** ** **
Тонкие руки девушки нежно прикоснулись к пуговицам летнего платья и медленно начали расстегивать их, одну за другой. Платье грациозно спустилось вниз, куноичи легко перешагнула через него и прошла вперёд, останавливаясь в дверном проёме. — Так сильно волновался? Как видишь со мной всё хорошо, — Эвли лукаво улыбнулась и повернулась лицом к парню. На хрупкой женской фигуре было надето полупрозрачное нижнее бельё. И только на бюстгальтере, в интимной зоне, красовались две белые розочки. Её четвёртый размер вульгарно выделялся и приковывал к себе всё внимание. Парень жадно разглядывал девушку с ног до головы, пытаясь запомнить каждый сантиметр тела. — Эвли...— только и смог произнести он. Парень подошёл ближе, почти вплотную, между лицами осталось пару сантиметров. Куноичи игриво облизала губы, когда Лео потянулся к ней, но отстранилась. Отошла ближе к кровати и поманила того пальчиком.** ** **
Сакура нетерпеливо закусила губу. Полуголая девушка любопытно разглядывала себя в зеркале. Кончики волос едва касались хрупких плеч, розоватая кожа покрылась мурашками от прохладного ветерка, тело напряглось. Взгляд кучностям робко упал на ключицы, затем она посмотрела на свою грудь и возмущённо вздохнула. — Четвёртый размер то, четвёртый размер сё! — Сакура недовольно смотрела на свою грудь, иногда прикасаясь — подумаешь четвёртый, со вторым тоже нормально, совсем не жалуюсь! Дверь тихо открылась. — Господи, Какаши-сенсей, ну неужели тебе нравятся девушки с четвёртым размером? Второй тоже нормальный!— зеленоглазая продолжила рассматривать себя в зеркале, она повернулась, чтобы лучше рассмотреть бёдра, взгляд упал на дверь, что со скрипом закрылась. — Сакура? — Мужчина стоял около двери и удивленно смотрел на девушку. Лицо куноичи загорелось разными оттенками красного. Девушка тут же попыталась прикрыть себя руками. С её губ слетали неразборчивые слова. То ли она просила уйти, то ли извинялась. Хатаке бесстыдно рассматривал оголённое тело ученицы. — Какаши-сенсей, да уходите же! — девушка кинула в учителя книжку, которую читала и побежала в ванную. Сердце бешено стучало, где-то там в груди, разные мысли совсем не давали покоя, только после тихого хлопка двери, куноичи могла немного успокоиться. Щёки горели, Харуно тихо запищала и зажмурила глаза. Сакура подошла к раковине и плеснула на себя холодной воды. — Это всё сон, всё сон, — тихо прошептала она. — ничего этого не было... — куноичи яростно посмотрела на своё отражение. — О чем ты только думала, могла хотя бы дверь закрыть! Зеленоглазая тяжело вздохнула. Она тихонько встала и аккуратно выглянула из ванной комнаты, в номере никого не было. Она быстро побежала одеваться.** ** **
Дверь аккуратно закрылась, куноичи виновато посмотрела в глаза мужчины и тут же отвела взгляд. Она открыла рот, чтобы произнести свои извинения, но Какаши перебил её. — Сегодня на улице отличная погода, мы могли бы погулять по этой деревне, всё равно нам ещё ждать, когда чиновник ответит, — мужчина неловко дотронулся до своей макушки, — давай прогуляемся? — А? Да, давайте, — куноичи неловко посмотрела на учителя, что уже начал спускаться по лестнице.** ** **
Дело было ближе к вечеру, солнце лениво скрывалось за горизонтом. На улице зажигались фонарики. Люди весело мельтешили перед глазами. Кто-то зазывал клиентов, кто-то смеялся, кто-то пел. Это всё грело сердце, на лице появлялась улыбка. Какаши и Сакура лениво брели по улочкам и рассматривали красивые витрины, никто из них не хотел начинать разговор, было неловко. Они решили, что лучше просто забыть это как страшный сон. Ну или так решила только Харуно. Перед ними появился последний прилавок, самый красивый - с украшениями. Девушка подошла ближе и восхищённо оглядела товар. Перед ней лежало много разных украшений: заколки, серьги, браслеты, кулоны. Всё красиво блестело и манило купить. — Мне кажется тебе это очень подойдёт, — Какаши взял зелёную заколку и показал её ученице. — Красивая, — девушка кивнула и подняла голову, чтобы посмотреть учителю в глаза. Румянец появился на щеках, Сакура неловко улыбнулась и хотела что-то сказать, но её перебила громкая музыка, что раздалась на площади. Куноичи резко повернулась и с детской радостью побежала на звуки. Хатаке улыбнулся и обратился к старушке, что сидела за прилавком: — Мне вот эту заколку, — бабушка оглядела мужчину добрым взглядом. — Хороший выбор, она будет рада, — Какаши неловко взял украшение, положил в карман и побежал за Харуно.** ** **
