Вот оно идет, чтобы съесть тебя

      Середина осени. Непрестанная жара с её знойным солнцем уже давно минула, сменяясь приятным теплым днём и лёгким, бодрящим холодком ночью. Совсем недавно наступил сухой сезон, и упоённая влагой земля наконец может вдохнуть свободно. До первых заморозков ещё далеко, и ночь становится самым благоприятным временем, чтобы как следует развеяться.       Столь приятные осенние ночи, предвестниками которых стали быстротечные сумерки, особенно полюбились всякого рода нечисти. Лешие, оборотни, упыри, вампиры, - все выбирались из своих укрытий, чтобы вновь повидать белый свет, погостить у своих друзей и знакомых, или просто-напросто совершить какую-нибудь пакость, развлекаясь на своём долгом веку.       Нынешний вечер не стал исключением. Накануне длинного, пышного празднества, проходящего каждый год в разных уголках континента, в одном место сходилось множество нежити, часть из которых помогала провести все приготовления к долгожданному торжеству.       Одним из них был ещё юный мальчик, сын ведьмы, даже в своих кругах казавшейся невинной чудачкой. Своего сына, унаследовавшего магические силы, она обучала всем премудростям волшебства, вопреки тому, что своими преемницами ведьмы обычно выбирали дочерей. Мальчик легко перенимал секреты ведьмовского искусства, запоминал всевозможные заклинания и заговоры. Да и внешне миловидный мальчик часто напоминал девочку, особенно когда отпустил почти до плеч золотистые локоны. Так что никто не был против присутствия в своих рядах столь необычной «ведьмы».       Облачённый в традиционный праздничный наряд, мальчик, оседлав метлу, стремился к замку, в котором проходила подготовка к торжеству.       Не скрывая счастливой улыбки, мальчик пролетал по небольшому лесочку, петляя между деревьями, любуясь всеми цветами увядающей листвы. Поднимаясь над непроходимой опушкой, мальчик выбрался на обширные поля с редкими деревцами. В звенящей тишине сумерек блондин наслаждался лёгким, тёплым ветерком, треплющим распущенные волосы.       Вдалеке показались редкие огоньки города. Приближаясь к нему, мальчик замедлил свой ход. Решив сократить путь, с широких просторных улиц он свернул в тёмный, узкий переулок. Наслаждаясь редко получаемой свободой, не замечая дороги, блондин продвигался всё дальше и дальше вглубь города. Один переулок сменялся другим, и на улице становилось всё темнее.       Свернув на очередной извилистой улице, мальчик и не заметил, как в прямом смысле вляпался в неприятности. За поворотом оказался переулок, а точнее проход между несколькими высокими домами. Промеж стен была перетянута огромная паутина, явно рассчитанная на добычу покрупнее. Сначала мальчик принял это как досадное недоразумение. Он попытался выпутаться из плотных нитей, что казалось делом несложным. Однако, чем дольше блондин возился, тем яснее он понимал, что угодил в серьёзную ловушку.       Мальчик пытался разорвать нити, но казалось, что их становится всё больше. Мало того – они оплетали тело всё плотнее и плотнее. К своему ужасу он почувствовал, как руки и ноги перестают его слушаться и становятся всё более вялыми. Ощущая нарастающую панику, мальчик собрал все оставшиеся силы и постарался как можно более осторожно выбраться из липкой паутины. Но чем больше он старался, тем больше чувствовал, как силы окончательно его покидают.       Вдруг из стены, совсем рядом с паутиной, показался свет, словно от фонаря. Света становилось всё больше, - он обрисовывал контур двери. Ещё мгновение, и там, где минуту назад была цельная стена здания, возникла тяжёлая кованная дверь. Когда она отворилась, наружу не торопясь вышел темноволосый крепкий мужчина. Мальчик сразу догадался, что это был хозяин паутины. Озираясь по сторонам, мужчина заметил угодившего в его сети бедолагу.       Мальчик напряжённо замер. По всему телу от страха пробежали мурашки, когда он встретился с мужчиной глазами. Он кожей чувствовал на себе любопытный, изучающий взгляд мужчины, не менее липкий, чем его паутина. В каких бы передрягах не был мальчик, с какими бы существами не встречался, так на него никто и никогда не смотрел. И ему это не нравилось. Очень не нравилось. Стало только хуже, когда мужчина донельзя довольно, хищно улыбнулся и медленно, словно стараясь ещё больше напугать или вовсе извести свою добычу, начал неминуемо приближаться к блондину.       Не осознавая, что делает, мальчик остервенело забился в липких путах. Он попытался произнести хоть какое-то заклинание, но к ужасу, он не смог произнести ни одного слова. Всё тело онемело. Оставалось только загнанно дышать, пытаясь побороть нарастающую панику, и смотреть, как мужчина подбирается всё ближе и пристально наблюдает за трепыханиями жертвы.       