Война — это мир

      «Тишину прорезали фанфары. Сводка! Победа! Если перед известиями играют фанфары, значит — победа. По всему кафе прошел электрический разряд. Даже официанты встрепенулись и навострили уши. Вслед за фанфарами обрушился неслыханной силы шум. Телеэкран лопотал взволнованно и невнятно — его сразу заглушили крики на улице». (Дж. Оруэлл)       Уинстон ликовал. Он опустошил последний стакан джина и вышел из кафе «Каштан», присоединившись к разгоряченной толпе на улице. Мы выиграли в этой войне! Уинстон гордился своим народом. Он прошел пару кварталов в этом славном окружении, пока громкие аплодисменты не сменились привычной уличной суетой.       Он не был уверен, куда идет. Точнее как, он точно шел обмывать победу. Хотя такое заявление довольно сомнительно, если учитывать, что «Победный» джин принимал он в системе.       От опьяненного оцепенения Уинстона пробудили громкие взрывы на востоке. О, таких-то ракетных бомб еще следовало ожидать. Он почувствовал поднимающееся в душе отвращение, обнаружив, что забрел в пролетарский район. В этом месте всегда пахло сточными водами, а работяги так и жили в своей грязи, не испытывая никакой благодарности к Большому Брату, который, вообще-то, ненавидел сие зрелище.       Внимание Уинстона привлек маленький мальчик, дергавший свою мать за рукав. Глаза его округлились и наполнились горькими слезами. Но даже так они были ярче всего вокруг в этих туманных грязных трущобах.       — Мамочка, что это за шум? — хныкал малыш. Вдруг все одновременно услышали резкий шум. С неба доносилось низкое гудение.       — Беги внутрь, мой мальчик, — настойчиво сказала женщина сынишке, не сводя глаз с горизонта. Уинстон проследил за ее взглядом и увидел колонну вертолетов. Стоящий рядом работяга завопил, — Вертолеты! Вертолеты! — И кто-то позади начал реветь.       Уинстон развернулся и поковылял прочь из пролетарского района. Люди отчаянно сновали вокруг, хлопали и запирали двери и цеплялись за фонарные столбы, как будто те могли бы их спасти. Уинстон хотел выбраться из этого хаоса, поэтому взял курс сразу на свою квартиру. Уж что-что, а вертолеты ни капли его не волновали, бояться-то нечего! Телеэкран сообщил, что война выиграна, значит, война выиграна. Большой Брат говорит только правду. Большой брат и есть правда.       На полпути до дома он услышал еще один взрыв ракетной бомбы с севера после почти двух часов затишья — странно. Он напряженно следил за всем вокруг, смотря на небо, пока вскоре не дошел до своей улицы.       Уже на подходе к лестнице у квартиры что-то с силой сотрясло его и сбило с ног. В ушах стоял пронзительный визг. Уинстон упал лицом вниз и лежал, глядя на валяющийся перед глазами булыжник. Он попытался перевернуться, но почувствовал, что правый бок придавило. В воздухе все стоял запах дыма и чего-то кислого.       Именно тогда новое понимание «Война есть мир» пришло в голову Уинстону, истекавшему кровью на грязном полу. Война незаметно прокралась к его порогу и принесла покой в его мир.