Кайло Рен, другая история!

      Рен забылся беспокойным сном, но плакал даже во сне, организм так реагировал на боль. Сколько проспал непонятно, он не отдохнул, а сейчас опять придет По, со своими вопросами и пытками, куда заведет богатая фантазия пилота на этот раз, Рен не знал, да и не хотел знать.       Он вдруг понял, что в комнате не один, никого не было видно, но просто понял — он не один. Кайло закрыл глаза, если это не Дэмерон, он не хотел никого видеть, это ему Рен всегда смотрел в глаза, что бы тот не думал, что магистр его боится. Этот кто-то подошел к столу, и рука прикоснулась к его волосам. «Лея! , — подумал вдруг Рен, — пришла посмотреть на дело рук своих»       — Уходи, я не хочу тебя видеть — Рен собрал последние силы, чтобы голос звучал ровно. Он знал, что если Лея останется подольше, то сил может и не хватить, а показывать свою слабость не хотелось, тем более, после всего того, что она разрешила с ним сделать.       — Ты звал меня, я пришла, а теперь гонишь!       Рен распахнул глаза, перед ним стояла Лианна. Это просто сон, подумал Рен, потому, что прошло почти 9 лет, а она не изменилась, от слова «совсем». Но это был такой хороший сон. Пусть она скоро исчезнет, но пока она рядом ему будет хоть немножко легче, от того, что он не один, и оттого, что она все-таки пришла.       — Ты очень плохо выглядишь, Рен. Я чувствую твою боль, ты почти на грани, надо это прекращать. Я заберу тебя отсюда. Идти сможешь?       Лианна опять провела по его волосам, рука опустилась на лицо, вытирая дорожки слез. И Рен вдруг понял, что это не сон, это правда, Лианна?! но как? Как она оказалась здесь, он и сам то не знал, где это здесь. И тем более как отсюда уйти, да и не сможет он сбежать, он ходить то теперь с трудом будет, а уж бегать долго не сможет.       — Я тут немножко прикован, если ты заметила, и мы в закрытой комнате, кстати, как ты сюда попала? — Рен спросил все это на одном дыхании, он, правда, был на грани.       Лианна повела рукой, и освободила Рена, но вот встать у него не получилось, да и сесть тоже. Рен так сосредоточился на том, чтобы безболезненно встать или сесть, что даже не подумал, что он голый, а когда понял это, смутился. Встретиться с Лианной через 9 лет и вот опять он голый, и не может самостоятельно встать. Осталось только упасть перед ней на колени и в истерике кричать — не оставляй меня здесь, услужливо подсказала память, сука такая…       — После того что ты вспомнил, предлагать свой плащ даже как-то неловко!       — Лучше плащ, чем вот так — Рен смущенно прикрылся руками. Он все еще лежал на столе, пытаясь встать.       Лианна протянула ему руку, но Рен все-таки встать не смог, между ног вдруг вспыхнула боль, острая и всепоглощающая. Кайло застонал. Лианна почувствовала локацию боли и удивилась.       — Что они с тобой сделали, Рен?       Он не мог произнести это вслух, из глаз вдруг, сами собой, полились слезы. Она догадалась, приложила руку к его губам, — Молчи, все потом. Надо выбираться отсюда.       — Если ты снимешь с меня ошейник, то я, может быть, и смогу помочь нам Силой — прошептал Кайло, он уже был не на грани, а за гранью, но что-то же надо делать.       — Силой? Точно, ты же магистр Ордена Рен. Я знала, что у тебя получится освоить Силу. Но и об этом потом. Ты устал, вставай потихоньку, дальше я сама.       Он все-таки смог встать, но не более. Ну вот, а свобода была так близко. Сейчас придет По, и Лианна тоже окажется в плену вместе с ним, она тут вообще не причем, но докажи этому бестолковому Дэмерону, что это так.       Рен стоял опираясь боком на стол, Лианна сняла свой плащ, накинула его на плечи Кайло, запахнула полы поглубже, так что он оказался закутан как младенец, а потом…       Потом она просто подхватила его под плечи и колени, подняла и понесла на руках. Рену было так плохо, что он решил, что это галлюцинации, и что когда он очнется, будет опять на столе и опять придет По.       Когда Рен очнулся он лежал, но явно не металлическом столе, он лежал на кровати, на голубых простынях укрытый теплым одеялом. Вот сейчас войдет Лианна и принесет ему сырники с вареньем, с клубничным… ну, а почему нет, это же его галлюцинации, пусть будет все так, как он хочет.       