Мужчина подошёл почти вплотную к мальчику. Блондин исподлобья взглянул на своего мучителя. Вблизи он оказался ещё шире в плечах и гораздо более крепким на вид, чем показалось издалека. Даже с двигающимся телом без магии одолеть такого было бы очень и очень трудно. Что уж говорить о нынешнем положении?       Мужчина подцепил подбородок мальчика и поднял его голову, всматриваясь в лицо блондина. Мальчик пытался побороть панику в своих глазах, не желая показывать испытываемый страх – он догадывался, что мужчине это только понравится. Однако выдержать пристальный, тяжёлый взгляд казалось невозможным. Мальчик пытался не смотреть, спрятаться от мужчины. Он словно попал под гипноз, не находя в себе сил отвести глаз от угольно-тёмных, бездонных омутов.       Довольный увиденным, мужчина широко улыбнулся:       - Кажется, сегодня удача на моей стороне, - от низкого, бархатного голоса по телу пробежала новая волна мурашек. Если бы не обстоятельства, в которых он услышал этот голос, он бы признал его весьма привлекательным. – Такого богатого улова у меня ещё не было.       Мальчик даже думать не хотел, почему он считается богатым уловом. В его голове лихорадочно проносились мысли о том, как он может сбежать. Все они были пресечены на корню, когда блондин почувствовал, что натяжение нитей паутины начинает ослабевать. Вслед за этим руки, словно у безвольной марионетки, опустились вдоль тела. Мальчик начал оседать и упал бы, если бы не сильные руки мужчины, подхватившие его под спиной и коленями, тут же поднявшие парализованное тело вверх и прижавшие его теснее к мужчине.       Мужчина перехватил мальчика поудобнее и, развернувшись, направился к дверному проёму, из которого он пришёл. Чем ближе к дверям был мужчина, тем меньше у мальчика оставалось надежды сбежать. Сердце стучало так сильно, словно хотело прорвать рёбра мальчика и выбраться наружу. Больше всего его пугала неизвестность. Что может ждать его в логове пугающего паука?       - О, я же не представился, - улыбнулся виновато мужчина. – Меня зовут Куроро. Куроро Люцифер.

***       Мужчина зашёл в дверной проём. Дверь за ним затворилась сама, скрывая за собой ночной город. От входа вела длинная лестница в подземелье. Каменные стены коридора освещались многочисленными факелами, потухающими по мере того, как мужчина проходил их один за другим. Коридор закончился ещё одной дверью. Успев навоображать себе жуткое тёмное логово, облепленное паутиной, измазанное кровью и ошмётками плоти, мальчик был удивлён, увидев просторную и светлую комнату, прибранную и весьма аккуратную. Однако без свисающей кое-где паутины всё же не обошлось.       Мальчик заметно поёжился. Он всё ещё пребывал в некоторой растерянности. По тому, как бережно мужчина нёс свою добычу, блондину начало казаться, что есть его не собираются. Или же паук мог оказаться извращённым гурманом, который не хотел повредить нежную плоть. От этой мысли мальчику стало совсем плохо.       Легче не стало ни на толику, когда мужчина зашёл за ширму, за которой скрывалась большая, если не сказать огромная, кровать. Уложив мальчика на постель, мужчина отошёл чуть в сторону, разминая плечи. Картина вырисовывалась весьма привлекательная. Острые, но очень приятные черты лица, на котором особое внимание притягивали большие, необычного алого цвета глаза. По постели разметались золотистые волосы. От тонкой шеи взгляд мужчины проследовал к оголённым плечам с изящными ключицами. Бледность кожи подчёркивала тёмная, почти чёрная ткань необычного платья. Узкая грудная клетка с совершенно плоской, что ничуть не смущало мужчину, грудью была затянута в плотный корсет. Руки, несмотря на короткие рукава платья, были скрыты высокими, поднимающимися до самого локтя облегающими перчатками. Мужчина позабавлено хмыкнул – всё, кроме плеч, было донельзя скрыто одеждой. Даже юбка, длиной почти до колена спереди и удлиняющаяся сзади, не позволяла увидеть обнажённых ног.       Блондин пытался унять беспокойное сердцебиение, вдыхать полной грудью, но туго затянутый корсет этого не позволял. Голова начала кружиться. Мальчик непонимающе смотрел на мужчину, стараясь даже не вспоминать названное им имя, ожидая, что тот сделает дальше.       - Мне никогда не попадались ведьмы, - предвкушающе промолвил паук. – Тем более такие хорошенькие.       Мальчик и хотел бы сказать, что здесь вышла ошибка, но он по-прежнему не мог говорить. Тем временем откуда-то с потолка свесилось несколько белёсых нитей паутины, тонких, но очень прочных. Словно управляемая невидимой рукой, паутина обвила ноги мальчика, приподнимая колени вверх. Не прерывая созерцания, мужчина подошёл к блондину и снял с одной ноги едва держащуюся туфлю. Вторая же осталась на улице – слетела, пока блондин пытался выбраться из ловушки.       