На главной площади играла весёлая музыка, люди пели и танцевали. Зеленоглазая хлопала со всеми и весело смеялась. Давно в Конохе не было подобных развлечений и праздников, ну или она просто работала целыми днями, что не замечала ничего вокруг себя. Сейчас ей было весело и так спокойно, она была готова отдаться моменту, плыть по течению и просто радоваться жизни, поэтому как только подошёл знакомый мужчина, она схватила его и начала весёлый танец. Пары кружились, менялись и снова возвращались к своим половинкам. Куноичи весело подпевала толпе. Какаши улыбнулся, сквозь маску это, конечно, не разглядеть, но его улыбка была широкой и счастливой, он вместе с ученицей продолжал танец. Это было так ему несвойственно, так непохоже на него. Иногда Харуно что-то шептала учителю на ухо, и они в унисон смеялись. Площадь наполнилась парами, что так же весело вплетались в хоровод. Люди беззаботно и хаотично повторяли движения друг друга. Молодые, и даже старики, все кружились на этой тесной площади. Барабаны весело стучали, поддавая ритма. Какаши крепко ухватил куноичи за талию и поднял в воздух, оторвал от земли и начал радостно кружить. Харуно расправила руки в разные стороны, она не могла скрыть улыбку. Это был один из самых счастливых дней в её жизни. Хатаке опустил девушку на землю, весь мир остановился... Сакура нежно прикоснулась к лицу мужчины и робко посмотрела в глаза, сердце бешено стучало. Музыка продолжала громко играть, а пары всё кружились в танце, но им до них совсем не было дела. Какаши не убирал рук с талии девушки, он только нежнее обхватил её. Сакура смело потянулась к маске, она привстала на носочки и тихо прошептала ему слова благодарности. Маска бережно слетела с лица мужчины. — Я не буду жалеть, — тихо сказала девушка, прикрыла глаза и поцеловала Какаши Хатаке в губы. Поцелуй был нежным и робким, мужчина аккуратно сминал губы девушки, они были сладкие, такие же сладкие, как она сама. Куноичи легонько отстранилась и снова натянула на Какаши его маску. Хатаке провёл по волосам ученицы, он снова заправил прядь за ушко и бережно заколол их новой заколкой. Сакура вздрогнула, она хотела бы прикоснуться к украшению, но Какаши перехватил её нежную руку и сплёл их пальцы. — Пойдём, — еле слышно прошептал он ей на ушко. Стадо мурашек пробежали по нежной коже, но куноичи лишь улыбнулась и последовала за мужчиной.** ** **
Море тихо убаюкивало своей песней. Они сидели на золотом песке, укутанные в тёплый плед. Без стеснения и сомнения Сакура прижималась к учителю, что ответно обнимал девушку. — Давно хотела побывать на море, — Харуно положила голову на плечо мужчины, закрыла глаза и улыбнулась. Волны спокойно шептали им какие-то стихи, а солнце уже давно спало, где-то там за горизонтом. На небе появились яркие звёздочки, что с любопытством рассматривали одинокую пару. Какаши молча смотрел куда-то вдаль, его сердце впервые ослушалось. — Я... — Сакура отдалилась от мужчины, дотронулась до его лица и посмотрела в глаза. — Я не знаю, что будет завтра, как повернётся жизнь, когда мы вернёмся обратно в Коноху. Может это мимолётные чувства, желания. Но мне так комфортно рядом с вами. Позвольте, нет, позволь мне поймать и запомнить этот момент, Какаши. Рука ласково гладит шею, плечи, пальцы. Хатке снимает свою маску. Да, он разрешает отдаться моменту и запомнить этот миг. Сердца бьются в унисон, ветер щекочет волосы, волны поют песню, солнышко спит за горизонтом, влюблённые ласково целуют друг друга. Они так давно хотели, пора раствориться друг в друге. Завтра будет новый день и новые проблемы, а сейчас лишь влажные поцелуи и сладкие стоны.** ** **
Жаркие движения на узкой кровати в номере, скрип и легкий ветер. Грубые касания и невероятное удовольствие. Кто знает, что будет утром, возможно они больше никогда не смогут смешать свои чувства в одной чаше, но сейчас пусть пьют до дна. Вы же не против?