Волосы цвета глицинии

      — Расемон! — выкрикнул Акутагава. Жуткая тень вырвалась из его плаща, приняв очертания чего-то, похожего на китайского дракона. Выглядело это довольно устрашающе. Девчонка в наушниках, его противница, недовольно поморщилась:       — Ори потише..., — Юки не терпела громких звуков, криков, взрывов.... Тогда она была такой слабой, но в ее глазах не было ни тени страха, несмотря на то, что она встретилась с самим "Диабло".       Сказать, что Акутагава удивился такой реакции — ничего не сказать. Правда, виду он не подал, зато это было видно по лицу Хигучи, которая не торопилась скрывать удивление. Акутагава дал ей знак, что разберется с девчонкой сам, после чего она отошла. Юки краем глаза глянула на Танидзаки и Наоми, надеясь, что все разрешится быстро. Не важно, в чью пользу — хоть бы они выжили.       Стараясь скрыть волнение, Юки поправила наушники, что висели на ее шее. Во время использования способности она надевала их, чтобы уберечь свой чуткий слух от ультразвука, который мог запросто вырубить девушку.       — Зачем я нужна Портовой Мафии? — спокойно спросила она. Хигучи за спиной Акутагавы рассмеялась:       — Ты на волоске от смерти, а спрашиваешь об этом?       — Напомню. Пока не появился твой босс, победа была на моей стороне, — достаточно громко сказала Юки. Предложение вышло чуть оборванным, голос девушки не был создан для крика. Хигучи притихла, решив не спорить с будущим трупом, по ее мнению.       — Хватит болтать! — крикнул Акутагава, атаковав Расемоном. Юки уклонилась:       — Хватит орать! — ей тоже пришлось это крикнуть. Понимая, что крик режет ей уши, за секундное промедление со стороны Акутагавы, Юки нацепила наушники и попыталась активировать способность. Инсомния не донимала ее достаточно долго, это было Юки на руку.       — Нуар, — тихо призвала она способность.       Тело Юки безжизненно грохнулось на землю. Хигучи ошалело посмотрела в ее сторону, Акутагава и вовсе не смог понять, когда успел задеть противницу Расемоном, после чего еле слышно рассмеялся. Впервые он одолел противника меньше, чем за минуту. Но его триумф длился недолго.       Сначала раздался дикий смех. Истерический? Нет, сумасшедший. Юки медленно поднялась с земли. В ней ничего не поменялось кроме того, что ее глаза светились неистовым белым светом. Теперь она казалась более уверенной и устрашающей от этого.       — Расемон! — тень черным драконом метнулась к девушке. Та отмахнулась рукой, от которой пошла ультразвуковая волна, оттолкнувшая тень. Что ж, эта битва выходила все интереснее.       — Моя очередь, — так же тихо сказала Юки. Она выставила вперед ладонь, из которой вырвалась звуковая волна. Хигучи случайно посмотрела в глаза, что сияли белоснежным светом и с вскриком отскочила в сторону, закрыв глаза рукой. Юки ухмыльнулась: помощница Акутагавы попала в звуковую иллюзию.       Акутагава собирался атаковать снова, но не успел. Со скоростью звука Юки оказалась у него перед носом, собираясь воздействовать и на него. Акутагава, догадавшись, специально опустил взгляд, чтобы не попасть в иллюзию, взглянув в глаза противнику.       — Расемон!       — Нуар!       Не успел никто атаковать, как между противниками встал Дазай, одним касанием обнулив их способности. Юки снова упала, но парень вовремя поймал ее, пробормотав что-то. Акутагава оглянулся на очнувшуюся Хигучи и проговорил сквозь зубы:       — Зачем ты помешал, Дазай?       — Она еще пригодится. А Мафии она зачем? — спросил Дазай, по-прежнему держа девушку на руках.       — Одна крупная организация пообещала крупную сумму за девчонку, управляющую звуком и иллюзиями, — ответил Акутагава. ***       "Белесые глаза, как будто она слепа, волосы цвета глицинии..." — слишком уж поэтичное описание для такого человека, как Акутагава. Но, почему-то, при виде Юки в голову лезли именно эти строчки. Парень заметил ее, сидящую на лавочке в парке. Девушка что-то писала, не особо скрываясь. С ее стороны это было глупо, ведь "девчонку, управляющую звуком и иллюзиями" искала сама Гильдия. Вообще странно, что в Агентстве к ней до сих пор не приставили охрану.       Юки была настолько увлечена своей писаниной и музыкой в наушниках, что не замечала ничего вокруг. Музыка, к слову, была громкой и хорошо слышалась из наушников. Парень невольно вспомнил, как Юки одергивала его посреди битвы, чтобы не кричал громко, а сама теперь слушает музыку, что уши в трубочку бы свернулись.       Акутагава беспрепятственно подошел сзади лавочки, без особого интереса глянув в ее тетрадь. Интересного там было мало: просто конспект по литературе. Очень длинный конспект. Девушка упорно продолжала писать, пока не почувствовала дыхание на своей шее. Акутагава даже не старался скрываться, наблюдая как Юки покрывает листы небрежной, еле понятной вязью из букв.       Выдохнув, Юки сняла наушники и обернулась, увидев за спиной Акутагаву. Тот закашлялся и отвернулся, делая вид, что ему неинтересно.       — Опять меня убить попытаешься? — спросила девушка, собираясь спрятать вещи в сумку.       — Нет.       — Ты же враг. Почему нет? — Юки по-детски удивленно взглянула на Акутагаву, вызвав у него ухмылку. Девушка казалась ему уж слишком наивной и доброй, в некоторых случаях даже слабой. Возможно, она была до сих пор жива лишь из-за своей странной способности. Тем не менее, почему-то Акутагаве это даже чуть нравилось. Таких, как она, в этом жестоком мире было мало.       — Убивать тебя задания пока нет. Как и нападать на тебя вообще, — ответил парень нехотя.       — Ладно, — пожав плечами, Юки спокойно продолжила писать. Вот жесть. Еще и доверчивая, как ребенок. По-прежнему непонятно, как с такими качествами она дожила до этого дня, но Акутагава не желал думать об этом.       Хотя, на самом деле, Юки проворонила сроки сдачи заданий в техникуме, поэтому сидела и писала все время. Если Акутагава не нападал, то зачем отвлекаться, если можно писать? Эти все конспекты девушке порядком поднадоели, и это еще мягко сказано, но если повезло поступить — повезет и вылететь, если не сделаешь все.       "Раньше при встрече, в знак уважения, снимали шляпу, а сейчас вынимают наушник. Знаком особого уважения считается, если человек вынимает оба наушника". Юки не спешила надевать наушники, хотя неизвестно, было ли это из уважения к стоящему неподалеку Акутагаве, или же причина была другой.       Акутагава, в свою очередь, не торопился уходить, иногда поглядывая в сторону Юки. Та уже не обращала на него внимания, считая, что если тот сказал, что не нападет, то можно ему верить. С одной стороны, это даже льстило, а с другой — было понятно, что так она со всеми.       Идиллия. Ветер ворошил волосы цвета глицинии, заплетенные в косу, ворошил черные короткие пряди Акутагавы. Юки по-прежнему была увлечена конспектом, наушники не надевала то ли потому, что забыла, то ли еще почему. А Акутагава по-прежнему стоял неподалеку, наблюдая за ней. Непонятно, зачем. Просто хотелось. ***       Акутагава по-прежнему пытался разобраться с ожившим в тумане Расемоном. Чертовски непривычно, когда собственная способность не слушается и пытается убить хозяина, но тут ничего не поделаешь. Тигра нигде не было видно, да и вряд ли он бы показался, еще вечером ушел на задание со своей наставницей, Лиссией.       Какое-то чувство неприятно кольнуло сердце. Зависть? Наверное. Воспоминание о тигре и его наставнице, которая была раньше ученицей Дазая, пробудило совсем не те мысли. У Ацуши было признание наставницы, Лиссия не обращалась с ним, как с отбросом, и уж тем более не спешила сматываться из Мафии в другую организацию. В то время как Акутагава был обречен из кожи вон лезть, чтобы Дазай снизошел до него. Обидно. Хотя, это еще мягко сказано.       