Паук не мог оторвать взгляд от обнажившихся ступней блондина. Без несколько громоздкой обуви они оказались такими маленькими. Сразу же захотелось взять их в ладони, проследить выступающие косточки щиколоток. Впрочем, с этим можно не торопиться. Взгляд мужчины проследовал выше по ткани в мелкую сетку, от тонких икр до острых коленок, видневшихся лучше из-за задранного подола такой же тёмной, как и вся другая одежда, юбки.       Чуть сжимая колено одной ноги, мужчина рукой повёл вверх по бедру, задирая подол ещё выше. Из горла мальчика невольно раздался приглушённый всхлип.       - Не волнуйся, уже совсем скоро ты сможешь говорить, - мужчина обманчиво ласково улыбнулся мальчику, не прекращая медленно оглаживать его бедро, забираясь рукой под юбку. – И я надеюсь, тогда ты скажешь, как тебя зовут.       Мальчик чувствовал всё возрастающее беспокойство. Рука мужчины остановилась у кромки чулок. То, что скрывала юбка, оказалось не колготками, а высокими, более чем до середины бедра, чулками на подвязках. Заинтересованность паука в своей добыче росла всё больше. Кончиками пальцев мужчина проследил пояс чулок и тонкие ремешки, ощупывая слегка вместе с этим ткань нижнего белья.       Захотелось рассмотреть всё, что скрывалось под складками платья. Отказывать себе в этом мужчина не стал, тут же задирая подол юбки. Обнажив бёдра и таз своей жертвы, паук замер. Казалось, что в этот момент мальчик забыл, как дышать. Он ожидал всё: гнев, брезгливость или просто равнодушие со стороны мужчины. Всё, кроме того, что увидел.       Глаза паука словно загорелись, во взгляде читался ещё больший голод и явное возбуждение, чем когда он только вышел из своего укрытия. Мальчик ощутил, как у него перехватывает дыхание. Ещё мгновение назад в нём теплились крохи надежды на то, что мужчина хоть немного поумерит свой пыл, если поймёт, что его добыча не того пола, как он думал. Но сейчас блондин понял, что надеяться не на что, - заинтересованность во взгляде паука только увеличилась. Так, что даже невинному мальчику это было очевидно. И от этого становилось страшно – он мало понимал, что может его ждать. Тем более в подземелье, в логове неизвестно на что способного существа.       Блондин попытался выдавить из себя какие-то связные звуки. Но получился только жалобный стон. Настолько, что самому стало неловко. А то, как на него после такого посмотрел мужчина, вопреки здравому смыслу вогнало в краску.       - Мне бы очень хотелось узнать, как так получилось, что мальчик блуждал по городу в таком виде, ещё и на метле, - нашёл мужчина хоть какие-то слова, чтобы прервать затянувшуюся тишину.       Невольно блондин нахмурился, то ли от вопроса, то ли того, что его спрашивали, зная, что мальчик не может сейчас дать ответ. Заметив это, мужчина, увеселённый, улыбнулся.       Паук окинул внимательным взглядом всего мальчика, от головы до пят, словно увидел его в первый раз. Хотя в каком-то смысле так оно и было. Недолго думая, мужчина потянулся к подвязкам чулок, тут же отцепляя их от пояса, расправляясь сначала с одной ногой, затем и другой. Мальчику совсем не понравилось то, что делал мужчина. Он попытался уйти от горячих рук мужчины, вместе с подвязками цепляющих и кожу, но тело всё ещё плохо слушалось его. Только сейчас он заметил ещё и то, что хоть подвижность тела на время пропала, чувствительность никуда не исчезла.       Каждое короткое, длящееся всего мгновение соприкосновение с руками мужчины отдавалось жаром во всём теле. Паук тем временем обхватил бёдра и замедлился, привлекая тем самым внимание блондина. Против воли мальчик воззрился на мужчину, а тот только этого и ждал. Встретившись со своей добычей глазами, паук нарочито медленно снял с него нижнее бельё, не упуская при этом возможности ещё раз огладить стройные ноги.       Не находя себе места от стыда, мальчик закрыл глаза, не видя то, как мужчина отбрасывает в сторону его нижнее бельё. Вопреки ожиданиям блондина, паук не начал снимать с него и чулки. Наоборот – мужчина придвинулся ближе к бёдрам блондина и принялся неторопливо прицеплять чулки обратно к подвязкам.       - Извращенец, - мальчик выпалил всего одно слово. Он поражённо замер, поняв, что начинает потихоньку приходить в себя и уже может говорить, хоть и с большим трудом.       