Эффект обратимости

— Гарри, заклинаю тебя, не толкайся, я упаду сейчас, — просящим шёпотом, больше похожим на тихое восклицание взмолилась Гермиона Грейнджер, прикрывая одной ладонью своё лицо от яркого света палочки своего друга, а второй рукой придерживая над собой мантию-невидимку. — Я хоть и не жалуюсь на лишний вес, но без лишнего шума точно не упаду, а нам разве надо призвать Филча? По-моему, мы хотим добиться совершенно другого, — хмыкнула она, и Поттер наконец перестал торопливо шагать, заставляя свою лучшую подругу практически бежать за собой и стягивая при этом с неё большую часть волшебной мантии своего отца. — Спасибо. — Да, извини, Гермиона, — виновато покосился на девушку Гарри и сконфуженно отвернулся, стараясь теперь учитывать то, что он шёл под скрывающей их накидкой не один. — Ладно, забыли, — мягко улыбнулась ему спустя пару мгновение гриффиндорка, видя искреннюю вину на лице Поттера за то, что она чуть не упала по его инициативе. Приятное покалывающее тепло разлилось внутри неё. — Ты проверил, точно никого поблизости нет? — спохватилась и в очередной раз на всякий случай уточнила Грейнджер. — Да, точно, не волнуйся, — закивал Гарри, подсвечивая палочкой коридор перед собой и ещё раз проходясь беглым взглядом по пергаменту, подаренному ему на Рождество Фредом и Джорджем Уизли несколько лет назад, без которого он уже не мог существовать, как без обеих рук и магии. — Отлично, — довольно прошептала себе под нос самая умная ведьма последнего столетия, если верить статьям Пророка и словам преподавателей. Их Золотому трио никогда не надо было излишне напрягаться, чтобы найти себе какое-то развлечение на год вперёд, уже стало традицией, что неприятности сами находили их, и именно на эту тему Гермиона ворчала весь прошедший вечер, пока Рон с Гарри безуспешно пытались сбежать подальше от её недовольных тирад. Гриффиндорка была в шоке от того, что директор Дамблдор взвалил на её друга такую миссию, пускай он и был — да, глупо скрывать данный факт, как бы ей этого не хотелось, — любимчиком Слизнорта, но, в любом случае, разве можно было подвергать такой опасности подростка? Дамблдор не зря верил именно в Поттера, ведь Избранный не подвёл его и оправдал все ожидания, по душам поговорив со своим преподавателем по Зельям, но как можно было такому мудрому взрослому волшебнику, как Альбус, не понять, что Гарри не станет просто довольствоваться полученной информацией? Гермиона не решилась высказать этого вслух друзьям, но на какое-то мгновение в её мыслях даже проскочило размышление о том, что директор Хогвартса просто сделал вид, что ему от Поттера больше ничего не требуется. И девушка оценила это, как весьма хороший и удачный ход, если бы не одно «но». И это «но» сейчас шагало рядом с ней под одной мантией-невидимкой, громко шаркая ботинками по полу, из-за чего Гермиона слегка ущипнула парня за руку, намекая идти потише. Конечно же, она не могла просто так отпустить своего лучшего друга идти в библиотеку поздней ночью одного, но и не пустила с ним Рона. Ей надо было проконтролировать, проследить, чтобы хоть сегодня с Гарри ничего не произошло в стенах этой школы. Да и библиотеку с запретной секцией она всё же знала гораздо лучше него, Макгонагалл в этом году выписала ей специальный пропуск для чтения некоторых дополнительных учебников, которые хранились исключительно за замком от излишне любопытных глаз учеников. Всё-таки был плюс в доверительных отношениях с учителями, здесь Гермионе было, чем гордиться. — Гарри, осторожней, — предупредила парня Грейнджер, когда тот потянулся к дверной ручке и стал тихонько и медленно открывать дверь. Та предательски скрипнула, и оба ночных визитёра в кладезь знаний