Лианна действительно вошла, но без подноса и без сырников, зато с медицинским чемоданчиком, который ничего хорошего Рену не сулил. Миледи быстро считала его эмоции, и подтвердила опасения.       — Да, Рен, придется еще немного потерпеть, я сейчас тебя осмотрю, попробую все исправить, это будет не так безболезненно и просто, как в прошлый раз, но никуда от этого не деться.       Да, это было совсем не так, как тогда, 9 лет назад. Сейчас все было гораздо хуже и очень больно, но Лианна была рядом, она утешала, уговаривала, хвалила его, говорила какой он сильный, что он все стерпит. И длилось это очень долго, как казалось Рену — вечность. Но все, рано или поздно заканчивается, закончилось и его лечение, во время которого Рен терпел и изо всех сил старался не стонать и тем более не плакать, хотя получалось плохо. Но вот когда все закончилось, когда Лианна, закутав его в одеяло, опять взяла на руки и села с ним в большое кресло, прижав к себе, посадив его на колени и положив его голову себе на плечо, Кайло Рен — надежда и опора Первого ордена, магистр Ордена Рен, он же Верховный Лидер, заревел в голос.       Он рыдал, уткнувшись в ее плечо, сквозь слезы, что-то говорил, на кого -то жаловался, кому-то угрожал. Со слезами выходили страх, паника, унижение… все то, что он чувствовал, там, в плену и все то, что никогда не показал бы никому, под страхом смертной казни. Никому, кроме Лианны… ей можно, она поймет, она не осудит.       И она не осуждала, она гладила его по голове, по плечам, целовала его, вытирала слезы, и даже, как показалось Рену, укачивала, как совсем маленьких детей, качают на руках. Потихоньку он успокоился, и уснул, на руках у Лианны, продолжая всхлипывать даже во сне.       Когда Кайло проснулся, он чувствовал себя физически здоровым, у него ничего не болело, как говорит Лианна, от слова совсем. Вот только этого нельзя было сказать о его эмоциональном состоянии, воспоминания об изнасиловании, давали о себе знать. В голове были странные мысли — от мыслей сможет ли он вообще теперь заниматься сексом, до мыслей о том, что Хакс испытывает боль, каждый раз от секса с ним. Особенно ЭТА мысль не давала покоя… и еще воспоминание о том неудачном сексе без смазки! Он тогда, конечно, испугался, и на руках отнес стонущего Хакса в медотсек, но и представить не мог, что это ТАК больно. Как вообще Хакс после такого подпускал его к себе. Они на следующий же день занимались сексом и очень активно. Кайло никогда не был внизу, он не хотел, и Армитажа это устраивало, в сексе Хакс иногда дотрагивался до него там, очень нежно касался пальцами ануса, но никогда даже попыток не делал проникнуть внутрь. И что теперь, вечный страх, что, что — то пойдет не так?       Конечно, он проснулся на огромной кровати, на голубых простынях, закутанный в теплое одеяло. Он так и лежал, когда все эти странные мысли крутились у него в голове.       -Проснулся, лежебока — в дверях каюты стояла Лианна.       «Ну вот, и опять без подноса и сырников. Не буду вставать!» — капризно подумал Кайло, Лианна прочла его мысли и засмеялась. Когда с Рена сняли ошейник заглушающий Силу, они поняли, что могут общаться мысленно, если сознательно не закрываться, и это им показалось интересным. Хотя, когда Лианна лечила его, у нее разболелась голова от всех образов и картин, которые передавал ей Рен, от боли не контролирующий себя. И закрыться тогда она не могла, ей надо было понимать, где, что болит и что делать, а для этого нужно было чувствовать Рена. Но в целом это было неплохо.       — Будут тебе сырники, вставай.       — С клубничным вареньем?       — Да, звезды, Рен, тебе 29 лет, ты магистр Ордена Рен и целый Верховный Лидер, а ноешь из-за каких-то сырников — Лианна хитро улыбалась, дразня его. Делала она это специально, чтобы отвлечь Рена от его странных мыслей, которые она тоже прочла.       Через полчаса, довольный Рен уплетал сырники, сидя за столом. Одетый опять в рубашку и штаны Хана, правда так и не снявший с себя одеяло. Почему то, закутавшись в этот «кокон», он чувствовал себя спокойнее. Это она знала, не знала только почему.       