Мысли лихорадочно проносились в голове – блондин пытался вспомнить какое-нибудь заклинание, что могло бы помочь ему выбраться или хотя бы обездвижить паука. Еле слышно мальчик прошептал короткое заклинание. Однако ничего не произошло. Паук лишь ожидающе смотрел на блондина. Тот попробовал ещё раз, проговаривая уже другие слова. Но и они не помогли. Мальчик судорожно огляделся по сторонам. Только сейчас на стене рядом с кроватью он заметил небольшой амулет. На противоположной стене висело ещё несколько похожих. Блондин сразу понял, для чего они нужны. А паук-то оказался хитрым и весьма сообразительным – подготовился к тому, что в его сети могут попасть не только простые люди, но и существа, владеющие магией.       - Тебе никуда от меня не деться, - словно прочитав мысли своей жертвы, мужчина подтвердил опасения мальчика. – И я сделаю с тобой всё, что захочу. Моя маленькая ведьмочка.       Словно издеваясь, мужчина кончиками пальцев провёл по горящим скулам блондина, убрал со лба разметавшиеся волосы, любовно оглаживая золотистые пряди.       - Отпусти меня, мерзавец, - злобно прошипел блондин, стараясь увернуться от прикосновений мужчины.       На эти слова паук лишь позабавлено усмехнулся, наблюдая за трепыханиями мальчика. Блондин, чувствуя, что всё больше приходит в себя, попытался свести колени, спрятаться от взгляда мужчины.       - Так не пойдёт, - пожурил мальчика паук.       С потолка начало свешиваться всё больше нитей паутины. Блондин загнанно смотрел на то, как белёсая паутина оплетает его лодыжки. Но самым ужасным, самым стыдным было то, что ноги, вслед за нитями, оторвались от постели и зависли в воздухе. Задранные, чуть разведённые в стороны, они выставляли на обозрение все интимные места. Нити, пусть и не причиняя боли, держали ноги очень крепко, так что даже пошевелить ими было практически невозможно.       Мужчина обхватил запястья мальчика и закинул его руки за голову, прижимая к постели. Тут же кисти переплела паутина, надёжно фиксируя на месте. Паук поднялся с постели. В такой бесстыдной позе мальчик смотрелся гораздо лучше. Взгляд проследовал от резинки чулок к подвязкам, тонкой полоской прилегающим к округлым ягодицам. Кожа, словно сияющая своей белизной, невероятно соблазнительно контрастировала с чернотой ткани чулок. Куроро подобрался ближе к блондину.       - Не смей! – чувствуя, как румянец заливает щёки, воспротивился мальчик. – Негодяй. Не трогай меня!       Блондин гневливо воззрился на паука. Его ужасно смущала поза, в которой он находился. Мужчина в наглую разглядывал его в тех местах, которые мальчик не собирался никому показывать ещё очень долго. И о боги, если бы мужчина смотрел на него с простым интересом, как на еду, он бы смог это пережить. Но от такого вожделения и голода во взгляде паука блондин чувствовал противоестественное смущение, словно какая-то невинная девица на выданье.       Паук ехидно улыбнулся, не находя нужным ничего отвечать. Вместо этого он плавным, быстрым движением склонился к бёдрам блондина, тут же ощупывая гладкую, бархатистую кожу, чуть сдавливая в руках нежную, податливую плоть.       Смотря блондину в глаза, мужчина оставил первый, лёгкий поцелуй на внутренней стороне бедра, вызывая у мальчика судорожный вздох.       - Прекрати!       Голос блондина сорвался, когда паук втянул в рот нежную кожу, пробуя её на вкус. Оторвавшись от своего лакомства, мужчина слегка подул на ставшую влажной кожу, из-за чего по всему телу мальчика от холодка пробежал рой мурашек. Руками, по-прежнему лежавшими на бёдрах, паук чувствовал, как едва заметная дрожь сотрясает тело блондина.       Паук оставил череду лёгких поцелуев на бёдрах блондина, то поднимаясь к резинке чулок, то опускаясь ближе к паху. Как бы мальчик того ни хотел, он не мог сдерживать себя. Тяжело было это признавать, но нежные, трепетные поцелуи были очень приятными. Не желая показывать это мужчине, мальчик прикусил нижнюю губу, не желая издавать ни звука. Но всё же блондин не смог подавить судорожного вздоха, когда влажный, горячий язык мужчины прошёлся особенно близко к члену.       - Пожалуйста, хватит, - жалобно всхлипнул блондин.       - Ну что ты, - мужчина отёрся щекой о бедро. – Я ещё и не начал.       Блондин закрыл глаза, отворачиваясь, не желая смотреть на то бесстыдство, что творил с ним мужчина. Бесстыдство, от которого кровь начала приливать к паху.       Видя, что мальчик начинает возбуждаться, паук победно улыбнулся. Однако не стоит торопиться. Мужчина отцепился от столь сладкого мальчика, выпуская его бёдра из своих рук. Со стороны блондина раздался облегчённый вздох. Из-под полуприкрытых век он наблюдал за мужчиной, который пересел ближе к изголовью постели. Вдруг мальчик почувствовал, как хватка на запястьях становится всё слабее и слабее. Он несмело раскрыл глаза, поворачивая голову к сидящему рядом мужчине.       