Не позволяя себе отвлекаться на мысли, Акутагава с трудом успел увернуться от удара Расемона. Сейчас было не время.       Боковым зрением парень заметил промельк сиреневых волос. С таким цветом волос он знал лишь одного человека. Юки Кадзиура. И снова он чуть не пропустил удар, снова отвлекся. Но, на этот раз, спастись от Расемона удалось не благодаря собственным навыкам, а благодаря помощи со стороны.       Юки оттолкнула способность, после чего сама чуть не оказалась раненой тенью-драконом. За ней по пятам следовал силуэт, светло-сиреневый, с белыми пятнами глаз. Девушка старалась не вступать в зрительный контакт со своей способностью. Акутагава тоже помнил, что одного взгляда в глаза "Нуара" достаточно, чтобы попасть в иллюзию. К счастью или к беде, но "Нуара" интересовала только Юки, Акутагаву атаковать он не собирался.       Точно так же, как и появились, Юки и ее способность скрылись в тумане, снова сошлись в битве. Акутагава тоже не стал медлить, атаковав Расемона. Где-то недалеко находился завод, парень решил заманить противника туда, считая, что так будет проще.        ***       — Готово, — довольно проговорил Акутагава. С Расемоном он разобрался, чуть не расставшись с жизнью сам, но, зато, способность вернулась к нему. Выбравшись с завода, который после боевых действий надо было срочно ремонтировать, он собрался к башне, что являлась центром тумана.       Но остановился. Остановился, услышав душераздирающий крик. Хотя, это не было самым страшным. Будь это просто чей-то крик, парень и бровью бы не повел. Акутагава обернулся на звук, почему-то не на шутку испугавшись и побежал туда.       Крик, что он услышал, узнал сразу. Это был голос Юки. Парень даже не догадывался, что она способна так громко кричать, но сейчас понял, что, скорее всего, звук прервался именно из-за того, что Юки к чертям сорвала голос.       Когда он прибежал на место, то увидел, что Юки действительно нужна была помощь. Девушка сидела на коленях, опираясь руками об асфальт. Ее волосы цвета глицинии растрепались, закрывая лицо, руки девушки, как и она сама, еле заметно дрожали. "Нуар" стоял перед ней, сверля ее взглядом. Наверное, во время битвы, способность все-таки заставила Юки взглянуть в белые провалы своих глаз, поймав ее в иллюзию ультразвука, который мог свести с ума любого.       — Расемон! — отвлекшаяся способность не успела увернуться от тени плаща Акутагавы, рассеявшись в воздухе. Вокруг Юки на миг появилась сиреневая дымка, которая тут же рассеялась, а девушка обессиленно упала. Парень, удостоверившись, что она жива, недовольно заметил: — Одни проблемы от тебя, Юки.       Находящаяся в сознании девушка помотала головой, дав понять, что не слышит. Акутагава не захотел повторять и уселся рядом со спасенным "трупиком", ожидая, когда та очнется до конца. Вскоре в белесых глазах Юки появился отблеск, дающий понять, что та постепенно возвращалась в нормальное состояние.       — Живая? — задал он вопрос. То ли риторический, то ли Акутагава и вправду волновался за эту ходячую проблему.       — Скажи погромче, я ничего не поняла, — шепотом попросила Юки, видимо, последствия ультразвука у нее проходили куда дольше. Акутагава вздохнул и махнул рукой. Реагирует — значит, живая, даже отвечать не требуется.       Девушка приподнялась на локте, постепенно очнувшись полностью. Но вопросов не задавала, сама прекрасно помнила все, в том числе и то, что на ее крик могла сбежаться вся округа.       — Спасибо, — так же шепотом сказала она, неосознанно коснувшись руки Акутагавы. Парень почувствовал прикосновение, но отдергивать руку не стал. Вообще Акутагаве не нравилось, когда кто-то притрагивался к нему, но Юки подходила под критерии исключений из этого правила. ***       Все в Детективном Агентстве праздновали победу над Федором, в то время как Юки одиноко сидела в укромном месте, не желая высовываться. По ее мнению, она не принимала участия в этом всем, поэтому не заслуживала там находиться. Да и просто не хотелось веселиться, в груди засело какое-то мрачное предчувствие.       — А почему ты не со всеми? — Кека заметила, что Юки держится особняком и подошла к ней. Девушка покачала головой:       — Там шумно, — это казалось самой беспалевной отмазкой. Не говорить же, что чувствуешь себя чужой и лишней? Именно.       — Точно...? По-моему, причина не в этом, — все же, Кека прекрасно могла бы читать мысли. Обмануть ее было практически невозможно, по крайней мере, для Юки.       — Нет-нет, все в порядке, — поспешно ответила Юки. Сейчас уже точно было понятно, что она врет, но Кека поняла, что не стоит к ней приставать, поэтому лишь кивнула:       — Ладно... если что — обращайся, — девочка чуть улыбнулась, Юки повторила, хотя улыбка вышла чуть натянутой.       Кека ушла к остальным, чтобы Юки смогла посидеть одна. Девушка спокойно сидела, глядя в пустоту. Так она просидела все время. Почему-то было тяжело на душе, отчасти и оттого, что в последнее время даже снотворное не помогало заснуть. "Интересно, это и есть предчувствие смерти?" — мрачно подумала девушка. ***       И снова все повторяется. Юки спокойно сидела на лавочке, слушая музыку. Теперь она ничего не писала, все давно было сдано. Да и трудно писать в состоянии почти полной отключки без самой отключки.       И снова послышалось дыхание в спину. Юки сняла наушники, обернувшись и чуть ли не столкнувшись нос к носу с Акутагавой. Снова тот закашлялся, делая вид, что ему все равно.       — Убьешь? — снова похожий вопрос со стороны Юки. Снова такой же ответ "нет". Парень присел рядом, достаточно близко. Полусонная девушка неосознанно положила голову ему на плечо, только потом осознав, что тот мог оттолкнуть ее в любой момент или рассердиться. Но Акутагава не собирался этого делать. После всего, что они пережили вместе, трудно называться друг для друга врагами.       — Акутагава, — шепотом произнесла Юки. Парень посмотрел на нее, как бы спросив "что такое?". Девушка, ничего не говоря, легонько поцеловала его и тут же отстранилась, отвела взгляд. Разум, требующий сна, уже не так сильно соображал, поэтому появилась смелость повести себя так. Даже если Юки просто слепо доверилась ему и это была не любовь, девушке было бы все равно. Она чувствовала, что долго не протянет. А если и протянет, то... неизвестно. Планов на будущее Юки строить не умела.       На лице Акутагавы появилась грустная улыбка. Чуть приобняв девушку, он так же легко поцеловал ее. Как бы отвечая на ее своеобразное и неожиданное признание. Юки улыбнулась одними глазами, помутневшими от усталости и прижалась к нему ближе... ***       Как это, чувствовать, что твой любимый человек в этот мир больше не вернется? Каково понимать, что вы провели с ним вместе слишком мало времени из-за того, что поздно осознали, что нужны друг другу?       Акутагава сидел на том же месте, вспоминая время, проведенное с Юки. После всего этого врагами их вряд ли можно было бы назвать. Слабый ветер трепал черные пряди парня, но тот не обращал на это внимания.       А рядом не было той, которую он любил. Девушки с волосами цвета глицинии. Нельзя было снова почувствовать слабый аромат цветов, которыми пахли ее волосы. Нельзя было услышать смех, хотя... даже когда она была жива, этот смех звучал редко.       Ветер еле слышно колыхнул листья на деревьях. На одной из веточек распустилась глициния, которой здесь было не место...