напряжённо замерли, но спустя несколько секунд облегчённо выдохнули, когда не услышали ничьих приближающихся шагов или угроз. Поблизости никого не было, и гриффиндорцы поспешили войти внутрь помещения. — Теперь веди, Гермиона, — кивнул ей Поттер, стягивая с себя и с подруги мантию своего отца, Джеймса Поттера. Девушка отточенным и уже таким привычным движением руки вытащила из заднего кармана джинс свою волшебную палочку. — Люмос! Голубое свечение озарило ближайшие к ней несколько метров, и парень с девушкой зашагали вглубь библиотеки между стеллажами по направлению к ограждённому отделу. — Редукто, — прошептала Гермиона, направляя свою палочку к замку и тем самым ломая его, но открывая дверь. — Прошу, — она приглашающе взмахнула перед Гарри руками и первая вошла в знакомое и любимое всем её сердцем место. Здесь даже ночью было особенно приятно находиться — девушка ощущала спокойствие и умиротворение, забывая обо всём, вид многочисленных стеллажей с толстыми книгами радовал глаз, а приятный запах бумаги не оставлял и маленького шанса не растянуть губы в непроизвольной довольной улыбке. Именно поэтому она так сильно любила это священное для неё место и могла просидеть здесь часами, даже не заметив хода времени. — Итак, как думаешь, где может быть нужная нам информация? — задумчиво поинтересовался Поттер, поправляя сползающие с переносицы очки и вертя головой по сторонам. — Предположу, что там, — пожала плечами гриффиндорка и направилась к стеллажам справа от них, подсвечивая себе названия книг волшебной палочкой и тихо шепча их вслух. Гарри шёл рядом с ней, но вчитывался в названия книг с другой стороны соседнего шкафа. — Кажется, оно, — спустя некоторое время довольно выдохнула Гермиона, потирая руку об штанину от волнения и доставая с верхней полки увесистый и старый, потрёпанный том. — «Вечная жизнь или заклятия для тех, кто не хочет умереть старым». По-моему, звучит очень даже многообещающе, а главное, не слишком явно, — не сдержала усмешки девушка. — Очень. Именно поэтому Воландеморт и не сдержался, не сумев перебороть себя и не поддаться сильнейшему искушению прочитать книгу с подобным названием. Почему вообще здесь держат подобное, это же школа? А ведь я всегда говорил, что библиотеки, книги и знания — то ещё зло, — Избранный забавно фыркнул под кинутый из-под ресниц в его сторону убийственный и гневный взгляд своей подруги. — Мания величия и желание жить вечно — вот, что настоящее зло, — тихонько рыкнула она и прошагала сквозь несколько проходов и стеллажей к стоящем поодаль небольшим столикам для чтения. — Иди сюда, — успокоившись, подозвала к себе друга Грейнджер, внимательно пролистывая страницы древнего фолианта. — Что ты нашла? — попытался разглядеть хоть что-то через плечо подруги Поттер, прищуриваясь и напрягая всё своё зрение. — Вот, слушай внимательно, — нравоучительно выставила палец перед собой Гермиона, что до безумия напомнило Гарри повадки профессора Макгонагалл во время её уроков. Девушка стала водить пальцем по бумаге и читать вслух. — Чтобы с помощью магических тёмных артефактов продлить себе жизнь, следует расколоть свою душу. Для начала разбить её, убив первого человека, затем выбрать любой объект, будь то человеком или твёрдым неодушевлённым предметом, и поместить в него свою душу, заключив её там навсегда. На несколько минут в секции библиотеки повисла напряжённая тишина. Гарри задумчиво уставился пустым взглядом в каменный пол, а Гермиона несколько раз перечитала эти же самые строчки. Затем она оторвала свои глаза от книги и напугано уставилась на Поттера. — Неужели он сделал это? В таком юном возрасте? Это может значить только то, что он действительно силён и могуч, — пересохшим