Паук, распутав паутину, провёл по всей руке блондина, от плеча до кончиков пальцев. Огладив полоску оголённой кожи, мужчина зацепился за кромку перчатки, аккуратно снимая её, повторяя затем то же самое с другой рукой. Мужчина бережно обхватил запястье, поднося его к своим губам. Паук вдохнул запах кожи, смешавшийся со специфическим запахом материала перчаток. Прослеживая неровный, сбивчивый пульс, паук прижался губами к тонкой прозрачной коже. От столь нежного прикосновения, контрастирующего с недавними бесстыдными ласками, у блондина перехватило дыхание. Невольно засмотревшись на немного полные, изящные губы мужчины, мальчик тут же вновь отвернулся, пытаясь выровнять сбившееся дыхание.       Не успел он прийти в себя, как всё его тело оказалось на постели. Мальчик хотел было порадоваться, что оказался в относительно безопасном положении, но не успел – его тут же подхватил паук, переворачивая и ставя на колени. Туловище и руки на месте удержала как раз подоспевшая, ставшая уже ненавистной, паутина. Не понимая, чего хочет паук, блондин пытался заглянуть себе за спину, где стоял мужчина. Блондин всем телом вздрогнул, когда почувствовал горячие губы на своей шее. Поцелуи, казалось, покрыли всю шею и плечи целиком, спускаясь до самых лопаток, где начиналось платье.       Мужчина придвинулся ближе, притираясь пахом к ягодицам блондина. Спиной мальчик чувствовал крепкую, широкую грудь мужчины, прижимающегося к нему. Руками мужчина проследил изгиб талии, подчёркнутый корсетом. И он был следующим, от чего мужчина хотел избавиться.       Стараясь не повредить сам корсет, мужчина распутывал узлы, ослаблял туго затянутую шнуровку. Вскоре блондин наконец вдохнул полной грудью, не стеснённой плотно облегающей, сдавливающей одеждой. Куроро спустил платье до колен. Слегка подтолкнув мальчика, мужчина заставил его снова лечь, тут же вновь переворачивая его на спину. Блондин заворочался, пытаясь избежать неловкого положения, чего паук ему не позволил, вновь оплетая свою жертву паутиной, надёжно закрепив руки над головой. Мальчик вздохнул несчастно, не понимая, что этим лишь услаждает своего мучителя.       Паук навис над блондином, осматривая обнажённую, вздымающуюся грудь, выпирающие рёбра и немного впалый живот. Мужчина сглотнул ставшую вмиг вязкой слюну. На бледной коже остались красные узорчатые следы от швов корсета. Заворожённый рисунком, паук провёл по раздражённой, и от того очень чувствительной коже. Блондин вздрогнул и тут же втянул живот, стараясь уйти от прикосновения. Реакция мальчика определённо понравилась мужчине, и он решил зайти ещё дальше.       Приблизившись к груди блондина, паук огладил его плечи, проследил полосу, от которой начинался корсет. Мужчина припал губами к покрасневшей коже, покрывая её нежными поцелуями. Мальчик под ним беспомощно заёрзал. Он разрывался между блаженством и дискомфортом от, казалось бы, простой, но на деле весьма извращённой ласки.       Блондин издал тихий, слегка болезненный стон, когда мужчина укусил его, добавляя на кожу ещё больше красного цвета. Вновь укусив раздражённую от шва корсета кожу, мужчина сразу же зацеловал то же место, словно пытаясь компенсировать причинённую боль. Паук повторял это снова и снова, пока мальчик не издал протяжный стон.       - Хватит, пожалуйста, - блондин просил паука прекратить, не в силах справиться с противоречивыми ощущениями.       Блондин всё продолжал захлёбываться стонами вперемешку с мольбами остановиться, пока паук не насытился ими вдоволь. Чувственный, надрывающийся голос вкупе с нежным, столь хрупким и чувствительным телом и неспособностью мальчика сопротивляться, - всё в нём находило отклик в самых дальних уголках тёмной души паука, отзывались в его теле всё нарастающим возбуждением, так что оторваться от своей добычи было неимоверно тяжело. Однако навредить мальчику он не хотел. Паук желал сполна насладиться своей ведьмочкой.       Мужчина оторвался от блондина и отодвинулся от него чуть назад, чтобы окончательно снять платье. На движение паука мальчик никак не отреагировал. Он загнанно дышал от такого истинно хищнического напора. Все мысли путались в голове. Лишь когда Куроро вновь нагнулся ближе, блондин вздрогнул всем телом, опасаясь, что тот снова начнёт покрывать укусами его тело.       Вместо этого мужчина поцеловал по очереди обе тазовые косточки и спустился от паха к бёдрам, вновь минуя член мальчика. Устроившись меж разведённых ног блондина, одной рукой мужчина огладил острую коленку, ведя рукой вниз, к самой стопе.       