось секунд пятнадцать, чтобы разглядеть там троих - самого себя, Чжун Ли, что был точно таким же как в его сне и маленького мальчика по имени Тевкр. — Это ты, это я, а это твой братец... Как же давно это было, – Чжун Ли гладит его волосы, целует в макушку. Руки мужчины принимают чёрный цвет с золотыми ниточками, что тянулись по всему телу, — как же всё-таки рано ты покинул меня в прошлый раз, Тарталья. Я больше не допущу этого, знаешь? Аякс молчит какое-то время. Смотрит то на фото, то на Чжун Ли, а события из снов постепенно начинают принимать ещё больше деталей. Тарталья почти что плачет, смотря прямо перед собой. — Хочешь сказать, это всё не было сном? — Как-то это всё слишком реально для сна, не находишь? Я искал тебя столько тысяч лет и знаешь, сейчас я правда уверен, что не позволю тебе покинуть меня. Впервые за свои годы я уверен в чём-то, а особенно в том, что это не сон, Аякс.