и дрожащим от волнения голосом прошептала девушка. — А раньше тебе казалось, что это нестрашный дракон из детских сказок, которого можно одолеть одним взмахом меча? — с иронией, за которой скрывалось такое же волнение, спросил мальчик со шрамом на лбу. — Нет, конечно. Но не мог же он разделить свою душу в нашем возрасте, это невозможно для неопытного ученика Хогвартса! — неверяще закачала головой Грейнджер. — Дамблдор сказал мне, что он ещё в детстве умел многое, был способен на гораздо большее, чем остальные его сверстники, проводящие всю свою жизнь в волшебном мире. А Слизнорт только упомянул, что Том Реддл был единственным на его памяти волшебником, который проделал подобное со своей душой более одного раза. — Это ужасно! И что нам теперь делать? Ты пойдёшь к Дамблдору? — с надеждой поинтересовалась Гермиона, захлопывая книгу в своих руках и убирая её на прежнее место на одной из полок. — Да, надо пересказать ему, что мне ответил Слизнорт. Но всё же я думаю, что нам нужно будет отправляться искать эти самые крестражи, чтобы добраться уже и до самого Тома Реддла, — ответ парня заставил Гермиону испуганно распахнуть рот. Шок и страх за своего такого близкого и практически родного человека захватили её с головой. — Что? Нет, Гарри, это будет слишком опасно! — мгновенно запротестовала она, хватая друга за рукав его тёмно-синей кофточки на молнии и сжимая её в своей неожиданно крепкой хватке. — Успокойся, Гермиона, я ещё ничего даже не сделал, нет поводов для лишнего пустого беспокойства, — устало протянул Поттер в ответ, с благодарностью за её переживания похлопывая подругу по руке и отцепляя ту от себя и своей одежды. — Ладно, мы узнали, что хотели, а теперь пойдём, пока нас никто здесь не поймал. Друзья торопливо покинули библиотеку, Гермиона осторожно и без лишнего шума смогла заклинанием вернуть замок в хорошем состоянии на его прежнее место у двери, и только они вышли в коридор, как услышали в отдалении тихие посторонние шаги. — Вот чёрт, Гермиона, скорее, сюда! — шикнул на подругу Гарри, быстро реагируя, накрывая её и себя плотной тканью волшебной мантии, заглушая свет своей палочки и отходя вместе с Грейнджер к стене. Друзья постарались дышать как можно менее шумно и встать возле холодной поверхности, чтобы их точно никто не сумел задеть. Однако Гермиону не покидало ощущение, что один лишь громкий стук её бешено работающего сейчас сердца предательски выдаст их. Спустя несколько напряжённых и волнительных для Гермионы и Гарри минут из-за угла вышел идущий быстрыми большими шагами Драко Малфой. Друзья проводили его удивлёнными взглядами, а он, видимо, что-то почувствовав, тут же замер и стал оглядываться по сторонам с внимательным подозрительным прищуром. После этого блондин тихо фыркнул, закатил глаза и, убрав руки в карманы свою чёрных брюк, возобновил свой прежний путь. К руке Гермионы прикоснулась чужая холодная и большая ладонь, схватившая её и легонько потянувшая за собой. Ничего непонимающей девушке ничего не оставалось, кроме как продолжить следовать за своим другом, полностью доверяясь ему и его решениям. И вскоре она поняла, что они преследовали Малфоя на некотором отдалённом от него расстоянии. — Зачем? — беззвучно, одними лишь губами прошептала удивлённая девушка, когда сумела с помощью лёгких щипков привлечь к себе внимание друга. Тот лишь покачал головой и вновь потянул за собой, заставляя двигаться вслед за ним. Девушка закатила глаза, но всё же не стала возражать и внимательно смотрела на идеально прямую спину блондина. «Так вообще возможно ходить?», про себя искренне изумилась она. Довольно быстро они дошли вместе с Малфоем до самой гостиной Слизерина, скрытой одним из многочисленных