Только сейчас мальчик обратил внимание на то, что остался в одних чулках. И для него это было ещё хуже, чем если бы он был полностью обнажённым. Это выглядело так непристойно, что мальчику от стыда захотелось провалиться сквозь землю. Паук же только всё усугублял. Взявшись за лодыжку, он поднёс ногу блондина к себе, согнув её в колене. Как того и хотел, мужчина проследил большим пальцем выпирающие кости щиколоток, немного надавливая на кожу, тем самым массируя её. Паук сжал в ладони ступню, убеждаясь в том, насколько она маленькая. Блондин замер, задерживая дыхание. Когда столь уязвимая, чувствительная часть тела оказалась в лапах паука, мальчик заметно занервничал. Какую свою прихоть мог начать исполнять мужчина на этот раз?       На деле же Куроро надавливал на разные места, от чего по всему телу шли мурашки. То, что паук делал, не было ни болезненным, ни щекотным. Скулы блондина вновь вспыхнули, когда он почувствовал, как действия мужчины отдаются яркими вспышками удовольствия в паху. Мальчик пытался вытянуть свою ногу, но хватка только усиливалась.       Наигравшись на первое время, паук притянул ножку блондина к своему лицу. Осыпав подъём стопы поцелуями, мужчина обхватил лодыжку, закидывая ногу мальчика себе на плечо. Сминая мышцы икр, паук ощупывал стройные, обтянутые чулками ноги, целуя и слегка покусывая. Дойдя до кромки чулок, мужчина оттянул плотную ткань, тут же её отпуская, поддразнивая мальчика. Блондин вздрогнул от лёгкого шлепка.       Обхватив мальчика под коленками, Куроро закинул его ноги ближе к плечам. Строптивые ножки тут же оплела паутина, не позволяя блондину зажиматься. Придерживая мальчишеское бедро, мужчина свободной рукой огладил бледные ягодицы и не удержался от того, чтобы не оставить на одной из них багровый след. Не обращая внимания на подавленный писк, паук оттягивал в стороны ягодицы, раскрывая сжавшееся колечко мышц. Подушечкой большого пальца мужчина провёл по тонкой кожице, надавливая на вход, чувствуя, как пульсируют мышцы.       Рядом с мужчиной оказался притащенный паутиной флакон с маслом, которым паук пользовался только в особых случаях. Вылив на ладонь немного масла, Куроро растёр его меж ягодиц, смазывая колечко мышц. Не давая мальчику опомниться, мужчина медленно ввёл один палец. Чтобы отвлечь блондина от неприятных ощущений первого проникновения, паук наклонился к паху мальчика, вбирая в рот наполовину возбуждённый член.       Застигнутый врасплох, блондин не смог сдержать вырвавшегося наружу стона. Он закрыл глаза, прислушиваясь к новым ощущениям. Возмущаться или как-то сопротивляться действиям мужчины он уже не видел смысла. Однако более раскрепощённым от этого он не стал, так же, как и не перестал стесняться, стыдиться того, что делает мужчина, а ещё больше – того, как реагирует на его ласки собственное тело.       Выпустив эрекцию мальчика, поглаживая её одной рукой, паук добавил второй палец, с наслаждением слушая сбивчивое дыхание вместе с редкими всхлипываниями. Куроро перестроился на более медленный темп, двигая обеими руками в унисон. Одной рукой мужчина растягивал мальчика, вводя пальцы на всю длину, другой оглаживал эрекцию, массировал поджавшиеся яички. Постепенно паук сменил темп на более быстрый, разводя пальцы внутри мальчика. Вместе с тем он провёл языком по всему стволу и вобрал его в рот. Мужчина обхватывал губами головку, играясь с ней языком, слизывая выступающие капли смазки. Щекоча языком чувствительную уздечку, Куроро вызывал у мальчика дрожь по всему телу.       Блондин же терялся в ощущениях, не зная, куда податься – двигаться навстречу тёплому, влажному рту мужчины или пальцам, наполняющим его внутри. Паук тем временем, заметив, что блондин начинает подмахивать ему, налил в ладонь больше масла и добавил ещё один палец.       Мальчик подавился беззвучным стоном. Хоть распирающие его пальцы и причиняли немного боли, всё ещё было терпимо. Мужчина сразу замедлился, терпеливо растягивая блондина, вводя пальцы всего наполовину. Когда паук почувствовал, что мальчик зажимается уже меньше, он вставил пальцы до конца, не двигая ими, позволяя привыкнуть к ощущению заполненности.       Блондин часто поверхностно вдыхал. Мышцы живота судорожно сжимались, что также приносило неведанное ранее удовольствие. Паук заметил, что мальчик, судя по всему, уже близко. Проведя языком напоследок по всей длине, мужчина отпрянул от эрекции блондина, пережимая её у основания, не позволяя ему кончить раньше времени.       Со стороны мальчика раздался разочарованный стон. Не отдавая себе отчёта, блондин метнул на мужчину недовольный взгляд. И сразу же пожалел об этом. Вытерев пальцы о постельное покрывало, Куроро через одежду начал поглаживать своё возбуждение, смотря при этом прямо в глаза блондину. Нарочито медленно, мужчина снял с себя сначала верхние одежды, а затем и брюки, нисколько не стесняясь своего обнажённого тела.       