Она сидела на диване в гостиной и думала, о том, что случилось с Реном. Думала о той войне, которую ведет Первый Орден, в лице Верховного Лидера Кайло Рена, и Сопротивление, но больше всего она думала о Лее, как можно было сделать такое с собственным сыном, как? В ее голове это никак не укладывалось. Она не принимала участие в этой войне, но конечно знала, что она идет, и знала, кто возглавляет обе стороны. Узнав в Кайло Рене Бена, она немного удивилась, хотя с таким наследием в лице Вейдера, почему и нет. Она никогда не помогала ни тем, ни другим, даже косвенно. Ей было все равно. Ей плевать на Первый орден, на Сопротивление, но ей не плевать на Рена. В гостиную вошел Кайло, уже без одеяла, ну хоть это хорошо, значит, дело идет на лад. Он не вылез бы из своего кокона, если все было совсем плохо.       — Мне надо связаться с Финализатором, сказать, что со мной все нормально, и мы летим к ним. Мы же летим к ним, ты отвезешь меня?       -Конечно, и отвезу, и связь дам, вот только сейчас мы очень далеко от тех координат, что ты задал Лео. Надо было уносить ноги, и Лео выбрал систему как можно дальше от Сопротивления. Но мы уже на пути к твоему дому. Можно так назвать твой корабль, я так поняла, что ты там постоянно живешь.       -Да, дом там, где тебя ждут, а меня там ждут, — Рен вздохнул, опять вернувшись к своим странным мыслям.       -Рен, я так понимаю, есть человек, которого ты любишь, и который любит тебя, так?       — Да, Армитаж Хакс, генерал Первого Ордена, командир Финализатора.       — Я думаю, ему надо рассказать правду, про изнасилование… подожди не возражай, если он тебя любит, то все поймет, в сексе всегда участвуют двое. Я уверена, что если поговорить откровенно, то многих ошибок можно будет избежать.       — А я не уверен. Как я ему скажу, как? — Рен закрыл лицо руками — я не смогу…       — Подумай — КАК, лучше жалеть о том, что сделано, чем о том, чего ты не сделал.       Через два дня они прибыли на борт Финализатора.       Когда корабль Лианны вошел в шлюз крейсера, первый кого она увидела, был человек в военной форме, он стоял с заложенными за спину руками, прямой, уверенный в себе и ждал, когда они приблизятся к нему. «Генерал Хакс», мысленно сказал Рен. Она так и поняла, с виду Хакс был совершенно спокоен, даже равнодушен, но Лианна читала его мысли, вот где был хаос и полное безумие. Генерал еле сдерживал себя, чтобы не бросится к Кайло. В голове у Хакса было все вперемешку — он хотел поцеловать Рена и тут же врезать ему, как следует, он хотел кричать что, любит его, и сказать как он его ненавидит за упрямство и не послушание, он хотел обнимать и защищать его, и в то же время, положить Рена на кровать и выпороть, за то что тот упрям как осёл и не слушает умных людей т.е. его и тем самым подвергает себя опасности. С последним она, пожалуй, согласилась бы, но не сейчас.       — Добрый день, генерал — произнес Рен, когда они подошли ближе — позвольте представить — леди Лианна, мой спаситель и друг.       — Добрый день, миледи, — генерал вежливо поклонился ей.       — Леди Лианна, погостит у нас, покажите ей ее покои — Рен сказав это, быстро ушел, воспользовавшись тем, что Хакс никогда не поступит невежливо и не бросит гостью одну. А у него будет время все обдумать еще раз.       — Генерал, Рен пробыл в плену двое суток, не знаю, расскажет ли он Вам всё, но они там с ним не церемонились, Лея приказала выбить сведения любым путем. Сведения Сопротивление не получило, об остальном Вы можете догадаться сами.       — Рен сказал — спаситель, это Вы его вытащили оттуда, миледи?       — Да, вытащила и почти восстановила с помощью Силы, хотя это было трудно, его повреждения были серьезными. «Сила, опять Сила, крифф бы ее подрал!» думал генерал, провожая Лианну в ее покои, но эта Сила спасла Рена, и он готов был ее принять.       Хакс стоял перед запертой дверью каюты Рена и настойчиво стучал, ему не открывали, но он продолжал ломиться в закрытую дверь.       — Рен, открой, Рен… нам надо поговорить, пожалуйста, или я вышибу эту дверь ко всем хаттам! «Вышибай», думал Рен, он очень боялся этого разговора, хотя и понимал, что его не избежать. Вдруг дверь отошла в сторону, пропуская взъерошенного генерала внутрь. Рен совсем забыл, что у генерала есть код от его каюты. Войдя, Хакс увидел сидевшего на кровати Рена, тот сидел, опустив голову и закрыв лицо руками. Армитаж бросился к нему, упал перед ним на колени, начал ощупывать тело Кайло, приговаривая, спрашивая, причитая над ним:       — Рен, тебе больно? Где, где болит? Рен, что они сделали, Рен, не молчи, пожалуйста, РЕН! — Он пытался оторвать его руки от лица, и заглянуть в глаза, чтобы понять насколько все плохо, это ему не удалось, тогда он обнял Кайло за плечи и прижал к себе, тот сам убрал руки и, обняв Хакса в ответ, уткнулся лицом ему в шею.       — Арми, они… — Рен не мог это произнести вслух, ну просто не мог.       — Что, Рен, что они сделали? Не молчи, пожалуйста, только не молчи, я с тобой, мы все сможем пережить, только не молчи — Хаксу было очень страшно, что они могли сделать с Реном, что он так себя ведет.       — Арми, они… меня… изнасиловали! — Рен почти прошептал последнее слово, но Хакс его услышал. Они замерли оба, не зная, что делать дальше, что говорить? «Изнасиловали? Они изнасиловали Кайло? Его Кайло…» — генерал не мог уложить это в голове. Бедный Рен, что он пережил, надо, что-то делать, что- то сказать, но это было так ужасно, что слов не было. И все же Хакс не зря был генералом, в критические минуты он мог собраться и поступать как надо, вот только как надо, сейчас он не знал. Продолжая обнимать Рена Хакс гладил его по плечам, волосам, рукам и говорил — я люблю тебя, люблю… Этими словами об как бы защищал его от того, что произошло, хотел доказать, что ничего не изменилось, все хорошо, что его любовь не изменится ни при каких обстоятельствах. Армитаж услышал, что Рен плачет, плачет тихо, горько, плечи чуть вздрагивали, генерал крепче обнял его, пытаясь закрыть от всего мира, дать успокоиться в его объятиях.       — Было б-больно, — сквозь слезы произнес Рен.       — Я знаю, — ответил Хакс и только потом сообразил, что сказал, он не хотел рассказывать об этом эпизоде из своей жизни, но теперь кажется, придется.       — Знаешь? — Рен отстранился от Хакса и внимательно посмотрел на него, — знаешь? Значит, когда мы с тобой… тебе больно? Я всегда делаю тебе больно? — от этого неприятного открытия Рена накрыла паника.       — Нет, Рен, нет, что ты, с тобой мне хорошо, с тобой самый восхитительный секс. Ты самый лучший, я люблю тебя.       — Но ты сказал… — Кайло боялся продолжить       — Да, я сказал, что знаю как это больно, я знаю, что такое сексуальное насилие — Хакс намеренно не произнес это слово, «изнасилование», хотя понятно, что он говорил об этом.       — Да, знаю, это было давно, в Академии, один из преподавателей был очень настойчив, я отказывался, тогда он взял меня силой. После этого у меня никого не было, а потом появилось одно «кареглазое чудовище» и вот с ним мне хорошо, с ним я забыл все, с ним самый восхитительный секс. Генерал специально говорил о Рене в третьем лице, называя его «кареглазым чудовищем» чтобы сгладить этот неприятный момент. Рен любил это прозвище, всегда хитро улыбался, когда слышал его.       — И когда ты со мной, тебе хорошо? Не больно, правда? — рвано вздохнув, с надеждой решил уточнить Рен. Он смотрел на Хакса и ждал ответа с таким видом, как будто от него зависела его жизнь, как минимум.       — Правда, мне очень хорошо с тобой, мое «кареглазое чудовище» — Хакс взял в руки заплаканное лицо Рена и стал медленно покрывать его поцелуями.       Больше они не обсуждали эту тему, хотя только через несколько дней решили заняться сексом, и у них получилось. Опасения Рена были напрасны, Армитаж сделал все, чтобы ему было комфортно, и даже когда дотронулся между ягодиц Рена, лаская, ласка была настолько приятна, что не вызвала негативных эмоций.       Жизнь на Финализаторе спокойно пошла своим чередом и для всего корабля в целом, и для этих двоих в частности.       Хотя спокойно — это не про них…