портретов, и только тогда Гарри повёл Гермиону обратно в их родную башню. Когда они оказались на достаточном расстоянии от места скопления «змей», как их чётко охарактеризовал однажды Рон, Грейнджер шёпотом едко поинтересовалась: — Ну и что же это за ночная прогулочка сейчас была? — Гермиона, — осторожно начал Поттер, видимо прекрасно осознавая, что вновь прикасается к не самой приятной теме, если, конечно, девушка сделала правильные выводы из подобного поведения друга, — ты помнишь, что я тогда говорил вам с Роном в поезде? Люциус Малфой — Пожиратель. И я совершенно точно уверен, что и его сынишка тоже. — Гарри, мы, кажется, уже обсуждали с тобой это, — вздохнула девушка, — я искренне сомневаюсь и совершенно не верю в то, что Воландеморт испытывает настолько недостаток в своих людях, что привлекает к своему обществу практически ребёнка, ещё ученика Хогвартса. — Да понял я уже тебя, но всё же что-то мне подсказывает, что сейчас прав именно я, а не, как обычно, ты, — продолжал стоять на своём и гнуть свою линию Гарри. — Что ж, думай, что хочешь, но только, пожалуйста, больше не таскайся за Малфоем попятам, как сейчас, — попросила друга Гермиона и усиленно сделала вид, что поверила его согласному кивку.

***

— Что это такое, Гарри? — восхищённо прошептала Гермиона, рассматривая стоявшее перед ней зеркало. — Гарри? Гарри? — повернулась к другу девушка, когда никакого ответа на её вопрос так и не последовало. Но нигде никого не было, а вместо кабинета, в котором обычно проходили их уроки по Зельям, она оказалась в просторном светлом пространстве. — Что такое? — недоумевала от происходящего гриффиндорка. От безысходности девушка вновь повернулась лицом к зеркалу, но в шоке уставилась на своё отражение. Вернее, не совсем своё. Напротив неё стояла молодая стройная и довольно симпатичная женщина в деловой чёрной юбке, белой строгой блузке и накинутой на плечи мантии, а рядом виднелся лёгкий и едва различимый, но явно мужской силуэт, подходящий к ней со спины. Гриффиндорка прищурилась, но так и не смогла никого и ничего более подробно разглядеть. Обернулась, снова никого не увидела и продолжила рассматривать странное видение в поверхности напротив неё. Гермиона с удивлением отметила свою схожесть с очаровательной незнакомкой, когда её плеча слегка кто-то коснулся, а после более усердно затряс. — Эй, Грейнджер! Гермиона, вставай! — настырный голос буквально выкрикивал её имя ей на ухо, и девушка сморщилась и устало потянулась, открывая глаза. «Это был сон», с какой-то лёгкой ноткой грусти осознала она, но попыталась абстрагироваться от этого и переключила своё внимание на нависшую над ней Лаванду Браун. — Неужели ты проснулась? Странно, на тебя это непохоже, чтобы и сама Гермиона Грейнджер, да и не сидела уже в Большом зале за книгами, — с улыбкой немного насмешливо протянула та, завязывая свои волнистые волосы розовой лентой. — Проспала, — равнодушно пожала плечами гриффиндорка, вскакивая с постели на ноги и чувствуя лёгкое головокружение от такого резкого действия. — Спасибо. — Ты, кстати, что-то сегодня так смешно шептала во сне, — довольно рассмеялась Браун, хватая с пола свою сумку и закидывая её на плечо, направляясь к двери из их общей спальни. — И что же? — озадачилась Гермиона. — Что-то о том, что он пришёл. Радуйся тому, что я сейчас спешу к Бон-Бону, но сильно радостно и облегчённо не выдыхай, тебя ещё ждёт скорый допрос с пристрастием. И без подробностей ты так просто не отвертишься, — неприятно и с явным предвкушением новых грязных сплетен захихикала Лаванда, с громким хлопком двери покидая комнату и оставляя застывшую в одной лишь ночнушке посреди неё удивлённую и ничего не понимающую Гермиону. «Что?»