Блондин почувствовал лёгкую панику напополам с предвкушением, когда увидел внушительную эрекцию мужчину. При мыслях о том, что всё это будет внутри него, мальчик ощутил, как у него задрожали колени.       - Не переживай раньше времени, моя ведьмочка, - Куроро с лёгкостью распознал растерянность на лице блондина.       Паук сгрёб в охапку податливое тело, переворачивая мальчика к себе спиной. Колени беспомощно разъезжались в стороны, не желая слушаться своего хозяина. Мужчина схватил блондина за бёдра, тут же подтягивая ближе к себе. Шею и плечи в таком положении быстро свело, так что мальчик приподнялся на локтях, прогибаясь для удобства в спине. Сильные руки тут же обхватили талию, плавно провели по всей спине. Мужчина склонился к блондину и прошептал, опаляя его ухо горячим дыханием:       - Тебе понравится, - паук зубами прихватил мочку уха, чуть оттягивая её, затем слегка посасывая. – Главное расслабься и не зажимайся.       Оставив напоследок поцелуй на виске блондина, Куроро переключил своё внимание на оттопыренный зад мальчишки. Мужчина не удержался от того, чтобы не смять в ладонях круглые, аппетитные половинки. Зачерпнув ещё масла, паук смазал свою эрекцию, неторопливо надрачивая, смотря, как нервно сжимаются мышцы мальчика. Оттянув в стороны ягодицы блондина, Куроро потёрся меж них, проводя головкой по входу.       - Расслабься, - повторил мужчина и осыпал поцелуями поясницу и копчик мальчика, давая ему небольшую передышку.       Блондин тихонько всхлипнул и прикусил нижнюю губу, когда почувствовал, как крупная, скользкая головка проходит в него, раздвигая сопротивляющиеся мышцы. Подождав немного, мужчина ввёл член самую малость дальше, останавливаясь, позволяя мальчику привыкнуть к новым ощущениям.       Блондин облегчённо выдохнул, когда паук вышел из него. И тут же судорожно вдохнул, чувствуя, как мужчина снова входит в него, пока даже не наполовину, но уже от этого небольшого проникновения по всему телу пробегала дрожь. Неторопливо растягивая мальчика, паук постепенно входил всё глубже, слушая, как сбивается ровное дыхание милого создания под ним. Блондин не смог сдержать короткого высокого стона, когда мужчина проник в него на всю длину.       Паук замер внутри своей добычи, оглаживая бледные ягодицы, забираясь пальцами под подвязки чулок. Вдруг мальчик двинулся вперёд, ещё больше прогибаясь в спине, стараясь уйти от распирающей его изнутри эрекции мужчины. Чего паук ему не позволил, толкаясь глубоко внутрь блондина, мстительно прижимаясь к нему бёдрами и придерживая за его за талию. Мальчик жалобно, тоненько простонал. Куроро едва сдержал голодное, утробное рычание. Внутри мальчика было так горячо, он сжимался вокруг возбуждения мужчины так восхитительно тесно, и при этом стонал так сладко, что хотелось тут же отбросить все нежности и осторожность, и начать вколачиваться в мальчика так сильно, пока тот, охрипнув от стонов, не упадёт без сил, наполненный семенем паука.       Вот только никакого удовольствия мальчику такое не принесёт, а мужчина хотел наслаждаться не криками боли, а криками наслаждения. Поэтому паук, собирая всю свою волю в кулак, как можно осторожнее, чтобы не травмировать блондина, толкнулся в него ещё несколько раз и выскользнул из горячего нутра. Оттягивая ягодицы, Куроро любовался беззащитной дырочкой, мышцы которой в пульсации пытались спрятать от пытливого взгляда розовое нутро.       Мальчик чувствовал, как багровые пятна стыда вместе со смущением опаляют его лицо. Он вновь затрепыхался, пытаясь уползти от мужчины, за что получил удар по ягодице. Кончиками пальцев паук провёл по покрасневшей коже и, тут же хватаясь за бёдра, одним движением вошёл в блондина по самое основание. Раздалось сдавленное хныканье, смешавшееся с низким стоном мужчины. Паук продолжал двигаться в своём мальчике, толкаясь в него до звонких шлепков бёдер о ягодицы. Куроро наслаждался теснотой, силой с которой мышцы блондина сжимались вокруг заполняющего его члена. Методично втрахивая мальчика в постель, паук размашисто двигался, притираясь всё ближе к обтянутым чулками бёдрам.       Куроро остановился, переводя дыхание. Чуть пошлёпав по внутренним сторонам бёдер блондина, мужчина вынудил его раздвинуть колени ещё шире, опустив вместе с тем зад. Мальчик грудью рухнул на постель, послушно меняя положение своего тела. Мужчина же навис над блондином, грудью прижимаясь к его тонкой спине. Помогая себе рукой, паук провёл головкой члена меж ягодиц, поддразнивая мальчика. Блондин крутил тазом, стараясь поймать головку, пропустить член внутрь себя. Паук довольно усмехнулся. Чмокнув мальчика в золотистую макушку, Куроро толкнулся в него, вызывая короткий, нетерпеливый стон.       Мальчик чувствовал, что его разум начинает плавиться. Член мужчины распирал, растягивал его, и самым странным для мальчика было то, что скольжение эрекции паука по колечку мышц было таким приятным. Блондин постанывал, подмахивая движениям паука, желая получить ещё больше удовольствия.       Блондин прогнулся на встречу мужчине, как вдруг тот задел что-то внутри, отчего по всему телу прошла волна неведомого ранее наслаждения. До ушей паука дошёл невыносимо сладкий, громкий стон. Мужчина толкнулся ещё раз под тем же углом.       - Ах, да! – мальчик выкрикнул несдержанно, тут же сжимаясь вокруг мужчины.       Куроро сдавленно простонал, тут же толкаясь в мальчика снова и снова, двигаясь с каждым разом всё быстрее.       - Боже, - блондин захлёбывался стонами, чувствуя, как напряжение скапливается во всём теле, как жар отдаётся в паху, разрядами прошибая всю эрекцию до самой головки.       Паук завёл руку за голову мальчика, хватая его шею и слегка придушивая. Голова начала кружиться, и блондин даже не был уверен, от чего больше: от сильной, но очень осторожной руки мужчины, или от того, что он чувствовал мужчину буквально везде. Мальчик находился в смятении, ощущая себя во власти паука, ощущая от этого странную эйфорию.       В уголках глаз собрались крохотные слёзы, но вовсе не от возмущения, страха или стыда. Паук губами собирал влагу с лица, обжигая его горячим дыханием. Сладкие постанывания всё больше напоминали обессиленный хрип, и мужчина не мог остановиться вколачиваться в мальчика, чувствуя, как он сжимается вокруг члена всё сильнее и сильнее. Войдя в раж, Куроро оставлял на плечах цепочки укусов, столь прекрасно выделявшихся на бледной коже.       Мальчик откликался хриплым поскуливанием. Возбуждение стягивалось горячим узлом в паху. Всё больше хотелось сбросить накопившееся напряжение. Помочь себе руками блондин не мог, – они всё ещё были связаны паутиной. Мальчик пытался хоть как-то извернуться, полностью лечь на кровать, но мужчина ему этого не позволял, явно нарочно удерживая его таз над постелью, не позволяя двигаться так, как хотел того блондин.       Мальчику казалось, что он сейчас разорвётся от напряжения. Смиряя остатки гордости, он сдавленно простонал:       - Пожалуйста…, - блондин вскрикнул на особенно сильном толчке. – Пожалуйста, позволь мне кончить.       Мальчик мгновенно побагровел от сказанных им слов. Мужчина самую малость замедлился и отпустил стройную шею. Вслушиваясь в глубокое, тяжёлое дыхание блондина, паук огладил его грудь, цепляя соски и останавливаясь на животе, совсем близко к паху.       - Скажи мне, моя ведьмочка, как тебя зовут? – полушёпотом спросил Куроро.       - Что...? – начал было возмущаться блондин, но сбился на высокий, протяжный стон, когда мужчина перехватил его возбуждение, пережимая эрекцию у самого основания, вместе с этим наращивая скорость движений.       Мальчик издал ещё один стон, больше похожий на сдавленное рыдание:       - Я…, - сбивчиво пролепетал блондин, ведь мужчина словно и не собирался сбавлять темп. – Курапика.       Одно только имя – это было всё, что смог выдавить из себя мальчик. Паук, более чем довольный ответом, ослабил паутину. Крепко прижав мальчика к себе за талию, мужчина, не вынимая из него члена, уложился вместе с ним на постели. Завалившись на бок, Куроро притянул блондина ближе, перехватывая поперёк груди. Сжав наконец в ладони эрекцию мальчика, мужчина начал осторожно надрачивать ему, доводя до разрядки.       Курапика вцепился в держащую его руку и сбивчиво задвигал бёдрами, толкаясь в руку мужчины. Доведённый до грани состоянием мальчика в его руках, Куроро несдержанно рыкнул, вцепился в свою добычу ещё крепче и кончил, по инерции продолжая двигаться внутри блондина. Мальчик почувствовал, как конвульсии проходят от вытянувшихся в струну ног до самой головы, и излился в кулак мужчины.       Тишину нарушало частое, прерывистое дыхание мальчика с глухими, хрипловатыми стонами. Некоторое время блондин лежал неподвижно, мужчина тоже не выпускал свою добычу из объятий. Курапика пытался бороться с одолевающей его сонливостью, но был так измотан, что и не заметил, как уснул. Куроро прислушивался к тихому, размеренному дыханию. Осторожно, стараясь не разбудить мальчика, мужчина повернул его к себе. Паук любовался умиротворёнными чертами лица, заправлял за ушки растрепавшиеся локоны. Куроро придвинулся ближе. Положив голову на грудь мальчика, он слушал спокойное, мерное сердцебиение. Прикрыв глаза, паук заключил Курапику в свои объятия и на протяжении всей ночи сторожил его сон.